Тебя больше нет (с)

Луффи не мог заснуть почти всю ночь. Он ни о чем конкретно не думал - голову как будто отключили. А сон все равно не шел. Откровенно говоря, Монки никогда особо не напрягал мозг, но именно в эту ночь в ней, почему-то, не было даже каких-то простейших мыслей, даже уже привычных болезненных воспоминаний, преследующих уже второй год. В голове будто вакуумный шар надули, вытеснив всё ненужное. Да и нужное, кстати, не оставили. По-хорошему, он должен был думать хотя бы о предстоящем торжестве, но и этого не было. Единственное - хотелось спать. Немилосердно. Пустота в голове была настолько оглушающей, что начинала раздражать: если нет мыслей, почему не приходит сон?! Издевательство какое-то, честное слово! Правда под утро вселенная всё же сжалилась над бедным пареньком, позволив наконец-то забыться беспокойной дремотой, которая, к слову, тоже продлилась не долго. Как показалось мучившимуся всю ночь от бессонницы Луффи, едва он начал кимарить, как его тут же настойчиво растолкали и, выругавшись, куда-то поволокли. Зоро и Санджи пришли к другу в назначенное время и очень удивились, когда увидели того бессовестно спящим в такой важный день. Попытки разбудить Монки не увенчались успехом - он пробормотал что-то и снова отключился. Время поджимало. Ророноа вздохнул, посмотрев на часы, окинул взглядом валяющийся почему-то на полу в совершенно непотребном виде дорогущий новый смокинг, который Луффи должен надеть на предстоящую церемонию, и командным голосом сказал Блеку: - Так, приводи в порядок этого оболтуса, а я займусь костюмом. На всё про всё у нас полчаса, иначе эти невменяемые бабы с нас три шкуры спустят. - Не смей так говорить о леди, тупой Маримо! – Возмутился ненавидящий когда оскорбляют женщин, Санджи, поднимая с кровати спящего друга. Зоро только махнул рукой. Он уже давно привык к замашкам благородного рыцаря со стороны блондина: - Займись делом, гребаный Мистер Принц. Только не разбуди его ненароком. – Ророноа проводил взглядом бурчащего что-то нецензурное Блека, на буксире тащащего Луффи в сторону ванной, тяжело вздохнул и, сняв пиджак, закатав рукава рубашки, с героическим видом принялся приводить в порядок костюм Монки. Спустя пятнадцать минут все ещё спящий Луффи был полностью готов к торжеству и погружен в машину Санджи. Ещё через двадцать минут автомобиль, нарушивший все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения, припарковался около дворца бракосочетаний. Первым из машины вылез недовольный Ророноа, ворча и причитая: - Дурацкая развалюха! Говорил я, надо было брать мой мотоцикл! Нет же! Ты уперся как баран!! Следом с водительской стороны выбрался не менее раздраженный Санджи, оглушительно хлопая дверцей и прикуривая сигарету. Ему явно не нравилось так лихачить на дороге. Ну и он все-таки беспокоился, что они так опоздали: - И как бы, скажи на милость, мы ехали втроем на твоем двухместном драндулете, Голова-трава?!! - Не засирай мой мотоцикл, тупой повар! – Зоро метнул убийственный взгляд на блондина, вернулся к машине, открыл заднюю дверцу, схватил Луффи за шкирку, рывком вытаскивая его и сильно встряхивая, – просыпайся, придурок!! Луффи резко открыл глаза, не понимая, что происходит. Вроде только-только Морфей смиловался над ним, забирая в свои объятия, а он уже почти висит, поддерживаемый чьими-то сильными руками, которые его нещадно трясут, вращая окружающую действительность. В поле ещё сонного зрения мелькает что-то зеленое, и картинка, наконец, начинает проясняться. Монки находит ногами землю, устойчиво на ней закрепляется и рывком отстраняется от друга, возмущенно восклицая: - Зоро, какого хрена?! - Такого, блядь! Мы что тебе говорили, – взорвался Блек, не давая вставить слово Ророноа и разворачивая брюнета к себе лицом. – Выспись! Выспись, Луффи, завтра важный день!! Ты мало того, что в назначенное время дрыхнешь, как слон, так еще и смокинг умудрился измять так, будто он у кого-то в заднице с самой покупки лежал! Монки раздраженно поморщился: - Я его скомкал после первой примерки. И я не виноват. Честно, пытался заснуть... – Парень зевнул и потянулся, друзьям этот жест показался бы слишком наигранным, если бы они не знали Луффи. Вид у мальчишки был действительно разбитый. Зоро и Санджи синхронно тяжело вздохнули. Блек сделал последний затяг, выкинул бычок, прикурил новую сигарету, окидывая взглядом парковку: - Кстати, невесты ещё нет. Мы опоздали, но успели. Зоро кинул вопросительный взгляд на блондина, осмотрел машины и, не найдя знакомый белый хаммер, облегченно вздохнул: - Слава Богу! Обойдемся без бабских истеричных воплей! - Ты опять начинаешь, грубый зелёный кусок дерьма?! – Взвился блондин. - Ой, заткнись, гребаный рыцарь! – Фыркнул в ответ Ророноа. - Блин, так что ж меня-то растолкали... – Луффи потер виски, болезненно морщась. - Нам нельзя опаздывать. Им можно. – Философски изрек Зоро, пафосно запихивая руки в карманы брюк. – Ладно, пойдете уже внутрь, – и зашагал в противоположную сторону. Блек раздраженно вздохнул, догоняя Зоро, схватил его за локоть и потащил в нужную сторону: - Топографический кретин, нам туда! – Блондин схватил другой рукой Луффи за запястье и уверенно направился к входу. *** Отведённый для церемонии зал был украшен именно так, как хотела невеста. Собственно, она всё организовывала сама. И костюм для жениха тоже сама выбирала. Он вообще не участвовал в процессе, будто это его совсем не касается. Она, к слову, и не настаивала, уверив, что со всем справиться. От него только и требовалось, что в назначенный день надеть то, что нужно; вовремя прийти в назначенное место; стоять, куда поставят; ответить “да”, когда спросят; поставить роспись там, где положено, и не перепутать палец. Она даже заранее вручила ему список с подробным описанием необходимых действий, чтобы он просто напросто зазубрил наизусть и отрепетировал до автоматизма каждое из них. Всё остальное она взвалила на свои хрупкие плечики. Он только едва заметно приподнимал уголки губ в улыбке, наблюдая, как она придирается к каждой мелочи, меняя требования с такой скоростью, что бедные организаторы путались, не поспевая за её желаниями, за что и отгребали по полной. Она, даже нервничая и переживая, оставалась истинной королевой. Он знал, как она хотела, чтобы всё было идеально. Только идеально так, как того достойна именно она, с её положением, властью и деньгами. Если совсем честно, то подготовку собственной свадьбы он видел лишь раз: когда она, заикаясь, попросила его привезти какие-то документы, что накануне забыла у него дома. Она тогда ещё долго извинялась, что, мол, обещала не тревожить его до самой церемонии, и нарушила слово. Он только отмахнулся, мол, ничего страшного, ему совершенно не трудно выполнить её просьбу. Ведь вся эта суета его совершенно не заботила. Он, конечно, всего на мгновение проникся этой атмосферой. Его невеста, стервозная и самовлюблённая, раздающая приказы в эпицентре всей этой канители, показалась ему невероятно милой, вызывая лёгкую улыбку на лице. Даже её командирский голос, полный высокомерия и презрения к окружающим её “простым смертным”, показался чем-то волшебным, пробуждая в его сердце болезненно-трепетную нежность... В течение всего каких-то считанных секунд, если бы все отвлеклись от своих забот, то могли бы увидеть такую трогательную картину: обычно отстранённый от всего парень, застыл, не смея пошевелиться, с непередаваемо-влюблённым выражением на лице, боясь сделать лишний вздох, следил за каждым движением своей будущей жены восхищённым взглядом. Всего несколько секунд... А потом, будто очнувшись, тряхнул головой, прогоняя наваждение и снова переводя взгляд на невесту. Всё та же властная женщина, к которой, если у него и были чувства, то только дружеские. Тогда зачем эта свадьба? Ну, она предложила, он согласился. Учитывая, что его участие было сведено к возможному минимуму, который ему разжевали до мельчайших подробностей, осталось только проглотить. И в этом он увидел то, что заполнит сжигающую его изнутри пустоту. И, раз уж это всё-таки свадьба - серьёзный шаг для любого взрослого человека - разве это не должно быть тем лекарством, которое поможет не на какое-то время, а навсегда. Пусть и без пламенных чувств с его стороны, но, как говорится: “Стерпится - слюбится”. Да и её любви хватит на двоих, если она не перегорит. А перегореть она не должна, иначе он опять окажется в пустоте, что допустить никак нельзя. Именно поэтому он согласился. Её любовь, надёжно подкреплённая узами брака, поможет ему в очередной раз забыться, надеясь - навсегда. И ничего изображать не надо, что сложного, ответить “согласен”, обменяться кольцами, расписаться и закрепить результат поцелуем? Действия изучены до уровня рефлексов, так что, даже, если он внезапно заснёт во время церемонии, его тело произведёт все необходимое в идеальной последовательности. Так что всё будет проще простого... Однако всё пошло совсем не так, как он себе представлял... И виноват в этом был он сам... *** Церемониальный зал, снятый в самом роскошном из городских дворцов бракосочетаний, уже был забит гостями, которые синхронно вздрогнули, повернув головы в сторону входа, когда двери с грохотом распахнулись. На пороге стоял с картинно поднятой ногой, которой он эти двери и пнул, Санджи, держащий за руки Зоро и Луффи. Блондин оглядел зал, опустил ногу, выдохнул дым и, отметив сменяющиеся с шокированных на недовольные лица гостей, констатировал: - Успели, однако. Зоро, высвободив руку из захвата Блека, почесал макушку: - Повезло, что невесты ещё нет. Луффи зевнул, всё ещё желая завалиться дрыхнуть: - Подумаешь, опоздали бы, – фыркнул он, – я б лучше ещё поспал. Тут же с первого ряда, со стороны жениха, подхватилась Нами и заорала на друзей: - Вы сдурели?!! Итак, уже задержали церемонию!! - Ах, Нами-су-уа-ан! – Санджи в мгновение ока оказался на другом конце зала, протащив с собой Монки, которого ещё не отпускал, и Ророноа, снова схватив последнего за рукав пиджака, и бухнулся на одно колено перед рыжей девушкой, – простите нас за причиненные неудобства! – Парень отпустил друзей и, приложив одну руку к груди, а другую протянув вперёд, виновато склонил голову, – я заглажу свою вину перед вами, о прекраснейшая... – он хотел было продолжить, но его перебил Зоро, цикнув: - Успокойся, идиота кусок, – и, смерив блондина презрительным взглядом, перевёл глаза на Нами, недовольно хмурясь, – да ладно тебе орать, невесты-то ещё нет. Так что мы успели. - Смягчающее обстоятельство, – фыркнула рыжая, – скажите спасибо традиции с вечно опаздывающими невестами! – И тут же оскалилась, злобно сверкнув глазами на Ророноа, – и ты обращаешься ко мне таким тоном, будто у тебя куча денег... – Она ухмыльнулась, довольная побледневшим лицом зеленоволосого, – а ведь ты ещё прошлый долг мне не вернул, а проценты всё капают... – захихикала она, приложив ладошку к щеке. - О, как вы великолепны, когда ставите на место этого неотесанного мужлана! – Восхищённо вздохнул Санджи, пуская дымом изо рта сердечки. - Заткнись, тупой повар! – Рыкнул Ророноа, срывая на Блеке недовольство от напоминания о долге. - Сам завались, кусок плесени! – Тут же среагировал блондин, вскакивая с колен. - Блин, – пробурчал Луффи, снова зевая и потягиваясь, – достали орать. Голова трещит ведь. Нами тут же переключила своё внимание на Монки, потирающего сонные глаза, и тут же взорвалась, игнорируя его просьбу: - А ты какого чёрта так наплевательски отнёсся к своим обязанностям в этот день?! Опоздал, да ещё и спишь на ходу! От тебя требовалось всего ничего, но ты всё равно умудрился напортачить!! – Девушка с силой встряхнула брюнета, – и ведёшь себя так, будто пришёл просто для галочки, а ведь это всё касается непосредственно тебя!!! - Нами! – Вскрикнул Луффи, рывком отстранившись от подруги и прерывая её вопли. Он серьёзно взглянул на неё и тут же болезненно поморщился, массируя пальцами виски, – я же попросил не орать. Рыжая тут же стушевалась, виновато опустив глаза. Когда Монки говорил таким тоном и так смотрел, невольно ёжились даже самые стойкие и волевые люди, чувствуя какую-то странно давящую энергетику, исходящую от хрупкого на вид парня. Друзья Луффи, да и большинство до этого переговаривающихся, но тут же замолчавших гостей, напряглись. Но Монки только тяжело вздохнул. Напряжение тут же сошло на нет, и все вздохнули с облегчением, а паренёк плаксиво простонал: - Я просто всю ночь промаялся и задремал только под утро, а меня тут же растолкали... Я и о церемонии-то вспомнил, только когда мы тут оказались... - Ладно, – махнула рукой Нами, – главное, чтобы ты не накосячил в процессе. К этому событию готовились, как к войне, – она пригрозила другу кулаком, – так что постарайся всё не испортить! - Не волнуйся, – хмыкнул Луффи, – я отрепетировал так, что, даже отрубившись, сделаю всё, что от меня требуется. - Ну, вот и пришли к согласию, – подытожила Робин, наблюдавшая за друзьями со своего места, – осталось дождаться невесту. Главное, чтобы по дороге сюда с ней не приключилось никакой беды. А то мало ли, авария... - И так спокойно об этом говоришь!! – Взвился сидящий неподалёку Усоп. - Вот именно, – кивнул Френки, косясь на сидящую рядом Нико, – ты на нашу свадьбу супэ-э-эр опоздала. Чего я только не передумал за эти два часа. - Но всё же прошло хорошо, – невозмутимо отозвалась Робин, улыбнувшись. - Было просто супэ-э-э-эр, не смотря на мои вымотанные нервы! - Точно, Френки, – подал голос Зоро, – эти невесты вечно опаздывают, – он покосился на блондина, – сам через это прошёл. - Это кого ты невестой назвал, Маримо?!! – Тут же отреагировал Санджи, одной рукой хватая зеленоволосого за грудки и притягивая к себе, – я-то, как раз, пришёл тогда вовремя, а ты, топографический кретин, в трёх дворцах бракосочетаний побывал, прежде чем нужный найти!!! Так что, кто из нас невестой был, ещё спорный вопрос! - Ну, невесты обычно всё организовывают. Ты по всем категориям на бабу смахиваешь, так что не возбухай, жёнушка, – Ророноа, ехидно ухмыльнувшись, подтянул Блека за галстук ещё ближе и зашептал в самое ухо, чтобы только он слышал, – или тебе напомнить, как ты выгибаешься подо мной, прося “ещё” и “сильнее”, как стонешь моё имя, когда я выполняю эти просьбы?.. Саджи тут же вспыхнул, а ля маков цвет, рывком отстранился от довольного Зоро и визгливым, почти женским от переизбытка смущения голосом завопил, заставляя всех в зале недовольно поморщиться: - Заткнись, извращенец!! - И даже визжишь, как девчонка, – чуть улыбнулся Ророноа, любуясь реакцией блондина, который тут же отвернулся от него, нервно прикуривая очередную сигарету и явно уже раздумывая над планом мести. - Милые бранятся - только тешатся, – прокомментировала эту сцену Робин, улыбаясь. Она мимолётно кинула взгляд на Луффи, держащегося за голову и выглядевшего крайне бледно, и тут же нахмурилась, – Луффи-сан, ты неважно выглядишь. Все тут же обеспокоенно взглянули на парня. Он лишь отмахнулся: - Ерунда, – не смотря на адскую головную боль и желание поскорее завалиться спать, волновать друзей Монки не хотел, потому ободряюще улыбнулся, – ещё успею выспаться. Конечно, если вы не будете орать, то, пока мы ждем, я подремлю чуток. – Он подошёл к одному из свободных стульев, с наслаждением плюхаясь на него, и приваливаясь боком к рядом сидящему Бруку. - Йо-хо-хо-хо, Луффи-сан, мы же Вас потом не добудимся, – сказал мужчина, однако расслабляя плечо, чтобы парню было удобнее на нем лежать. - Ничего, она, как придёт, мигом меня растолкает... – сонно ответил Монки, засыпая. Друзья только пожали плечами. Пусть спит, только бы был в относительном порядке, когда церемония, наконец, начнётся. Все заняли свои места и начали вполголоса переговариваться, дабы скрасить ожидание невесты и не потревожить дремлющего жениха. - Вот вам и жених, – недовольно проворчала Нами, – все о своих опаздывающих невестах беспокоятся, а ему хоть бы хны. Будто это вообще не его свадьба. Что за наплевательское отношение?! - Да ладно, Нами, ты же знаешь, почему он согласился на эту свадьбу, – печально сказал Усоп, заставив друзей тут же помрачнеть. Все прекрасно знали причину. - Хорошо, что он решил успокоиться, остепениться, – вздохнул Санджи, – будем надеяться, что её любви хватит на них обоих. - Точно, – кивнул Зоро, – если бы не она, он до сих пор бы страдал. А теперь ад, коим были эти два года, закончится... - Дай-то Бог... – сказала Нами. Она прикрыла глаза, пытаясь прогнать грустные мысли, – так или иначе, сегодня праздник. Мы должны радоваться, чтобы он не думал о плохом в такой день! Друзья тут же взяли себя в руки, пытаясь выглядеть более жизнерадостно. Они одновременно посмотрели на спящего друга, вспоминая, что это ради его счастья и, переглянувшись, улыбнулись друг другу, решив быть сильными для него, того, кто осветил жизнь каждого лучом своего солнца. Ради этого некогда весёлого мальчишки, который два года назад потерял радость своей жизни и не сломался, только благодаря их поддержке и любви. Они на всё готовы, чтобы он снова смог улыбаться, как раньше. Они ещё не знали, что в этот день ничего так и не изменится... Двери зала повторно распахнулись. Все присутствующие сразу же обернулись на шум. На этот раз на пороге стояли две женщины: рыжая и зеленоволосая. Они окинули взглядом зал, проверяя всё ли в порядке, и все ли собрались. - А где жених? – Зеленоволосая упёрла руки в бока, – Блек, Зоро, вы должны были его доставить! - Тут он, – фыркнул Ророноа, кивая в сторону Луффи. - А почему дрыхнет?!! - Переволновался и ночью заснуть не мог. - Буди, и занимайте места! Живо! Зоро тут же встал, подошёл к Луффи и, наклонившись, проорал ему на ухо: - Подъём, жених! Невеста прибыла! Монки вздрогнул, открывая глаза, явно не понимая, что происходит: - Ну что опять?! - Пора жениться, олух, – Нами отвесила парню пробуждающий подзатыльник, – приводи себя в порядок! - Блин, – Луффи встал, потирая голову, покачнулся, нахмурился, потёр глаза и, наконец, пришёл в себя. – Куда вставать-то? Ророноа поднял его за плечи и перенёс на нужное место, встав рядом с ним, как свидетель. На одно из освободившихся мест тут же поставили небольшую фотографию в рамке с запечатлённым на ней улыбающимся веснушчатым брюнетом. Зазвучала музыка и женщины, всё ещё находившиеся у дверей, отошли в стороны, пропуская невесту. Гости, не сговариваясь, восхищённо вздохнули. Подчёркивающее стройную фигуру узкое платье, расширяющееся к полу, перчатки до локтей, огромная фата, полностью закрывающая лицо и шикарные чёрные волосы. Невеста медленно и грациозно ступала по усыпанной лепестками белых роз дорожке - будто лебедь плыла - под взгляды обожания, направленные на неё. Однако сейчас она не обращала внимания ни на кого. Для неё существовал лишь один человек. Она смотрела него из-за белой ткани фаты, не в силах оторвать взгляд от такого прекрасного, облачённого в чёрный смокинг, любимого мужчины. Он пришёл. Он ждал её. С каждым шагом её покидали волнения, улетучивались мысли о том, что он мог передумать, сменяясь всё крепнущей уверенностью и предвкушением. Ещё чуть-чуть и он будет только её. Как же долго она об этом мечтала! Луффи неотрывно смотрел на приближающуюся женщину. Она была прекрасна. У него даже дыхание перехватило на мгновение. Будучи самой красивой женщиной во всей стране, если не в мире, сейчас она стала ещё красивее, хотя, казалось, это просто невозможно. Она будто создана была для того, чтобы быть невестой. Чтобы облачённой в белое платье идти под венец, ловя восхищённые взгляды. Идти к человеку, с которым свяжет свою судьбу, и который сделает её самой счастливой на свете. Ведь она достойна этого, как никто другой, даже не смотря на отвратительный характер. Монки поёжился, будто от холода. Он внезапно почувствовал себя не в своей тарелке. Будто не тут он должен сейчас быть. А, ведь, если подумать, правда. Она должна быть счастлива, но он не тот, кто сможет подарить ей это счастье. Она его, конечно, до фанатизма любит, но ощущение неправильности обрушилось на него, как снег на голову. Что он здесь делает? Почему он вообще согласился жениться на ней, если совсем не любит. Не любит так, как она бы того хотела и как она того заслуживает. Она его старше на двенадцать лет, о чём он думал, соглашаясь жениться? Хотя, ясно, о чём. Грёбаный эгоист. Думал только о себе. Хотел заглушить боль в своей душе, не подумав, на что обрекает эту влюблённую в него женщину. Что бы она ни говорила, ни один человек не сможет терпеть безответное чувство. Даже она рано или поздно перегорит и тогда им обоим будет в тягость этот брак. Ну, ладно, не срастется - разведутся, но какой в этом смысл? Неприятные воспоминания останутся всё равно. Этой женитьбой он разрушит тот свет, что поселил в её душе, будучи только другом. Она точно станет ещё стервознее и от того несчастнее, когда всё закончится. А он будет винить себя до конца жизни в том, что из-за своей слабости причинил боль другому человеку. Он кинул мимолётный взгляд на своих друзей. Они радовались. Улыбались, искренне желая ему счастья. Они хотели, чтобы он забыл о кошмаре, что два года преследовал его. Они бы его отговорили, если бы считали, что этот брак не принесёт никому счастья. А они здесь. Они считают его решение верным. Необходимым. И ему. И им самим. “Сколько же нервов я вытрепал им за эти два года. Они считают, что она сможет принести в мою душу покой, может, даже, склеить её со временем. Они не хотят больше видеть, как я страдаю... Ребята...” – Взгляд Луффи стал трепетно-нежным – “я больше не заставлю вас беспокоиться”. Он почувствовал на плече руку Зоро и обернулся к нему. Тот только кивнул, ободряюще улыбаясь. Монки кивнул ему в ответ и снова перевёл взгляд на приближающуюся женщину. Найдя за фатой её глаза, он улыбнулся. Хоть пока и через силу, но, она обязательно вернёт ему способность искренне улыбаться. Уж после всего, что было, неужели он не может побыть хоть чуточку эгоистом?.. Она бы упала, если бы не королевская выдержка. Он так улыбнулся, что у неё сердце пропустило пару ударов, а ноги подкосились. Она даже замерла на мгновение, пока одна из её сестёр, идущих позади, не наклонилась и не прошептала едва слышно: - Ну что же ты, вперёд, он ждёт тебя! Она судорожно вздохнула, покраснев до кончиков ушей, благо, за фатой этого никто не заметил и, опустив взгляд в пол, возобновила движение. Дойдя до подиума, на котором стоял её возлюбленный, она остановилась, подняв глаза и, приняв его протянутую руку, шагнула на “ступень судьбы”, как уже мысленно успела её окрестить. - Хенкок, ты прекрасна! – Сказал Луффи и аккуратно поднял фату, которую тут же сзади забрала Мериголд, окончательно снимая с невесты. Жених был ненамного, но ниже её, что тут же напомнило ей о разнице в их возрасте. Да к чёрту это! Любви все возрасты покорны! - Луффи-сама, я так счастлива! – И правда, она уже не обращала внимания ни на что. Даже не заметила, как он вздрогнул после этих слов. А Монки опять задумался о правильности этого решения. Они с Хенкок повернулись к столу, за которым стояла важного вида регистраторша браков, которая, обведя взглядом зал, поинтересовалась: - Можем начать? – Что не удивительно, ибо церемония должна была начаться полтора часа назад. - Да, – кивнула невеста. Жених кивнул на автомате, находясь в прострации. Женщина начала церемонию, но Луффи больше её не слышал. Его будто отключили от происходящего новые сомнения. Внешне же он никак не выдал своего состояния, продолжая натянуто улыбаться. Что он делает? Он не так представлял свою свадьбу. Совсем не так. Вернее, её у него и не должно было быть. Ведь они с Эйсом по документам были братьями, и пожениться не могли, как, например, Санджи и Зоро. Они бы просто устроили пирушку у себя дома. Пригласили друзей, получив от них благословение, обменялись кольцами, поцеловались бы, и никакие документы не остановили бы их. Они бы жили долго и счастливо. Вместе. Как сводные братья, как супруги, наплевав на мнение окружающих. Но Луффи женится не на Эйсе и не за него замуж выходит. И это не правильно... Вот откроются сейчас двери, войдет Он, живой и здоровый. Закинет на плечо и унесёт отсюда, напоследок, победно улыбнувшись злой Хенкок и подмигнув друзьям брата. А Луффи будет рыдать от счастья и облегчения, колотя его по спине и ругая за то, что так надолго оставил, заставив думать, что уже не вернётся. Монки как в трансе оглянулся на дверь. В сердце затрепетала надежда. Ну, приди. Ну, пожалуйста. Пусть эти два года ада окажутся страшным сном. Ты же уже как-то уезжал на целый год. И вернулся, обняв и попросив прощения. И сейчас вернись. Останови. Пожалуйста, Эйс... Но двери не открываются. Церемония продолжается, как ни в чём не бывало. Друзья улыбаются, Луффи почти физически ощущает их поддержку. Но не это ему сейчас надо... Взгляд карих глаз останавливается на одном из стульев в первом ряду, где они недавно сидели с Зоро. Со стоящей там фотографии в деревянной рамке на него смотрит его любимый старший брат. Смотрит и улыбается. Его чёрные глаза излучают счастье и любовь. Монки помнил, когда была сделана эта фотография. Они с Эйсом гуляли по набережной. Луффи фотографировал всякую хрень, носясь из стороны в сторону. Портгас недовольно бурчал, безуспешно призывая брата к спокойной прогулке. Монки тогда, делая очередной снимок окружающей их природы, украдкой посмотрел на Эйса, когда тот, облокотившись спиной о забор, совершенно непередаваемым взглядом смотрел на небо. Луффи любовался им с минуту, потом, ни с того ни с сего, решил спросить: - Эйсу-у, ты меня любишь?! - Не задавай глупых вопросов, – Портгас перевёл на мальчишку взгляд и, наклонившись, на мгновение прижался к его губам своими, тут же, впрочем, отстраняясь, – люблю. Больше жизни, – и счастливо улыбнулся. А Монки, не мешкая, сфотографировал его, радостно сообщив: - Я тебя тоже люблю! Навсегда! И это теперь моя любимая фотография! И сейчас в голове Луффи снова зазвучал голос брата. И внезапно на него накатила слабость. Закружилась голова, перед глазами потемнело, а дыхание участилось. “Навсегда... Люблю... Тогда какого чёрта я женюсь на ней?!” Слабость отступила так же резко, как и появилась. Луффи открыл глаза и увидел Эйса. Прозрачного, но точно сидящего на этом грёбаном стуле. Он улыбался. В карих глазах плескалась светлая грусть, но он улыбался. Ярче чем на фотографии, умиротворенней, чем перед своим последним вздохом. Он что... Отпускает его? Благословляет на этот брак? Не останавливает? “Эйсу” – одними губами прошептал Луффи. Портгас поднялся со своего места, подошёл ближе и прошептал: “Луффи... Мой милый любимый братик. Прости меня за то, что не сдержал обещание... Я знаю, как тебе больно. Но ты должен идти дальше. Ты должен быть счастлив, не смотря ни на что. Она позаботиться о тебе вместо меня. Её любовь поможет тебе...” “Но я не люблю её. Я хочу сейчас тут с тобой стоять!” – Подумал Монки, с болью смотря на брата. “Прости, что это не так... Но лучше её никого нет...” – Ответил Эйс, снова улыбнувшись. “Уже нет” – мысленно пробурчал Луффи. “И не будет. Я сейчас так рад за тебя. Все эти два года, я мечтал, чтобы ты перестал убиваться... Я пришёл, чтобы поздравить тебя, Лу. Будь счастлив, родной мой...” Монки почувствовал лёгкий толчок в спину, наблюдая, как Эйс растворяется в воздухе. И когда Портгас полностью исчезает, Луффи слышит сказанное братом напоследок: “Не зацикливайся на прошлом, иди вперёд, ни взирая на трудности, как всегда это делал!” Парень поворачивается обратно. Звуки медленно возвращаются, и голос регистраторши врезается в мозг, будто поезд на полном ходу. - Согласны ли Вы, Боа Хенкок, взять в мужья Монки Д. Луффи? - Да! – Отвечает счастливая женщина и переводит взгляд на жениха. Луффи смотрит в её глубокие синие глаза, наполненные безграничной любовью, надеждой и ожиданием его согласия. Он чувствует, как внутри всё холодеет. Как сердце болезненно медленно бьется о грудную клетку, будто один за другим заколачивают гвозди в гроб. Тудум. “Не зацикливайся на прошлом”. Легко сказать, ты-то сдох... Тудум. “Иди вперёд”. А ты чего сошёл с дистанции? Тудум. “Будь счастлив”. Без тебя? Тудум. Ты отпустил, место того, чтобы никому меня не отдавать. Тудум. Ты ушёл, хотя обещал, что никогда не умрёшь. Тудум. Ты оставил меня, хотя говорил, что всегда будешь рядом. Тудум. Ты даже после смерти сбегаешь, переложив ответственность на Хенкок. - Согласны ли вы, Монки Д. Луффи, взять в жёны Боа Хенкок? Я не могу так поступить с ней. Я не могу забыть и отпустить прошлое. Я не могу и не хочу быть счастливым без тебя. Ты оставил меня раз, сбежав на тот свет, теперь снова уходишь, как ни в чём не бывало, надеясь, что я тоже отпущу тебя? Слабак, трус, обманщик!! Хрен тебе, а не успокоение! - Нет. Зал замирает. Послышалось? У всех массовые слуховые галлюцинации? Взгляд Хенкок становится удивлённым. Она не верит своим ушам. - Луффи... т-ты... Монки поджимает губы, собираясь с мыслями, и более громко повторяет, чтобы все слышали: - Нет, я не согласен, – он смотрит в наполняющиеся слезами глаза невесты и продолжает, – Прости меня, Хенкок. Я не могу с тобой так поступить. Я люблю тебя, но только как друга. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Но со мной этого не будет. Ты достойна лучшего. Я же принесу тебе только страдания... – она только хотела что-то возразить, но он прикладывает палец к её губам, – молчи. Ты знаешь, что я прав. Ты можешь кричать, проклинать, обижаться, но не сейчас, пожалуйста... – он в полной тишине шокированного зала подошёл к стулу, взял фотографию Эйса, прижал её к груди и повернулся напоследок к бывшей невесте, – прости, но так будет лучше... – и почти бегом пересёк расстояние до двери, буквально выскочив из помещения... Стоило ему покинуть зал, как молчавшие гости отошли от шока, переговариваясь и обсуждая его поступок. Хенкок сорвалась, закрыв лицо руками и разрыдавшись, к ней тут же кинулись её сестры, начиная утешать. Друзья Луффи переглянулись, будто зная, что что-то подобное должно произойти, но до последнего надеясь, что этого не будет. Зоро, внезапно почувствовав, что на его плечо кто-то опёрся, повернул голову, встречаясь с печальными карими глазами Эйса, и ошарашено вытаращился на призрака, мгновенно севшим голосом спросил: - Что за... – Нервно сглотнул, не договорив. И привлёк внимание остальной компании друзей. Нами ахнула, Усоп перекрестился, Чоппер, Френки и Брук расплакались, как самые впечатлительные. Санджи нервно закурил. Они все его увидели. - Идите за ним, – проговорил Портгас, – даже если будет просить оставить его одного, не слушайте... – И исчез. Шокированные друзья, синхронно моргнув, переглянулись и засобирались за Монки. А Луффи бежал, прижимая к груди фотографию брата, и ощущал всё нарастающую лёгкость. Будто с плеч падает тяжёлый груз. Он избежал, пожалуй, самой ужасной ошибки в своей жизни. И ему наплевать, что было в зале после его ухода. Всё равно, что будет дальше. Главное, он чувствовал, что поступил правильно. И пусть Эйс хоть в гробу перевернётся. Успокоения ему на том свете не видать...