Дело №

30.09

Это была одна из тех дерьмовых субботних вечеринок с братом и Франциском, где Джонсу обещали кучу еды, но все забыли предупредить, что готовил Артур. Ещё и заставили его пить. А теперь, когда все были изрядно выпившими, вынудили страдать какой-то хернёй. - И так…. Ал, что же о тебе скажут карты? Ты готов узнать? – таинственным, и немного пьяным голосом сообщал Артур, махая рукой над картами таро. Правда с ними в колоде УНО и карты для покера, но это, очевидно, не волновало Кёркленда. - А у меня есть шанс сказать нет? - Не-а, - Старший приподнял нос, слегка ухмыляясь. Он быстро-быстро перемешивал карты, пока Ал показывал всем видом, что ему это не интересно. - Но у тебя никогда не получается ничего предсказать! Это бессмысленная трата времени! - Не спорь… кхм, - Артур немного прокашлялся и выдернул первую карту, а потом ещё 4, снова начиная таинственно говорить, - В ближайшем будущем… вижу! Карты говорят, что ты встретишь человека, в котором ты узнаешь себя! Он преподнесёт тебе сюрпризы! Вот тут…. колесо фортуны! Это значит, что тебе либо крупно повезёт с ним, либо не повезёт! - Клёво… Нахера тогда вообще нужна твоя херня, если шансы 50/50? – Альфред сидел словно бы надутый воробей. Недовольный и до театрального злой. - Слушай же дальше, мелкий смертный! - На ковёр, из всей колоды, вдруг выпала карта, - Ждёт тебя чья-то смерть..., - Он положил ещё карты три, одна кстати была дамой пик, - Это женщина, очень близкая к тебе. - Пф. Бред. Я и с женщинами то не общаюсь, чтобы был кто-то близкий для меня, - Вставил Ал, отпивая немного виски из стакана. Его взгляд уполз куда-то к окну. Франциск слегка хихикнул. - Оставь наконец свои комментарии при себе, смертничек, - Артур начал по новой размешивать карты, наблюдая за недовольным лицом своего брата. Вдруг на пол упала ещё одна карта. На ней было изображено два человека, держащие кубки. Кёркленд улыбнулся ещё шире, чем прежде, - Карты говорят, что в тебя влюблён один человек…. Вижу…, - Артур тянул. Видел, как Альфред вдруг вернул полный презрения взгляд на карту, - Ох, вижу…. Да. С необычными глазами и острым носом. - Ещё у него белые волосы и зовут его.... Иван. У-у-у~ - Добавил Франциск, наблюдая как Альфред краснеет от злости и начинает пытаться встать. Пытаться, потому как стакан в руке вызывал у него некоторые трудности, особенно когда он заваливался назад. - Вот это точно бред! Я ухожу! - Ну ладно, ладно, карты говорят, что в тебя просто влюблён человек. Но всё же... Ты не слепой, Ал. Должен же видеть, - Говорил Артур, пока собирал карты обратно, - Недавно он приходил ко мне и спрашивал по поводу того, почему ты пришёл таким разбитым в пятницу. Дело Итак, я Альфред Ф. Джонс (№1), узнал информацию, которую следует проверить. Вчера ночью, где-то между 3 и 6 утра, я от Франца (№8), моего брата (№3) и карт, услышал о влюблённом в меня человеке. Я(№1), намерен выяснить это! Улики: Част Чья-то беловолосая голова в очередной раз ударилась о турник. Джонс от испуга кинул тетрадку куда-то за стол и так смущённо смотрел на гостя, будто бы рассматривал что-то крайне… эстетичное. - Привет, какими судьбами? - Альфред посмотрел на парня, что тёр свою голову, потом посмотрел на стол, где тетради не оказалось. Издал какой-то уж больно спокойный вздох, глянул обратно на русского, но тут же спохватился и полез за тетрадью под стол. - Вышла новая серия твоего сериала, а у меня как раз Гилберт ушёл... - Интересно, куда же..., - Недовольным тоном, даже больше для себя, буркнул Ал, пока пытался вытащить тетрадь. Эх, были бы его руки на пару сантиметров длиннее... Он пытался было подвинуть стол, но места не хватало. Задумался. Почесал шею и принялся искать чем бы поддеть вещицу. - Да так. Прогуляться. Да и я там пиццу сделал, - Как бы между прочим сказал Иван, но столь восхитительно-наивным голосом, что будто бы и не намекал вовсе. - О! Надеюсь, с грибами! - Альфреда два раза уговаривать не надо было. Иван же ещё минут пять наблюдал, как Джонс, словно бы балерина, старался наступать на ковёр. Комнатка была до того маленькой, что вещи негде было хранить и они валялись на полу. Наконец Ал встал с какой-то самодельной дудочкой, которую он нашёл под своей любимой курткой. А Иван стоял сзади, протягивая ему тетрадь. Будто бы греческий бог, Альфред разлёгся на чужой кровати. Перед ним экран ноутбука. Одна из рук была занята последним куском пиццы. Он не видел Ваню, но чувствовал, как тот положил на него руки, чтобы подпереть голову. - Серия говно... Персонажей не раскрыли, а лучшая девочка тайтла вообще мужик... - Ну не знаю. Сюжетно это серия была лучше, - Иван дёрнул плечами и нагло спёр кусок пиццы прям из-под носа Альфреда. Джонс попытался отнять его обратно, но всё безуспешно. -Ну ты конечно….!, - Ал кое-как сдержал свой злобный порыв. Хотя Ивану и достался лёгкий шлепок по ноге, - Я хотел ещё один фильм посмотреть.... Если хочешь-? - Да! Окей. Я схожу на кухню. Без еды как-то не очень смотреть - почти весь низ чужого лица скрылся где-то за шарфом. Альфред же наблюдал за тем, как второй уходит, а сам искал что же посмотреть. Конечно, у него ничего не было, но это не помешало тыкнуть ему на первое что попалось. А название то какое! Вампирские обычая! Наверняка сериал интересный, с каким-нибудь экшеном! Но... Вот Ваня пришёл, началось проигрывание, а это оказалась романтика. Ужас! А переключить его нельзя, он ведь "хотел посмотреть". Какая-то женщина, потом вампиры, потом дерутся ради неё, она отказывает одному, любит второго, а он целуется с третьим. А потом ещё и ужасные диалоги. Альфреду хватило 10-и минут этой адской скуки, и он уже спал, лишь бы не смотреть то, что происходило на экране. Иван, от скуки может, перебирал его волосы из стороны в сторону, слушая тихий сап где-то под рукой. Будить его не стал, да и зачем? Кровать хоть и была маленькой, да на столько, что он сам не помещался на ней, но... Просто не хотелось, тоже ведь причина? В ночной тиши вдруг скрипнула дверь. Иван открыл один глаз и не почувствовал рядом тела. Рука пыталась нащупать его, но совершенно никого не могла найти. - Альфред? - Полушёпотом начал Брагинский и поднялся со своей кровати. Глаза не успели открыться, и он попеременно открывал их. На противоположной кровати спал Гилберт, рядом с ним валялось несколько открытых бутылок пива. Кажется, вся его постель пропиталась запахом алкоголя. Кровать тихо скрипнула, когда Ваня встал с её. Он пошёл по коридору. Слегка прохладно из-за открытого окна, но вполне терпимо. Далёкие шаги слышались со стороны кухни и полусонный Брагинский шёл туда, укутываясь в шарф. Спокойно. Альфред бубнил: "во имя Иисуса Христа…". Лёгкое эхо разносило его слова, просвещённые богу. Иван ещё никогда не начинал чувствовать себя так странно. В этой полной темноте, с этими странными молитвами всё казалось слегка более потусторонним, чем было на самом деле. Каждый скрип отдавался где-то в душе. Уже вовсе не хотелось спать, особенно когда, будто бы в бреду, шаги Альфреда затихали. И он шептал "Аминь, да?". Иван останавливался, с лёгким испугом оглядываясь по сторонам. Он конечно же не верил, но вдруг... Кухня встретила их жужжащим воем. Со стороны двора всё не унимался ветер, который продолжал задувать в форточку. В этой темноте можно было различить лишь черты и сколько бы Иван не вглядывался, сколько бы не пытался различить одно от другого, он не видел лица. Но ещё ужаснее было то, что его мозг стал дорисовывать. Будто бы рот увеличивался до невероятных размеров, глаза и вовсе то присутствовали, то отсутствовали. А он всё бубнил и бубнил. - Альфред? - Полушёпотом сипнул русский и вдруг кухню разразило светом от холодильника, несколько бутылок лязгнуло, и Альфред снова пробормотал "Аминь". Всё пришло к тому, с чего начиналось. Стоило бы спокойно вздохнуть, но американец не отвечает. Что-то бубнит конечно, но это было совсем-совсем не то, - Альфред? - Повторил Иван, касаясь его плеча. Тот буркнул: "Отстань, отец" и сбросил тяжёлую руку с плеча, немного отшатываясь вперёд, чуть не ударившись об полку холодильника. Брагинский посмотрел на его лицо, оно оставалось спокойным, а вот глаза полузакрыты. От простого интереса он перевёл взгляд к холодильнику, где Джонс не то пытался схватить йогурт, не то чью-то кастрюлю. Но из всего этого он вдруг схватил одну сосиску, отошёл к полкам, и все остальные, паровозиком, понеслись за ним. Иван аж икнул от смеха. Как же плохо ему стало, когда, содрогаясь от внутреннего желания заржать в голос, он наблюдал за тем, как Альфред старательно наматывал сосиски на кастрюлю. Как старательно что-то высматривал в ней, как наполнял стакан водой, а потом запихнул туда все ложки, которые валялись в ящике. Кухня была освещена лишь светом того самого холодильника, который не прекращал пищать, потому как Иван был обязан досмотреть шоу до конца. И пускай его всё ещё смущало то, что бубнил Ал, но это стоило каждой секунды. Альфред лунатик, кто бы мог подумать! Кто-то сзади ударил его по голове, да так, что Иван чуть не упал со стула. Он обернулся назад. Артур показывал на холодильник, но залип на Джонса. А тот поставил стакан на газовую плиту. Этот самый стакан, был в центре, и даже если бы парень смог бы поджечь плиту, то ничего бы не произошло. А кастрюлю с сосисками он надел на себя. И чётко пялился на бедный стакан с водой и ложками. Да ещё и покачивался из стороны в сторону, стоило ветру подуть на него. Альфред вдруг снова стал бубнить свои молитвы. Артур из-за этого 3 раза хрюкнул, а это ещё при том, что Иван закрывал ему рот, лишь бы не разбудить ещё больше людей. - Что с ним? - Полушёпотом произнёс русский, хотя не переставал хихикать, будто бы пытаясь не мешать Альфреду. Несмотря на смех его взгляд тронула печаль, какая бывает, наверное, только к людям совсем больным. А может, так казалось, Артуру, из-за совсем тусклого света. - Альфред... Лунатик, - Артур ударил младшего по щеке, будто бы пытаясь удостовериться в том, что тот и впрямь спит, и взял стакан, что парень пытался нагреть, видимо, силой своего взгляда, - Такое редко, но бывает из-за стресса. - Про это я понял, я имел ввиду остальное, - Он встал возле окна, поджигая конец сигареты, не то, чтобы немного успокоится, не то чтобы было чем занять рот, по какой-то из привычек, - Эти молитвы, разговоры... - Думаю ему просто сниться что-то из прошлого. Не обращай внимание, - Джонс вдруг ушёл с кухни с той самой кастрюлей, всё приговаривая обрывками фраз: "Это ты виноват...", "Аминь...", "Чтобы вы горели в аду". Иван же не стал бежать за ним. Не бросать же сигарету, ей богу. - И что же у него должно было произойти, чтобы вот такие вещи говорить? Семья сатанистов? - Ну... Не то чтобы... Протестанты, - Артур поставил стакан и стёр несколько слёз от смеха, а потом и вовсе умылся, чтобы прийти в себя, - У нас были религиозные родители, которые довольно много запрещали, а Альфред, как сам знаешь, не из тех, кому это можно делать. Вот и всё. Потом в 16 он и вовсе сбежал, но знаешь... Лучше спроси у него лично, - Артур говорил это, всё не переставая хихикать, - Он тебе ответит точнее. Я застал его где-то через полгода после побега. Он тогда пришёл чтобы у меня пожить. Потом ещё год ходил вот так и мой чай выкидывал. До сих пор ему простить не могу... Ладно, спокойной ночи. Присмотри там за ним, - Артур дёрнул рукой и тут же ушёл в комнату. Иван сделал тягу побольше и выкинул почти целую сигарету в форточку. Теперь нужно было найти Альфреда. Тот как раз был за поворотом, где был лестничный спуск в его комнату. Джонс выставил перед собой ногу, видимо надеясь на ступеньку. У Брагинского вдруг сердце в пятки ушло, а мозг стал реагировать на автомате. Иван бросился за ним и почти поймал, но его рука оказалась пустой. Он замер как статуя. Стоя на одной ноге, с вытянутой рукой, сжимавшая пустоту, пока одни зрачки смотрели за Джонсом, что совсем не как мячик, а скорее, как чугунный утюг, прокатился по всем оставшимся деревянным ступенькам, между прочим, сломав как минимум три из них, пока не упал к дверям собственной каморки, очень неестественно подогнув под себя одну из стоп. Альфред лежал скрюченный, как гармошка. Рядом с ним его идиотская кастрюля, обмотанная сосисками, что ещё несколько секунд "танцевала" на полу с таким диким грохотом, что Иван прищурился. Взгляд американца наполнился каким-то смыслом и самыми благими матами. Видимо наконец проснулся и схватился за ногу, лишь по какому-то удивительному случаю, не завывая громче, чем посудина, продолжавшая шум. Итог: Вместе с Иваном мы были вынуждены поехать в больницу. Я, №1, пострадал. К сожалению, крайне серьезно. Но не был бы я Альфредом Ф. Джонсом, если бы не пискнул и слова, героически выдержав и это испытание жизни. Какое-то растяжение вовсе не повлияет на мои дела! В прочем, по делу так и не удалось ничего выяснить. Он ведёт себя достаточно мягко со мной, готовит. И когда я упал, очень переживал. Но стоит спросить его напрямую, так как он почему-то отшучивается :( Ещё и 4 раза блондинкой назвал В прочем, Альфред не имел ни здешней страховки, ни каких-либо других документов, которые позволяли бы ему хотя бы подышать в больнице. Но и оставлять Альфреда на пороге не стали. Наклеили целых три пластыря, поставили диагноз и отправили домой. Ещё долгое время два парня сидели на скамеечке рядом, ожидая отца Ивана. Ал так и не смог добиться того, чтобы его вопросы о чувствах восприняли всерьёз из-за шуточек Брагинского. Всю дорогу до общаги Джонс сидел красный и злой, а Иван тихонько посмеивался, мучая его волосы. Но это была совсем другая история…