Преимущество избранного

      — Авада Кедавра!       Миг и зелёная вспышка ослепила глаза. Резкая боль пронзила грудь. Тьма мягкой пеленой прикрыла веки. Сердце, глухим стуком отдававшееся в ушах, остановилось. Быстрая смерть. «Вот она, свобода.»       Это первое, что пришло в голову Гарри. Тяжёлый груз ответственности за жизнь близких, друзей, да и всей Магической Британии, камнем свалился с плеч. Впервые за семь лет чувствовалось облегчение. А с ним, пришла печаль. Осколки несбывшихся мечт и надежд пронзили мысли Поттера. Умирать в столь юном возрасте, незавидная участь. И ради чего? Он никого этим не спас.       Гарри ждал, что сейчас ему начнут показывать моменты из прошедшей жизни, как это происходит в маггловских фильмах, но ничего не было. Его окружала кромешная тьма.       Поттеру казалось, что он навечно останется здесь, погруженный в свои мысли и печали. Пока из темноты не послышался приглушённый, женский голос.       — Рановато ты здесь оказался, — из постепенно отступающей тьмы, вышла женщина в длинной, черной мантии. Тень от капюшона падала на лицо, покрытое лёгкой паутинкой морщинок. Зелёные глаза, горевшие холодным огнём, внимательно осматривали Гарри, отчего по телу пробежался табун мурашек.       Белое пространство, окружавшее собеседников, начало преображаться. Светлая дымка кружила вокруг, формируя до боли знакомое место. Это была платформа 9 и ¾ на вокзале Кинг-Кросс.       — Ну здравствуй, Гарри, — сказала женщина. — Садись, поговорим, — она указала рукой, на скамейки возле стены. Поттер сразу сообразил, что к нему пришла сама Смерть.       «Интересно, правда ли то, что Смерть лично приходит к каждому? Если да, то это весьма утомительно, люди умирают каждую минуту.»       — Вы пришли проводить меня на тот свет? — спросил Гарри, садясь на скамью рядом с госпожой Неназываемой. Издалека они были похожи на старых знакомых.       — Это уже как ты сам пожелаешь, — спокойно ответила Смерть, изучая юного собеседника.       — Как это, сам пожелаю? Это из-за Воскрешающего камня? — удивился Поттер.       — И да, и нет. Видишь ли, я хочу дать тебе выбор, возможность, от которой ты не сможешь отказаться.       — Почему вы думаете, что не откажусь?       — Это не в твоём характере, — по-доброму усмехнулась госпожа.       — Откуда вы знаете?       — Я наблюдала за тобой, Гарри. Покровители всегда присматривают, за своими воспитанниками. И если потребуется, вмешиваются в их дела.       — Покровитель? Вы моя покровительница? Но, как?       — А вот так, — в глазах женщины заплясали озорные искорки. — Поттеры и Мраксы — прямые потомки Певереллов. А я была и остаюсь их покровительницей. Правда, от Мраксов мне пришлось отказаться, в наказание за их неуважение к Магическим Законам. Но, это уже другая история.       — Я не знал, — Гарри закусил губу. В голове крутилось масса вопросов, странно, что когда он был жив, их не возникало. А сейчас, будто волной накрыло.       — Ты вообще магический мир не знаешь. И не отрицай. Это не оспоримый факт. Если бы знал, тебя бы здесь сейчас не было, — Смерть вздохнула, видно было что разговор давался ей тяжело, наверное, не привыкла долго общаться с людьми. — Гарри, задумайся, а что ты вообще знаешь? Может быть, тебе известны Магические Законы? По которым ты должен был расти в Магическом мире, а не в маггловском, с родственниками, которых у тебя по отцовской линии вагон и маленькая тележка. Или тебе известны артефакты, которые могли бы тебя защитить от разного рода магических воздействий? В конце концов, ты даже не знаешь полной истории тех, с кем борешься.       Поттер молчал, стараясь игнорировать желание перебить свою покровительницу.       — И это только часть, — Смерть потёрла виски, будто у неё резко заболела голова. — Ладно, не тебя в этом винить надо. Других людей. Особенно тех, кто зелья в твой стакан подливал.       — Какие зелья? — не выдержал Гарри.       — Обычные. Елейная смазка, оно же зелье дружбы или доверия, Зелье невнимательности, Зелье вражды, при чем адресного действия, Зелье подавления магии. Даже Амортенции немного. Ты залит ими по самое горлышко. А кроме зелий ещё и магия ментального воздействия имеется, — устало пояснила госпожа.       — Но кому это было нужно? И почему сейчас я не чувствую их воздействия?       — Ты не чувствуешь воздействия зелий и заклинаний, потому что твой дух покинул тело. Подобная магия не может влиять на душу. Взаимодействовать с душой могут только заклинания высшей категории или некроманты. Но, в некромантии всё по-другому работает. А насчёт лиц, которые так измывались над тобой, можешь подумать сам. Кому подобное было выгодно, и зачем.       — Пожирателям? — неуверенно спросил Поттер.       Смерть вздохнула. Да, сейчас её воспитанник был не готов думать без подсказки, оно и не удивительно. Столько лет под зельями сделали из него овечку, бездумно следующую за своим пастухом.       — Гарри, ты действительно думаешь, что Пожирателям это выгодно? Если им было бы нужно, они переманили тебя на свою сторону или убили. Но они этого не сделали, ни когда ты был ребёнком, ни в более старшем возрасте.       Гарри задумался. В голову ничего не приходило. К нему все хорошо относились, кроме приспешников Темного Лорда и тех, кто просто не любил Мальчика-Который-Выжил. Но подобных недоброжелателей в близком кругу не было.       — Я всё равно не понимаю. У меня была масса желавших мне зла, но не в близком кругу. А кроме родных и Пожирателей на меня воздействовать никто не мог, — высказался Гарри.       — Правильно мыслишь. Кроме близких так навредить никто не мог. А кому, по-твоему, выгодно направлять тебя на путь истинный, прячась за речами об общем благе, творить далеко не благие вещи?       — Нет… Дамблдор не мог, он же столько для меня сделал, и для многих других. Он великий человек, как он может так поступать?       — Величие не мешает творить, что вздумается. Даже наоборот, способствует этому. Когда большое количество людей буквально заглядывает тебе в рот, нетрудно спрятать грязные делишки за спиной.       Гарри молча уставился вперёд. А Смерть продолжала разбивать розовые стекла, через которые её воспитанник смотрел на мир.       — Вместо того, чтоб отдать тебя Сириусу Блэку, который был не виновен, доказать это было легко, даже законным методом, Дамблдор оставил тебя на пороге маггловского дома. Что уже противоречит Магическим Законам. Он подвергал тебя и других учеников опасности, и не один раз. Все те проблемы должны были решать взрослые маги, а не дети. И наконец, именно он бросил тебя на амбразуру. Положил на алтарь общего блага. Заставил сражаться мага-недоучку, мальчишку, с одним из сильнейших чародеев, ну или с тем, что от этого чародея осталось. В конце концов, ему было выгодно иметь такого карманного героя. А после, он мог бы сделать из тебя такого же карманного злодея, как из Тома Реддла.       Они долго сидели молча. Смерть наблюдала за Поттером, а Гарри пытался избавиться от метафорических кинжалов предательства.       «Наверное, их тоже семь.»       Отстраненно подумал Гарри. Пока липкие щупальца отчаяния и одиночества окутывали его с ног до головы. Вдруг он вскочил со скамейки и принялся ходить в разные стороны, не зная куда себя деть.       — Так я всё время был просто марионеткой?! — воскликнул Поттер, повернувшись лицом к Смерти. — Но почему?! Почему этого никто не видел? Почему никто не интересовался? Почему я?!       — Гарри, твои знания сейчас не отражают полную картину. Ты не можешь знать, пытались тебе помочь или нет. А что касается причины, это тебе предстоит узнать самому. Даже я не смогу ответить на эти вопросы.       Парень устало опустился на скамью. Плечи обмякли, будто на них положили тяжёлый груз. Вся его жизнь походила на тщательно срежисированный спектакль. Были сцены где играл он, и сцены игравшиеся для него одного.       «Зачем профессору Дамблдору эта игра? Он так готовил меня к битве с Томом? Но как бы я смог победить мага с огромным опытом за плечами? Смерть права. Я очень мало знаю. У меня почти нет личных достижений. Да, я всегда иду напролом и готов встать на защиту близких, но по большей части мне везло. И рядом были друзья. Сам я из себя почти нечего не представляю.       В младенчестве Тома победил не я, а моя мать, её защита. На первом курсе тоже. На втором победил Василиска только благодаря Фоуксу. Не более чем везение. Третий год — справился с дементорами, пожалуй, моё единственное достижение в раннем освоении Патронуса. На четвертом курсе мне приходилось всё делать по инструкции, опять же помощь друзей и везение в битве с Тёмным Лордом. Да и в дальнейшем, я скорее был не особо умелым исполнителем, чем полноценным главным героем.       Подготовки к битве с Томом не было. Точнее, она была, но не такая как полпгается. Даже маггловских бойцов готовили лучше, чем меня. Я ничего не знаю о мире магии. Что я собирался защищать? Дурак.»       — И что мне теперь делать? — в отчаяние произнёс Гарри, после нескольких минут молчания.       — У тебя есть выбор. Ты можешь уйти на тот свет, оставить всё так, как есть. Можешь вернуться в ту временную ветку, где умер. Так бы всё было, если бы я не пришла, — Смерть на секунду замолчала, будто раздумывала, стоит ли давать Поттеру выбор. — А можешь вернуться назад, в далёкое детство. Начать всё с чистого листа, отомстить за себя, за близких. Прожить долгую и наполненную жизнь. Решать тебе.       «Начать всё с начала… Звучит заманчиво. Может быть, это мне и нужно.»        — Я хочу прожить эту жизнь, как следует, чтобы не о чем было жалеть. Позволь мне вернуться в детство, — уверенно произнёс Поттер. Покровительница довольно ухмыльнулась.       — Молодец, Гарри. Ты сделал хороший выбор. Я надеюсь, что второй шанс тебя не разочарует, — женщина поднялась со скамьи и направилась к краю платформы.        — Спасибо.       — Только попробуй умереть раньше предначертанного срока. А вот и твой поезд.       К платформе, почти бесшумно, подъехал Хогвартс Экспресс. Двери первого вагона открылись, ожидая своих пассажиров.       — Ещё раз спасибо, — улыбнувшись, произнёс Гарри. Последний раз взглянув на госпожу, Поттер поднялся в вагон. Прошелся по тамбуру и зашёл в первое попавшиеся купэ.       Состав тронулся, унося парня в неизвестность.       — Удачи, Гарри Поттер.