Boy Memorized

      Можно подумать, что Эндрю Миньярд привык к ребенку в своем доме. Но это не так. Он не привык. Энергичный семилетний, почти восьмилетний, ребенок? Точно нет. Даже если у него была Би, чтобы помочь, этого никогда не было достаточно. Поймать чрезмерно восторженного и громкого семилетнего мальчика, который бегал по дому, мчась, как гоночная машина, никогда не было легко. В отличие от других людей, Эндрю не любил бегать.       Эндрю проснулся холодным ноябрьским утром обычно приятной Напы, одетым в несколько слоев одежды. Он потянулся и пошевелил пальцами ног, чтобы убедиться, что его носки все еще надеты, прежде чем надеть нарукавные повязки. Сэр и Король давно исчезли с постели, вероятно, слоняясь по дому.       Были выходные, за что Эндрю был безмерно благодарен. Отъезд в Лос-Анджелес на целую неделю для завершения его новой книги и издательских встреч вымотал его. Ему придется снова лететь во вторник на встречу с художником, чтобы разработать дизайн обложки и все такое. Все эти разъезды делали его одиноким, измученным, и заставляли его сильно скучать по Гриффину. Не то чтобы он рассказал это кому-нибудь, кроме самого Гриффина.       Он плеснул водой на лицо и попытался пригладить волосы, прежде чем выйти из своей комнаты и спуститься на кухню. Он уже мог слышать утренний крик Гриффина и последующее низкое гудение, которое, вероятно, было голосом Би, когда он спускался по лестнице. Солнечный свет, или его подобие, разливался по всему дому через двери и окна, когда Эндрю шел по кухне.       Би готовила завтрак, судя по запаху, блины, а Гриффин сидел на кухонном столе, свесив ноги и болтая с Би. Его белокурые кудри были взлохмачены после сна, а голос был чрезвычайно веселым для того, кто недавно проснулся. У него было слишком много энтузиазма, что компенсировало отсутствие его у Эндрю. Это было идеальное сочетание.

***

      Гриффин Миньярд. Свет жизни Эндрю.       После колледжа и исчезновения кое-кого Эндрю полностью отошёл от экси, оставив его без задней мысли. Это больше ничего не значило. Джостен бесследно исчез, а Кевин после победы в чемпионате превратился в настоящий кошмар. У Эндрю больше не было причин играть. Лисы играли, побеждали и праздновали свои победы, а Эндрю наблюдал за ними, молча подбадривая их вместе с тренером. Он знал, что тренер знал обо всем, но знал лучше молчать, чем спрашивать Эндрю.       Значит, он оставил Экси позади. Даже если какая-то часть его хотела оставить и людей позади, он не мог. Тренер, Би и Эбби дали ему так много. Так было у Ники и Аарона. И его Лисы. То, что это сделал кое-кто другой, не означает, что Эндрю тоже уйдёт из своей семьи. Ники переехал в Германию, а Аарон и Эндрю продали дом в Колумбии, чтобы купить собственные квартиры. Визиты были регулярными, звонки почти через день. Жизнь Эндрю начала налаживаться.       Он изучал литературу в колледже и получил по ней степень. Он также преподавал в паре университетов, чтобы проверить себя. К его разочарованию (другие назвали это приятным, очевидным сюрпризом), он нравился всем ученикам, даже несмотря на то, что девяносто девять процентов времени они боялись его (его «На самом деле, Стив? Если вы думаете, что я маленький, мы должны посмотреть на твой член» монолог был главной темой сплетен в течение нескольких недель). Но, во-первых, Эндрю не был глупцом, а во-вторых, он любил поговорить о литературе. Было что-то совершенно поэтичное в том, чтобы говорить о своем фаворите, а его ученики увлеченно слушали.       Это причудливое сочетание сделало его очень любимым преподавателем (даже любимым среди школьных литературных фанатов, Эндрю втайне этим очень гордился) среди студентов. Не то, чтобы он кому-нибудь рассказывал, но он действительно хорошо провел время, слушая, как студенты болтают, спорят и восторгаются своими любимыми книгами и романами. Это заставило Эндрю почувствовать себя не одиноким.       Затем Эндрю погрузился в писательство, дальнейшее исследование его симпатии к литературе, его любимым жанром был криминальный триллер. Его первая книга, опубликованная три года назад, стала бестселлером. Он подписывал копии, читал в библиотеках и на мероприятиях как представитель Алана Джеймса Мартина (он был драматичен), давал интервью для прессы и все такое, хотя и делал это редко. Робин была потрясающим публицистом и его представителем. Для всего мира Алан Джеймс Мартин был человеком неизвестным и невидимым, прямо перед их глазами.       Эндрю познакомился с Гриффином больше года назад, когда он только закончил последние части своего турне по бестселлерам и прилетел в Бостон, чтобы встретиться с Рене, которая только что вернулась из Кейптауна и Корпуса мира. Она вернулась и уже снова работала, когда Эндрю освободился. Она отвела его в один из приютов, в которых работала волонтером, и Эндрю был окружен детьми, Гриффин был одним из них.       Более чем шести-семилетний Гриффин со светлыми кудрявыми волосами и большими голубыми глазами мгновенно проникся к Эндрю сильной симпатией, к своему собственному и всеобщему удивлению. Тем более по сравнению с другими детьми. Эндрю тоже не возражал против него. Рене сказала ему, что его родители погибли в автокатастрофе всего несколько месяцев назад, и он каким-то образом остался единственным выжившим. Никто из его родственников не был готов взять на себя ответственность, что привело к тому, что он оказался здесь, в системе. Он был просто еще одним ребенком, которого бросили в приемную семью, но Эндрю знал последствия того, что он был просто еще одним ребенком.       — Как тебя зовут? — спросил Гриффин.       — Эндрю, — ответил он, играя с деревянной машиной.       — Могу я называть тебя Дрю? — Спросил он.       Он решил сесть рядом с Эндрю на полу в игровой комнате, спиной к стене и лицом к окну. Эндрю мог видеть ясное голубое небо и слышать чириканье птиц. Эндрю повернулся и посмотрел на Гриффина, который смотрел на него большими голубыми глазами. Грудь Эндрю заболела и затрепетала. Это было странно. Странно знакомо.       — Нет, — категорично ответил Эндрю. — Меня зовут Эндрю, а ты крошечный гном.       — Ты не смешной, — ответил Гриффин, надувшись. Улыбка грозила расплыться на лице Эндрю. Что с ним происходило? Затем Гриффин ткнул его нарукавные повязки, скользя по ним пальцами с любопытством, но осторожно. По спине Эндрю пробежали мурашки, легкая паника покалывала в костях. — Что ты скрываешь, Дрю? — Спросил он. Эндрю напрягся.       — Не твое дело. И не называй меня так.       — Дрю. Мне это нравится. Эндрю — скучное имя. Дрю симпатичнее.       — Ты мне не нравишься, — сказал Эндрю, солгав.       Гриффин усмехнулся, легко положив свою крошечную руку на руку Миньярда. Эндрю замер на месте, от внезапного прикосновения у него по коже побежали мурашки. Это было нежное прикосновение, легкое как перышко и теплое на руке Эндрю, и оно не казалось опасным.       — Ты не умеешь лгать. Ты должен найти кого-нибудь, кто тебя научит этому.       Это была жестокая шутка, по крайней мере, в голове Эндрю. Это был один из тех моментов, когда Эндрю очень, очень скучал по Нилу. На хуй его. К черту его за то, что он оставил все позади. К черту его за то, что он бросил всех. К черту его за то, что он бросил Эндрю. Он задавался вопросом, собирается ли он снова пересечься с кроликом.       — У них нет уроков лжи.       — Это глупо, — сказал Гриффин, положив руку на ладонь Эндрю. — Моя рука такая маленькая.       — Потому что ты гном, — возразил Эндрю. — Крошечный гномик с большими голубыми глазами и в ужасной одежде. — Эндрю пощекотал ему живот, вызвав у мальчика громкий смешок.       — Мне нравится моя футболка. Энни говорит, что она напоминает ей об Алисе в стране чудес. О Кошке, чья улыбка действительно жуткая? — Эндрю ухмыльнулся.       — Это так.       — Тогда тебе это нравится? — спросил Гриффин, широко ухмыляясь.       — Нет, — сказал Эндрю. — Немного, — добавил он через мгновение.       — Спасибо, Дрю, — вежливо сказал Гриффин.       Он поймал руку Эндрю своими крошечными пальцами. Сердце Эндрю странно трепетало в груди. Удивительно, но это прикосновение не вызвало его реакции «бей или беги». Он снова почувствовал странное заземление.       — Ты мне нравишься, Дрю. Ты вернешься снова?       Эндрю вернулся. И будет возвращаться каждый день в течение следующих нескольких месяцев, пока не заберёт Гриффина домой.       Эндрю переехал из хаоса Пальметто в шум и суету Чикаго, чтобы получить степень по литературе, и наконец купил дом (и виноградники) в округе Напа в солнечной Калифорнии. Это был беспокойный, но разумный шаг, учитывая, что Аарон также переезжал в Лос-Анджелес, чтобы получить докторскую степень.       Мэтт и Дэн переехали в Нью-Йорк, также как и Элисон. Ники жил своей очаровательной жизнью с Эриком в Германии, в то время как Кевин продолжал менять команды после окончания контракта, но регулярно приезжал в гости. Эндрю не мог понять, как Кевин и Аарон справились на расстоянии, но он был счастлив до тех пор, пока был счастлив Аарон. Это было все, что имело значение.       Эндрю пригласил Би остаться с ним, поэтому Би ездила туда и обратно между Пальметто и Напой, в основном оставаясь в Напе после того, как Эндрю усыновил Гриффина. Она была и остается одним из самых важных людей в жизни Эндрю, и он был более чем счастлив видеть ее в своем доме. Это было меньшее, что он мог сделать в качестве благодарности. Она была более чем счастлива переехать сюда. Эндрю был счастливее всех в последнее время. Оказывается, Эндрю любил гоняться за счастьем.       Единственным недостатком того, что Би была рядом, было то, что она продолжала его лечить все время, пытаясь заставить его говорить о Ниле. Однажды ей это удалось, когда Эндрю прямо сказал ей никогда больше не произнесёт имя Нила. Это стало последней каплей, и с тех пор имя Нила редко произносилось вслух.       Би была приятно удивлена, когда он сообщил ей новость о том, что хочет усыновить Гриффина. Этот семилетний ребенок сумел сделать Эндрю очень счастливым за последние шесть месяцев. Конечно, Эндрю был чертовски напуган всем этим, но это казалось правильным. Именно страх заставил его сделать рывок, а не струсить.       — Дрю! Привет! — Гриффин подбежал к нему, когда Эндрю закончил подписывать документы об усыновлении. Эндрю посмотрел на него так же, как и Аарон, и Би, с радостной улыбками на лицах.       Судебное заседание только что закончилось, а это означало, что Гриффин юридически и официально был сыном Эндрю. Это был один из тех редких, редких моментов, когда сердце Эндрю было так переполнено, что болело, и трудно было сдержать улыбку. Эндрю улыбнулся, опустился на колени и поймал Гриффина на руки. Гриффин крепко обнял его, обвив руками шею Эндрю, а Эндрю погладил его по спине.       — Ты в порядке, жук? — спросил Эндрю.       — Я в порядке. А ты?       — Все хорошо. — Гриффин отстранился и положил руки на щеки Эндрю. Его улыбка была так широка, что достигла его глаз. Его голубые глаза мерцали.       — Хорошо. И я счастлив, Дрю. Я так счастлив. — Улыбка Эндрю стала шире. Аарон поймал его взгляд и тоже широко улыбнулся.       — Я тоже, жук. Ты готов поехать домой?       — Да, готов.       Эндрю поцеловал его в волосы, прежде чем оставить Гриффина, который болтал с Аароном и Би, пока Эндрю следил за тем, чтобы вся юридическая работа была сделана и документы были переданы. Он поблагодарил своего агента по усыновлению и пообещал, что будет держать ее в курсе о жизни Гриффина. Эндрю сел за руль Мазерати, пропустил призрак Нила, сидевшего на пассажирском сиденье, прежде чем в машину сел Аарон, Гриффин запрыгнул к нему на колени, а Би заняла заднее сиденье.       — Давай пойдем домой! — закричал Гриффин. Все засмеялись, когда Эндрю завел Мазерати и поехал. Они ехали домой. Гриффин был полон энтузиазма и очень хорошо ладил с Аароном, чему Эндрю был очень рад. Эндрю вел машину, Би и Аарон сидели сзади, а Гриффин находился между ними. В то время как им все еще нужно было обустроить его комнату, поискать школу и сделать кучу покупок, приезд Гриффина в его новый дом возглавлял список.       Он припарковал машину, и Гриффин с любопытством огляделся вокруг. Все они направились к дому, а Гриффин с благоговением смотрел на свой новый дом. Его лицо выглядело смесью застенчивости и страха. Эндрю опустился на колени и обхватил лицо руками.       — Эй, жук. Добро пожаловать в твой новый дом. Я очень, очень надеюсь, что тебе тут понравится, хорошо?       — Ага? — сказал Гриффин и расплакался, обнимая Эндрю. Эндрю провел рукой по спине Гриффина.       — Я знаю, что ты напуган, жук. Но я здесь. Я всегда буду здесь.       — Я знаю, Дрю.       Гриффин отстранился, его нос покраснел, а щеки стали мокрыми. Эндрю улыбнулся ему, вытирая глаза и щеки рукавом своей рубашки. Эндрю поцеловал его в висок.       — Я тоже хочу это сделать, — сказал Гриффин. Аарон и Би рассмеялись.       — Да, — пробормотал Эндрю.       Гриффин поцеловал его в щеку и хихикнул. Эндрю чувствовал себя как дома.

***

      Сэр и Король грелись в лучах солнца на кухне, а Би и Гриффин продолжали болтать. Эндрю сел на один из стульев, что побудило Би и Гриффина повернуться и посмотреть на него. Лицо Гриффина расплылось в дикой ухмылке, на нем показались ямочки и зубы.       — Доброе утро, Дрю! — Он закричал. Рядом с ним Би улыбнулась. Эндрю улыбнулся, скорее, он просто не мог сдержаться.       — Доброе утро, жук. Выспался?       — Ага. Сэр и Король были в постели со мной.       — Без Бугимена?       Гриффин скривился. Би посмотрела то на Эндрю, то на Гриффина и рассмеялась.       — Бугимен ненастоящий, Дрю. Би, скажи ему, что он все еще плохо лжет, — пожаловался Гриффин Би. Эндрю сузил на них глаза. Би посмотрел на него. В ее глазах мелькнул озорной огонек. «Я знаю кое-кого, кто может научить тебя лгать», сказала она, не сказав этого вслух.       — Эндрю, — поддразнила Би. — Бугимен не настоящий. Я думала, ты это знаешь.       — Должно быть, вылетело из головы.       Гриффин надулся, а Би просто улыбнулась. Эндрю ласково покачал головой, прежде чем встать и взять молоко из холодильника для своего кофе. Он схватил свою кружку, ярко-белую, с лисами, милыми и отвратительными, и кастрюлю, и поставил молоко на плиту. Гриффин поприветствовал его утренним поцелуем в щёку в соответствии с их обычным ритуалом, а Эндрю взъерошил и без того взлохмаченные волосы и поцеловал его в висок. Гриффин сидел на кухонной стойке, его крошечные блинчики были сложены на тарелке, и он поливал их кленовым сиропом.       Эндрю прогнал Би, чтобы она села, пока он готовит себе кофе и блинчики. Эндрю насыпал Сэру и Королю их еду после того, как они вернулись оттуда, куда ушли. Он схватил тарелки, вилки и ложки, когда приготовил себе завтрак, и сел рядом с Гриффином, чтобы поесть. Гриффин устроил беспорядок, пытаясь есть вилкой и ножом, а Эндрю и Би любовно наблюдали.       — Дрю? — спросил Гриффин между укусами. Эндрю хмыкнул в ответ. — Когда я встречусь с Нилом?       Эндрю думал, что он вот-вот загорится. Нил чертов Джостен. Проклятие существования Эндрю, очевидная любовь Гриффина. Эндрю опустил свою кружку с кофе, прежде чем он швырнул бы ее в стену или ударил ею кого-нибудь по голове.       — Гриффин. Дорогой, никаких вопросов о Ниле. Ты знаешь это, верно? — осторожно сказала Би.       — Нечестно. Я тоже хочу познакомиться с Нилом, — проворчал Гриффин.       — Я знаю, дорогой. Но… — она посмотрела на Эндрю, прежде чем продолжить. — Но мы не знаем, где Нил.       Гриффин фыркнул и выжидающе посмотрел на Эндрю, который тупо уставился на него. Он грустно нахмурился, в конце концов сдался и закончил свой завтрак, в то время как мозг Эндрю продолжал замыкаться от мыслей, связанных с Нилом. Грёбаный Нил Джостен. Эндрю помог Гриффину убраться, а затем вышел во внутренний дворик, держа руку Гриффина в своей. Би прогнала их, чтобы она могла убраться и пропылесосить дом.       Эндрю сел на кушетку, а Гриффин скользнул рядом с ним под руки Эндрю. Им потребовалось много времени и терпения со стороны Эндрю и много понимания Гриффина, но медленно и неуклонно они шли к своей цели. Обучение Гриффина границам Эндрю и концепции границ в целом было уроком для них обоих. К проклятому существованию Эндрю Гриффин также начинал со слов «Да или нет, Дрю?», столь знакомых ушам Эндрю в чьем-то конкретном голосе.       В плохие дни Эндрю запирался в своей комнате, подальше от Би, Гриффина и всего мира, и часами писал свои чертовы романы. Его часто одолевала тревога за Гриффина, который не привык быть вдали от него. В конце концов, он тоже освоился. В хороших и плохих днях Эндрю, в том, что ему нравилось, а что нет. Что было нормально, а что нет. Для семилетнего мальчика он был довольно умен.       — Прости, — сказал Гриффин тихим голосом.       — За что? — спросил Эндрю, играя пальцами с волосами Гриффина.       — Нил. — Эндрю фыркнул в ответ.       — Зачем ты хочешь с ним встретиться, жук?       — Чтобы убедиться, что он настоящий, — правдиво ответил Гриффин.       Эндрю рассмеялся.       — Конечно, он настоящий. Ты ведь видел его фото?       — Да. Но я хочу убедиться в этом сам.       — Почему внезапные вопросы именно сегодня?       — Ничего такого. Я просто скучаю по всем.       — Он настоящий, жук. Он такой же настоящий, как ты или я. — Так ли это? — спрашивал себя Эндрю.       — Я все еще хочу убедиться.       Эндрю усмехнулся, притягивая Гриффина к себе. Гриффин обвил рукой талию Эндрю, прижавшись ближе.       — Я тоже хочу, — сказал Эндрю через мгновение низким бормотанием. — Но я не знаю, где он, что он делает и как выглядит. Это было слишком давно, жук.       — Ты скучаешь по нему? — спросил Гриффин. Эндрю не ответил на его вопрос, позволив повиснуть вопросу над ними в тишине. — Я думаю, да. Я не могу слишком долго скучать по тебе, так же как и ты не можешь слишком долго скучать по Нилу. — Эндрю фыркнул, удивленный логикой Гриффина. Был ли он не прав?       — Не будь умником.       — Тогда не отрицай правду, — пошутил Гриффин.       — Вы много говорите, молодой человек.       Гриффин, дьявол, хихикнул. Эндрю улыбнулся про себя и наклонился, чтобы поцеловать его в волосы.       — Что ты хочешь делать сегодня? — спросил Эндрю.       — Проверить виноград, покататься на лошади и пойти к Нино за пиццей.       — Ты не устанешь?       — Я справлюсь. Я хорошо позавтракал.       — Аарон и Кевин приедут на выходные, — сообщил ему Эндрю.       Вчера вечером Аарон написал, что Кевин в Лос-Анджелесе, и сегодня вечером они будут в Напе. В последний раз они виделись на День Благодарения, что тоже было какое-то время назад.       — Правда? — спросил Гриффин, уже взволнованный.       — Да. Кевин вчера приземлился в Лос-Анджелесе. Он пробудет здесь несколько дней, прежде чем отправиться в Пальметто, чтобы остаться с тренером и Эбби. Отдых, лечение и все такое.       — Хорошо. Я скучал по ним.       — Я знаю, жук. Я тоже. Но только по Аарону, а не Кевину.       Гриффин хихикнул.       — Ты скучаешь по Рону, я буду скучать по Кеву.       — Сделка, — сказал Эндрю с ухмылкой и протянул руку.       — Договорились, — согласился Гриффин, пожимая руку Эндрю.       — Давай, подготовимся и прогуляемся по винограднику.       — Дрю, можно я соберу виноград для салата? — спросил Гриффин, спрыгивая с дивана.       Эндрю издал смешок.       — Конечно, жук.       — Хорошо!       Би занялась вязанием на своем обычном месте во внутреннем дворике, пока Эндрю и Гриффин причесывались, принимали душ и одевались для прогулки. Было холодно, а это означало, что Гриффину пришлось одеться в несколько слоев одежды, что ему не понравилось, но Эндрю не позволил бы ему идти куда-то без свитера. Он схватил свой шарф и шапку для Гриффина, прежде чем они надели туфли и вышли.       Хотя сезон сбора урожая уже закончился, виноград все еще висел большими гроздьями на лозах. Все винодельни работали, и воздух был насыщен сильным ароматом винограда и производимого вина. Эндрю и Гриффин попрощались с Би перед тем, как выйти из дома и отправиться в виноградники.       Это были несколько акров земли, которые Эндрю купил, когда переехал. Благодаря утомительной работе и встречам, винодельни «Minyard» были созданы и уже через несколько лет полностью функционировали. Это не было огромным бизнесом само по себе, но это было что-то. Эндрю схватил корзину, которую Гриффин балансировал на голове, пока шел по полю.       Они шли еще некоторое время, прежде чем Эндрю заметил виноградную лозу с гроздьями, которую Гриффин мог сорвать для своего салата. Гриффин подпрыгнул на месте с явным волнением, когда Эндрю поднял его и посадил себе на плечо.       — Медленно и осторожно, — сказал Эндрю.       — Да, Дрю, — сказал Гриффин, выбирая виноград.       Эндрю держал его ноги за колени, пока Гриффин собирал весь виноград, громко хихикая при этом. Он накормил Эндрю несколькими ягодами и засунул парочку себе в рот, радостно напевая во время еды. К тому времени, когда был почти полдень, они оба вернулись в дом, а Гриффин передал виноград Би для своего салата, прежде чем он проводил Эндрю в ванную, чтобы помыть руки.       Гриффин скривился и поправил свой свитер, который, вероятно, раздражал его теперь, когда они были в квартире. Эндрю помог ему снять лишнюю одежду, прежде чем самому умыться, Гриффин последовал его примеру. Для разнообразия они пообедали на свежем воздухе в саду, еда была теплой и вкусной в отличии от холода Напы.       К тому времени, как Эндрю и Би закончили мыть посуду и убираться, Гриффин заснул на диване, а Сэр и Король свернулись вокруг него. Они были очаровательным комком смеси людей и кошек.       Эндрю и Би обменялись ласковыми улыбками, когда он схватил одеяло и накрыл им Гриффина. Би пошла вздремнуть, пока Эндрю отправлял электронные письма Робин, его издателю и другим необходимым людям относительно его новой книги. У него уже болела голова при мысли о том, что во вторник он снова полетит в Лос-Анджелес. С другой стороны, он собирался встретиться с Рейнольдс, поскольку она тоже собиралась быть там. Это было то, чего Эндрю с нетерпением ждал.       Он открыл свой ноутбук, сел рядом с Гриффином на диван и посмотрел свое расписание на неделю. В то время как его сроки, связанные с книгой, приближались, он был доволен тем фактом, что следующая неделя или около того у него будет относительно свободной, а это означало, что он будет дома с Би и Гриффином.       Он был занят работой в безмятежной тишине, когда кошки замурлыкали и ускакали прочь, привлекая внимание Эндрю. Гриффин трясся во сне, крепко сжимая одеяло и закрывая глаза. Эндрю тут же отодвинул свой ноутбук и придвинулся ближе, мягко подталкивая его разбудить.       — Гриффин? — сказал он низким голосом. — Эй, проснись, — добавил он, схватив руки Гриффина в свои. Гриффин громко выдохнул, прежде чем проснуться. Эндрю вздохнул с облегчением.       — Папа? — Сказал он. Эндрю хмыкнул и сжал его руки.       Это была привычка Гриффина. Даже если большую часть времени он называл Эндрю «Дрю», когда он паниковал или ему снились кошмары, «Дрю» становился «папой». Би сказала ему, что это произошло просто потому, что он доверял Эндрю, когда тот паниковал или ему снились кошмары из-за аварии. Это чувство было в груди Эндрю, призрак воспоминаний о ком-то, кто доверился ему.       — Да, жук. Я здесь, — сказал Эндрю, убирая волосы со лба. Гриффин ничего не сказал, только кивнул и снова закрыл глаза.       — Хорошо, — прошептал он.       — Хочешь спать на кровати?       — Хорошо, — сказал он снова.       Эндрю встал, подхватил Гриффина на руки и пошел наверх, в свою спальню. Гриффин все это время ничего не говорил, просто приложил ладонь к груди Эндрю и дышал, прижимаясь к нему. Эндрю держал его ближе, продолжая идти.