Старые пластинки

      Тихонов отлично понимал, что курить когда ты болеешь и у тебя такое состояние — запрещено, тем более на холодном воздухе, но отказать в таком небольшом ослушании он себе не мог, что зря. Теперь он ждал, что же выдаст старший, а смотря на то, что он был выше и больше программиста, так еще и реакция была почти не предсказуема, страх увеличивался. Тишину вскоре прервал Сергей, но для Ивана эти пару секунд было сложно назвать «вскоре», для него это время тянулось мучительно долго.       — Сигареты, сюда.       Рявкнул старший протягивая руку, а напуганный Тихонов послушно положил пачку на ладонь, которая переместила сигареты в задний карман джинсов.       — Врать еще вздумаешь, нажалуюсь Рогозиной, будешь у меня под постоянным наблюдением и никаких попить, понял?       Последнее слово он протянул чуть наклоняясь к Ивану, на что тот обиженно закатил глаза выдохнул, но ругаться на него нельзя было, он выглядел слишком замучено, поэтому Майский потрепал его по волосам, показывая что не обидит его.             — Ты ведь должен понимать, что нельзя курить при болезни? Тем более у открытого окна, разболеешься сильней.       Конечно, таким переживаниям был еще один повод кроме нагоняя от Рогозиной и стоящего на месте дела — Тихонов был для него другом, может сразу это и не видно по ним, но на самом деле что один, что второй всегда были готовы встать друг за друга горой, точнее, по Ивану нельзя сказать что горой, но заступится как сможет.       — Мне просто скучно, я уже не знаю чем себя занять, непривычно мне без электроники. Это всё равно, что быть без рук, — недовольно пробубнил Иван, а Серёжа принялся снова заваривать тому чай.       — Шуруй в постель, скучно - поспи, тебе полезно       — Да не могу я! — воскликнул Тихонов. — Если бы мог, я уже спал бы, но как видишь..       — Ну значит, я тебе ничем помочь не могу, увы, если только по голове дать, чтобы отключился, — улыбнулся майор.       — Иди ты. Чтобы у меня еще потом голова болела или я вообще не проснулся? Хотя, было бы славно.       С этими словами он растворился в тёмном коридоре. Через восемь минут вернулся в комнату и Майский. Тихонов послушно сидел на кровати и ковырял постель пальцем о чем-то думая, Серёжа протянул ему кружку с чаем, а когда руки освободились он прошел к окну раздвигая шторы. Взгляд сразу упал на застекленный балкон, где одно окно отсутствовало, это смутило старшего и он повернулся назад смотря в сторону Ивана показывая пальцем на объект вызывающий вопрос.       — Аа.. где окно?       Ваня посмотрел на того, затем на балкон, снова на собеседника, подумал и усмехнулся саркастично подняв брови.       — Да вот разбил, очень хотел курить, — пытаясь не засмеяться, сказал Иван.       Конечно это было шуткой, ведь окно выбито было при других обстоятельствах. Так как он живет не высоко, при сильном ветре что-либо без проблем может попасть в окно, что и случилось, но ставить стекло он не спешил, ведь тратиться на стекляшку, которая что она есть, что её нету и не меняло картину, не хотелось, да и дырка вместо стекла ничем не мешала, даже удобно - не открывая окно можно было покурить. Серёжа усмехнулся с шутки того.       — Хахах, то есть, если бы в офисе у курилки были окна, то ты бы их бил, да?       — Конечно, а ты думал? Ломка по никотину страшная штука, там не то, что окно пострадает, те кто рядом тоже.       — Хм странно.. каким чудом тогда я еще жив?       — А я ночи жду, задушу тебя вот этой подушкой, — Ваня обвёл взглядом подушку, почти сразу снова начиная смотреть на майора.       Иван, пробежав глазами по кровати, ухватился за первую попавшую под руку подушку и подлетел к Майскому, замахиваясь ей в шутку, но старший быстро перехватывает его руку сжимая в запястье, выхватывает подушку и не сильно бьёт ей по лицу программиста.       — Так не честно! У нас рост разный, ты должен был поддаться! — начал возмущаться Тихонов, не желая признавать своё поражение.       — Выживает сильнейший, а сильнейший я, умей проигрывать, Ваня, — улыбаясь во все тридцать два зуба, произнёс Сергей.       Иван не хотел сдаваться, пытался вырвать из сильной хватки свою ручонку, но безрезультатно. Тогда он, быстро поднявшись на носках, укусил его за нос. Рука майора чуть ослабла и Тихонов смог вырваться с довольной лыбой, залетая в ванну и там закрываясь на замок.       — Ах ты ж… блять Ваня, я тебя прикончу! Когда ты перестанешь покушаться на мой красивый нос? с твоими выходками он будет испорчен! — подбежав к двери ванной жаловался он, а затем постаравшись пару раз отпереть дверь он по ней стукнул. За ней был слышен отчётливый смех Ивана, который остаётся пока безнаказанным. — Вот выйдешь ты оттуда я тебе жопу надеру, за все расплатишься!       — Ага ага, в предыдущие разы ты так же говорил, — по голосу Тихонова, можно было сказать, что тот лыбиться.       — В этот раз я у тебя в квартире, а она не резиновая, убежать нет шансов, с рук тебе это не сойдёт, рано или поздно я тебя достану или сам выйдешь..       Он замолчал оглядываясь по сторонам в поисках чего-то, что поможет открыть дверь. На глаза попадается ключ, маленький, лежащий на тумбочке в прихожей. Глупый Ваня, кто же оставляет ключ от ванной, в который ты сам закрылся, снаружи? довольно усмехался уже Серёжа, крутя в руках ключ уже представляя как отыграется на Иване.       — Чё ты там лазишь? Вещи мои в покое оставь!              — ну раз за вещи переживаешь то открывай дверь, проверь где я тут рыскаю и что беру, — улыбка не сходила с губ майора.       — Серёга бля если что-то пропадёт с тебя спрошу!       — Да ладно тебе, не горячись, все что я взял останется дома у тебя, мне ключ не нужен твой от ванной.       Тут глаза Вани и округлились, он осознал, что тот нашел ключ, так скажем был пойман на ошибке, подбежал к двери и стал тянуть на себя, лишь бы удержать её закрытой, но раззадоренного Сережу это не остановит - тот распахивает дверь без сильного напряжения, ехидно улыбаясь.       — Ну все, пиздец твоему носу, — ещё сильнее заулыбался Майский.       Иван хотел уже выскочить из ванной, пока тот не должен был успеть даже подумать и среагировать, но Сергей закрыл путь к отступлению рукой, а затем взял младшего за ухо и стал тянуть.       — Ну вот, теперь то я отыграюсь.       Так же довольно протянул он последнее слово , пока Ваня отчаянно пытался выбраться из хватки , но видимо удача в этот раз отвернулась от программиста . картина маслом : довольный Майский , попивающий чай , обиженный Тихонов с покусанным носом и красным ухом от того , что майор не насчитал силу .       — Как ты там говорил? «поделом тебе», да? — заржал Серёжа.       — Да ну тебя, я тебя не так сильно укусил, а ты мне чуть нос не оттяпал!       — Интересно, был бы Волан-де-Морто , хотя тебе бы не пошло без носа, — Майский не переставал смеяться.       — Я тебя точно ночью задушу.       — Да я тебя удавлю быстрее, чем ночь наступит.       — Вот Галине Николаевне нажалуюсь, будешь знать!       — И что ты ей скажешь? меня Майский покусал ? я посмотрю на это зрелище, — майора захватил новый приступ смеха.       Майский не прекращал ёрничать, а Тихонов недовольно бурчал на того в ответ, вечер протекал в такой обстановке, это было намного лучше, чем сидеть и разлагаться от скуки.       За окном было уже темно, комнату освещал только настольный светильник Ивана, который излучал мягкий и теплый свет, успокаивающий и не нарушающий атмосферы. Пора было укладываться спать, они уже перестали собачиться, видимо выдохлись, Сережа принёс ему последние таблетки на сегодня, нехотя приняв их, Ваня встал с кровати и подошел к полке с пластинками, проводя пальцем по корешку упаковки каждой он думал какую бы сегодня поставить, так скажем выбирал по настроению       — О, что это у тебя? Коллекция какая-то?       — Ага коллекция пластинок. Некоторые еще моих бабушек, родителей, а некоторые новые       — Даже и подумать на тебя не мог что ты таким занимаешься, а тем более слушаешь их       — Ну, я тоже не знал, что майоры няньками работать умеют, — хихикая произнёс Тихонов.       — Это лишь потому, что мне приказали. Не надо мне тут, — пригрозив пальцем серьёзно ответил Майский.       Иван усмехнулся и поставил пластинку, на упаковке которой читалась надпись “Dark red. Steve Lacy”, настроив проигрыватель он сел на кровать и стал пить чай, который совсем недавно принес ему Сережа.       — И часто ты такое слушаешь? — поинтересовался майор.       — Перед сном после работы всегда включаю, так успокаивает и убаюкивает, что-ли. Тебе не нравится? — уже было испугался Ваня.       — Да нет, наоборот, даже очень нравится.       Старший расположился в кресле поудобней, прикрыл глаза и стал вслушиваться в музыку. Такая спокойная, по правде подходящая под этот вечер, ему нравилась эта обстановка: теплый, чуть приглушенный свет светильника, ночное небо за окном, запах чая с сигаретами, спокойствие и негромкая музыка из проигрывателя. Может такая музыка и не интересовала майора, но этот момент исключение.                         Он еще не знает, как больно сделают ему эти пластинки.       Ваня уснул сидя на кровати, видимо уже привыкший что во время звучания песен из его современного граммофона он ложится спать, так по привычке и отрубился. Сережа уже сам зевая укладывает его на подушку, гасит свет и ложится сам спать на другой половине кровати, все таки, без сна оставаться он не хотел да и ничего такого в ночёвке на одной кровати с другом он не видел.