Малиновый рассвет

Несколько дней спустя       Направленный на небесный свод взор Сабрины полнился мыслями и некоторой спокойной уверенностью в выясненном за время пребывания в дядином доме.       Наконец-то можно было сказать с облегчением на душе: Сабрина чувствует себя дома. Не как дома, ведь ничего хорошего там не было, а то, что бессознательно она искала, нашедши там, где, в сущности, была чужой по крови.       Дела по приезде в Детройт шли гладко, слишком хорошо для того, к чему она привыкла, с тем возникал вопрос: как долго то будет длиться?       Удалось найти работу не сразу, простые варианты отметая, ведь уже успела некоторые примерить на себе, живя на то время с отчимом, — то мало понравилось, оттого поиски были направлены на что-то более близкое увлечениям. Благо, ранее здесь не раз бывала, с тем имелись знакомые в разных сферах. Библиотекарь, обрадовавшийся её возвращению, у которого она однажды работала ассистенткой, вновь предложил работу — согласие Сабрины было незамедлительным, хоть и неутешительно, что до аванса было немало времени, потому что средств осталось немного с того раза, как они трио отправились в театр. Дядя в тот же день попытался заговорить с ней на этот счёт, втюхивая деньги в руки, но племяннице удавалось ускользнуть от темы и от его помощи, ссылаясь на «всё хорошо, благодарю», внутренне беспокойной за то, что доставляла хлопоты в этом деле, раз Хэнк сам начал наседать, не менее беспокойный, чем она.       Сабрина тяжело вдохнула. В одно время она была благодарна дяде, в другое: на кой чёрт ей обременять его проблемами? Тяжело выдохнула, переведëнная в иное и менее в размышлениях приятное русло, ей избегамое с самого появления в доме Хэнка.       На крыльце с кружкой бананового горячего напитка Сабрина с печалью наблюдала за звёздным небом, сравнивая то, что было, и то, что есть сейчас. Не понимая, что она делала не так, раз к ней относились как… не к человеку?       Плечи опустились, словно без сил выдержать груз воспоминаний.       Сумо рядом, уловив её состояние, немного заскулил, уткнувшись носом в холодную ладонь, лизнул, когда девушка широко и грустно улыбнулась, ласково поглаживая друга, всегда который оказывается рядом, когда она грустит. Когда же послышался шорох, Сабрина немного запоздало огляделась в ночи, не понимая, откуда изданы были звуки и кому принадлежали.       — Сабрина.       Девушка вздрогнула от неожиданности и едва не упала с крылечной лестницы, но тяжёлая рука дяди удержала её от падения.       — Дядя… — тихо и смущëнно рассмеялась, широко ему улыбаясь и укрывая глаза.       Но не удалось свести всё к юмору. Хэнк был на этот раз ещё более серьëзен.       — Избегаешь разговоров со мной.       — Нет же… — в неловкости прикоснулась к макушке, взъерошивая немного волосы.       — Избегаешь, не ускользай от темы. Избегаешь о себе, поддерживаешь разговоры только обо мне… — немного потерянный до того, но сейчас сосредоточенный и несколько беспокойный, Хэнк осторожно взял её ладонь в свою руку, глядя на неё исподлобья. — Не хочешь грузить меня?       — Дядя…       Сабрина смотрела на него потерянно, больше не укрывая грустные большие глаза. Хэнк же, наконец-то их увидев, тоже не скрывал своих, открытый.       Догадки давно роем вились в его головном гнезде, давно вопросы, строясь в очередь, ждали своего подходящего часа, но подходящего момента всё не наставало, оттого ему оставалось взять всё в свои руки и самому сделать момент подходящим, не оттягивая до бесконечности то, что имеет тенденцию не наставать.       — Бил тебя, собака?       Сумо подошёл к нему, серьёзно глядя на хозяина, словно спрашивая «чего тебе?»       — Да я не тебе! — отмахнулся от него только.       Сумо, меланхолично поглядев на Андерсона, пустился в объятия одиночества, иногда мрачно на него поглядывая.       Сабрина усмехнулась, пряча руки в карманы, не зная, как на такое ответить.       Хэнк же, заметив, что отвечать ему не намерены, продолжил, попытав счастье ещё раз:       — Почему с рукавами только одежду носишь? Раньше фигачила по дому и в майках, и в безрукавках… — следя за движениями племянницы, заметил её неуверенность и желание что-то укрыть, оттого нахмурился.       Ясен-пень, время зимнее, но то раньше не мешало девчонке по дому ходить в открытой в руках одежде, да и её постоянное убирание рук в карманы, точно в попытке нечто укрыть, наводило на определëнные мысли.       Сабрина тяжело вздохнула. Голова разболелась, с тем поморщилась, заблестев болезненно глазами.       Хэнк так же вздохнул, заметив, что к его вопросам она сейчас не готова, неловко прочистил горло и неожиданно, когда мелкая сжалась в комочек на ступеньке, без колебаний двинулся к ней, немного посмотрел на смятенный профиль и приобнял, смело к груди прижимая.       — Ты можешь на меня положиться, просто знай. Если не хочешь, не говори. Но помощь мою не избегай, — суровое лицо — вот что увидела Сабрина, но мягкость и осторожность в глазах и уголках губ заставили преисполниться её светом чуть большим, чем раньше, словно само существование увиденного делало душу легче.       Хэнк, это заметив, решительно добавил:       — На, — сунул ей в карман немного денежных средств, после чего к тому готовый стойко противостоял проявленному возмущению Сабрины, которая была крепко и по-отечески прижата к его груди.       — Не выпендривайся! Нет ничего постыдного в том, чтобы принимать от родных помощь. Поняла меня?!       — Но…       — Цыц.       — Но дядя…       — Не дядькай!       Сабрина, до того растерянная, не удержалась от такого рода заботы и общения и легонько рассмеялась, в ответ обнимая дядю так, как не обнимала никого в жизни, тихо проворчала:       — Да погоди, ладно-ладно, я тебя поняла, но я не про это… ты сейчас мне шею свернëшь… — пыхтела без возможности нормально вздохнуть, но когда всё-таки Хэнк, репу почесав только, выпустил её из медвежьих объятий, немного ломаным голосом проговорила с чуток кружившейся головой. — Спасибо тебе, — немного улыбнулась, благодарная, сказала то, что должно было быть сказанным: — Будем опорой друг для друга, хорошо?       Хэнк без сомнений кивнул, приятно удивлëнный такому предложению, вновь её приобнял, но уже несильно, уже спокойнее глядя вместе с ней на небеса.       — Хорошо.       Немного пообщавшись насчёт её новой работы, Хэнк вдруг поинтересовался, немного странно, точно хотел сделать нечто необычное и ему несвойственное:       — В выходные свободна?       Сабрина удивлëнно на него посмотрела, чувствуя неладное, но в согласии кивнула.       — Коннор тут спрашивал, задрал уже с этим. Пригласил нас всех в планетарий. Пойдёшь?       — Охренеть. Ты серьёзно? — изумление росло в геометрической прогрессии, настолько, что выразилась часто используемым дядей словечком.       — А чё мне несерьëзным быть? — усмехнулся по-доброму на реакцию.       — Ты предлагаешь мне отправиться в планетарий! В планетарий! Я в шоке!       — Не я. Идея Коннора, хрен знает, откуда у него вообще такая идея взялась, его благодари. Заколебал меня с желанием отплатить тебе той же монетой.       На душе потеплело, невольно заставляя улыбнуться. С Коннором в последнее время виделись нечасто, но когда виделись, пускались в пространные беседы и прослушивание её пополненного многочисленными треками плейлиста. MP3-плеер грел душу печальными ночами, часто был носим ею и являлся отдушиной, которая при воспоминаниях о их танце увеличивалась с тем больше.       Но всё же она решила поделиться тревогой, до того засевшей в ней, с того самого дня, как они ходили в театр и ею было замечено несвойственое простым роботам.       — Тебе… — когда на неё было устремлено внимание, немного замешкалась, но всё же высказала беспокоящий её вопрос, коснувшись шеи в непонимании: — Не кажется, что Коннор не похож… — растерялась, не зная, как поточнее выразиться, но дядя с лëгкостью уловил её поток мыслей и несколько мрачновато выдохнул, сам о том временами размышляя.       — На простого андроида?       — Да… — взор, направленный на него, забегал в вопросе. — Я изучила происходящее у вас. И это явление здесь у андроидов, вижу, в норме. Не в норме для людей, но среди роботов имеет распространение. Он, что же, выходит, девиант, или близок к тому, чтобы таковым стать? — в неловкости сделала глоток горячительного напитка, стараясь не смотреть больше на дядю, словно бы что-то укрывая, какую-то неясную для неё самой тревогу.       Хэнк хмыкнул, аналогично сделав глоток горячего чëрного чая, что было замечено Сабриной с радостью, с радостью, поселившейся в ней с видением того, что при её появлении дядя, по крайней мере при ней, ни разу не прикоснулся к алкогольным напиткам.       — Чёрт разберёт этого Коннора. Пришибленный, точно знаю…       Сабрина несколько напряжëнно на него посмотрела, тихо поинтересовалась, привалившись к его плечу в знак доверия и поиска некоторого успокоения, которое ей удалось найти, когда плечо племянницы приобняли невольно.       — За это его не разберут? Не отправят на уничтожение как неудачный опыт? — спрятала беспокойные глаза, сама не понимая, отчего же возникло то беспокойство.       — А мы не скажем.       Хоть Хэнк и знал, что даже если они не скажут, то может быть рано или поздно выяснено, но о том умолчал, не желая расстраивать Сабрину, — заметил зародившиеся между ними дружеские отношения, что, к собственному изумлению, не вызвало агрессии, ведь само знание, что до того вообще никакущая племянница нашла хоть в андроиде друга, с которым могла делиться тем, чем у неё никто особо и не интересовался, поднимало настроение, как и бессознательное понимание выявленной некоторой человечности Коннора — за последние дни они стали лучше работать друг с другом, то и на работе хорошо сказывалось, и на Хэнка самочувствии, до того павшем звездой на дно, но оттуда бережно поднятым.       — А?       Сабрина внимательно на него посмотрела, с изумлением.       — Этот придурок у меня уже в печëнках, но…       — Обрекать его на подобную участь не хочешь?       Неизвестно почему, но на душе девушки потеплело, ведь то значило, что напарник дядин стал ему ближе обычного. И что он привык к нему?       Хэнк только устало усмехнулся, поглядев на мигающий тревожно фонарь, распространяющий при этом тёплые персиковые лучи.       — Где я ещё такого пришибленного найду, ну?       Сабрина улыбнулась, укрывая ещё больше потеплевший взгляд, минут десять наслаждаясь их общей тишиной.       — Будем чаще вместе выбираться куда-нибудь. Хорошо? — неожиданно спросил Хэнк, ничуть не испытывая прежней неохоты и желания избегать всякого рода места с ней.       Сабрина светло улыбнулась, это отметив, после чего её голову приобняли совсем для неё непривычно, но по-родному.       — Хорошо.       Тихо ответив и положив голову на плечо дяде, задумчивая Сабрина вместе с ним посмотрела на усыпанный сверкающими бусинками горизонт, чувствуя себя после этого разговора ещё большей частью чего-то целого.       Рядышком же с ними мирно подрëмывал Сумо.