По ту сторону реки

Всю ночь Антон ворочался и периодически просыпался от шума вне палатки. То шаги, то шуршания, даже, казалось, он слышал чье-то тяжелое дыхание. Димка Позов все это время мирно сопел на соседнем спальном мешке, укрывшись своим большим полотенцем, поэтому Шастун подумал, что это кто-то из ребят полуночничает или птицы какие прилетали на крошки от хлеба. Неожиданно Антон открыл глаза от хруста ветки прямо около их палатки и, посмотрев на часы, на которых ярко светила цифра в 4.40 утра, шепотом выругался: «Кто, блять, шарится тут?» Ответа, конечно, не было и даже Дима не проснулся от тихого вопроса. Шаст почти бесшумно расстегнул палатку и выполз на мокрую траву. Роса покрывала весь травянистый берег, Антон знал, что в это время обычно уже светло, но было почти ничего не видно, потому что над речкой и близ нее белесой густой ватой расползся туман. Влажный воздух окутал раннее утро и тишину нарушали только щебетания птиц где-то около леса. Он решил пройтись. Парень улыбнулся окружающей его природе и вздохнул, проходя мимо места, где вчера рыбачили Макар и Леха, оставив тут удочку. Пройдя немного дальше, Антон увидел, что берег заканчивается и путь ему преградили сосны, растущие почти из самой реки. За деревьями был просвет, и, подумав, что там снова начинается поляна, он направился туда. Лес не навевал на него никакой тревоги и Антон даже не вспоминал вчерашнюю историю в чаще. Он не боялся, но прислушивался и шел осторожно. Выйдя из перелеска, он действительно обнаружил широкое место, но на нем была узкая дорога, выходящая из леса, которая продолжалась на другой стороне реки и точно так же уходила в лес. А над речкой был мост. — Надо же, — сказал он вслух, — я и не знал, что тут еще дорога есть. — Как видишь, — услышал Антон и вздрогнул, когда увидел мужчину. Он узнал этот голос. Перед ним стоял высокий мужчина, но не такой длинный как сам Антон. Волосы его в этом тумане, казалось, были черны как смоль. В руках у него была удочка и маленькое ведро. — Это ты меня вчера в лесу напугал? Живешь тут недалеко или тоже отдыхать приехал? — поинтересовался Шастун и улыбнулся, понимая, что никакой это не призрак, а живой человек, когда тот подошел ближе. — Живу, — с выдохом и какой-то тоской произнес мужчина напротив, — по ту сторону реки. — Антон, — протянул руку долговязый. — Арсений, — ответил мужчина и пожал руку. Антон вздрогнул, потому что рука брюнета была ледяная как вода на дне реки, — прости, я сети доставал, руки холодные, — успокоил его мужчина, положив руку на сердце. Антон усмехнулся. Разговор завязался почти сразу и они уже стояли на мосту и оживленно о чем-то болтали. Казалось, что Арсений никогда не закончит говорить, будто до этого он молчал сотню лет. Удочка лежала в ногах, туман потихоньку рассеивался и становилось светлее. — А приезжай ко мне сегодня на чай, — вдруг сказал Арсений и положил свою руку на руку Антона, которой он опирался на деревянные перила моста. — Хорошо, — сглотнул Шастун и почувствовал в животе странные мурашки. Он смотрел на мужчину напротив, слушал как он снова рассказывает какую-то историю про жизнь людей, которые жили больше ста лет назад и удивлялся, откуда он так подробно всё знает. «Историк, наверное, или искусствовед», — пронеслось в голове. Наблюдая за жестами Арсения, Антон отметил грациозность и какую-то осторожность. Ему нравилось слушать своего нового знакомого, будто этот бархатный голос облизывает его ушные раковины и как мед, медленно и тягуче, проникает куда-то в грудь. — Какой ты красивый, — неожиданно вслух произнес Антон, прервав монолог брюнета и покраснел. Арсений улыбнулся и нежно посмотрел в его глаза, из-за чего тот опустил взгляд и продолжил, — это наверное чистый воздух на меня так влияет. — Хочешь искупаться? — игриво произнес Арсений, — тут вода теплее. — Теплее чем где? — поднял бровь Антон. Он не знал, откуда новый знакомый в курсе, что около их полянки вода была холодной. — Догоняй давай, — прервал его брюнет, спускаясь с моста на берег, — тут вода теплее, чем везде, ключи далеко. Антон снова почувствовал мурашки внизу живота, когда увидел, как Арсений снимает с себя верхнюю одежду. Он увидел его, казалось, полупрозрачное тело, усыпанное множеством родинок, будто смотрел на небо и россыпь звезд. Еще щеки предательски покраснели. — Ну, — требовательно произнес брюнет, улыбаясь, — давай уже! — Да, блин, холодно, — засмеялся Антон, заходя за Арсением в воду. Он смотрел на него и не мог отвести взгляд. Спина брюнета была напряжена, и руки чуть подняты, не касаясь воды, хотя в этом месте река была действительно теплая. Антон сделал большой шаг и нырнул наискосок. Вынырнув на поверхность, он испугался, оказавшись меньше чем в полуметре от Арсения, но слабым течением реки его толкнуло еще ближе. Большие и глубокие голубые глаза, в которые могли уместиться все океаны Земли, мягко смотрели на Антона, а между их телами было меньше десяти сантиметров. Неожиданно для себя, Антон опустил взгляд на губы брюнета и понял, что хочет их поцеловать. Никогда раньше он не чувствовал такой непреодолимой тяги к совершенно незнакомому человеку, даже такому красивому. Арсений заметил, как расширились зрачки Антона и неожиданно притянул его к себе в объятия. Антон обхватил руками шею брюнета и отчаянно прижал его к себе, чувствуя, как собственное тело дрожит. Он оставил на его виске невинный поцелуй, Арсений отстранился, снова заглянул в глаза, цвета бескрайних полей и лесов, и поцеловал синие от холода губы. Шастуну наплевать, как это странно и неправильно, он отдался этому поцелую, будто согласен отдаваться ему каждый день. И всегда. Руки брюнета скользнули по спине Антона, будто обвивая все его тело и пьяня голову, как ползучий хмель. Казалось, будто он впервые за сотни лет чувствует человеческое тепло и жар, исходящий от чужих губ. В плавках Антона становится тесно и он оторвался от поцелуя, глядя на самую нежную и красивую улыбку. — Прости, — прошептал Арсений, — я не смог удержаться. Щеки Антона покраснели, он поднял голову и понял, что солнце непривычно высоко над головой. — Меня наверное потеряли, — тихо сказал Шаст, смотря в бездонные голубые глаза, не смея выпустить талию нового знакомого из своих рук. — Ты, все же, приезжай сегодня на чай, — улыбнулся Арсений, чмокнул в румяную щеку Антона и пошел на противоположный берег. Тут было еще мельче, чем около поляны отдыхающих ребят, — одежда пусть сохнет на траве, привезешь, — подмигнул он, обернувшись. Антон неподвижно стоял и смотрел на уходящего в лес брюнета и вдруг понял, что очень сильно замерз. Он вышел из реки и понял, что одежда изначально не была мокрой, они же просто сняли ее и пошли купаться… и целоваться. Антон прикоснулся к своим губам и улыбнулся, как вдруг услышал знакомый голос. — Тоха, епта, ты где вообще был все утро? — сурово спросил Макар и нахмурил брови. — Тут… — растерянно ответит Шаст, и оглянулся по сторонам, будто ища причины, по которым он здесь был. — Ты время видел? Все обедать собрались, а ты один шляешься, — заботливо сказал Илья и покачал головой, — ты во сколько встал вообще, что мы тебя с утра не видели? — В пять примерно, — все так же отвечал Антон, и понимал, судя по солнцу над головой, что прошло несколько часов. — Рыбачил что ли, балбес? — поднимая свою удочку с моста, спросил Макар, — а чего мотыля не взял? — Так это не моя, — оправдывался Антон. — Конечно не твоя, моя, — кивнул Илья. — Че? Я не понимаю… Тут сейчас был Арсений. Это его удочка, — сказал Шаст и почесал затылок, — вот его одежда, — указал он на берег, где были только его собственные штаны и худи. — Перегрелся, Антош? — подошел к нему Макар и заботливо положил руку на плечо. — Да погоди ты, тут был парень, мы тут… общались. Купались утром, но это было в пять утра, — беспокойно протараторил Шастун. — Ты меня пугаешь, Антох, пойдем, там сосиски с хлебушком, лучок зеленый, ну! — по-отечески похлопал по спине Илья и подтолкнул Антона в сторону поляны, откуда шел дымок от костра. Сидя на полотенце, Антон рассказал ребятам свою историю, от чего все пораскрывали рты и внимательно слушали. Естественно, про поцелуй и то, что Арсений позвал его на чай, он умолчал. Казалось, всей истории верил лишь Поз, кивая на каждое его слово. Был уже час дня, все пообедали и занялись своими делами: Макар с Щербаковым опять ушли ловить рыбу, надеясь, что хоть сегодня что-то поймают, девочки и Сережа загорали, а Антон с Димой сидели у реки и кидали камешки в воду. — Я, наверное пойду прокачусь, — грустно сказал Антон, поднялся, отряхнув шорты, и быстро пошел в сторону мопеда. — Тох… — подбежал к нему Позов, — я… я не знаю почему, но я тебе верю. Черте что происходит и я не оставлю тебя одного. Поехать с тобой? — Да, — ответил Шастун и улыбнулся.