По ту сторону реки

Мопед Поза категорически отказывался заводиться и парни решили ехать на байке Антона. После того, как они пересекли мост, дорога оказалось ухабистая, с ямами и корнями деревьев. Небо немного заволокло облаками и в лесу стало приятно прохладно, а в глаза не било солнце. Проехав минут двадцать, ребята оказались в чистом поле и Шаст остановился. — Нихрена се далеко забрался, — сказал он, вытаскивая сигарету. — Арсений твой? — спросил Дима. — Почему сразу «мой»? — поднял брови Антон. — Ты думаешь, я не заметил, как ты светился, когда рассказывал про него? — улыбнулся Позов и положил руки в карманы, пристально глядя на друга, — ты явно что-то скрыл, кроме того, что он звал в гости. — Да, — стыдливо опустил глаза Шаст и затянулся, — мы целовались, — выдохнул он. — Эх, дружище, куда же эта дорога нас приведет? — зевая, потянулся Дима и посмотрел в конец дороги, — погоди, это крыша? — указал он пальцем. За полем действительно был виден то ли кусок крыши, то ли купол. Антон сел, завел пит-байк и кивнул Димке, когда тот разместился сзади и поставил ноги на подножки. — О-ху-еть, — произнес Антон, снимая шлем и глядя на огромную усадьбу. Большой двор так же зарос высокой травой и мелкими деревьями. — Охуеть, — коротко поддержал его друг и улыбнулся, — погнали? Парни прошли мимо конюшни и пробирались сквозь заросли. Вокруг все было так, будто никто никогда это место не трогал. Когда они зашли внутрь через незапертую парадную дверь, оба ахнули от красоты и былого величия этого дома. Позов пытался посмотреть по карте, где именно они находятся, но интернета тут не было. Многие вещи еще лежали на своих местах, какие-то бумаги, монеты на серванте, посуда и скатерти с занавесками, истлевшие от времени. Антон заглянул в открытые комнаты, в залу и кухню, но того, что он искал, не было. Он был не уверен, что Арсений жил именно тут, но даже со второго этажа в округе не было видно ни одного населенного пункта. Шастун даже несколько раз выкрикивал его имя, ожидая ответа, которого не последовало. «Может это вообще приснилось», — подумал он и снова прикоснулся пальцами к свои губам, чувствуя, как его шорты немного оттопырились. Парни обошли всю правую часть усадьбы и дошли до левой, увидев, что она просто отсутствовала. С улицы этого не было видно, вишневые деревья и кусты закрывали обзор. Обугленные бревна и доски уже покрылись травой и мелкими кустиками. — Как думаешь, Поз, тут есть библиотека? — задумчиво спросил Антон. — Мы бы ее нашли в правом крыле, значит она сгорела, — выдохнул Дима. — Поедем обратно, может? — грустно сказал Шаст, понимая, что Арсения он тут не найдет, раз не увидел никаких признаков жизни, пока они обходили дом. — Поехали. Интересное местечко, конечно, я разузнаю всё про это и то, кто мог тут жить, — улыбнулся Поз. — Разузнай, — ответил ему Антон и посмотрел вдаль, — я куплю этот дом. Дорога обратно выдалась без происшествий и ребята быстро вернулись к реке. Проезжая по мосту, они заметили, как Сережа и Оксана купаются и целуются в воде в «теплом месте», а на их поляне Макар с Щербаковым играют в бадминтон. Уже вечерело и Щербаков жарил сосиски, хлеб и грел воду для лапши. Дима спрыгнул с мопеда и побежал в кусты, а Антон посмеялся над этим и присоединился к Лехе, ожидая ужин. — Это было обалденно, — сказала Оксана и положила голову на Сережино плечо. Ребята наелись и просто сидели у костра. — Дааа, почаще бы так выбираться, — согласился с ней Макар, — жаль рыбы нет, только пару мальков поймали, да отпустили, — вздохнул он. — Нормааально, — хлопнул его по спине Леха, — успеем еще. И все были уверены, что они всё еще успеют. Только Антона изнутри поедала тревога, будто бы он упустил что-то важное. Он не мог выбросить из головы губы и глаза Арса, его холодные руки и теплую улыбку, отчего совсем погрустнел. Дима это заметил и пытался развлекать Шаста, а, заодно, и всех остальных анекдотами и байками. Перед сном ребята рассказывали друг другу страшилки и то и дело пугались шелеста листвы, звуков взлетающих из кустов птиц и треска костра. Потом все разошлись по палаткам, кроме Антона и Димы, которые сели ближе к друг другу и болтали. — Слушай, может ты прямо завтра посмотришь про эту усадьбу? Мы не нашли никаких документов, только какие-то рукописи, — затараторил Антон. — Конечно, я всё узнаю, не ссы в трусы, — улыбнулся Дима и мягко ударил друга кулаком в плечо. Антон усмехнулся и кивком поблагодарил лучшего друга. После непродолжительной беседы обо всем на свете, ребята отправились в палатку и легли спать. Антон открыл глаза и посмотрел на часы — 4.40. Явно не просто так он проснулся снова в это же время. Тихо расстегнув палатку, он выполз на мокрую траву и увидел тот же пейзаж, что и вчера. Остальные спали и не слышали, как их друг снова пошел прогуляться. Выйдя на соседнюю поляну, Антон увидел Арсения на мосту и расплылся в улыбке. — Я тебя ждал, — вкрадчиво произнес брюнет и снова тепло улыбнулся, когда Антон подошел к нему. — У меня в голове много вопросов, я надеюсь, ты поможешь мне разобраться, — тихо сказал Шаст, — пойдем присядем? — Вполне возможно, — вздохнул Арсений и сел рядом на покрытую росой траву. — Первое: почему я просыпаюсь второй день в 4.40?.. Хотя… это вряд ли связано, — задумался Антон и положил свою руку на руку брюнета и посмотрел ему в глаза, — и почему с тобой время летит как бешеное? Арсений смотрел на Антона и улыбался. — Можно я тебя поцелую, потому что… — не успел договорить Арсений, как Антон жадно впился в его губы. Он запустил руку в черные волосы на затылке и крепко прижал его к себе. Рука Арсения скользнула по груди Антона и опустилась ниже, и, слегка давя на пах, он пальцем цеплял резинку спортивных штанов. Брюнет переместился между ног Шаста, почти не отрываясь от поцелуя, отстранился от жарких и пылающих губ и впился своими в шею парня, который издал тихий и сдавленный стон, чувствуя, как бабочки в животе разлетаются по всему телу и за его пределы, оставляя мурашки своими маленькими лапками. Брюнет встал на колени и снова слюняво и жарко поцеловал Антона, который сидел перед ним и опирался на одну руку, чтобы не упасть назад. Арсений выпрямил колени, давя на парня всем весом, и уложил того на спину. Оторвавшись от его губ, он стащил с Антона кофту и осыпал его грудь поцелуями, спускаясь к одному из сосков, задевая яркую бусинку губами и облизывая ее. Пальцы на ногах поджались и тело пронзили мириады импульсов от нежного прикосновения языка брюнета. Арсений медленно спустился ниже дорожкой из поцелуев, стащил штаны с Антона и съехал коленями ниже так, что его голова оказалась над напряженным твердым членом, который, как казалось брюнету в тот момент, прекраснее любого произведения искусства. Он поднял взгляд и заметил засосы на шее и груди Антона. Оставленные им следы на теле парня казались ему россыпью вселенных в открытом космосе. Арсений положил свою руку туда, куда ему нестерпимо хочется положить не только руку и неторопливо провел, оттягивая крайнюю плоть, делая все максимально нежно и аккуратно. Антон чувствовал себя в этот момент настолько правильно и хорошо «чтоб прям пиздец» и жадно вдыхал воздух, который, кажется, скоро закончится и он задохнется. Такая смерть могла быть очень жесткой, но тут, на берегу реки, в тумане, когда самый красивый на свете парень дрочит ему холодной, но мягкой рукой, он готов был отправиться в нирвану прямо сейчас. Арсений делает еще несколько привычных движений рукой от основания к головке и, опускаясь вниз, слизывает соленую смазку, аккуратно проводя языком. Антон прогибается в спине, рвано выдыхая и, хватаясь за волосы брюнета, неосознанно нажимает на голову, от чего его член проскальзывает в прохладный и скользкий рот. Арсений не сопротивляется и ускоряется, почти доводя Антона до белых искорок перед глазами, и берет почти на всю глубину. Слюна стекает по подбородку, а во рту брюнета так приятно и мокро, что парень под ним начинает двигать бедрами в такт движениям головы и руки, постепенно ускоряясь. — Я…я… — стонал Антон уже громче и, поднявшись на локти и запрокинув голову назад, изливается горячей спермой в рот и горло Арсения. Его тело пронзает тысячи иголок и будто изнутри обжигает искрами, а перед глазами мелькает калейдоскоп из всех цветов радуги. Арсений отстраняется, облизывая губы, улыбаясь и нежно смотря на Антона, который хватает его за воротник и с силой подтягивает к себе, жадно увлекая в поцелуй, все еще тяжело дыша. После долгого слияния языков, брюнет обнял парня, уткнулся ему в шею, крепко прижимая к себе. — Антош, — ласково говорит он, — мне нужно идти, а ты, пожалуйста, приезжай на чай. — Я вчера не нашел твой дом, я не знаю где ты… — Ты все знаешь, — прервал его Арсений и коротко поцеловал в родинку на носу. Антон ничего не понимал — в голове был густой туман как рано утром вокруг и просто наблюдал за тем, как самый красивый мужчина на свете встает и уходит по мосту, проходит через поляну и скрывается в лесу. Шастун провожал его взглядом, пока не потерял из виду, до сих пор оставаясь лежать нагишом на траве.