Кровь Феникса (Blood of the Phoenix)

      Гарри знал, что если бы Джинни была здесь, она бы закатила глаза от такого эффектного выхода. Но её тут не было а он был слишком занят созерцанием остолбеневших Пожирателей Смерти, чтобы концентрироваться на таких вещах. Самим Пожирателям не понадобилось много времени, чтобы понять, что он действительно Гарри Поттер, и что такую возможность упускать нельзя. Первым опомнился Люциус.       — Смотрите, кто к нам пожаловал! Сам Гарри Поттер! — оскалился он, повернувшись спиной к магглам.       — Малфой. — Гарри усмехнулся ему и склонил голову набок, взвешивая варианты. У него было преимущество: ни один из Пожирателей Смерти не воспринимал его всерьёз. Они будут играть с ним, тратить время, показывая своё превосходство. Гарри не собирался упускать этот шанс.       — Будет больно, — предупредил он.       Пожиратели на секунду застыли в недоумении, и Гарри начал движение. Без какой-либо паузы он выпустил по ним сразу несколько заклятий. Конечно, они не были членами внутреннего круга просто так. Спустя миг они тоже пришли в движение, выставляя щиты и уклоняясь. Элли пустила одному из Пожирателей Режущее Заклятие в шею. Магглы закричали при виде пролившейся крови, но Элли уже двигалась, а Пожиратель, по которому она попала, осел на землю.       Гарри уклонился от Непростительного в исполнении Малфоя и ответил мощным Обжигающим Проклятьем, которое наполнило улицу запахом горелой одежды. Воспользовавшись возможностью, он пустил по другому Пожирателю Смерти целую серию простых заклинаний, успешно задев его сглазом Подножки и оглушив. Малфой быстро оправился, и Гарри пришлось отскочить в сторону, чтобы избежать очередного Непростительного. Он контратаковал несколькими оглушающими, все из которых были отбиты или заблокированы Малфоем. Элли уклонилась от шального заклятия, и подкралась к очередному Пожирателю, который как раз был обездвижен заклятием Гарри. Она взяла его за голову и переломила шейные позвонки, мгновенно убив его. Внезапно Элли развернулась, блокируя Убивающее Проклятие телом убитого врага. Затем она бросила свой неживой щит, отскочила вправо и выпустила по коленям атакующего Дробящее Заклятие. Оно попало в цель, и Пожиратель повалился на землю, потому что его колени были более не способны выдержать вес его тела. Магглы продолжали кричать. Они не были способны на побег, и всё, что им оставалось — вжаться в угол и пытаться избежать странных огней, летавших повсюду.       Когда заклинание Элли обезвредило четвёртого Пожирателя, Гарри выпустил Секущее Заклятие в грудь Малфоя. Тот попытался уклониться, но был недостаточно быстр, и заклятие попало ему в плечо. Палочка выскользнула из его ослабевшей руки. Его плечо было одним кровавым сгустком, а рука висела на нескольких ещё целых мускулах. Малфой с ненавистью посмотрел на Гарри и аппарировал прочь.       Гарри на секунду остановился, переводя дыхание, и тут же двинулся вперёд, чтобы собрать палочки поверженных Пожирателей Смерти. Элли перевела своё внимание на свидетелей-магглов и начала работать над изменением их памяти. Гарри положил палочки мёртвых врагов им на грудь и заклинанием вызвал ДМП. К тому моменту, как он закончил оглушать и связывать ещё живых врагов, Элли закончила с магглами и приводила одежду в порядок, очищая её от крови. Затем она повернулась к Гарри и движением палочки очистила от грязи и крови и его одежду.       — Мы опоздаем на ужин, если не пойдём сейчас, — недовольно пробормотал Гарри. Как бы ему ни хотелось избежать ужина с Мардж, он знал, что лучше будет сделать вид, что он может её выносить.       — ДМП скоро будет здесь, — добавила Элли, взяв Гарри за руку и начав идти к выходу из аллеи.       Они уже почти вышли, когда Элли краем глаза заметила странное мерцание. Повернувшись, она увидела серебряную вспышку мантии-невидимки и увидела спрятавшегося под ней Наземникуса Флетчера.       — Скажешь об этом хоть слово, — предупредила его Элли, переходя на рык, — и Дамблдор узнает, что ты уклонялся от своих обязанностей.       Зем странно посмотрел на неё, но, тем не менее, кивнул. Он и не собирался ничего говорить Дамблдору, да и Элли умела устрашать людей. Особенно учитывая, что его невидимость была ей совсем не помехой. Гарри ухмыльнулся ему и вместе с Элли исчез за углом. Отойдя на безопасное расстояние, они растаяли в воздухе.       Гарри был прав, когда полагал, что ужин пройдёт очень интересно. Когда они вернулись на Тисовую Улицу, им хватило времени, чтобы отнести покупки в его комнату и встретить тётю Мардж. Гарри едва удалось подавить смешок, когда она посмотрела на него, отвернулась и посмотрела снова, когда обработала хорошо сидящую и выглядящую одежду и волосы, которые хоть и были растрёпаны, но смотрелись так, будто Гарри растрепал их аккуратно и намеренно. Тётя Мардж стояла с открытым ртом, как рыба, несколько минут, и Гарри с удовольствием подлил масла в огонь.       —Тётя Мардж, познакомься с моей девушкой, Элли Мартин.       Элли улыбнулась и радостно помахала. Мардж выглядела так, будто за ужином ей должна была понадобиться большая порция бренди. Появление её любимого толстого племянника немного улучшило её состояние. К моменту, когда она закончила пытаться обнять Дадли (что у неё не получалось ввиду необычайной его широты), она была готова к ужину и нескольким подколкам в адрес Гарри. Мардж решила начать с самой любимой и проверенной.       — Ты всё ещё здесь, как я посмотрю? — холодно заметила она.       — Ага, — довольно ответил Гарри. — Всё ещё здесь, сижу на шее дяди Вернона, отягощая его своим присутствием.       — Не нахальничай мне тут, мальчишка, — предупредила его тётя Мардж. Глаза дяди Вернона опасно блеснули. Возможно, Гарри показалось, но на долю секунды он увидел, как тётя Петуния улыбнулась. Странно.       Гарри открыл рот, чтобы ответить, но тут Мардж, похоже, поняла, что он не собирается прикидываться мёртвым, как какой-нибудь из её псов, и решила отыграться на Элли. Чувство этикета тёти Петунии заставило её вмешаться, чтобы Мардж не заставила её семью выглядеть ещё хуже.       — Итак, Элли, расскажи про себя.       Несмотря на то, что Гарри знал, насколько сильно его тётя заботится о своей репутации среди соседей и даже незнакомцев, его удивило то, насколько вежливо она обратилась к Элли. Она не выглядела так, будто делает это сугубо для поддержания имиджа. Было похоже, что ей действительно интересно узнать о девушке, с которой встречался её племянник. Гарри задался вопросом, не перевернулся ли мир, пока он находился в сундуке.       — Что ж, я родилась в маленькой деревушке в Дании, название которой вы скорее всего даже не слышали, но моя семья не провела там много времени, родителям необходимо было работать. Эта работа в итоге привела к их гибели, и моя тётя привезла меня в Британию и воспитывала до десяти лет, пока её не убили. С тех пор я более-менее сама по себе.       После этого настала неловкая пауза. Никто не знал, как воспринимать то, что сказала Элли, или то, как спокойно она это сказала. Гарри пытался не засмеяться; он знал, что Элли почти ничего не чувствовала по поводу смерти своих родителей. Роль играло и то, как мало она их знала, и время, в которое она родилась, и то, что у неё было триста лет на привыкание к жизни без родителей.       — Это, должно быть тяжело, — наконец заговорила Петуния.       Элли пожала плечами, а тётя Мардж решила воспользоваться неловкой тишиной. По её мнению, сирота вряд ли могла заниматься чем-то серьёзным в жизни. «Наверное, даже школу не закончила», — внутренне усмехнулась она.       — Чем ты занимаешься? — резко спросила она, отхлебнув бренди и игнорируя взгляд тёти Петунии.       — Я получаю огромную кучу денег, работая на правительство, — радостно ответила Элли. — А чем вы занимаетесь?       Полная тишина после её ответа была прервана лишь фырканьем Гарри и звуками подавившегося дяди Вернона. Гарри мог честно сказать, что у него никогда не было лучшего ужина с тётей Мардж.