Холодный воздух, теплая шея

— Что первое вы сделаете, когда вам исполнится семнадцать? — Легально напьюсь. Прямо в Трех метлах. А еще лучше — в Кабаньей голове, — мечтательно произносит Джеймс, растянувшись у Лили на коленях. — Составлю компанию этому парню, — Сириус, развалившись в кресле, отсалютовал другу бутылкой сливочного пива, обмениваясь с ним довольными ухмылками. — Но твой день рождения раньше, — заметила Мэри, сидящая на подлокотнике того же кресла. — Неужели ничего не приходит в голову? — Хм, — он повернулся к ней всем телом. — Это все равно будет то же самое. — Кроме девчонок и алкоголя их ничего больше не интересует с тех пор, как нам исполнилось пятнадцать, — усмехнулся Римус, заработав укоризненные взгляды двух парней в ответ. — А что тогда сделаешь ты, мистер недотрога? — спросил Джеймс. — О, я бы поспорила насчет этого звания, — улыбнулась Лили в свой стакан с соком. — Ты что-то знаешь? — подскочил Джеймс, чуть не расплескав содержимое стакана девушки. — Лили, ты что-то знаешь! Рыжеволосая только продолжила загадочно улыбаться, не обращая никакого внимания на возмущения и расскажи-мне-все взгляд своего парня. Она посмотрела на Римуса, который тоже веселился с реакции Джеймса, прислонившись боком к другому креслу, в котором крепко спал Питер, даже несмотря на поднявшийся шум. — Лунатик, почему Лили знает что-то, чего не знаем мы? — с почти искренней трагедией в голосе спросил Сириус. — Я думал, мы единственные знаем все о тебе! Может, она еще знает, что ты тоже принимаешь участие в наших розыгрышах? Или что ты хоть почти и не пьешь, но из нас четверых именно ты первый напился, да так, что заблевал всю нашу ванную комнату? А твои сигареты в тумбочке? Нарушения комендантского часа? Лунатик! — Кажется, это я тут много чего не знаю о Римусе, — удивилась Мэри. — Я даже в курсе, чем он занимается каждое полнолуние, — заговорщически проговорила Лили, прищурив глаза. — Не может быть! — Сириус театрально схватился за сердце. — Так, теперь мне все равно на ваши планы, — Мэри обратила все свое внимание на Римуса. — Теперь мне тоже интересно знать, что имела в виду Лили. Все взгляды устремились теперь на Римуса, но он не чувствовал себя некомфортно, как обычно бывало в таких ситуациях. Его забавляло, как друзья восприняли замечание Лили о нем, словно это в самом деле имело хоть какой-то смысл. То, что произошло этим летом, не было чем-то важным, чем ему хотелось бы со всеми поделиться. Он мог и не рассказывать об этом сейчас, на самом деле, парни бы его поняли. Но в конце концов и большого секрета из этого делать не было никаких причин. — Что ж... — Внимание! Внимание! — воскликнул Джеймс. — Римус Люпин собирается сделать заявление! — Это не так уж и серьезно, Сохатый, — покачал головой парень. — Все, что касается тебя, серьезно. — По крайней мере, до этого лета, — Лили сверкнула глазами в сторону Сириуса. — Так, а это еще что значит, — возмутился он. — Попридержите свои неуместные каламбуры. — Но вообще-то это правда, — хихикнула Мэри. — Ты такой тактильный в отношении Римуса. Удивительно, как он все это тебе позволяет, потому что, что бы там ни произошло летом, его все еще можно назвать недотрогой. — Я не очень люблю физический контакт, — щеки Римуса немного покраснели. — Но не с Сириусом, — услужливо заметила девушка. — Что, уже никому не интересно, что было летом? — подал голос Джеймс. — Точно! Давайте не сходить с главной темы, — сказал Сириус. — Лунатик? — Ладно, — усмехнулся Римус. — Это в самом деле ничего не значит. Мой сосед устраивал у себя вечеринку, пока его родителей не было дома. Там были его школьные друзья и наверняка много кто еще. Людей было куча. Я вечером вышел покурить, и в это время он просто вывалился с кем-то из дверей своего дома, увидел меня и вдруг помахал рукой. Он был настолько пьян, что позвал меня к себе, хотя мы раньше никогда не общались, знали только имена друг друга. Я не сразу понял, что он хотел, чтобы я присоединился к его тусовке. Когда я подошел, он стрельнул у меня сигарету, а потом и его друзья, с которыми он вышел. Мне было не жалко. Ну и... Как-то я оказался там, в доме. — Да ладно, — Мэри так комично широко открыла рот, что Римус не отказался бы заснять этот момент на память. — Ты и на чьей-то чужой вечеринке? — Лунатик всегда полон сюрпризов, — Сириус прищурился и задержал на нем свой хитрый взгляд. — Я упустил момент, когда решил, что это было бы неплохой идеей. — В конце концов это правда оказалось неплохой идеей, — сказала Лили. — Наверное. В общем, я присоединился к нему и его друзьям. Немного выпил, походил туда-сюда. А потом ко мне подошла девчонка, и мы разговорились. — О чем вы говорили? — перебил Джеймс. — Эм. Она спросила, почему не видела меня раньше и где я учусь. Я сказал, что учусь в закрытой школе в другом городе, что, по сути, не является ложью. Она рассказала о своих любимых уроках, и раз уж я не мог поделиться тем же самым, то сказал, что мне, как и ей, нравится литература. Это открыло большое поле для обсуждений. — Вот, это больше на тебя похоже, — хмыкнула Мэри. — Ладно, вы болтали. А потом? — девушка игриво повела бровями. — Вечеринка еще продолжалась, когда она захотела уйти. Она весь вечер довольно явно флиртовала со мной, если честно, и я решил, что стоит проводить ее домой. — Такой джентльмен, — Лили дотянулась до него и ущипнула за щеку, отчего он дернул головой и ткнулся в ноги Питера. Парень, спящий все это время, очнулся. Он потер глаза, размял спину и стал оглядывать все вокруг, пытаясь оценить обстановку. Джеймс заворковал над ним: — Хвостик проснулся, доброе утро, соня. — Сколько вы тут уже сидите? — пробормотал Питер. — Достаточно, чтобы дойти до рассказов Люпина о своих любовных похождениях. Ты проснулся как раз вовремя, — ответила Мэри. — О похождениях... Кого? — Вот этого красавчика, — ткнул ногой в сторону Римуса Джеймс. — Он подцепил какую-то девчонку летом. Как ее зовут? — Эмили. — Значит, ты проводил Эмили до дома. А дальше? — Мы с ней долго прощались, пока я не понял, что, возможно, она ждет, поцелую я ее или нет. — И ты поцеловал? — спросил Сириус. — Очевидно. Джеймс радостно присвистнул. — И как оно? — Нормально. Вообще-то, это было странно. Ну, то есть, приятно, но я ожидал чего-то... другого. Как бы то ни было, после этого она позвала меня подняться к ней, но я не был готов к такому вот так, сразу. Я знал ее несколько часов. — Но она ведь тебе понравилась? — выжидающим взглядом посмотрела на него Мэри. — Наверное. — Наверное? — нахмурился Сириус. — Лунатик, она определенно должна была тебе понравиться! Ты проводил ее до дома. Ты поцеловал ее. — Но я как будто делал это потому, что так надо, понимаете? — Не особо, — протянул Джеймс. — Ты говорил мне, что вы встретитесь еще раз на зимних каникулах, — полувопросительно произнесла Лили. — Да, так и есть. Я просто решил, что не стоит упускать возможность. Она красивая, интересная, и, может, что-то у нас получится. Я не знаю. Это пока не стоит вообще никакого внимания. — У тебя практически появилась девушка, — подал голос совершенно уже пробудившийся ото сна Питер. — Это определенно стоит внимания. — Все, что было между нами, еще ничего не значит. — Ладно, хватит смущать мальчика, — Лили откинулась на спинку дивана и зевнула. — Давайте уже расходиться, завтра вставать рано. — Согласен, — Сириус допил остатки сливочного пива и приобнял за талию потянувшуюся к нему Мэри. — Всем спокойной ночи. Джеймс чмокнул Лили в губы и вместе с остальными парнями направился в спальню. Мэри еще немного посидела в гостиной, о чем-то раздумывая. Но время и правда было позднее, а завтра начинался учебный год, нужно было выглядеть безупречно. Синяки под глазами этому точно не поспособствуют. *** Римус вертелся в кровати, пытаясь уснуть уже неизвестно сколько времени. За окном по-прежнему было темно — он видел это через не до конца задвинутый полог, — но до утра было недолго. Возможно, ему вообще не удастся заснуть в эту ночь, но это и не удивительно — крепкий сон не был частым гостем перед полнолуниями. Иногда он дремал, но любой шорох снова возвращал его сознание в режим бодрствования. Тогда он прокручивал в голове обрывки прошедшего разговора. Друзья решили, что Эмили ему понравилась, и, возможно, так оно и было. Он никогда еще не влюблялся, ему никто особенно не нравился, так как он мог быть уверен? Он не солгал ни в едином слове: с девушкой было, о чем поговорить, она показалась ему довольно умной и интересной. Она умела слушать. И была действительно красивой: темные длинные волосы, такие же темные глаза, мягкие бедра. У нее был потертый лак разных цветов на ногтях, что Римус находил довольно милым. Ее грудь приятно прижималась к его, на что он обычно не обращал внимания, когда обнимался с Лили или другими девчонками. Но этого словно было недостаточно. Можно было допустить, что Эмили ему понравилась, но он точно не грустил бы, если они больше никогда бы не встретились. Все, что он делал — отвечал на ее заигрывания, проводил до дома, поцеловал, предложил встретиться еще раз, — он делал не столько потому, что правда этого хотел. Он делал то, что, вероятно, должен бы делать любой парень, когда к нему проявляет интерес симпатичная девчонка. Он делал это больше из побуждения к тому, что ему и правда пора бы попробовать начать отношения с кем-то. Может, что-то получится. Постепенно в комнате начало светлеть из-за первых утренних лучей солнца, и Римус снова погрузился в дремоту. Когда он проснулся в следующий раз, свет уже не лился по комнате, было довольно тускло и серо, так что, скорее всего, день обещал быть пасмурным. — Нет, только не дождь, — проворчал Джеймс, слепо щурясь в окно, тем самым подтверждая предположение Римуса. — Не обязательно ныть прямо надо мной, дай поспать, — раздалось из бесформенной кучи на кровати Сириуса. — Через пятнадцать минут завтрак, я бы на твоем месте поторопился. Пока Джеймс искал свои очки, Питер, до этого не подававший никаких признаков жизни, первым прошмыгнул в ванную, что заставило Поттера поворчать еще немного. Несмотря на это, когда Питер вышел, Римус, злорадно посмеиваясь, убежал следующим. — Какой смысл вообще просыпаться раньше вас! — крикнул ему в спину Джеймс. За то время, что Римус умывался, Сириус уже успел встать и одеться, но вряд ли проснуться. Он сидел и тупо моргал, смотря куда-то перед собой. Когда Джеймс проходил мимо него, то потрепал по плечу и снова предупредил о том, что тот может опоздать. Тогда Сириус просто зашел в ванную вместе с ним, чтобы сэкономить время. Римус и Питер, не торопясь, стали спускаться вниз, чтобы подождать друзей в Общей комнате. В этот момент из спальни напротив спускались Мэри и Марлин. Последняя так просияла, когда увидела их, что Римус уже понял, что конкретно вызвало такую реакцию, и приготовился к расспросам. Однако их не последовало. — Я все зна-а-аю, Римус Люпи-и-ин, — только пропела Марлин, подхватив подругу под локоть. — И я тобой горжусь! — Ага, счастлив. Марлин закатила глаза, но улыбнулась ему так широко, что он и сам не удержался от ответной улыбки. Рухнув в кресло, он проводил девчонок взглядом, пока те не скрылись за портретом. Питер, расположившись на диване, сонно зевал, но в целом выглядел гораздо более отдохнувшим, чем остальные. — Поверить не могу, что я отрубился прямо в кресле, пока вы болтали, — проговорил он. — Расскажешь мне, что я пропустил?  — Вообще или ты про меня спрашиваешь? — Конечно, про тебя. Не каждый день у Лунатика появляется девушка. — Она не моя девушка, Пит. — Она почти твоя девушка. Так что? — Ладно, ладно. Расскажу по пути в Большой зал, — Римус начал подниматься, когда из спальни мальчиков вышли Сириус и Джеймс. *** Дождь лил целый день, поэтому, кое-как отсидев все уроки, парни направились в Гриффиндорскую башню. Джеймс потерялся где-то по пути, вероятно, привлеченный одной зеленоглазой рыжей волшебницей, Питер остался в гостиной поболтать с ребятами с других курсов, а Римус и Сириус, не сговариваясь, поднялись в комнату, чтобы отоспаться. На этот раз Римусу удалось проспать пару часов без пробуждений, чему он был бесконечно счастлив. Когда он проснулся, в спальне было слышно только сопение Сириуса и приглушенные голоса из Общей комнаты. Посмотрев на часы, он решил, что может позволить себе поваляться еще немного, прежде чем приступить к домашней работе. Он лежал поверх заправленной кровати прямо в школьной форме, но ему было так тепло и уютно, как бывает только в Хогвартсе, даже если на улице сыро и мрачно. Здесь он провел, несмотря на всю свою любовь к родному дому, пока что лучшие годы его жизни. Именно в Хогвартсе у него появились первые друзья, такие, о которых он не мог даже мечтать. Он познакомился с прекрасными девчонками, хотя раньше всегда ощущал себя неловким в общении с ними. Чего стоит одна Лили Эванс — они так быстро стали лучшими друзьями, что тот Римус, который был до Хогвартса, ни за что бы ему не поверил. Шестеро его самых близких друзей стали его второй семьей. Здесь лучше проходили полнолуния, потому что для них были предусмотрены более подходящие условия, чем тесный мрачный подвал его дома. Здесь была мадам Помфри. Здесь были его друзья, ставшие анимагами, чтобы волк Римуса мог вдоволь с ними набегаться по лесу, не истязая себя в замкнутом помещении. Здесь было спокойно (даже когда Мародеры нарушали это спокойствие своими проделками). Здесь было полно магии. Здесь он был среди своих. С этими приятными мыслями Римус перевернулся на другой бок и снова задремал. Разбудил его негромкий голос, почти шепот, доносившийся по ту сторону полога его кровати. Это был Сириус. — Ты спишь, Лунатик? — Не то чтобы, — ответил он, потирая глаза и отодвигая тяжелую ткань. — Который час? — Почти семь вечера. Мы пропускаем ужин. — Черт. — Джеймс недавно забегал, сказал, что утащит чего-нибудь для нас. Хотя еще есть время, чтобы спуститься, если хочешь. — Не-а. Раз Джеймс такой заботливый, я предпочту дождаться свой ужин в постель. Сириус усмехнулся. Он выглядел довольно помято, но уже совершенно выспавшимся. Римус подумал, что, должно быть, выглядит так же. — Можно к тебе? — Конечно. Римус пододвинулся, впуская друга на свою кровать. Сириус не стал занавешиваться, чтобы впустить немного холодного света внутрь. — Все еще идет дождь? — Нет, но погодка так себе. Как будто уже ноябрь. Они помолчали немного, пока Сириус устраивался поудобнее и закидывал свои ноги на колени Римуса. — Ты не спал сегодня, да? — спросил он после этого. — Ждешь не дождешься луны? — Ага, — саркастично усмехнулся Римус. — По крайней мере после будешь спать беспробудно. — А ты умеешь подбодрить. Сириус посмотрел на него с игривой улыбкой. Не часто удавалось остаться с Блэком наедине, когда тот пребывал в таком умиротворенном настроении, и не ночью. Римус ценил такие моменты больше всего. Он точно знал, что поссориться с другом в это время невозможно; он был мягким, и если Римус отпускал случайно какие-нибудь колкости, то они оставались без ответа. Он был теплым и занимал личное пространство Римуса больше, чем обычно. Он не пытался никого впечатлить и почти совсем не выпендривался. Это был самый комфортный Сириус, которого он когда-либо знал. — Можно задать тебе вопрос? — С каких пор ты спрашиваешь об этом? — С тех пор, что это неловко. — Хм? — Римус поднял одну бровь. — Я о том, что Мэри сказала вчера. — Конкретнее, Бродяга. — Она сказала, что я очень тактильный по отношению к тебе. Думаешь, это правда? — Ну, учитывая то, как ты сидишь сейчас... — Прости, — Сириус поспешно убрал свои ноги с его колен. — Нет, я... не против. — Но я знаю, что ты на самом деле не очень любишь касаться кого-то или когда касаются тебя. Прости. — Ты уже извинился. Все в порядке, Сириус, я привык. — Но я совсем не обращал внимание на то, что ты можешь чувствовать. Я не должен был быть таким придурком. — Тогда ты слишком поздно начал об этом переживать, — усмехнулся Римус. — Я правда не против. — Точно? — Точно. Долго не думая, Сириус вернул свои ноги обратно. Чтобы доказать искренность своих слов, Римус положил свою ладонь ему на колено. Возможно, это было лишним, вдруг осознал он, но убирать руку теперь было бы странно. Стараясь об этом не думать, он прикрыл ненадолго глаза. — А что насчет Эмили? — спросил друг спустя некоторое время. — Почему ты не уверен, что она тебе нравится? — Потому что не уверен, что она мне нравится. В этом весь ответ. — Но ты поцеловал ее. — Да, поцеловал. Но разве это не то, что я должен был сделать? — Ты ничего не должен делать, если не хочешь. — Я не могу сказать, что совсем этого не хотел. Бродяга, — вздохнул Римус, — я не знаю, нравится она мне на самом деле или с ней просто приятно было провести время, но я собираюсь узнать это. Со мной флиртовала красивая девушка, неужели я просто проигнорирую такое? — Она не единственная, кто флиртовал с тобой, я-то знаю. — Ну, может, я только сейчас дорос до того, чтобы дать какой-нибудь девчонке шанс. — Готовьтесь, девушки, Римус Люпин дорос до отношений! — воскликнул Сириус. — Угомонись, — Римус ткнул его в бок. — Я не хочу об этом больше говорить. Хотя бы до того, пока не пойму, нравится мне Эмили или нет. — Наверняка теперь только и думаешь, чтобы поскорее наступили зимние праздники? — подначивал друг. — Пожалуйста, перестань. — Ладно, — слишком быстро сдался Сириус, покорно склонив голову. — Но, если Лили опять будет первая, кто обо всем узнает, я обижусь. Римус фыркнул на это заявление. — Обещаю, ты будешь первый, — он неосознанно погладил чужое колено, все еще находившееся под его рукой. — Так... что ты сразу сделаешь, когда тебе исполнится семнадцать? — спустя еще какое-то время спросил Сириус. — Ты так и не сказал. — Я бы наконец кастанул какое-нибудь заклинание за пределами Хогвартса. Какое-нибудь очень тупое и бесполезное. — Это наш Лунатик! — Сириус рассмеялся.