Mystery of love

Эта ночь обсыпана сотнями звёзд. Луна светит ярко, выступая в самом центре неба, проявляясь маятником. По телу разливается тягучая усталость с ломотой в костях и мышцах, а голова порывается лопнуть от боли в висках. Мигрень конкретно заебала. Заебала также проёбанная надежда на свободу действий, а именно почему Чимин сидит сейчас ночью и заучивает теорему по десятому, если не по двадцатому кругу. Мать Чимина была серьёзна, говоря про домашнее обучение в целях "профилактики" для своего сына. А все потому, что Пак ненамеренно ослушался её, от чего и застрял в этой "тюряге". Впрочем, ему не привыкать. Не привыкать к полной изоляции от улицы и друзей, если быть точнее — друга. Не привыкать также к тишине, безразмерно появляющейся, одиночеству и прочему, не дающее спокойно дышать полной грудью. Может показаться ощущение, словно Чимин та всратая Рапунцель в башне, от которой зависима её неродная мать, если быть точнее — волосами Рапунцель. А у девушки нет ничего в жизни, что помогало жить и сосуществовать дальше, чем ждать свободы за этой башней, выйти за пределы и ступить на землю, почувствовав её ногами. А может и не показалось. Ибо Пак так себя и чувствует. Ему хочется того же — то есть быть в свободе действий, независимо от чего или кого либо. И он просто морально и физически устал, смирился и принял реальность в стенах этого ненавистого пустого дома. Но за бессилием кроется злость и ненависть, застилающие разум. Он в шаге от того, чтобы сбежать отсюда и попрощаться со всем этим. Однако бежать некуда: к Тэхёну не может, так как родители того дадут знать родителям Пака, а денег нет чтобы где-то укрыться. Он же ещё чёртов школьник без даже среднего образования, поэтому ему приходится учиться, учиться, учиться. Цель сейчас только на это направлена. Комнату все также озаряет лампа своим светом. Окно приоткрыто наполовину, давая ветру пустить корни. Чимин склонил голову к столу, намереваясь уснуть на нём же рядом с учебником по нелюбимому предмету. Он на минуту прикрыл веки, уже почти одной ногой в царстве Морфея, как он выныривает из полусна в реальность. Пак услышал тихий звук чего-то бьющегося в поверхность у окна. Он повернул голову в сторону звука, увидев на полу маленький кривой серый камешек. Подойдя к окну, у Пака вызвало много вопросов. Выглянув головой из окна, он осмотрел улицу. Темно, прохладно и пусто. Никого нет. Странно. Наверное от недосыпа и бессонницы у Чимина уже начали проявляться слуховые и зрительные галлюцинации, или ему так показалось. Уже отворачиваясь и отойдя в сторону от окна, прилетел ещё один камень с чуть более громким звуком. От раздражения Чимин опять подошёл к окну и выглянул наружу. Снизу, смотря на вверх, точнее на окно Пака, стоит Тэхён, одетый в худи непонятно какого цвета, из-за темноты, и широкие штаны. Он машет Паку, чтобы тот мог спуститься или наклониться чуть ближе в сторону Тэхёна. — Эй! — шёпотом, почти на грани слышимости всего голоса кричит Тэ. — Ты больной? — Чимин конкретно негодует. Зачем Тэхёну приходить в такое позднее время стоя у дома Пака? — Спусти свои волосы, Рапунцель, или мне придётся лезть к тебе на второй, чёрт возьми, этаж! — игнорируя вопрос, кричит шёпотом в сторону окна Чимина. На часах 3:13, а Чимин поспешно одевается в безразмерную худи, оставаясь в пижамных штанах и чёрных домашних тапочках, взяв с собой телефон. Подойдя к полностью распахнутому окну, Чимин думает о дальнейшем ходе действий, как оказаться внизу снаружи. — Тэ! — Тэхён на звук поднял голову — возьми около сада лестницу и поставь рядом у окна! — кричит шёпотом, указывая на место где стоит эта несчастная лестница. Тэхён, кивнув, пропадает из поля зрения, идя к саду, пока Пак закрывает дверь с комнаты, укладывая постель с подушками на кровати так, как будто он там спит. На время должно прокатить, если мама Пака всё же решить заглянуть в комнату. Чимин слышит стук рядом снаружи. Он поспешно ретировался из комнаты, ступая на деревянную лестницу. На улице прохладно и немного ветрено, от чего волосы Чимина взлохматились от ветра, а щиколотки покрылись мурашками. — Наконец-то Рапунцель вышла на свободу, — с улыбкой проговорил Ким. Чимин на эту фразу в его сторону нахмурился. — Если моя мать узнает о том, что вместо сына на кровати лежит не он, а подушки, то эту Рапунцель не выпустят из дома год, — нахмурившись, показал на себя Пак. — Не сердись, мне не хватало твоего присутствия, — опустив плечи, продолжает — Мне нужно было тебя выманить из дома, а днём тебя не пускают. Я как по твоему должен с тобой видеться если не ночью? — Тэхён сложил руки в защитной позе. Чим вздохнул. Ему тоже было плохо без лучшего друга, но давление со стороны матери не давало им хоть как-то пересекаться. Поэтому Чимин, приняв данный факт того, что он уже на хоть и недолгой, но свободе, кивает сам себе и отвечает: — Ладно. Только недолго, хорошо? Правда если мать прознает что я не дома, я вообще не смогу выйти, — оповещает Чимин. — Хорошо, — кивает Ким — пойдём прогуляемся? — Чимин молча кивает и оба удаляются от дома Пака, выходя на тропу, что ведёт в парк.

***

Тропа немного рыхлая, из-за недавнего весеннего дождя, а уже вовсю цветущие листья деревьев украшают весь парк. Луна светит всё так же ярко, только серые облака чуть закрывают её. Звёзды на небе застилают разум. Они отражаются в зрачках у Чимина, сверкают с невообразимой силой. Тревога сменилась на спокойствие. Они идут неспеша, ибо на дворе глубокая ночь, куда торопиться. Все спят. От того и атмосфера получается выдающаяся. Не гнетущая. Наоборот — умиротворяющая. Тэхён и Чимин почти не разговаривают, потому что им так комфортнее. Но внезапно Тэ чуть прокашливается, дабы показать и подготовиться к предстоящему ночному разговору. — Я тут недавно опять у Джуна побывал, — с небольшой паузой — он приглашает снова к нему. Нас вместе, — Тэ не смотрит на Чимина. Он достаёт из кармана своих штанов скомканный листочек, видимо записку, и отдаёт в руки Паку. — Что это? — поворачивает в руках этот клочок бумаги. Немного шершавая, не белая, скорее цвета старых кофейных писем. — Это записка от Юнги. Он тоже был там, — делает акцент на светловолосом. Чимин разворачивает записку полностью: "Следуй зову сердца" Ему бы посмотреть в глаза Юнги, увидеть ответные звёзды и следовать зову сердца. Кажется, это блондин захватил не сердце, а лёгкие, голову, разум, вены. Он течёт там, направляет. Бабочек нет, они давно сдохли. Есть тёплое чувство в груди. И от этого легче. — Я кстати не знаю, что он тебе там передал. Не смотрел даже, да и он не говорил, — честно отвечает Тэхён. И Чимин ему благодарен. Это не симпатия — это чёртова влюблённость. Она сносит голову, не даёт дышать нормально, с ней сны сняться. Направляет туда, где жизенные пути сходятся. Её либо убивать, либо оберегать. Но что-то подсказывает Чимину, что убивать влюблённость он не будет, потому что смысла нет. Он уже с ней прижился. Уголки губ вверх тянутся, щёки пылают от чувств снисходящих. — Тэ, я попробую прийти к вам. Но не факт, что меня отпустят на этой неделе, — даёт знать Чимин. Тэхён повернул голову в сторону лица Чимина, улыбнулся. Спасибо — читается во взгляде. Ночь окутала кожу своей прохладой, а свежесть отрезвляет. Дышать легче, думать легче и жить тоже. Пак уверен — он выберется из этой тягучей пучины. Он смотрит в небо. А луна сегодня красивая.