Уговор

На Лёшу крайне странно косились в школьной столовой, но увлеченный Достоевским, сам студент не обращал на этот факт никакого внимания. По крайней мере, пока к нему под конец трапезы не подсела одноклассница. — Так это правда, что о тебе говорят? — Отвлекаясь от книги, Лёша ставит палец на строчку, где закончил чтение, и поднимает взгляд на девчонку, пытаясь осознать, что она сказала. — Всё говорят, что ты встречаешься с Гречкиным. Типа, ты давно был влюблён в него, а теперь вы вместе, это так? — Лёша прикрывает глаза от раздражения. Эти девочки... Этим девчонкам лишь бы сплетни собрать да пообсуждать всех. — Кого интересует личная жизнь Кирилла - может обратиться к нему напрямую. Если нахуй не пошлёт, то ответит. — И возвращается к чтению. — Да при чём тут Гречкин?! — А при чём тут я? — Тут же отзывается Лёша. — Я же не спрашиваю по какому графику и в каких позах ты со Светой ублажаешь Костю за стенкой от меня. Так почему ты решила, что я буду посвящать тебя в подробности своей личной жизни? Встречаюсь я с Гречкиным или нет и с каким конкретно из двоих - касается только одного человека. Меня. В следующий раз я выражения выбирать не буду. Уйди. Звонок, оповещающий о том, что до начала урока осталось три минуты, заставил и Лёшу покинуть своё место и направиться к кабинету. Честное слово, ну кому какое дело до того, с кем дружит или встречается? Но отсутствие каких-либо соседов за партой было приятно. Никто не болтал под локоть, не заваливал всю поверхность своими вещами, не тряс, не щёлкал над ухом ручкой... В общем, первый день в статусе любовника Кирилла Гречкина Лёше очень даже понравился. Его не перебивали при ответах, не лезли с "Макарыч! Дай списать!" и вообще не замечали. То, чего он добивался пять лет, пришло к нему меньше чем за сутки. Уроки закончились относительно быстро, Лёша собирался немного прогуляться, чтоб размять затёкшую спину и в целом проветриться после учёбы, но его планы претерпели крайне неожиданные изменения, стоило только выйти за школьные ворота. — Лёша! — Он замер, услышав хоровое женское восклицание за спиной и обернулся, всем своим видом изображая вселенскую скорбь и отчаяние, когда его обступили со всех сторон. — Так это правда? Он отказал Симоновой из-за тебя? А его отец в курсе? А... — Так... — Лёша вздрагивает от неожиданно раздавшегося за спиной голоса Гречкина, чьё лицо скрывала маска, а сам он был одет в похожую на Лёшину кофту, которую тот носил вне учебного времени. — Вот ты, ты и ты... — Гречкин схватил трех ближайших девушек за волосы и чуть оттянул их троих в сторону. — Нахуй отсюда. Ты и ты, — Две обозначенные девушки отшатнулись от Лёши прежде, чем Кирилл до них дотянулся. — Следом за ними. А ещё хоть раз кто-то сунет нос не в своё дело - набью ебальники так, что ни косметос, ни пластика не поможет. Пошли. Все. Нахуй, блять! — Девушки испарились в проходящей толпе школьников, а Лёша, не переносящий грубость, но всё же благодарный за помощь, обернулся к Гречкину. — Спасибо. Я уже одной днём высказал, так другие припёрлись. — Кирилл притягивает его к себе, приобнимает за плечи и направляется к машине, отмахиваясь от благодарностей. — Забей. Я ж сказал, что буду решать этот вопрос. На удивление, Кирилл сворачивает в противоположную от Дома сторону. — Куда мы? — Ресторан. Отец приедет через полчаса после нас, но у него там деловая встреча. Просто хочу, чтоб он нас увидел. Наверное, стоило тебе об этом сказать заранее, но я замотался. Сорян. Сочтемся, ок? — Лёша пожимает плечами. Он устал после школы, его раздражал его пиджак, но, словно заметив это, Кирилл хлопает себя ладонью по лбу и тянется на заднее сиденье. — Следи за дорогой! — Тут же панически вскрикивает Лёша, одёргивая Гречкина. — Не истери. Там пакет со шмотками. Перелезь, переоденься. — Лёша с сомнением оборачивается, смотря на брендовый пакет и вопросительно смотрит на Кирилла. — Да, прямо в машине. Обувь сними. Давай быстрее, скоро приедем. — Лёша послушно скидывает кроссовки и отстёгивается, перелезая между сидениями назад. — Ты купил парную одежду? — Глядя на пакет с таким же костюмом как и у Кирилла, улыбается Макаров, расстегивая пиджак и рубашку. — У отца не должно быть сомнений. Готов? — Да подожди ты, я только расстегнулся. — Кирилл мельком бросает взгляд в зеркало заднего вида, любуясь отражением раздетого Лёши и качает головой. Кожа и кости. Смотреть жалко. — Ты какой-то тощий. Тебя надо откормить. — Не тощий, а стройный. — Протестует Лёша, натягивая кофту. — Стройный, это когда на спорте фигура имеет рельеф. А ты тощий. Ни мышц, ни массы. Одни кости. Удивительно, что девки на тебя ведутся. — Твои "девки" меня без одежды не видят, знаешь ли. — Бурчит Лёша, натягивая штаны. — И не должны. Мы в отношениях, помнишь? — Но ты ж по девкам собираешься ходить. — Пожимает плечами Лёша. — А я растущий организм, я тоже, может, хочу... — Ты ж гей. — Удивлённо оборачивается Кирилл, а Лёша тут же поворачивает его голову обратно к окну. — Какая разница вообще? Это не отменяет того, что я могу кого-то... Ну... — Трахнуть, ага. — Кивает Гречкин. — Вот только выбирать тебе придётся из слепо-глухо-немых, чтоб факт "измены" не стал достоянием общественности. Лёш, давай как взрослые люди договоримся. Мне брак не нужен. Я любой твой каприз в пределах разумного выполню, а ты не саботируешь наши отношения. — Вопрос с сексом-то никуда не делся. — Прищуривается Лёша. — А тебе сейчас пиздец как горит кого-то поиметь? — Выгибает бровь Кирилл, кривя губы в улыбке. Он был уверен, что человек, который увлечён учёбой больше, чем собственными потребностями в своевременном питании и сне, до сих пор ни с кем не имел никаких отношений, тем более, если он всё ещё "безответно влюблён". — Сейчас нет. — Послушно соглашается Лёша. — Давай решать проблемы по мере их поступления. На крайний случай привезу тебе проститутку из ебеней нашей Необъятной. — Не хочу я проститутку! — Обиженно восклицает Макаров, откидываясь на сиденья и запихивая школьную форму в пакет. — Вот если я... — Не "если", Лёша. Слишком высокие риски. И у нас уговор. Мы изображаем счастливую пару, я решаю все твои проблемы. — И мы не влюбляемся друг в друга. — Напоминает Лёша. — Да, и мы не влюбляемся друг в друга. Кто первый влюбится, тот идиот. — Соглашается Гречкин, включая поворотник. — Расслабься, малой. Если совсем крышу снесёт, готов предложить свою искреннюю помощь. — Кирилл ржёт, а Лёша лишь кривится от предложения. — Не. Ты страшненький. Ну, то есть, может девочкам нравишься, но не в моём вкусе. Не обижайся только. — Ну спасибо на добром слове. — Кирилл паркуется около ресторана и глушит авто. — Давай на выход, красавец всея Руси. Лёша всё ещё смущён их диалогом, но успешно берет себя в руки и, вслед за Кириллом, направляется к дверям. Они разговаривали о Лёшиной учёбе, об увлечениях Кирилла, Гречкин узнал, что Лёша не только рисует на заказ огромные холсты, но и работает на графическом планшете, создавая весьма неприличные арты по любимым персонажам заказчиков, весьма прилично зарабатывая, но откладывая на аренду после выпуска из дома, а Макаров узнал, что Кирилл иногда шьёт одежду и вяжет на спицах. Если бы их спросили о самых удивительных знаниях друг о друге, то именно вязание на спицах и рисунки неприличного содержания стали бы ответом. — А с виду ты тихоня... — Удивлённо тянет Кирилл, жуя запечённый картофель. — А ты с виду бунтарь, и ничего, как-то ж пришёл к такому хобби. Но это правда здорово... Иметь увлечение, способное... Ну... Отвлечь и расслабить. — Да, пожалуй... — Соглашается Кирилл. — Хотел бы я связать тебя... — Мечтательно добавляет он и с чувством глубокого удовлетворения наблюдает за тем, как Лёша пытается осмыслить сказанное и понять, что именно в эту фразу вложил Гречкин. — В плане..? — Но Кирилл не отвечает, увлечённо копошась в своей тарелке. — Будешь вредничать и тебя свяжу я. А учитывая, что ни спицы, ни крючки я в руках не держал, тебя будет ждать увлекательнейший экскурс в анатомию человеческого тела, все его болевые и чувствительные точки, а главное, тебе предстоит окунуться в атмосферу обездвиженности и беспомощности в руках озабоченного подростка. — И тут же бодро добавляет, с наслаждением глядя в потемневшие от возбуждения глаза. — Ты давай там это, ешь быстрее, остынет.