1830. Serfs and Kings cannot be together.

Всю ночь Баркод не сомкнул глаз. Его голову сжирали ужасающие мысли, которые резали по сердцу с каждой секундой все больше и больше. В комнате, как на зло, всю ночь было холодно, и Тиннасит не мог согреться даже под двумя теплыми шерстяными одеялами. Кончики пальцев подрагивали от истерики и посинели от пробирающегося под кожу холодного воздуха. Самое тяжелое было появится перед Сатуром в таком убитом виде, поэтому он решил сначала привести себя в порядок, а потом пойти к принцу получать ежедневные задания. Тиннасит умылся теплой водой, переоделся в чистую одежду, и прилег на пару секунд, закрыв глаза и погрузившись в дрём. Джефф уже встал более часа назад, ожидая Баркода, чтобы поговорить. Но мальчик подозрительно долго не приходил, и принц насторожился,не случилось ли с ним что. Выглянув в окно он не обнаружил худощавого брюнета на лавке около своего домика, где он обычно сидел перед визитом в замок. Сатур предположил, что тот явится в ближайшие полчаса, но Тиннасит не объявился ни через полчаса, ни через сорок минут, и не через час. По вискам ударило волнение, и после завтрака принц решил сходить к крепостному, узнать все ли в порядке, не нуждается ли он в моральной поддержке и отдыхе. Захватив с собой пару мандаринов и булку с вишневым повидлом, Джефф вышел во двор, улыбаясь каждому крепостному и приветствуя в ответ. Не смотря на то, что время подходило к обеду, Баркода не видели его друзья от слова совсем. " в последнее время он как будто отдаляется. С ним что-то происходит, но мы не знаем и не понимаем что. Он ничего нам не рассказывает. " получил Джефф от одного из своих крепостных, которые работали на данный момент на пашне. Сатур заступорился у самого входа, не понимая, зачем так сильно печется о мальчике, волнуется и навещает, и почему Джеффа так сильно тянет к Тиннаситу, почему сердце видит в нем что-то родное он тоже не знает. Постучавшись он не получил никакого ответа, за дверью было так же тихо. Тихий скрип тонкой струной пронесся по комнате, когда Сатур распахнул деревянную дверь и застал милую картину : Баркод, укутавшись в одеяло мило посапывал и спокойном дреме. В самой комнате было похладно, и принц сразу догадался, что мальчик добрую половину ночи мёрз и скитался по кровати, пытаясь согреться. Сев на стул рядом, мужчина разглядел у парня темные круги и мешки под глазми, и тут он понял, что мальчик опоздал не потому, что проспал или пытался согреться, а потому что эта ночь была слишком эмоциональной, нервной и морально ужасной для неокрепшего крепостного. У Тиннасита были очаровательные черты лица, которые тянули принца к себе, — Баркод, — тихо прошептал Джефф, пытаясь разбудить не слишком резко, пытаясь не испугать бедного Тиннасита своим резки появилением. — Мам, еще пять минут,— мальчик отвернулся к стене, вызывая у Джеффа скромную улыбку во все тридцать два.Но Баркод тут же подрывается становясь солдатиком, учуяв незнакомый мужской запах, который чуть ли не кружит голову. И шок пробирается в каждую клеточку его тела, когда он видит сидещего принца перед собой. — Ваша Милость, простите, что опоздал! Я.. Я приму любое нака...Я...Простите меня, Ваша милость.. Я не понял, как уснул,я... — Успокойся, дорогой,— Джефф перебивает,заставляя замолчать и нервно сглотнуть подходящую к горлу тошноту.— Ты в порядке? Выглядишь не очень. Я принес тебе немного перекусить, ты проспал завтрак. У тебя будет время привести себя в порядок до обеда.— Сатур махает головой на небольшую корзинку с вкусностями и закидывает ногу на ногу, скрывая зародившееся на душе волнение. Баркод переминается с ноги на ногу, неловко закусывая губу. Сейчас ему стеснительно именно из-за понимания, что сам принц пришел проведать и разбудить крепостного, который как дурак уснул почти перед выходом.Сам Джефф абсолютно не понимает, почему Баркод мешкается и ведет себя так конфузно. В том, что Баркод уснул от усталости и нервов Сатур видел свою вину.Если бы он не повез тогда Тиннасита к Вичапасу, мальчуган был бы как обычно бодрым, ярким и полным сил и энергии, а не расклеивался бы при каждом движении больше и больше. — Ваша милость, разве вы не должны дать мне наказание? — Хрипло произносит Тин и поднимает уставшие глаза на мужчину. Если бы Джефф мог, он бы первым делом подошел бы к любому прохожему и попросил совета " как сказать человеку, что я не грозный как Суметтикул, а полная доброты личность, которую даже не стоит воспринимать как принца именно сейчас?". И в ответ он, наверное, получил бы вопросительный взгляд и полное игнорирование, ведь какой нормальный принц будет спрашивать такое черт пойми у кого? Правильно, никакой. —Должен, Баркод, должен.И я тебе его дам.— Сатур понимает риски, понимает насколько Тиннасита опять охватит паника и страх, но сейчас за него, кажеться, говорит внутренний эгоист, которого вообще не волнует насколько Баркоду хуево. — Расскажи мне, что у вас произошло с Байблом? — Нет, ваша милость. — И Тиннасит нарывается на жестокое и грубое наказание, отворачивается от Джеффа и отходит к окну.—Я не хочу с вами об этом разговаривать. Спросите его сами. —Тогда мне придется отправить тебя к нему, если ты не расскажешь, дорогой. — Я не поеду, ваша милость. Сбегу, но не поеду! — Баркод срывается и повышает голос, сразу же себя ругая и обрезая. — Тиннасит, сядь передо мной, я планировал разговарвать не со стеной и кроватью.— Сатур говорит спокойно, призывая Кода расслабиться и спокойно обговорить эту страшную тему.Он,кажется, уж сам пожалел, что позволил своей эгоистичной стороне вступить в дело.— Расскажи мне, Баркод. — Ваша милость, уходите. Забирайте корзину и уходите. Я приду к вам после обеда и буду готов к любому наказнию, кроме этого. Джефф уходит, но на обед оставаться не собирается. Он отправляется в поместье своего друга за этой душервущей истиной, без которой он уезжать домой не собирается. ——— В карете было до ужаса душно. Когда холодный воздух тени коснулся лица Джеффа, ему стало намного легче дышать и думать. —Почему ты не сказал, что приедешь этим утром, Дже? — Вичапас видимо проснулся сорок минут назад, о чем говорили сонные глаза и голос с хрипотой. — Ви, уже давно не утро. — Сатур поморщился от режущего запаха крепкого алкоголя. — Без разницы, — Вичапас сглотнул и зевнул в кулак, немного сморщавшись. — У меня есть предположение, что ты здесь из-за вчерашнего вопроса. — Ты абсолютно прав, друг мой. — Джефф улыбнулся и вскинул брови. — Тебе придется все мне рассказать, иначе я верну Баркода обратно. — Не вернешь, когда узнаешь чарующую правду, Дже, — Суметтикул закусил губу почти до крови, нервно заламывая пальцы. — Идем, милый. Оба проходят в роскошную столовую, где накрыт стол с разновидностью вкуснейших блюд , даже любимый том ям Сатура присутствует как основное блюдо. — Я внимательно тебя слушаю, мой дорогой Ви. И не смей что-то пропустить. — А у меня к тебе просьба не перебивать. — Байбл смачивает водой горло, приступая к долгому рассказу, который так сильно пленил Джеффа последние два дня. — Баркод рос одиноким крепостным без семьи. Он бы, возможно, мог расти в счастье даже без родителей, но этого не случилось из-за твоего отца. — Байбл поднимает глаза на Джеффа, и читает в них растерянность. — Он передал моей семье Кода, когда тот был еще пятимесячным младенцем. Он рос один с семи лет, один в доме, который ему выделили мои родители, один в обществе, запуганный и шагующийся от всех. В конце концов, дети оставили попытки завести с ним дружбу, и начали обижать его не очень то приятными словами. — Вичапас сглатывает, закусывает губу. К моменту, который тщательно скрывала его семья, он все ближе и ближе. — Но шугается он от тебя, Ви. — Помнишь, когда вы с отцом приезжали на мой день рождение к нам на праздничный обед? — Джефф положительно кивнул, покопавшись в своей голове. — Тогда я подслушал разговоры наших отцов, и узнал, что.. — Вичапас вздыхает, закрывает глаза и произносит на пол тона ниже. — что твой отец так же и отец Баркода. — Ты что несешь, Вичапас! — Джефф подскакивает. Он взрывается от одного осознавания, что Баркод ему единокровный брат. — Он переспал с крепостной с вашего двора. Когда она забеременела, он отправил ее в городскую больницу проводить беременность там. Умерев от воспаления легких, твой отец не принял маленького Кода, и отправил его к нам во двор. — Вичапас смотрит в стеклянные глаза Джеффа, на красные пылающие щеки, на подрагивющие губы. — Когда я узнал об этом, я начал над ним открыто издеваться. Я бил его, порол, и когда ему было 15 лет, я.. — Байбл запинается, видит что Джефф сейчас просто лопнет от всей информации, и продолжает, вызывая ужасную бурю. — Я изнасиловал его, Дже. Только сейчас я осознаю, какой я ублюдок. — Ты самый ужасный ублюдок, Суметтикул. — Сатур потирает виски. В голове такая каша, такой ужасный звон, что кажется она разойдется по швам. — Осознав свои ошибки, я решил отправить его к вам, обговорив все с твоим отцом перед этим. Я знал, что ты узнаешь об этом через время, но не надеялся, что так скоро. — Байбл, я хочу, чтобы ты извинился. Извинился за все те ужасные вещи, которые ты вытворял, и за изнасилование. — Сатур говорит расплывчиво, как пьяный в стельку, но ровной походной покидает помещение, вдыхая легкими свежий воздух. Он не знает, как теперь смотреть в глаза Баркоду, как с ним общаться, и как общаться с собственным отцом. — Дже, прости меня, — Вичапас стоит где-то сзади, хрипло произнося последнюю фразу в пустоту, которая осталась от тонкого тела. — Я не знаю, полюбишь ли ты теперь меня, друг мой..