До чего доводят споры

      Вэй Ин был в отчаянии. В настолько глубоком и темном, что хотелось просто разрыдаться, лечь на землю и больше никогда не вставать. Последний раз он так себя чувствовал только находясь на грани отчисления несколько лет назад.       — Ну, почемуууу…. Неужели я недостаточно хороооош?!.. — Вэй Усянь мученически вздохнул и взвыл в третий раз за последние полчаса. Рядом на небольшом кофейном столике расположились практически полностью выпитая бутылка красного вина и несколько пустых банок пива, а на некогда белом ковре растекалось отвратительное красное пятно, однако Вэй Ину было плевать. В этот самый момент единственное, что он мог делать — это страдать. — Пожалей меня, Цзян Чэн!       Услышав свое имя из уст подвыпившего друга, Цзян Ваньинь сделал глубокий вдох и попытался расслабиться. Пьяный Вэй Усянь определенно не был тем, что он желал увидеть в ясный вечер пятницы, но выгонять парня было уже бесполезно. Если Вэй Ин и решил где-то пьянствовать, то будет пьянствовать там до конца. Оставалось только смириться.       — За что именно жалеть? За то, что ты сам создал себе проблему, расстроился из-за нее и теперь пускаешь слюни на мой новый диван?! — несмотря на все усилия, Цзян Чэн не смог сдержать раздражения. Он просто хотел отдохнуть, а не слушать пьяные влюбленные серенады в исполнении своего брата.       В том, что это будут любовные серенады, Цзян Ваньинь не сомневался.       — Ну как ты не понимаешь, Цзян Чэн! Я все перепробовал! Я цветы ему дарил? Дарил. В кафе приглашал? Приглашал. Подарки делал? Делал. Но Лань Чжань даже бровью не повел… — Вэй Ин удрученно хлюпнул носом и приложился к бутылке. — Ни разу. Он совершенно не обращает на меня внимания…       После этой фразы Вэй Усянь медленно сполз с дивана и улегся на пол, слепо глядя в потолок и отрешенно считая трещины в покрытии.       — Я не знаю, что можно еще придумать… я хочу сделать его счастливым, но он холоден, как ледяная глыба. Единственный раз, когда он меня по-нормальному отблагодарил, был на первом курсе, когда я подарил ему кроликов…       Вэй Ин не стал уточнять, что в его случае «подарил» было равносильно «насильно всучил под угрозой сделать из кроликов рагу».       — … да и то он мне лекцию еще полчаса читал о том, что питомец — это большая ответственность и тому подобное… но это ведь не я питомца заводил!       — Знаешь, я не понимаю, чего ты ноешь… — окончательно смирившись с тем, что его вечер пятницы испорчен, Цзян Чэн вытащил из холодильника новую банку пива и сел в соседнее кресло. — То, что Лань Ванцзи на тебя плевать — это неоспоримый факт в течение последних трех лет…       — Ничего ему не плевать! — неожиданно взъерепенился Вэй Ин, противореча своим собственным словам. В целом заявление Цзян Чэна было правдой, однако от этого оно не становилось менее обидным и болезненным. К тому же была огромная разница между тем, когда ты сам говоришь про подобный момент, и совсем другое дело, когда об этом напоминает кто-то другой. — Да Лань Чжань без общения со мной, как рыба без воды!       — Правда? — Цзян Чэн не смог сдержать саркастичный смешок и слегка приподнял бровь, смотря на распластанного по полу брата с легким весельем. Его, на самом деле, забавляла вся эта ситуация. Вот уже три года подряд Вэй Ин отчаянно гонялся за их однокурсником — Лань Ванцзи. Они вместе учились на юридическом факультете, пусть и в разных группах. Обычно Вэй Ин на занятиях блистал, постоянно находясь в толпе других студентов и рассказывая по сотне анекдотов в минуту, однако на редких занятиях, которые совпадали у них с группой Лань Ванцзи, Вэй Ин кардинально менялся. Тогда его внимание было полностью сосредоточено на младшем Лане, и его мир будто полностью сужался до существования только этого человека. Наблюдать за этим было в высшей степени уморительно. — А мне кажется все наоборот.       — Что ты имеешь в виду? — Вэй Усянь в замешательстве свел брови.       — Я даже не знаю, ты реально такой тупой или притворяешься? Наверное реально, потому что актер из тебя такой себе…       — Хэй!       — Ты прекрасно знаешь, что я прав. Я говорю про то, что у тебя не может быть и дня без того, чтобы хоть парочкой слов не перекинуться с этим Ланем. Помнишь тот раз, когда у него на втором курсе была недельная стажировка в другом городе? Ты тогда выглядел так, будто у тебя началась ломка, и трех дней не прошло, как ты стал угрожать старосте, чтобы тот выдал тебе его телефон.       — Я не угрожал!       — Ну да, ты его просто-напросто терроризировал. А потом также терроризировал и Лань Ванцзи. Честно, не знаю, как он до сих пор может тебя терпеть…       Этого момента Цзян Чэн никогда не понимал. Он сам с трудом мог ужиться с характером Вэй Ина и то только потому, что они были знакомы с детства.       — Если бы он не хотел со мной общаться, то так бы и сказал, — Вэй Ин обиженно надулся и перекатился на живот. — А так как он ничего не говорил, значит его все устраивает…       — Он делает так только из вежливости…       — Раньше ему это не мешало меня полностью игнорировать… а теперь он даже здоровается со мной…       — Браво, за три года выматывания его нервов он, наконец, стал говорить тебе «Мгм», а не отворачиваться, как от пустого места…       — Это большой прогресс!       — Конечно-конечно.       — Злой ты! — Вэй Усянь расстроено выдохнул и забрался обратно на диван, с тяжелым вздохом рухнув на подушки. — Я серьезно, Цзян Чэн, что мне делать?       — Тебе правда нужен совет от меня?       — Да.       Услышав это, Цзян Чэн искренне удивился. То, что Вэй Усянь действительно попросил его о помощи, не отшучиваясь и не сходя с темы, было очень неожиданно. И означало, что парень действительно был в полном отчаянии.       — Я плохой советчик в таких вещах, но у меня есть одна мысль… хотя, забудь, у тебя все равно не получится…       — Ну уж нет, раз начал — договаривай, — в глубине души у Вэй Ина зажегся любопытный огонек. Это происходило достаточно часто и ни к чему хорошему обычно не приводило, поэтому парень всегда старался задушить его в зародыше. Получалось не очень.       — Ну смотри. Ты гадаешь о том, нужно ли Лань Ванцзи общение с тобой и это, на самом деле, достаточно легко проверить. Просто прекрати общаться с ним.       — Чего?       — Игнорируй его. Перестань подбегать на переменах, подсаживаться на занятиях, доставать в чате.       — Н-но это же так грубо…       — Пф, интересно, когда же это тебя стали волновать общественные нормы, — Цзян Ваньинь фыркнул и усмехнулся. Поведение его брата в отношении Лань Ванцзи всегда разительно отличалось от поведения с другими людьми. — Впрочем, все равно у тебя ничего не получится.       — Это еще почему?!       — Ты ланьзависимый. — Цзян Чэн произнес это таким тоном, будто это была самая очевидная вещь в мире.       — Ничего я не зависимый! Я вполне способен игнорировать Лань Чжаня парочку дней!       — Дней? Да ты и двух часов не продержишься!       — Ах так! — Вэй Ин стремительно подскочил с насиженного места и ткнул в брата пальцем. — Хорошо. Договорились. Я буду игнорировать Лань Чжаня столько, сколько потребуется. Спорим?!       — Спорим, — Цзян Чэн довольно протянул руку, исподлобья смотря на раскрасневшегося Вэй Усяня. На самом деле и он, и Цзян Чэн очень легко велись на слабо, даже если знали, что не могли выполнить все условия спора. Однако обычно Вэй Ин всегда успевал поддеть Цзян Чэна раньше, чем тот мог бы ему ответить, поэтому такую чудесную возможность утереть другу нос Ваньинь не собирался упускать. — Если я выиграю, ты пойдешь со мной на выставку собак в следующем месяце.       — Это удар ниже пояса! — возмущенно выкрикнул Вэй Ин и внутренне содрогнулся от страха. Если он проиграет, ему придется провести в закрытом помещении с четырехлапыми исчадиями ада около нескольких часов. Парень был уверен, что после этого станет наполовину седым.       — Нужно поставить такие условия, чтобы ты не пытался хитрить, — пожав плечами, ответил Цзян Чэн.       — Л-ладно, — Усянь заметно сдулся и тяжело вздохнул. — А что будет, если я выиграю?       — Я смогу убедить родителей подарить тебе тот байк, о котором ты грезишь уже второй год.       — Идет. Если я продержусь 4 дня…       — Неделю.       — Хорошо, неделю. Если я продержусь неделю без общения с Лань Чжанем, то ты покупаешь мне мотоцикл, а если проиграю… — Усянь сделал тяжелый вдох. — Тогда я схожу с тобой на эту чертову выставку…       Цзян Чэн победно ухмыльнулся и направился в свою комнату.       — Ах да… тебе нельзя никак сообщать Лань Ванцзи о нашем споре… вообще никак.       — Ну Цзяяян Чэээн… — жалобно протянул Вэй Ин, на что Ваньинь лишь издевательски показал ему язык. Вэй Усянь уже хотел было возмутиться, однако в этот момент до его пьяного мозга дошел один очень важный момент. — Погоди-ка… почему наши награды такие неравноценные?       — Неужели непонятно? Очевидно же, это потому что ты в любом случае проиграешь.       — Цзян Чэн!

***

      Прокручивая в голове этот разговор еще раз, Вэй Ин готов был признать, что его поймали на крючок. Потому что проснувшись на следующий день с ужасной головной болью, парень первым делом потянулся за телефоном, чтобы нажаловаться Лань Ванцзи. Его пальцы застыли в считанных миллиметрах от экрана, когда до него дошло, и он в ужасе откинул телефон на кровать.       Парень и не заметил, как прихоть писать Лань Ванцзи с утра превратилась в привычку. При чем он даже не осознавал этого до сегодняшнего дня. В легкой панике он прокрутил их с Ванцзи немаленькую переписку (состоящую в основном из его сообщений) и с протяжным стоном упал лицом в подушку.       — Да твою же мать…       Как бы отвратительно ни было это признавать, но Цзян Чэн был в чем-то прав. Перечитывая свои прошлые сообщения, Вэй Ин с ужасом понимал, что писал Лань Ванцзи буквально каждый день. Это стало так привычно, что он уже не замечал, как делал это.       — Я в полной заднице… — обреченно выдохнул Усянь и с кряхтением сел на кровать. Он неожиданно осознал, что задача будет гораздо сложнее, чем он думал изначально.       «Ой, да ладно, я определенно способен игнорировать Лань Чжаня, нужно просто лучше себя контролировать»

***

      Прямо в тот момент, когда Вэй Ин пораженно застыл на входе в класс, он готов был истерически заплакать, потому что единственное, что ему оставалось, глядя в чужие светло-медовые глаза, это признать, что он проебался по полной программе.       Начало нового понедельника было не таким ужасным, как Усянь себе представлял. Он проснулся на удивление рано и даже успел нормально позавтракать, прежде чем отправиться на станцию. Однако на этом все его везение закончилось.       Сначала его автобус, который до этого всегда приходил вовремя, опоздал на полчаса, а потом и вовсе застрял посреди оживленного шоссе, поэтому Вэй Ину пришлось бежать до университета на своих двоих. Уже там выяснилось, что он забыл пропуск, поэтому около 10 минут охранники отказывались впускать его внутрь.       Наконец, после всех мучений, Усянь залетел на всех парах в аудиторию и тут же лицом к лицу столкнулся с Лань Ванцзи. Из всех 3500 студентов и 200 преподавателей Вэй Ину посчастливилось наткнуться именно на человека, которого ему нужно было избегать. Судьбе, наверное, было очень смешно.       — Вэй Ин? — недоуменно позвал его Лань Ванцзи и с легким беспокойством посмотрел на студента, который замер перед ним, как олень в свете фар. Однако вместо ответа Вэй Усянь молча обошел его по дуге, будто Ванцзи был каким-то опасным животным, и стремительно направился не к своему привычному месту рядом со Вторым Нефритом, а на задние парты к Не Хуайсану.       Тот тихо присвистнул.       — Неужели ад замерз? — шокировано спросил Не Хуайсан и подвинул свои вещи, чтобы друг мог усесться рядом.       — Даже если да, то я не в курсе, — шепотом ответил Вэй Усянь и быстро спрятался за свой портфель в попытке избежать любопытных взглядов от однокурсников и преподавателя, которые с интересом наблюдали за этой немой сценой. — Почему они все так пялятся на меня?       — Ты еще спрашиваешь? Братец Вэй, все годы, что мы с тобой знакомы, ты не упускал ни единой возможности поговорить с Лань Ванцзи или хоть как-нибудь напомнить ему о своем существовании. А сегодня ты мало того, что врезался в него и не извинился, так еще и пересел… — Хуайсан любопытно скосил на друга взгляд и повертел веер в руке. — Но правда, а что случилось то? Мне казалось, что твои попытки завоевать его будут длиться до тех пор, пока вся жизнь на планете не вымрет…       — Да с чего ты это взял?! — возмущенно просипел Вэй Ин и обвиняюще ткнул в Не Хуайсана линейкой.       — Ты ж ланьзависимый.       — Чего?! — в шоке вскрикнул Вэй Ин и подскочил, упираясь в друга негодующим взглядом. Он хотел было еще что-то сказать, однако внезапно осознал, что взгляды всех присутствующих в комнате были устремлены прямо на его скромную персону. Скомкано извинившись, парень смущенно сел обратно на свое место. — Вы с Цзян Чэном что, спелись что ли?       — С очевидными фактами не спорят, Вэй-сюн, — с видом мудреца изрек Не Хуайсан. — Однако ты так и не ответил на мой вопрос. Вы с Лань Ванцзи поссорились? Он жестко отшил тебя?       — Конечно же нет… — сокрушенно ответил Вэй Ин, принимая свое поражение. — Почему ты вообще… ладно, я не хочу этого знать. В общем, я поспорил с Цзян Чэном, что смогу игнорировать Лань Чжаня всю неделю…       — И что с тобой случится, когда ты проиграешь? — с видом исследователя дикой природы спросил Хуайсан и ловко увернулся от брошенного в него ластика.       — Злой ты… Я пообещал, что пойду с Цзян Чэном на выставку собак…       Услышав это, Не Хуайсан пораженно присвистнул.       — В качестве утешительного приза я могу тебе купить новую краску для волос… и парочку ящиков валерьянки…       В ответ на это Усянь показал другу язык и показательно уткнулся носом в конспекты, хотя лекция сейчас волновала его в последнюю очередь. С другой стороны место на задних партах позволяло ему беспрепятственно пялиться на шикарный затылок Лань Ванцзи и с долей обреченности думать о том, что Лань Чжаню сейчас хорошо, потому что под ухом не сидит вечно тарахтящее нечто. Пару раз Вэй Ину даже казалось, что Ванцзи хотел обернуться, но каждый раз это оказывалась лишь ложной тревогой.       Уйдя глубоко в свои мысли парень и не заметил, как прозвенел звонок и все стали собираться.       — Знаешь, Вэй-сюн, влияние Лань Ванцзи на тебя просто невероятно, — с восхищением произнес Не Хуайсан. — Я уже приготовился к тому, что всю лекцию буду слушать твои жалобы, но ты сидел ниже травы, тише воды. Удивительно.       — Вот ты сейчас договоришься, и твой брат сможет случайным образом узнать об удаленном письме от ректора в прошлом месяце. Я уверен, Не Минцзюэ очень обрадуется, когда узнает, что ты был на грани отчисления, — мстительно усмехнулся Вэй Усянь, наблюдая за первобытным страхом на чужом лице.       — Вэй-сюн, ты не можешь так поступить! Иначе меня придется хоронить в закрытом гробу. Ты ведь не сделаешь этого, верно?       — Посмотрим, — Вэй Ин сочувствующе похлопал друга по плечу, ни капельки не ведясь на его крокодильи слезы. — В любом случае, теперь ты будешь слушать мои жалобы весь оставшийся день…       — У меня сегодня курсы по программированию, Вэй-сюн, поэтому мне придется слинять с двух последних пар.       Вэй Усянь уважительно покачал головой.       — Это с экономики и английского? Ну ты даешь. Напомни еще раз, на кой ляд ты вообще пошел в юристы?       — Многие называют это судьбой, Вэй-сюн, но я зову это своим дагэ… — с обреченным вздохом сказал Хуайсан и сделал драматическую паузу. — Кстати, Вэй-сюн, ты случаем не знаешь, где можно прикупить неплохой крем от морщин?       — Нет, этим я пока что не промышляю, — Вэй Ин с трудом подавил смешок и, зацепившись за знакомый силуэт в коридоре, неожиданно произнес. — Лань Чжань, а тебе…       Но не успел он закончить предложение, как тут же побледнел, заткнулся и утащил Не Хуайсана в ближайший туалет. Усяню оставалось лишь молиться, чтобы Лань Ванцзи их не заметил.       — Черт возьми… — тихо пробормотал Вэй Ин, опираясь спиной на деревянную дверь кабинки. — Это было близко.       — Эм, Вэй-сюн… — Хуайсан ненадолго замолчал, не в силах подобрать слова, — … ты ведь не специально, да?       — Нет конечно. Я просто хотел сказать, что Лань Чжань своим каменным лицом пугает все изъяны, которые пытаются посягнуть на его прекрасное лицо…       На несколько секунд в помещении воцарилась неловкая тишина.       — Ланьзависимый.       — Заткнись.

***

      Не считая этого случая и парочки других опасных моментов, Вэй Ин неплохо справлялся со своей задачей. В основном это было благодаря Лань Ванцзи, который большую часть времени торчал в библиотеке или аудиториях, а не носился по всему университету, как Вэй Усянь. Однако, как оказалось, радоваться было рано, потому что самой большой проблемой оказалась переписка.       — Я так не могууу, Хуайсан. Стоит мне увидеть что-нибудь забавное, как я тут же хочу скинуть это Лань Чжаню. Вот что теперь делать?!       — Я не знаю, Вэй-сюн.       — Ой, да ладно тебе, ты ведь умный. Отвлеки меня чем-нибудь, или закодируй.       — Каким интересно образом? — саркастично уточнил Не Хуайсан, но, увидев поникшего друга, задумался. — У меня есть один очень кардинальный вариант. Но вряд ли он тебе понравится.       — Я готов на все, — Вэй Ин горестно вздохнул и уронил голову на стол кафетерия, куда они заскочили на перерыве. — Жги.       — Ты должен заблокировать его. Во всех соцсетях, мессенджерах и тому подобном.       — Ты… шутишь, правда? — Вэй Ин нервно засмеялся. — То есть я должен собственноручно уничтожить весь тот прогресс, что я достиг за эти годы? Выкинуть часы эмоциональной работы в помойку?       — А как иначе, Вэй-сюн? — устало спросил Не Хуайсан и стукнул друга веером по лбу. — Тебе придется выбрать или собак, или обиженного Лань Ванцзи.       — Я бы лучше выбрал собак…       — Да не расстраивайся ты так, Вэй-сюн. Вспомни, что говорил Цзян Чэн. Если Лань Ванцзи неожиданно лишится твоего постоянного присутствия, то возможно, что он сможет разобраться окончательно в собственных чувствах на этот счет. Либо он признает, что общение с тобой важно для него, либо поймет обратное. Все лучше, чем вечно находиться в подвешенном состоянии.       — Может быть ты прав, — Вэй Ин с тяжелым вздохом достал телефон и открыл их с Лань Чжанем чат. Его палец застыл над кнопкой «черный список», но он так и не смог заставить себя нажать на нее. — Нет, я не могу. Давай лучше ты.       — Уверен?       — Да.       Не став больше спорить, Не Хуайсан быстро заблокировал Лань Ванцзи везде, где находил. Это заняло достаточно мало времени, потому что Второй Нефрит практически не сидел в соцсетях. Параллельно парень мельком просмотрел их переписку.       — Знаешь, Вэй-сюн, я думаю все обойдется. Возможно, этот опыт даже пойдет тебе на пользу. Вам обоим, если быть честным.       — Откуда ты знаешь?       — Предчувствие.

***

      Следующие несколько дней прошли почти без происшествий. Пару раз Вэй Ин замечал, что Лань Ванцзи собирался подойти к нему, но он успевал сбежать прежде, чем это стало бы неприличным. Однако не все проходило так гладко. На третий день, когда Усянь с Хуайсаном обедали в столовой, Вэй Ин настолько заболтался, что проворонил приближение Лань Чжаня. Он и вовсе бы его не заметил, если бы рядом с его ухом не раздался тихий оклик. От неожиданности парень сильно закашлялся и пролил на себя пол тарелки супа, из-за чего быстро слинял в туалет. Его любимая красная толстовка теперь была запачкана жирными пятнами, но, по крайней мере, это дало ему безобидный предлог для побега. О чем он не повременил пожаловаться Цзян Чэну во время их телефонного разговора.       — Я. Так. Больше. Не. Могу. — первым же делом прорычал в трубку Вэй Усянь, выйдя из университета и отправившись в небольшой скверик рядом с парковкой. Там он устало рухнул на скамейку и гневно фыркнул в трубку. — Все из-за тебя.       — Из-за меня? — на той стороне провода Цзян Чэн едва слышно захихикал, по всей видимости, очень довольный собой.       — А из-за кого же еще? Это все ты и твой дурацкий спор!       — Ты сам согласился на эти условия. Но знаешь, я буду не против, если ты сдашься. В конце концов на той выставке даже разрешают брать собак на руки и гулять с ними по павильону…       Вэй Ин тихо взвыл от досады и со злости пнул небольшой камешек, который отлетел в чей-то наверное супер дорогой автомобиль. Это сейчас было не столь важно.       — Ты монстр, Чэн-Чэн!       — Уж кто бы говорил… пить надо меньше, — Цзян Ваньинь в трубке хмыкнул. — Эх, не было бы у меня стажировки, я бы с радостью посмотрел на твою недовольную физиономию…       — Иди в баню… — с этими словами Вэй Ин отключился и раздраженно вздохнул. Ему нужно было срочно на что-то отвлечься, иначе он мог случайно что-нибудь сломать. Или не случайно.       Тут его взгляд зацепился за знакомый мотоцикл, и парень решил, что созерцание этого чуда техники сможет поднять ему настроение. Всегда чистый, несмотря на любую погоду и дорожные условия, он сверкал своими отполированными боками на солнце. Было сразу видно, что хозяин любил и заботился о своем железном друге и явно не жалел денег на его ремонт и тюнинг. Вэй Ин мечтательно закрыл глаза.       Он увидел этот мотоцикл еще два года назад и с тех пор грезил о том, чтобы купить такой самому. Одно время он даже хотел выследить его владельца, чтобы спросить, не разрешит ли тот ему немного прокатиться, однако каждый раз этому человеку удавалось скрыться. То ли это Вэй Ину так не везло, то ли сам хозяин мотоцикла не хотел, чтобы его видели, однако парню так и не удалось ничего узнать, поэтому он бросил это неблагодарное дело. Усянь мог бы еще долго витать в своих мыслях, если бы рядом с ним не раздалось вежливое покашливание.       В первые пару секунд Вэй Ин в ужасе думал о том, что это Лань Чжань пришел выбивать из него признание, однако это оказался только Лань Сичень. Он, как всегда, мило улыбался, однако в его улыбке сквозила легкая напряженность.       — Я не отвлекаю, молодой господин Вэй?       — А, эм, нет, что Вы… а что-то случилось? — с нервным смешком спросил Вэй Ин и тут же пожелал дать себе пощечину. «Ты самым наглым образом игнорируешь его младшего брата, вот что случилось».       — Мне показалось, что вы с Ванцзи поссорились. Вы уже как несколько дней с ним не разговариваете. Он Вас чем-то обидел?       — Что? Нет, конечно нет… — Усянь неловко закусил губу и скосил взгляд в пол. Для стороннего наблюдателя его действия действительно могли выглядеть как обида, однако Вэй Ин ни в коем случае не хотел, чтобы Лань Чжань принимал его игнорирование на свой счет. Однако и рассказать о споре Вэй Ин не мог, потому что Лань Сичень обязательно рассказал бы об этом Лань Ванцзи. — Понимаете… тут такая ситуация…       — Вы не хотите говорить об этом?       — Нет, дело в том, что… — Вэй Усянь вновь запнулся, не зная как лучше выразить свою мысль, как вдруг ему в голову пришла замечательная идея. — Понимаете ли, я пообещал своему брату, что никому об этом не расскажу. Но это определенно не вина Лань Чжаня, так ему и передайте. Если хотите узнать больше, то Вам лучше обратиться напрямую к Цзян Чэну. Доброго дня!       С этими словами Вэй Ин быстро сбежал, оставляя недоумевающего Лань Сиченя за спиной. Его настроение резко возросло после этого разговора, потому что, если слабостью Вэй Ина был Лань Чжань, то слабостью Цзян Чэна — Лань Сичень. Ваньинь редко когда мог отказать своему старшему товарищу, поэтому теперь, когда Лань Хуань позвонит ему (а он позвонит, Вэй Ин был уверен на сто процентов), Цзян Чэну придется или выкручиваться, или сказать правду. Врать Цзян Ваньинь абсолютно не умел, поэтому ему оставалось только рассказать Лань Сиченю всю правду, которую потом узнает и Лань Чжань. Таким образом Вэй Ин убивал двух зайцев одним выстрелом: и брату смог насолить за вредность, и не дал разрушиться подобию дружбы, образовавшемуся у них с Лань Ванцзи.       В общем, Вэй Ин был очень доволен собой.

***

      Утро очередного дня показалось Ванцзи как никогда пустым и апатичным, несмотря на то, что солнце, вопреки прогнозам, все-таки одарило людей своими последними теплыми лучами. Он по привычке первым же делом полез в телефон, надеясь увидеть там хотя бы одно новое сообщение, однако на дисплее высвечивалось лишь холодное: «этот пользователь добавил Вас в черный список». Отвратительное настроение Ванцзи стало еще хуже.       Обычно он находил легкое успокоение в привычной утренней рутине, однако в этот раз даже это не могло спасти его от неприятного чувства, кажется, вросшего в его грудь с самого начала недели. С того момента, как Вэй Ин стал игнорировать его, прошло уже четверо суток. И с каждым днем Ванцзи все больше и больше впадал в уныние.       На самом деле, он понял, что что-то произошло еще на выходных, когда, вопреки обыкновению, Вэй Ин не написал ему ни строчки. Ванцзи так привык к их переписке, что отсутствие привычных подколов и приветствий вызвало на душе неприятный осадок. Конечно, Вэй Ин не обязан был ему писать, однако подобное поведение было для парня совсем не свойственно. В один момент Ванцзи даже порывался спросить о том, все ли хорошо, но быстро осадил себя, аргументируя это тем, что не имел права лезть в чужую жизнь.       Если бы он тогда знал, что случится, то обязательно бы написал, как бы ни боялся показаться слишком навязчивым или грубым.       После того, как в первый день Вэй Ин врезался в него и молча ушел, Ванцзи решил, что для волнения было пока рано и что парень, наверное, просто не выспался. Второй Нефрит ожидал, что в него, как и на первом курсе, опять полетят кучи записок, (которые до сих пор бережно хранились у него в правом ящике стола), однако ничего подобного не произошло. Более того, после пары Усянь не то что не поговорил с ним, даже ни разу не взглянул в его сторону. Правда, Ванцзи услышал знакомый оклик в коридоре, но, повернувшись, увидел только толпу других студентов, в которой не было знакомой растрепанной макушки.       В душу Ванцзи начали закрадываться страх и подозрения, но он невероятным усилием воли подавил их в зародыше. Ему нужно было поговорить с Вэй Ином, прояснить ситуацию и успокоиться, но, по-видимому, этому не суждено было случиться. Каждый раз, когда Лань Ванцзи набирался смелости подойти и заговорить первым, Усянь ускользал от него, будто специально следя за его передвижениями. Это лишь укрепляло его подозрения, но к тому, что было дальше, Ванцзи оказался не готов.       До этого Второй Нефрит старательно убеждал себя, что все предыдущие события были лишь происками судьбы, прискорбными совпадениями или случайностями. Однако, когда он, наконец, смог выловить Вэй Ина в столовой, тот сбежал. Хотя раньше абсолютно не придал бы значения какому-то пятну на толстовке. На втором курсе, во время ремонта, один из рабочих облил Усяня краской, после чего тот весь день ходил наполовину залитый желтым цветом и убеждал всех, что это такая новая мода. Поэтому настолько неправдоподобный предлог и напряженный смех только сильнее разожгли огонь чужого беспокойства.       А когда Второй Нефрит, отчаявшись узнать все лично, открыл их переписку, то чуть не упал в обморок на месте. Он отправил больше десяти сообщений, однако раз за разом на экране высвечивался пресловутый «черный список». При воспоминании об этом Ванцзи сглотнул ком в горле и подставил лицо под холодную воду.       Заблокированный чат поразил его больше всего, потому что в этом случае сваливать все на волю случая не получалось. Вэй Ин намеренно избегал его. Намеренно уходил от бесед и встреч. Он самостоятельно закрыл для Лань Ванцзи последнюю ниточку для связи, хотя сам много раз сетовал на то, каких усилий ему стоило добыть его личный номер.       Это могло значить только одно: он чем-то обидел Вэй Ина. Очень сильно. Однако прокручивая в голове их последнюю встречу Ванцзи не мог вспомнить ничего подобного. Они, как обычно по пятницам, вместе ходили в кафе, где Вэй Ин рассказывал о какой-то недавно просмотренной дораме. Потом в шесть часов они расстались, и Вэй Ин был весел, как всегда, а потом вдруг наступила тишина. Ванцзи был полностью сбит с толку.       Однако все эти дни он отгонял от себя одну единственную мысль, которая, как ничто другое, могла объяснить такое внезапное изменение в поведении Вэй Ина: тот устал. Устал пытаться выводить Ванцзи на контакт каждый раз при встрече, устал вести бесконечные беседы будто бы с самим с собой, слыша в ответ только односложные фразы. Такому яркому, живому, чертовски обворожительному Вэй Ину просто надоело общаться с такой сухой рыбой, как Лань Ванцзи.       Всем обычно наскучивало. Все всегда уставали от его пассивности и молчаливости. Даже брат порой тяжело вздыхал, когда Лань Чжань отвечал на какой-нибудь его вопрос молчанием, что уж говорить о постороннем человеке.       Ванцзи не сильно расстраивался из-за отсутствия компании. Он с самого детства привык быть один. Ни в детском саду, ни в школе, ни на дополнительных занятиях никто не пытался завести с ним дружбу из-за мрачного вида и нелюдимого поведения. Но даже те, кто пытался сблизиться с ним не из добрых побуждений, быстро плевали и бросали это бесполезное занятие — быть другом Лань Ванцзи. Парень не раз слышал в свою сторону оскорбления, когда остальные думали, что его нет рядом. «Дохлик», «ходячий труп», «стена на ножках», «камень с глазками» — Ванцзи привык ко всему этому, считая, что обижаться на подобное ребячество было ниже его достоинства.       Однако Вэй Ин был другим. Даже если он называл Ванцзи какими-то обидными прозвищами, то всегда делал это только в шутку и всегда искренне извинялся за это. Вэй Ин никогда не поливал его грязью за спиной, наоборот, он стремился всем доказать, что Ванцзи не был таким черствым и высокомерным, как казался. Это трогало Второго Нефрита до глубины души, хотя выработанная с детства привычка не давала ему выразить это словами или эмоциями. Однако парень всеми силами стремился показать свою любовь и привязанность действиями, всегда внимательно следя за физическим и душевным состоянием Вэй Ина, покупая ему его любимые угощения и делая дорогие подарки на дни рождения (хотя он никогда не подписывал их и просто складывал в общую кучу). Вэй Ин, кажется, отвечал ему тем же, даря свои яркие улыбки и громкий, заразительный смех. В начале их своеобразной дружбы Ванцзи каждый вечер перед сном убеждал себя в том, что скоро все это закончится, что Усянь отвернется от него, и тогда солнце в его груди навсегда погаснет. Однако, несмотря на это, Второй Нефрит молился каждое утро, чтобы это «скоро» никогда не наступило.       Но оно пришло и свалилось с неба, как снег на голову. Какая-то низкая, иррациональная частичка Лань Чжаня пыталась убедить его в том, что это была не его вина, что Вэй Ин ушел. Просто парень оказался слишком слабым и ненадежным, поэтому Ванцзи не стоило расстраиваться из-за этого. За подобные мысли Второму Нефриту хотелось придушить себя на месте.       Наконец закончив собираться, Ванцзи спустился в гостиную к завтраку и скупо поприветствовал брата и дядю. Лань Цижень, как всегда, не обратил внимания на подавленность младшего племянника и продолжил рассуждать о каком-то новом глупом нововведении, принятым администрацией университета. Сичень же, напротив, ободряюще улыбнулся и сочувственно похлопал Ванцзи по плечу, когда тот сел рядом.       Правила семьи Лань запрещали разговоры за едой, поэтому на несколько минут в доме воцарилась тишина. Впрочем, продлилась она не долго, потому что и Лань Цижень и Лань Сичень уже справились со своей едой. Дядя вновь завел речь об университете и о предстоящем благотворительном фестивале, на который он брал племянников с собой, чтобы познакомить их с бизнес-партнерами. То и дело в его речи проскальзывали слова о том, что Ванцзи наконец-то взялся за ум и перестал общаться с тем «бесстыдным и бессовестным человеком». Конечно, его имя не называлось, однако и Сичень и Ванцзи понимали о ком шла речь. Второму Нефриту очень хотелось вскочить посреди кухни и сказать дяде, что все это неправда, что Вэй Ин другой, и что дядя не смел так говорить о нем, однако Лань Чжань, плотно сжав зубы, продолжил молча поедать свой рис.       Жалкий. От отвращения к собственной слабости и беспомощности Ванцзи тошнило, но на его лице не отразилось ничего. Хотя это, конечно, не могло обмануть его брата, который сразу после завтрака утащил его на личный разговор.       — Ванцзи, ты неважно выглядишь. Снова плохо спал ночью? — Сичень взволнованно посмотрел на бледное лицо брата и тяжело вздохнул. — Прошу тебя, не пренебрегай своим здоровьем. Вэй Усяню вряд ли понравится, если ты вернешься к нему с хроническими проблемами со сном.       — Брат! — в голосе Лань Чжаня чувствовалась скрытая боль. Сейчас любое упоминание Вэй Ина было ему хуже пощечины, открывая кровоточащие раны на сердце. — Я не вернусь.       — Ванцзи, прекрати. Не теряй надежду слишком рано! — Лань Хуань еще раз вздохнул и попытался в сотый раз за эту неделю убедить Второго Нефрита в том, что у них с Вэй Ином все наладится и вернется на круги своя. Но Ванцзи не привык врать самому себе и знал, что как прежде никогда не будет. Конечно, же, Сичень не мог его понять, ведь у того никогда не было проблем с общением или друзьями. Никто не мог понять боль Ванцзи. — А-Чжань, я поговорил с ним вчера. Он уверил меня в том, что с тобой лично это никак не связано…       — Тогда почему? — этот вопрос терзал Лань Чжаня очень долгое время, однако по вмиг изменившемуся лицу брата, он понял, что так и не получит на него ответ.       — Эм, о-он не сказал причины, но…       — Тогда споры здесь излишни.       С этими словами Ванцзи удалился в гараж, откуда спустя некоторое время выкатил свой любимый мотоцикл. Привычный рев мотора, шум ветра, приглушаемый шлемом, и быстро проносящиеся мимо силуэты зданий позволили ему ненадолго расслабить свои натянутые до предела нервы. Хотелось кричать. Бить посуду. Хоть как-то сбросить это внутреннее напряжение, но Ванцзи сдерживал себя. Многолетние привычки не позволяли ему так просто выплескивать свои эмоции.       Раньше это казалось ему спасением. Теперь оно превратилось в пытку.

***

      Припарковавшись, как обычно рядом с университетским сквером, Ванцзи отправился в класс. Приехал парень очень рано, поэтому его шаги отдавались гулким эхом в коридорах пустого университета. Ванцзи неожиданно ощутил себя очень одиноким, окруженный лишь пустыми классами и бетонными стенами. Казалось, что единственным звуком здесь было его тяжелое дыхание и частый стук сердца. Наверное, впервые в жизни Ванцзи предпочел бы компанию людей уединению. Хотелось просто услышать чей-то голос, и ощутить себя чем-то большим, чем просто еще одним предметом мебели. Ванцзи резко качнул головой, отгоняя от себя непрошенные мысли.       Весь оставшейся день прошел для него будто в тумане, потому что почти ничего из лекций не отпечаталось у Ванцзи в памяти. Он на автомате записывал все, что говорил преподаватель, однако его голова при этом оставалось пустой. Несколько профессоров, заметив его заторможенность и нездоровую бледность, тихо спрашивали о его самочувствии, а одна добрая пожилая уборщица даже смогла всучить Лань Чжаню печенье с шоколадом. На обед Ванцзи предпочел удалиться в свой скрытый уголок во внутреннем дворе, вместо того чтобы сидеть со всеми в столовой. Вообще, изначально он начал обедать в столовой только из-за Вэй Ина, а раз тот больше не желал его видеть, то и находиться в этом душном, переполненном людьми месте без надобности Ванцзи не желал.       Усянь, как и прежде, старался избегать его, хотя Ванцзи все чаще и чаще казалось, что парень хотел окликнуть его, дернуть за плечо, привычно схватить за руку. Но стоило Ванцзи повернуться в его сторону, как парень тут же исчезал, и все это казалось каким-то глупым наваждением.       Но самое ужасное произошло сразу после пар, когда, вопреки своему обыкновенному расписанию, Ванцзи не пошел на дополнительные лекции, а решил прогуляться в ближайшем парке. Внутреннее напряжение только возрастало, поэтому парень не мог спокойно усидеть на месте. Ему срочно нужно было сбросить лишнюю энергию. Однако, стоило ему углубиться внутрь парка, как тут же телефон в его кармане завибрировал, сообщая о входящем вызове. Сердце Ванцзи неверяще ёкнуло и бешено забилось, заставляя своего обладателя в панике начать шарить по куртке. Наконец, кое-как вытащив потными от волнения ладонями телефон, Лань Чжань немедленно принял вызов и приложил мобильный к уху.       На считаные секунды, пока в трубке царила тишина, Ванцзи задержал дыхание и чуть ли не взвыл от досады, когда с той стороны раздался безэмоциональный мужской голос, предлагающий купить какой-нибудь лохотрон за баснословные деньги. Если быть честным, то Ванцзи не слышал о чем говорил этот рекламный бот, потому что его с головой накрыло горькое отчаяние и разочарование. Плотина, которая старательно сдерживала его эмоции все это время, рухнула под тяжестью переживаний, и Второй Нефрит ощутил на своем лице непривычную влагу.       Что же он наделал…

***

      За эти почти пять дней перерыва Вэй Ин многое осознал. Во-первых, Ванцзи был самым лучшим слушателем, который когда-либо у него был. Он не перебивал, не спорил, не пытался менять тему разговора. Он просто слушал и смотрел на Вэй Ина своими поразительными медовыми глазами. О, как же Усянь соскучился по ним. Единственным, что сдерживало парня от того, чтобы плюнуть на спор и наброситься на Лань Чжаня с обнимашками, был его панический страх перед собаками и остатки гордости, которые держались исключительно на том, что они с Лань Ванцзи еще не оказывались наедине. Если бы это произошло, Вэй Ин не смог бы гарантировать того, что продержит свою оборону дольше нескольких минут.       Вся ситуация осложнялась еще и тем, что Вэй Ин физически не мог заставить себя перестать взаимодействовать с Лань Чжанем. За несколько дней он стал походить на жуткого сталкера, следящим за Вторым Нефритом из-за угла. Во всех смыслах этого слова.       В конце концов его жизнь в университете превратилась в какой-то цирк, потому что парню все время приходилось контролировать свои слова и действия.       Он так извелся за это время, что панически вздрагивал каждый раз, когда в его поле зрения появлялся человек, хотя бы отдаленно напоминавший Лань Ванцзи. Оказывается, помимо Второго Нефрита, почти половина мужского населения университета ходила в белых рубашках или одежде светлых оттенков. Еще треть из них была ростом около 188 см и имела внушительную мышечную массу. Один парень (вроде его звали Су Шэ) даже пытался копировать поведение и походку Второго Нефрита, но Вэй Ину и нескольких секунд не потребовалось, чтобы раскусить такую дешевую подделку. На самом деле он практически мгновенно осознавал свою ошибку, однако потерянных нервных клеток это совершенно не возвращало.       Цзян Чэн, утром пятницы вернувшийся со стажировки, гаденько ухмылялся каждый раз, когда видел, как испуганно подскакивал Вэй Усянь. Он явно наслаждался этим зрелищем и не забывал при этом отпускать ехидные комментарии.       — Знаешь, я наверное подарю Лань Ванцзи что-нибудь в конце этой недели. В благодарность за этот превосходный спектакль, — Ваньинь довольно улыбнулся, смотря как Вэй Ин медленно закипал от сдерживаемых ругательств. Основные занятия только что закончились, и друзья решили в честь окончания недели посидеть в ближайшем кафе.       — Еще одно слово, и я попрошу богов сделать тебя в следующей жизни самой слабой девчонкой на свете… с аллергией на собак… — Вэй Усянь угрожающе ткнул в брата палочками для еды, случайно забрызгав чужую рубашку своим соусом. В обычное время Цзян Чэн бы обязательно разозлился, но сегодня у него было отвратительно хорошее настроение. — Хуайсан, меня тут обижают, а ты сидишь и ничего не делаешь!..       При упоминании своего имени Не Хуайсан оторвал глаза от телефона, в который был погружен весь последний час, и поднял на Вэй Ина самый невинный на свете взгляд.       — Но что я могу поделать, Вэй-сюн? Цзян-сюн ведь такой сильный и пугающий… а я слабенький и ничтожный, ты же знаешь. К тому же… твоя реакция и вправду со стороны выглядит забавной, признай это…       — И ты, Брут? — Вэй Ин шокировано приложил ладонь к груди и наигранно всхлипнул. — Ну вот, никто меня не любит, никто меня не ценит… только шпыняют и обижают. Где же мой рыцарь на белом коне, который спасет меня от злобных демонов?       — Прекрати паясничать, — Цзян Чэн раздраженно закатил глаза и тут же ухмыльнулся. — Я уверен, твой принц сейчас сидит где-нибудь в тени и наслаждается тишиной и одиночеством. Наконец-то.       — Ах, ты!.. Ну все, сегодня я на тебя обиделся и больше с тобой не разговариваю! — Вэй Усянь демонстративно поднялся с места и показал друзьям язык.       — Конечно-конечно, обижайся сколько влезет… только учти, А-Ли сегодня планировала зайти в гости, поэтому не смей отсвечивать своей грустной физиономией и волновать ее, а то я тебе все ноги переломаю!..       — Да-да, — Вэй Ин закатил глаза на привычное ругательство и фыркнул. Вдруг телефон у него в кармане оповестил его о входящем сообщении, и парень заинтриговано открыл чат. На его лице сама собой заиграла ехидная улыбочка, от которой Цзян Чэна слегка передернуло. — Чэн-Чэн~, мне тут одна птичка по секрету нашептала, что Лань Сичень сегодня утром приехал в университет позже обычного… а тебя с вокзала к дому подвезла совершенно незнакомая мне белая Audi A6 совершенно не похожая на такси… ты не помнишь случаем, какая у Цзэу-цзюня марка машины, мм~?       — Т-ты…       — Я конечно же ни на что не намекаю, но… ты сегодня какой-то подозрительно счастливый и спокойный… я даже начинаю беспокоиться, а не заболел ли ты случайно…       — Нет, ты… т-ты все неправильно понял. Лань Хуань, т-тоесть Лань Сичень, как представитель студсовета предложил мне помочь, и я не мог не согласиться! Это не… он не… — Цзян Чэн неожиданно замялся и стал стремительно краснеть, всеми силами избегая чужого любопытного взгляда. В итоге его речь стала состоять из каких-то невнятных предложений, а под конец и вовсе превратилась в неразборчивый шепот.       На несколько секунд за их столиком повисла тишина.       — Знаешь, Цзян Чэн, я наверное должен извиниться… — серьезно начал Вэй Ин, незаметно усмехаясь. — Это ведь я заразил тебя этой страшной и неизлечимой болезнью… мне правда очень жаль, но я вынужден с прискорбием сообщить, что от ланьзависимости нет лекарства… прости меня…       Красное лицо Ваньиня стало буквально пунцовым после этих слов. Он несколько раз молча открывал и закрывал рот, как рыба, не находя слов для ответа, пока, наконец, в ярости не взревел.       — ВЭЙ! У! СЯНЬ!       Дальше Вэй Ину вслед помчался нескончаемый поток ругательств, которые он благополучно пропустил мимо ушей, и, не прекращая бесстыдно смеяться, вылетел на улицу. Так как никаких обязательных факультативов на пятницу назначено не было, парень мог без зазрений совести отправиться отдыхать. Дома делать было нечего, поэтому он решил немного прогуляться по округе.       Вслушиваясь в тихое пение птиц и отдаленные человеческие голоса, Вэй Усянь вздохнул полной грудью и углубился внутрь ближайшего парка. Его настроение, до этого висевшее на отметке «хуже чем "Кошки"», медленно поднималось на уровень «жизнь не такое фу, каким могла бы быть». К тому же приезд сестры только прибавлял ему позитивного настроя.       С Цзян Янли у Вэй Ина были, наверное, самые теплые отношения из всей семьи. Цзян Чэн, конечно, был неплохим братом, но у них обоих были слишком сложные характеры, чтобы спокойно уживаться без ссор на территории меньше пяти десятков квадратных метров. Но с Янли все было по-другому, она была первой, кто заметил его увлеченность Лань Ванцзи и той, кто поддерживал его во всех бесконечных попытках покорить эту нефритовую скалу. К сожалению, после свадьбы, произошедшей полтора года назад, Цзян Янли вместе со своим мужем переехала за город, и они стали видеться гораздо реже, чем парню того бы хотелось. Конечно, они продолжали созваниваться по скайпу почти каждую неделю, однако Вэй Ин часто ловил себя на том, что ему очень не хватает поддержки с ее стороны, после каждой неудавшейся попытки вывести Лань Ванцзи на контакт. Хотя Усянь всеми силами старался не злоупотреблять чужой добротой и не волновать сестру, особенно сейчас, когда через несколько месяцев в их семье намечалось пополнение. Янли была уже на пятой неделе и все Цзяны старались по максимуму окружить ее любовью и заботой. В том числе и Вэй Ин.       Погрузившись в приятные воспоминания о прошлом приезде сестры, Вэй Усянь и не заметил, как вышел к небольшой аллее, идущей вдоль улицы. Он мог бы еще долго витать в облаках, если бы вдруг у него из-за спины не раздалось глухое рычание.       Осторожно повернувшись, будто в замедленной съемке, парень с ужасом уставился на мохнатого монстра, появившегося из-за угла. Собака была небольшой, не выше его колен, однако даже она заставила его панически сглотнуть и начать медленно отступать, не спуская глаз с этого маленького чудовища. Вслед за собакой тянулся одинокий поводок, наталкивающий на мысль, что это нечто сбежало от хозяина и помощи Вэй Ину ждать неоткуда.       Вдруг их глаза встретились, и весь мир буквально замер на несколько мгновений.       Прошла одна секунда. Две. Три.       Вэй Ину показалось, будто у него скоро начнется сердечный приступ, и он на самом деле умрет от страха. Наверняка эту смерть отметят премией Дарвина, и Цзян Чэн будет вечно потешаться над его могилой. А Лань Чжань, может быть, даже сожжет для него ритуальные деньги, потому что он был исключительно воспитанным и добрым человеком.       Все это время Вэй Усянь не переставал пятиться назад, не разрывая зрительного контакта. Казалось, и он и собака были загипнотизированы, поэтому не могли отвести взгляд друг от друга. Парень мог бы еще долго так делать, если бы неожиданно не наткнулся спиной на скамейку и не совершил свою главную ошибку за последние несколько часов (а может и за всю жизнь).       Он резко дернулся и посмотрел вниз, чтобы узнать, на что наткнулись его ноги. Это произошло рефлекторно, и парень при всем желании не мог бы этого избежать, но… услышав со стороны пса глухое утробное рычание, Вэй Ин мог только проклясть свое невезение и с криками пуститься бежать.       Удивительно, но за все три года, что он проучился в университете, он так и не погулял в парке, который находился буквально напротив. Он всегда откладывал эту прогулку по разным причинам: то времени не хватало, то ему было слишком лень, то он просто забывал. И теперь ругал себя за это последними словами, потому что то и дело сворачивал в этих дебрях не туда и натыкался на тупики (которых в парке, по идее, быть вообще не должно было). Все окружение слилось для него в одну зеленую массу, пока Вэй Ин в ужасе бежал, не разбирая дороги и не обращая внимание на ветки, хлеставшие по лицу, и мелкий мусор, застрявший в его шикарных волосах.       В один момент он даже подумал, что смог оторваться, и рискнул обернуться назад, за что в тот же момент был наказан. До этого относительно ровная и легкая для пересечения дорога обзавелась препятствием. Живым, дышащим и тихо ойкающим препятствием. Все произошло так быстро, что Вэй Ин сначала даже не понял, что произошло. Вот он бежал от этого порождения сатаны, а уже в следующий момент валялся на земле на чем-то мягком и теплом.       Только парень хотел встать и извиниться перед своей невольной подушкой, как вдруг неподалеку раздался собачий лай, и он только крепче вцепился в чужую одежду, не переставая при этом панически кричать. Где-то совсем рядом с его ухом раздалось клацанье зубов, и Вэй Ин подумал, что его душа уже окончательно покинула этот бренный мир. В последней отчаянной попытке защититься он резко замолчал, весь сжался в комочек и крепко зажмурил глаза, боясь того момента, когда чужие острые клыки вопьются ему в плоть. Совсем как в прошлом.       Однако время шло, а боли все не было. На секунду парень даже испугался, что действительно умер, но в этот момент ему на затылок легла чужая теплая рука и слегка сжала, а совсем рядом с его лицом раздался тихий шепот.       — Успокойся. Все хорошо. — этот глубокий бархатистый голос был отдаленно ему знаком, но Усянь был слишком напуган, чтобы вспомнить, где же слышал его раньше. Уровень адреналина в крови стал понемногу снижаться, и парень безуспешно попытался успокоить свое бешено колотящееся сердце. Он дышал как загнанная до полусмерти лошадь, а в ушах у него был только звук бурлящей крови. Вэй Ин думал, что сейчас отключится, но неожиданно нежные и аккуратные поглаживания по голове и спине действительно помогли ему успокоиться и прийти в себя.       Не прошло много времени, как парень уже смог окончательно оправиться от испуга и взглянул, наконец, на своего спасителя.       — Извините, пожалуйста, за неудобство, просто я… Лань Чжань?! — Вэй Ин не смог удержаться от удивленного возгласа и пораженно посмотрел по сторонам, отмечая, что они были в каком-то овраге. — Как… как мы здесь оказались?!       — Ты врезался в меня, и мы скатились сюда, — голос Лань Ванцзи как всегда был спокоен и размерен, хотя сквозь привычную маску безразличия проскакивали нервозные нотки. Он с почти видимой неохотой выпустил Вэй Ина из своих объятий и стал осторожно оттряхиваться.       — В-вот как… понятно… — Вэй Усянь нервно засмеялся и тоже стал подниматься, но в один момент его ноги будто превратились в вату, и он стал медленно заваливаться назад, из-за чего Лань Чжаню пришлось аккуратно поддерживать его за плечи. — И-извини, просто это было так неожиданно…       — Мгм, — во взгляде Ванцзи вдруг промелькнуло что-то непонятное, и он немного крепче сжал чужие руки. — Почему… эта собака бежала за тобой?       — Пф, кто ж знает, что на уме у этой твари. Она просто выпрыгнула на меня из-за угла, как черт из табакерки, ты представляешь? Я должен подать в суд на ее владельца, чтобы в следующий раз он крепче держал свое чудовище… — Вэй Ин начал привычно тарахтеть, даже не замечая этого, в то время как Лань Чжань заметно расслабился и даже несколько приободрился. Второй Нефрит так скучал по этому голосу. Вдруг Усянь осекся и поднял на Ванцзи испуганно-виноватый взгляд. — В-в любом случае, извини за эту ситуацию, но мне надо торопиться. Эм, мы с ребятами договорились встретиться в кафе еще полчаса назад, ха-ха, и мне надо поспешить, иначе Цзян Чэн мне голову открутит…       Неловко рассмеявшись Вэй Усянь развернулся и попытался уйти, но хватка на его руке вдруг усилилась, и он с легким опасением взглянул на Второго Нефрита. Тот выглядел так, будто в этот момент решалась его судьба.       — Давай я провожу тебя… — Ванцзи произнес эти слова так тихо, что если бы не полная тишина вокруг, Вэй Ин их бы не услышал.       У Усяня с губ чуть не сорвалось восторженное: «Да! » — когда он вспомнил, чем ему могло грозить такое предложение. Сейчас ему стоило уйти и забыть этот инцидент, как страшный сон, а уже на следующей неделе на коленях молить о прощении. В конце концов, Вэй Ин ведь намеренно не искал встречи с Лань Ванцзи, а значит эта ситуация не нарушала их с Цзян Чэном спор.       — Н-не нужно, Лань Чжань, я ведь уже не маленький… — Усянь осторожно высвободил свою руку из чужой хватки и украдкой взглянул на Второго Нефрита, тут же поражаясь увиденному зрелищу. Лань Ванцзи после его слов сдулся, как подбитый воздушный шарик, а неясный огонек, разгорающийся в его глазах, стремительно угас. Вэй Ин физически почувствовал, как Лань Чжань закрывается от него и вновь надевает свою маску безразличия. Парень судорожно сглотнул и попытался отступить, но так и не смог заставить себя отвести взгляд. В один миг его передернуло от неправильности происходящего и, после глубоко вздоха, он приготовился упасть в пропасть.       — Черт… — Усянь тихо ругнулся себе под нос, и поднял на Лань Ванцзи самый раскаивающийся взгляд, какой только мог. — Я сдаюсь… Цзян Чэн был прав.       — Что? — Ванцзи озадаченно нахмурился и его отчужденный образ начал стремительно таять.       — Пожалуйста прости меня, Лань Чжань, я просто отвратительный человек… — искренне произнес Вэй Ин и низко склонил голову в поклоне. — Я понимаю, что ничего не может оправдать мое грубое поведение, да и я так по-дурацки повелся на этот спор…       — Спор?       Вэй Усянь еще раз глубоко вздохнул и слова вырвались у него изо рта стремительным потоком.       — В общем, в прошлую пятницу я был так расстроен тем, что ты не обращаешь на меня внимания и мои чувства остаются безответными, что напился как не в себя и приперся к Цзян Чэну… и, ну, я не совсем помню весь наш разговор, но в итоге он начал говорить, что я не могу протянуть без общения с тобой дольше пары часов, а я не согласился, и мы поспорили. Если я выиграю, то Цзян Чэн убедит дядю и тетю подарить мне мотоцикл, а если проиграю… т-то должен буду сходить с ним на выставку собак. Ну, и ты сам видел, что у меня с этими четырехлапыми чудовищами натянутые отношения, но я подумал, что это будет несложно и подписался, однако… я не смог. И вряд ли когда-нибудь смогу. Тебе наверняка было хорошо всю эту неделю без такой назойливой мухи как я, но я все-таки должен попросить прощения за свое грубое поведение. Прости меня еще раз!       Закончив свою речь, парень быстро перевел дыхание и слегка испуганно взглянул на Второго Нефрита, напряженно ожидая его реакции. Сам Лань Ванцзи выглядел так, будто не мог поверить в реальность происходящего.       — Вэй Ин… — у Ванцзи на секунду пересохло горло, и он судорожно сглотнул. — Ты… что ты имел в виду, когда говорил, что твои чувства остаются безответными?..       Услышав вопрос, Усянь недоуменно взглянул на друга, однако стоило ему осознать его смысл, как он с отчаянии схватился за голову. Он ведь не мог признаться… так. Его признание должно было быть с цветами в каком-нибудь модном ресторане или с вином под открытым небом, а не в забытой богом канаве после недели одностороннего игнорирования. Парень тихо взвыл и спрятал лицо в ладонях, упав на землю, как мешок с картошкой. Он начал стремительно заливаться краской.       — Вэй Ин?       — Черт-черт-черт… — больше всего на свете Усянь желал прямо сейчас провалиться сквозь землю или научиться стирать память. — Что ж за день-то сегодня…       Вэй Усянь на секунду затих, а потом, тихо всхлипнув, прошептал:       — Тебе наверное противно будет это слышать, но… я был влюблен в тебя все эти три года, поэтому и донимал постоянно. Хотел чтобы ты меня заметил. Черт, прости меня, я не должен был говорить про это… извини…       В воздухе повисла тишина. Вэй Ин уже приготовился к тому, что Ванцзи сейчас накричит на него или молча уйдет прочь, чтобы больше не вспоминать о его существовании, однако парень не сделал ни того ни другого. Наоборот, он придвинулся чуть ближе и, не обращая внимания на грязь и пыль, присел рядом с Вэй Ином на колени, пачкая свои невероятно дорогие брюки.       — Вэй Ин… за что ты извиняешься?       — Тебе рассказать в алфавитном или в хронологическом порядке?       — Вэй Ин. — на секунду в голосе Ванцзи промелькнула строгость, однако она была сбавлена какой-то новой, еще не слышимой Усянем раньше интонацией. Такой мягкой и теплой.       — Ты правда не понимаешь, Лань Чжань? Всем ведь ясно, что такому благородному, доброму и светлому человеку как ты, не стоит общаться с таким бесстыдником и разгильдяем как я. Я и так уже доставил тебе кучу проблем, а мои чувства все только усложняют. Я рассчитывал, что смогу хотя бы дружить с тобой, но… теперь ты вряд ли захочешь даже разговаривать со мной…       Под конец голос Вэй Ина слегка осип, и он вымученно замолчал. Сейчас все его духовные и физические силы уходили на то, чтобы не заплакать, потому что подобного позора он бы просто не пережил. Он стыдливо прятал глаза в землю, втянув голову в плечи и стараясь выглядеть как можно незаметней. Именно поэтому парень не видел, как Ванцзи на секунду прикрыл глаза, а уже в следующее мгновение смотрел на Усяня взглядом полным радости и счастья.       — Вэй Ин… прошу, взгляни на меня… — Второй Нефрит осторожно взял лицо Вэй Усяня в свои руки и аккуратно вытер с его щек дорожки слез, которые успели там появиться. Он действовал удивительно нежно и осторожно, будто боясь спугнуть дикого зверя. — Эта неделя была одной из худших в моей жизни. У меня было ощущение, будто мое сердце достали из груди и пропустили через мясорубку. Я чувствовал себя разбитым на кусочки. Знаешь почему?       Вэй Ин отрицательно качнул головой, не отрывая зачарованного взгляда от медовых глаз напротив.       — Потому что рядом со мной не было тебя, Вэй Ин. Я… думал, что обидел тебя или что ты устал общаться со мной. Думал… ты больше не хочешь меня видеть…       — Что?! — Усянь пораженно открыл рот и решительно, насколько позволяло его физическое состояние, сжал чужие ладони. — Лань Чжань, ты самый лучший, самый добрый и самый внимательный человек, которого я когда-либо встречал. Ты… ты потрясающий, интересный и такой умный. Я бы никогда не устал общаться с тобой, пусть мы хоть тысячу лет были бы знакомы!       — Так… все это было из-за спора?       — Да… — Вэй Ин пристыженно шмыгнул носом. — По собственной воле я бы никогда так не поступил, ни за что. Я… мне правда очень жаль… Блин, такая глупая ситуация получилась.       — Мгм.       Ванцзи задумчиво погладил Усяня по щеке и тихо произнес:       — Вэй Ин тоже потрясающий. Я никогда раньше не встречал такого яркого и открытого человека, как ты. Это не оправдание, но поначалу я просто не знал, как себя вести, а потом просто боялся подойти и получить отказ. Мне правда очень жаль, что мое поведение задело тебя и заставило думать, что ты мне неинтересен. Я никогда этого не хотел. Ты мне очень дорог, Вэй Ин.       — П-правда?       — Мгм.       — Получается мы… оба вроде как влюблены друг в друга? — Вэй Ин поднял на Ванцзи робкий, смущенный взгляд. — Все это время… и мы оба боялись отказа, поэтому и молчали?       — Мгм.       — Мы с тобой идиоты, Лань Чжань.       — Мгм.       В повисшей после этого тишине раздалось тихое хихиканье, которое переросло в безудержный смех. Эта ситуация была так абсурдна, что Усянь не мог остановиться. Он всем своим весом навалился на Лань Ванцзи, утыкаясь носом ему в шею и потихоньку успокаиваясь. Впервые за эту неделю у Вэй Ина на лице расцвела беззаботная улыбка.       — Кстати, Лань Чжань, а что ты здесь делаешь в такое время? У тебя разве нет дополнительных занятий? — Усянь недоуменно посмотрел на Ванцзи и с восторгом отметил, как у того краснеют уши. — О боги, Лань Чжань, неужели ты прогуливаешь?!       — Нет.       — Значит прогуливаешь, — у Вэй Ина от смеха даже свело живот, поэтому ему пришлось ненадолго замолчать. — Поверить не могу, Второй Нефрит корпорации Лань, сам Лань Ванцзи, вместо того, чтобы просиживать свои дорогущие штаны на парах, сидит со мной в какой-то канаве. Расскажи кому — не поверят!       — Тебя что-то не устраивает? — бровь Ванцзи поднялась выше всего на каких-то жалких пару миллиметров, но его лицо уже выражало весь скепсис этого мира. Вэй Ин не удержался от соблазна и щипнул его за удивительно мягкую щеку.       — Наоборот. Я очень тобой доволен. Продолжай в том же духе и, может быть однажды, ты даже встанешь позже 5 утра…       В ответ на это Лань Ванцзи фыркнул и аккуратно помог Вэй Ину встать на ноги. Несмотря на то, что Усянь уже мог спокойно стоять без поддержки, он не желал отцепляться от Ванцзи ни на секунду, поэтому, обняв его руками за шею, положил свою голову ему на плечо. Второй Нефрит, в свою очередь, обхватил его руками за талию и прижался щекой к чужим волосам.       Они простояли так еще несколько минут, наслаждаясь теплом и близостью друг друга, пока Вэй Ин не решился разрушить тишину.       — И… мы теперь вроде как пара, да? — Усянь робко прижался к Ванцзи еще ближе. — Я спрашиваю просто, чтобы понять, что это не какая-то галлюцинация или сбой в матрице.       В ответ на это Второй Нефрит тяжело вздохнул, однако не стал отстраняться и бережно прижал Вэй Ина к себе.       — Мгм.       — Ох, гэгэ, эти твои нейтрально-невербальные ответы… — Усянь беззлобно ухмыльнулся. — Я так соскучился по ним. Давай договоримся больше никогда так не делать. С обеих сторон.       — Мгм.       Услышав ответ, Вэй Ин не удержался от хихиканья и окончательно расслабился в чужих объятиях. Ему сейчас было так уютно и хорошо… вдруг парень вспомнил о кое-чем очень важном и поднял на Ванцзи хитрый взгляд. В его глазах плясали чертята.       — Ла-ань Чжа-ань~, мы ведь уже и признаться друг другу успели и даже стоим посреди канавы, обнимаясь. Но мы же забыли про самое главное!       Ванцзи недоуменно склонил голову вбок и опустил на Вэй Ина наивный, ничего не понимающий взгляд. Только он собирался спросить вслух, что тот имел ввиду, как парень вдруг резко подался вперед и целомудренно чмокнул Лань Чжаня в губы.       — Поцелуи, гэгэ! Мы забыли про поцелуи! — от смущения у Вэй Ина порозовели щеки и нос, однако даже это не смогло стереть с его лица до неприличия счастливую улыбку. — И я, между прочим, был первым. Подумать только, человеком, укравшим первый поцелуй Второго Нефрита, стал я, самый бессовестный и не знающий приличий человек на свете. Лань Цижень будет в ужасе!       Усянь залился счастливым смехом и с неохотой разорвал их объятия, при этом хватая Ванцзи за руку и таща его в сторону парка.       — Итак, признание есть, поцелуй есть, теперь нам осталось только сходить на свидание, чтобы был весь комплект влюбленной парочки. Что думаешь? Хорошо я придумал?       — Мгм.       — Ну конечно ты согласен. Мои идеи ведь всегда гениальны до неприличия.       В ответ на это Ванцзи легко сжал его руку и тихо произнес:       — В двух кварталах отсюда есть кафе, где продают очень вкусные шоколадные торты и свежий кофе. По пятницам у них акция для парочек — бесплатный дополнительный десерт.       — Мм, а Вы знаете, как завоевать чужое сердце, Второй Молодой господин Лань!

***

      В итоге, сидя в просторном помещении кафе и уплетая вкуснейшие десерты на своей памяти, Вэй Ин готов был, про себя, признать, что возможно эта неделя того стоила. Кто знает, сколько бы еще времени они ходили вокруг да около, боясь заговорить о своих чувствах? Впрочем, Вэй Усянь не любил гадать, что могло бы быть, потому что он жил настоящим моментом.       А в настоящий момент он самым наглым образом воровал у Ванцзи заварной крем, сидя при этом у него на коленях. Их столик был отделен от остального зала ширмой, поэтому они могли всецело наслаждаться компанией друг друга. Вэй Ин говорил в два раза больше обычного, будто пытаясь компенсировать потерянное время.       — Получается ты сохранил все рисунки, которые я тебе рисовал? — Усянь с интересом взглянул в глаза напротив и игриво закусил губу. — Даже те со второго курса?       — Даже те со второго курса.       После своих слов Второй Нефрит медленно залился краской, вспоминая содержание тех «рисунков». А еще больше подписей, сопровождающих их.       — На самом деле это была идея Хуайсана, а я просто удачно ее реализовал… знаешь, я думал, что ты тогда мне шею свернешь.       — Я был слегка растерян.       — О, я уверен. В конце концов, раньше тебя ведь еще не называли самой горячей машиной для сек…       — Вэй Ин!       — Молчу, молчу!       И Вэй Ин действительно замолчал, всеми силами сдерживая себя от радостного писка. Желание поддразнить, поддеть, вывести Второго Нефрита на эмоции просто зашкаливало, и Вэй Ин кайфовал от того, что теперь имел на это полное право. Как очень заботливый парень, переживающий за социализацию своего самого лучшего на свете бойфренда.       — Эм, Лань Чжань… — Вэй Усянь неожиданно запнулся и глубоко вздохнул. — Знаешь, сегодня к нам приезжает шицзе и… ну… ты мог бы остаться у нас на ужин. Яньли делает самый божественный суп на свете.       — Я не могу. Дядю пригласили на какой-то благотворительный фестиваль, и он берет меня и Сиченя с собой. Мы пробудем там до понедельника.       — Оу… — Вэй Ин слегка приуныл, чувствуя на языке легкий привкус разочарования. Но ведь не все сразу, в конце концов. Он и так получил за этот день больше счастья, чем когда-либо.       — Но я свободен в следующие выходные. И мы сможем переписываться… если… ты, конечно, этого хочешь…       — Конечно хочу, Лань Чжань! — Усянь радостно улыбнулся и быстро поцеловал Ванцзи в лоб. — Тогда в следующий раз давай сходим в кино. Я как раз знаю один очень занятный фильм для парочек…       — Мгм.       — Супер, — Вэй Ин энергично вскочил с чужих колен и одним залпом выпил весь свой кофе. — Тогда пойдем скорее, а то опоздаем на автобус. Тебе в гости я навязываться не буду… до тех пор, пока там Лань Цижень, конечно же. А то боюсь он не устоит перед соблазном отравить мой чай… или свой, если он узнает, что именно я там делаю…       Усянь тихо хихикнул и, подхватив Ванцзи под локоть, вытащил того на улицу. Они неспешно гуляли по улице, не обращая внимания ни на что кроме друг друга.       — Вэй Ин.       — Мгм. Что-то случилось, Лань Чжань?       — Ты… — Ванцзи неожиданно запнулся и уже тише продолжил. — Хочешь я тебя подвезу?       — У тебя разве есть машина? — Вэй Усянь недоуменно склонил голову и задумался. Он ни разу не видел, чтобы Ванцзи водил машину.       — Мгм. Не совсем.       После этих слов они вышли на университеткую парковку и остановились напротив знакомого черного мотоцикла. Вэй Ин неверяще вдохнул.       — О Небеса, пожалуйста, скажи, что…       — Это мой мотоцикл.       Усянь с восторгом запищал и еле удержал себя от того, чтобы не начать от радости прыгать на месте.       — Боги, я так долго мечтал о таком же! С первого же мгновения, как его увидел! Поверить не могу! — Вэй Ин счастливо улыбнулся и стал вертеться вокруг мотоцикла, как юла. — Я даже какое-то время пытался выследить его владельца. Думал, это какой-нибудь панк или тому подобное, а это оказался сам Второй Нефрит. Ты полон сюрпризов, Лань Чжань!       — Мгм. Тебе нравится?       — Конечно!

***

      Вэй Ин еще полчаса разбрасывался комплиментами то в сторону железной машины, то в сторону своего невероятного парня, который оказался совсем не таким невинным, каким казался со стороны. С каждым новым словом Лань Ванцзи все сильнее заливался краской.       — Лань Чжань, а ты дашь мне прокатиться, а? Всего один разочек! — Вэй Ин состроил щенячьи глазки. — Пожа-алуйста, гэгэ!       — После того, как получишь права. — несмотря на все увещевания, Второй Нефрит оставался неприклонен. Он ни в какую не хотел пускать Вэй Ина за руль, пока тот не получит соответствующего обучения. — Надень шлем.       — Да ладно тебе, нам ведь ехать всего ничего. В шлеме неудобно, — Вэй Усянь попытался вновь заспорить, однако быстро понял, что это бесполезно. Ванцзи был не менее упрям, чем он сам, а в плане безопасности и правил превращался вообще в нерушимую скалу. — Хорошо-хорошо… только не смотри на меня так осуждающе…       С тяжелым вздохом Вэй Ин надел предложенную защиту и сел за спиной Лань Ванцзи, обхватывая того за талию. Шлем немного мешал обзору, однако парень быстро привык к этому ощущению. Сам Второй Нефрит, при этом, собирался ехать без шлема.       — Лань Чжань-Лань Чжань, так же нельзя. Водителю защита гораздо нужнее…       — Не ерзай. В следующий раз я возьму запасной шлем.       — У тебя есть запасной шле-Ааа…       Ванцзи так резко стартовал с места, что Вэй Ин от неожиданности закричал и вцепился в него мертвой хваткой. Мимо пролетали силуэты зданий, людей и машин, а в лицо, прикрытое шлемом, бил нескончаемый поток ветра. Усянь судорожно вздохнул.       — Вэй Ин, все в порядке? — обеспокоенно спросил Ванцзи, когда они остановились на светофоре. Из-за шлема его голос звучал слегка приглушено.       — Д-да, просто я раньше никогда не ездил на мотоциклах. Непривычно.       — Если хочешь, я могу ехать медленнее.       — Нет-нет, не надо. Я в порядке… мне нравится.       — Мгм.

***

      Когда Вэй Ин и Лань Чжань через полчаса подъехали к дому семьи Цзян, Усянь спрыгнул с мотоцикла и, сняв шлем, поднял на Ванцзи сверкающий от восторга взгляд. После того, как первоначальный страх улегся, он с удовольствием наслаждался оставшейся поездкой.       — Это было так круто, Лань Чжань! Поверить не могу, что ты каждый день ездишь так в университет, а мне приходиться переться туда на автобусе…       — Если хочешь, я могу заезжать за тобой.       — Правда?! — у Вэй Ина на лице расцвела счастливая улыбка. — Ты самый лучший на свете парень, Лань Чжань, ты знал?       — Мгм.       Ванцзи вдруг как-то странно посмотрел на Вэй Ина, особенно долго всматриваясь в его губы, и поднялся, медленно подходя ближе.       — Во сколько этот ваш благотворительный фестиваль начинается?       — Сегодня в 8.       — Поздновато. Не боишься уснуть прямо за столом? Ладно-ладно, я шучу. В любом случае ты уже пообещал мне свидание в следующие выходные, так что даже не надейся смыться… я все равно тебя найду.       — Вэй Ин.       — Что такое, Лань Чжань?       Вместо ответа Ванцзи молча обхватил щеки Усяня руками и жадно впился в его губы. От неожиданности Вэй Ин судорожно вздохнул, чем и воспользовался Второй Нефрит, зацеловывая каждый миллиметр его кожи.       Вэй Ин несдержанно застонал и обнял Ванцзи одной рукой, второй удерживая шлем. Когда же Ванцзи слегка прикусил его губу, тут же зализывая пораженное место, парень почувствовал, как его ноги подкосились и он слегка съехал вниз. В этот момент чужие руки осторожно подхватили его под задницу и несильно сжали.       Усянь был в раю.       Он не знал, сколько времени прошло, прежде, чем они отстранились друг от друга, однако его взгляд уже слегка помутился от возбуждения, а контур губ расплылся от количества поцелуев. Укушенное место слегка тянуло, однако Вэй Ин совершенно не обращал на это внимания.       — Вот, что значит украсть первый поцелуй, — взгляд Ванцзи слегка потемнел и больше ничего, кроме легкой припухлости губ, не говорило о том непотребстве в общественном месте, которое он только что совершил.       — Что?..       — Позвони мне вечером.       С этими словами Лань Ванцзи осторожно взял защитный шлем из чужой ослабшей руки, напоследок поцеловав Усяня в нос. В следующую же секунду он запрыгнул на мотоцикл и под рев мотора умчался вдаль, пока Вэй Ин тупо смотрел в одну точку и пытался осмыслить то, что только что произошло.       Лань Ванцзи поцеловал его.       Лань-каменное-лицо-на-века-Ванцзи.       И сделал это так, будто хотел съесть его прямо здесь… на секунду Вэй Ин представил, что бы случилось дальше, если бы они были одни. Его фантазия подкидывала все новые и более откровенные идеи, так что парень стал красным как рак, но ничего не мог с собой поделать. Ему срочно нужно было где-нибудь сбросить напряжение.       Однако не успел Вэй Ин дойти до основной части, как вдруг его вернул в реальный мир грубый хлопок прямо рядом с его лицом. От неожиданности парень дернулся и, наконец, додумался посмотреть по сторонам. Прямо за его спиной стояли Цзян Чэн, Не Хуайсан и Цзян Яньли, которые смотрели на него так, будто у него выросла вторая голова.       — Какого. Черта. Это. Было? — просипел сквозь зубы пунцовый Цзян Ваньинь. И Вэй Ину показалось, что покраснел тот не от злости.       — Что?       — Ты… т-ты только что целовался с Лань Ванцзи, Вэй-сюн, — тихо прошептал Хуайсан, пряча довольную улыбку за веером. Такое выражение лица у него обычно появлялось, когда он выигрывал какой-то спор. На большие деньги. — Неужели этот план с игнорированием все-таки сработал? Невероятно!       — Если честно, то мне до сих пор, кажется, что это все сон… — Вэй Ин мечтательно вздохнул и посмотрел влюбленным взглядом в ту сторону, куда уехал Лань Ванцзи. Цзян Чэн, тем временем, сделал вид, будто его тошнит.       — Я так рада за тебя, А-Сянь! — Цзян Яньли просияла счастливой улыбкой и за руку потянула Вэй Ина в дом. — Пойдем расскажешь мне обо всем. Я как раз доготовила суп.       — Ты лучшая, шицзе!       — Черт, и как мне теперь спокойно ходить по этому крыльцу, а?! Фу…       — Завидуй молча, Чэн-Чэн!       — Ч-чего?!       У Цзян Чэна из ушей почти повалил пар, и он не удержался от того, чтобы ткнуть брата под ребра. Вэй Ин в ответ на это только рассмеялся и расплылся в еще более довольной улыбке, когда услышал, как его брат бормотал себе под нос поздравления. Впервые за эту неделю, а может быть и дольше, Усянь смог вздохнуть полной грудью и откинуть прочь все беспокойства.       Потому что в этот самый момент он был чертовски счастлив.