Вдохновение

      Вместе с родителями Софи ехала в дом Беккеров. Еë мать – милая пухловатая женщина с вечно добрым выражением лица, светлыми кудряшками и нежным обволакивающим светом, словно от свечи, всю дорогу причитала, как Софи поправилась и как похорошела на деньгах жениха. Отец Софи – мужчина моложе матери, тоже блондин, но выглядел очень молчаливым и спокойными, он лишь кивал и любовался дочкой, по которой успел соскучится. Никто из них даже не разглядывал улицы Лондона, всë не на радуясь встрече с дочкой. Отец вышел из экипажа, мельком глянул на дом и подал жене и дочери руку, чтобы те без проблем вышли тоже. Мать замерла, прикладывая ладонь ко рту от изумления величием дома. Трëхэтажное здание, явно похожее на много семейный дом, но принадлежащий только Беккерам. Дворецкий любезно встретил и сопроводил гостей. В гостиной и по дороге к ней, сударыня всë восхищалась красотами и богатым убранством дома. Без лишнего блеска, даже скромно, дорого украшенные стены и мебель, выдавали восторг у гостей из французской провинции. Английский у Флери старших хромал, пусть они понимали почти всë им сказанное, говорили с запинками и акцентом. Но к счастью в принимающей семье французский изучался с детства. Софи же на обоих языках говорила приятно для ушей, ведь не мало лет потратила на их изучение. Теперь еë родители, нарядившись в самое дорогое что у них было предстали перед хозяевами Беккерами.       Милая беседа началась с формальностей и явной закрытости обоих сторон. Но хорошо, что тему разговора сразу же невольно подкинул Август, сильно опоздавший на встречу. Именно о нëм и заговорили родители, шутя какой же жених непунктуальный. Софи без него сидела одна, улыбалась и следила, чтобы мать не ляпнула лишнего. К счастью сударыня Флери рассказывала о Софи только лестное и приятное девушке. О том, как Софи в детстве любила больше читать иностранные книги, чем играть на улице; О том, как она интересовалась пением и мечтала петь на сцене. Мечта сбылась, теперь Софи сама зарабатывает на жизнь нормальную сумму, так ещë и нашла жениха завидного и богатого. А вот и он! С опозданием, Август явился к гостям. Родители Софи впервые увидели еë будущего мужа. - Ох, Август! – сударыня Флери второпях к нему подошла, вставая из-за стола. Молодой человек поцеловал ей руку. Мадам представилась. - Приятно познакомится!       Беккер младший пожал руку отцу Софи. Вскоре все сели за стол и продолжили беседу. На этот раз родители Флери задавали вопросы Августу о их знакомстве, о планах виконта на будущее и так далее. Август всë рассказывал, по ходу разговора всë менее и менее заинтересованно. Ему было некомфортно. Пусть он и заставлял себя думать о том, что сегодня ночью был с невестой, всë таки правда рушила любые его мысли о лжи. Софи сидела рядом и молчала, она даже не смотрела на Августа, наверное всë ещë обижалась за его излишнюю активность прошлой ночью по отношению к ней.       Беккер младший потянулся за графином с компотом, но рукой случайно задел бокал Софи. Он был почти пустой, но сладкий напиток вылился ей в тарелку с резким лязганьем. Флери вздрогнула, как и все присутствующие. Август быстро поднял бокал и поставил на место. Салфеткой протёр стол, а после рассыпался в извинениях: - Прости меня! – Беккер взял Софи за руку и посмотрел в глаза. – Прости, пожалуйста… - говорил он так жалобно, с такой болью и пробирающей грустью, словно извинялся отнюдь не за пролитый компот. Софи смотрела на него не понимая в чём дело, и неуверенно ответила: - Ничего страшного… - девушка аккуратно забрала свою ладонь из рук Августа и продолжила трапезу, не задевая сторону картофельного пюре залитого компотом. - Мы с мужем безумно счастливы за нашего сына! Что он, наконец, остепенился, нашёл такую замечательную невесту. Выпьем же за их дальнейшую долгу счастливую жизнь, как у нас с его отцом! – торжественно встав из-за стола, говорила графиня Беккер. На глазах Летарда от слов жены даже навернулась слеза.       Все встали вслед за графиней и подняли вверх бокалы. Софи поднесла бокал к губам, коснулась хрусталя, почувствовав его холод и лишь слегка смочила губы вином, не сделав ни глотка. Снова сев, она ещë долго вилкой медленно водила по тарелке, представляя себя женой человека слева от неë. Август тоже не выпил, вина сильно гложила его, он боялся говорить с Софи даже на отвлечëные темы, она медленно но верно превращалась неприятную деталь его жизни.       После обеда в кругу семьи Беккера и Флери отправились на небольшую экскурсию по Лондону. Две семьи активно общались, оставляя жениха и невесту наедине в доме. Беккер младший посчитал необходимым подняться в спальню Софи и хоть немного выйти с ней на контакт, давно утерянный между ними. Так со времени их знакомства девушка всë меньше стала говорить, она лишь слушала и кивала, а если Август замолкал – диалог прекращался.       Первые недели ухаживаний Августа всегда сопровождались его подарками, нахождением где-то поблизости и финансовой помощью в чëм бы то не было. Август Беккер добивался певицы долго, но та взаимностью ответила лишь тогда, когда поняла, что Август настроен серьëзно. Он стал говорить о свадьбе. Глазки Флери светились от мыслей, что она выйдет замуж за богатого аристократа, ей будет дозволено всë. Тогда Софи насильно заставляла сердце биться чаще, заставляла себя полюбить Августа, чтобы брак был счастливее. Август стал оплачивать охрану и уборку в доме Софи, оплачивал еë поездки до театра и обратно, заказывал блюда у лучших поваров. Девушка велась настолько, насколько еë учила мать. В письмах Флери писала: «Мама, спешу обрадовать тебя! За мной начал ухаживать молодой человек. Он богат, из знатного рода. Его фамилия Беккер. Он сын Летарда Беккера, того автора прекрасных платьев, о котором ты мечтала. Я пришлю тебе несколько, маменька, жди. Август солидный, статный и довольно хорош собой. Он уже задарил меня цветами, лишь бы я сходила с ним на прогулку. Я согласилась. Я помню, что не в коем случае не должна ему доверять. Такие как он обычно пользуются вниманием многих дам. Во мне нет ничего особенного, но пока я могу получать его внимание и подарки, я не стану уходить совсем. Думаю, его стоит дразнить, играть с ним постоянно, чтобы не дать уйти и не переборщить…» В других письмах уже рассказывала: «… Мы с Августом говорим о свадьбе. Он выглядит серьëзным, и я тоже всегда и всюду с ним. Я теперь живу лучше чем раньше, у меня есть охрана и горничная. Я не думаю о деньгах, а то что зарабатываю с театра, откладываю. В театре стали платить больше. Я нравлюсь Лондону, мам. Прямо как ты говорила! Так вот. Моя свадьба. Я соглашаюсь с ним. Официального предложения пока не было, когда он его сделает, тогда решиться всë…» Маленький оборванный листик, который Софи писала не в письмо, а словно для себя самой, гласит: «Я не стану уходить от Августа, отказывать ему в свадьбе или просить развода, пока не буду уверена, что отложенных денег хватит на будущую полностью беззаботную жизнь без него.»       Август Беккер постучался в дверь спальни девушки, выдергивая еë из переживаний. Она натянуто ему улыбнулась, не вставая с кресла у окна. Беккер начал диалог как обычно сам: - Софи, прости меня за вчерашнее. Я вëл себя с тобой ужасно недостойно, - говорил Беккер с трудом глотая слюну. - В этом нет ничего осудительного, тебя можно понять, - Софи отвернулась от него и словно говорила с зеркалом. – Это всë? - Нет. Я хочу тебе в кое-чëм признаться… - Август осторожно начал, запинаясь и чувствуя как дрожат его руки. - Слушаю, - Софи всë ещë притворялась, что очень занята, сидя спиной к Беккеру. Тот молчал, долгое время не находя слов. Тогда Флери даже обернулась на эту многозначительную тишину. – Что? - Я… На самом деле волнуюсь, - выдохнул виконт, так и не признавшись. Он поник, опуская голову. Девушке перед ним совсем не хотелось высказываться, ведь тема действительно щепетильная.       Августу было жизненно необходимо высказаться. А человек, который всегда готов его выслушать…. Вдруг отказался от встречи. Беккеру сказали, что вечно домашний граф, сейчас был на прогулке. «С кем это интересно?» Растроенный ещë больше Август поехал в центр. Лучшая пекарня Алана Нила встретила его приятным ароматом. Беккер зашëл внутрь, поздоровался с Аланом, а после приступил к выбору лакомства для поднятия настроения. Взяв пару сочных булок с ванильным кремом, Август пожаловался: - Мне редко отказывают во встрече. А теперь он просто ушëл из дома…. – вздохнул Август, уже уходя, но остановился, услышав слова Алана: - Вы про Эллари? Граф заходил прямо перед вами. Вы чудом разминулись. Они пошли по набережной направо, - объяснил Нил, протирая тряпкой стол. - С кем он? - Со своей невестой, разумеется. Моей сестрой Хайди, - сказал ирианю пробуя этот статус девушки на вкус,       «Чëрт. Мне нужно к нему». Беккер сразу направился в указанном направлении. Пройдя некоторое время, Август заметил пару, гуляющую по набережной. Действительно, Шарлотт и Хайди, улыбаясь, и о чëм-то увлечëнно разговаривая, не замечали никого. Беккер, что являлось даже для него загадкой, стал идти медленнее прямо за ними. Разговор услышать не удалось, но паре явно было комфортно друг с другом. Они были похожи на друзей. «Мы также гуляли с ним всегда. Теперь он даже без охраны. Они только наедине…» Пара свернули, видимо оба успели немного замëрзнуть. Хайди вдруг подскользнулась на льду и чуть не упала, успев ухватиться за Шарлотта. Эллари усмехнулся, удерживая девушку на ногах. Август всë ещë шëл за ними и даже остановился, чтобы пара не заметила слежки. В мыслях Август ругал друга: «Он же говорил, что она ему не интересна и что эта свадьба лишь формальность для удовлетворения планов…. А сейчас он с ней прогуливается, смеётся. Отказывает мне, чтобы пройтись с ней». Гнетущее, неизвестное ранее чувство, охватило Августа, заставляя даже морщится. Непривычно было из-за такой мелочи, так злиться и расстраиваться одновременно. Когда пара сели в экипаж и поехали в сторону выезда из центра и города, Август демонстративно развернулся и полный гнева пошёл прочь хоть куда-нибудь отсюда. Он не думал о происхождении этого неприятного чувства, он просто хотел его прекращения.       Августу было скучно, не хотелось идти никуда, кроме друга. У него были и другие знакомые, но все, каждый из них, не воспринимал проблем, а лишь радости Августа. Шарлотт был лучшим другом, близким и всегда находился рядом. С отроческого возраста, Август нуждался в Эллари и обоих это точно устраивало. Откуда могла взяться такая связь между двумя безумно разными людьми, не было известно никому, даже им самим. Шарлотт лишь в крайних случаях отказывал Августу, а сейчас отказался из-за какой-то девушки. «Я никогда не делал так…»       Кроме нескольких повторяющихся случаев, когда Шарлотт оставался один среди общества…. Август, увлечëнный компанией какой-нибудь девушки невысокого статуса, мог недели не видится с другом, добиваясь красотки. После еë согласия, близости и доверия, Беккер вновь возвращался к жизни молодого аристократа и вновь проводил время с товарищами. Шарлотт ругался: «Она плачет из-за тебя! Как ты можешь так с ними поступать? Тебе не хватает девиц из дома терпимости?» В том то и дело, что девушки из дома терпимости были другие… Не такие, как в обществе, пусть и низкого класса. Дочь какого-то графа или барона, точно не могла проводить много времени наедине с Августом, а то не позволяло ему расчувствоваться. Так бросая недели на девиц, Беккер мог иногда и забывать о друзьях. Когда как Шарлотт много времени проводил наедине с собой и иногда с обществом на разных вы ставках, балах и мероприятиях. Они были разными, но являлись оазисами друг для друга всегда.