Песнь о Северном Колдуне

Лорд Эддард Старк сидел перед маленьким костром, прислонившись спиной к дереву и прижимая к себе крепко спящего Джона. Хранитель Севера наблюдал за временным лагерем. Точнее, всего за одним человеком в этом лагере — чужеземцем, и, по всей видимости, спасителем его сына. Человек-загадка. Во-первых, Нед всё ещё пытался смириться с мыслью о том, что он в одиночку, вслепую, победил группу одичалых. А затем вернул Джона. Первое невольно заставляло уважать иностранного Лорда, а второе снискало благодарность Старка. Но ко всему прочему, в спящем человеке напротив него было что-то... странное. Найдя сына и отправив Джори с ещё двумя солдатами убедиться, что с одичалыми и впрямь покончено, Нед задал незнакомцу ряд осторожных вопросов в надежде выпытать любую информацию, не создавая при этом впечатления, что его допрашивают. Мужчина не из Вестероса — это любому очевидно. Но его акцент Нед не смог определить. Эссос — наиболее вероятный кандидат, но ни у одного торговца из всех, с которыми Старк общался за эти годы, — а их, признаться, было немного, — не имел акцента, как у этого мужчины. Дальше в списке странностей шла его броня. Нед никогда раньше не видел подобных доспехов, и это относится как к форме, так и качеству изготовления. Ко всему прочему, они явно были созданы для устрашения, с чем успешно справлялись благодаря своей темно-черной окраске и шипастым перчаткам, похожим на когти. Однако имелся и серьёзный изъян... броня выглядела слишком тонкой. Какой-то декоративной. Складывалось впечатление, что добрый удар боевого молота без особого труда пробьёт грудную клетку мужчины, но, если он и жертвовал в прочности, — что не факт, — незнакомец с лихвой компенсировал это широкой амплитудой движений. Тяжелые пластинчатые доспехи безусловно хороши для того, чтобы принимать удар за ударом на поле боя, но при этом сковывали движения, пусть профессионалы со временем и минимизировали этот недостаток. В любом случае, незнакомец выбрал иной стиль доспехов, очевидно, полагаясь на свою ловкость, а не прочность металла. Последним фрагментом брони шла маска. Цельный кусок железа с полоской мирийского стекла в виде прорези для глаз. Еще одна аномалия. Как он дышал в ней? Как бы то ни было, под маской скрывалось не менее таинственное и загадочное лицо. Весьма красивое, настолько, что многие девы упали бы в обморок при его виде. Но не его привлекательная внешность требовала внимания. И не его серебряные волосы, которые сразу же напомнили Неду о Таргариенах. Нет, дело было в тонко сшитой чёрно-золотой ткани, прикрывавшей его давно потухшие глаза. То, что он смог преодолеть испытания жизни и преуспеть, будучи слепым, говорило о его силе воли. Но кое-что здесь тоже не сходилось. Нед встречался со слепыми людьми, и даже если у тех в распоряжении были годы жизни, за которые они привыкали к своему изъяну, они всё равно иногда спотыкались, особенно в таких местах, как лес. А Нокс ни разу не оступился. Шаги его были уверенными, движения точными. Боги, он даже смог поймать охранника, который шёл рядом с ним, когда тот споткнулся. Нед понятия не имел, как ему удаётся так двигаться. Но Джон, очевидно, знал. Магия. Само слово «магия» всколыхнуло в нём множество ассоциаций. Север и Первые Люди всегда были более открыты к магии, чем их андальские собратья. Пекло подери, история его собственной семьи полна́ рассказов о Старках, которые якобы были мастерами магических искусств, включая смену кожи на волчью. А Бран Строитель? Он, предположительно, использовал свою магию в сочетании с магией Детей Леса, дабы строить свои чудеса. Так что северная часть его души допускала такой сценарий. Но он не был воспитан на Севере, по крайней мере, не полностью. Время, проведённое в Долине, привило ему некое чувство... сомнения. Он не верил, что магия по своей природе является чистым злом, как считали многие андалы. Магия — всего лишь инструмент, такой же, как меч. Всегда всё зависит от пользователя. Но в то же время, существует ли магия вообще? И если да, то стоит ли её использовать? Валирия, как известно, изобиловала магией, но это не спасло величайшую цивилизацию от гибели. Многие мейстеры даже приписывали случившийся Рок некой форме магического выброса. А потом появились драконы, сильнейшие хищники и величайшие из магических существ. Если магия всё ещё существует, значит ли это, что драконы тоже могут вернуться? Такая мысль не сулила ничего хорошего Хранителю Севера. Особенно если они попадут в руки оставшихся Таргариенов или их сторонников. В этом случае они, несомненно, оправдают данную в их доме клятву и обрушат Пламя и Кровь на всех тех, кто виновен в их смещении с трона. «Ну, может быть, не всех» — Подумал он, когда взгляд почти непроизвольно метнулся к Джону. Однако Старк быстро взял себя в руки и вновь сосредоточил внимание на чужеземном лорде. Прежде чем он успел поразмыслить над загадкой, которой был этот таинственный Алим Нокс, один из его гвардейцев легонько толкнул его в плечо. — Милорд, Джори с остальными вернулись. Кивнув, Нед осторожно отстранился от Джона, стараясь не разбудить его и встал. Бросив последний взгляд на сына и периферийным зрением отметив позицию Нокса, он повернулся спиной к лагерю и направился к своему капитану гвардии, стоявшему на небольшом расстоянии от него. По мере того, как Хранитель Севера приближался к своему капитану и тем, кого он послал с ним, он кое-что заметил. Несмотря на неуклонно угасающий свет солнца, все трое мужчин почему-то казались какими-то... бледноватыми. — Что вы нашли? — Спросил Нед, как только оказался достаточно близко к Джори и вне пределов слышимости лагеря. Трое мужчин переглянулись, словно не зная, как ответить. — Мы... нашли одичалых, лорд Старк. — Ответил Джори после секундного колебания. — По крайней мере то, что от них осталось. Нахмурившись, Нед оглядел лес. — Животное добралось до них первым? — Нет. — Почти сразу же ответил Джори. — Тогда что случилось? — Нед начинал терять терпение. Это взрослые мужчины, которые, хоть и не участвовали в Восстании, в прошлом наверняка попортили кровь бандитам и одичалым. — Это... Там была резня, милорд. — Наконец совладал с собой Джори, глубоко сглотнув, словно пытаясь подобрать подходящие слова, дабы в полной мере описать увиденное. — Одичалые, они... они разрезаны на куски. Буквально. Некоторые выглядят так, будто их расчленили и четвертовали. Руки, ноги и головы отрезаны. Был даже торс, разрубленный пополам, похоже, одним ударом клинка. И это еще не всё, милорд. Все раны одичалых... сожжены. Точнее, прижжены. Как будто то, что их нанесло, было раскалено до́красна. Какое оружие способно на такое, милорд? И это касается не только их тел, но и оружия. Копья и даже железный меч разрезаны. Какое орудие достаточно острое, чтобы разрезать кость, кожу, плоть, дерево и железо, и в то же время достаточно горячее, чтобы сжигать? Это... Это было почти, как если бы он... — Использовал огненный клинок. — Ответил Нед за своего капитана, в точности повторив то, как Джон описал оружие, которое Нокс использовал совсем недавно. — Да, милорд. — Кивнул Джори. — Именно так, как сказал ваш бастард. Что нам делать, милорд? Это... однозначно колдун. Он в одиночку расправился с восемью одичалыми, защищая при этом юного Джона, и всё это без единой царапины. Лишь годы тренировок удержали Неда от того, чтобы не огрызнуться в адрес Джори. «Он не бастард. Но он должен быть им ради себя и королевства» Но если отбросить статус Джона, вопрос Капитана был небезоснователен. — Мы не Юг, Джори. Мы — Север. Мы не брезгуем магией. — В голосе Хранителя Севера сквозила уверенность. Которой он в себе не чувствовал. — Отбросив в сторону его способности, в сухом остатке останется следующий факт: он спас моего сына. Пока он не докажет обратное или не сделает что-то ужасное, что перечеркнёт этот поступок... у него будет моё уважение, благодарность и расположение. И, по его словам, он не может вернуться домой. Поэтому, как только мы достигнем Винтерфелла, он получит права гостя с разрешением остаться на любой срок. К счастью, он сам предложил внести свой вклад и при возможности помогать нам. Это большая удача. Несмотря на то, что он спас Джона, правила Севера незыблемы, и одно из них — мы не терпим нахлебников. Если бы он начал злоупотреблять радушием... неважно. Я уверен, что при желании он сможет доказать свою пользу, и он сам изъявил волю сделать это, так что проблем не возникнет. И всё же я хочу, чтобы за ним постоянно следили. Но на расстоянии. Понятно? — Да, мой господин. — Немедленно ответил Джори, сжимая кулак у сердца. — А что насчет его оружия? Я про меч из огня. Если он каким-то образом не умудрился вложить клинок в сумку, которую носит с собой, то он, похоже, безоружен. Нед задумчиво почесал бороду. — Мы попросим показать нам его меч на следующий день, прежде чем покинем лес, а затем вежливо, очень вежливо попросим продемонстрировать его возможности. Лучше нам узнать сейчас, на что он способен, чем ждать, пока доберемся до Винтерфелла. А теперь — отдыхайте. Мы задали нелегкий темп, и такого же будем придерживаться на обратном пути. — Да, милорд. — Кивнул Джори, ещё раз прикладывая руку к сердцу, после чего отошел от Неда и направился обратно в лагерь. Хранитель Севера перевёл взгляд со спины уходящего мужчины на неуклонно темнеющее небо над головой. В тот миг, когда Нокс принял его предложение остаться в Винтерфелле, он почувствовал что-то... некое смещение самой судьбы. Он чувствовал... как будто что-то было радо тому, что этот чужеземный лорд собирается остаться на Севере на некоторое время. «Может, это знак старых богов? — Размышлял Старк, возвращаясь в маленький лагерь — Не могу сказать наверняка. Но одно я знаю, даже без знака богов — этот чужеземный лорд собирается всё изменить. И не в моих силах ему помешать. Я могу лишь молиться, чтобы старые боги были милостивы и улыбнулись Дому Старков и Северу, и чтобы перемены, которые принесёт чужак, пошли на благо Севера и Королевства»

​***

Их путешествие из леса, или, как лорд Старк называл его «Волчьего леса», по большей части прошло без происшествий. За исключением, конечно, следующего утра. Прежде чем они отправились в путь, лорд Старк попросил продемонстрировать оружие, которое Нокс использовал в сражении и убийстве одичалых. Допуская, что проявление излишней силы может напугать мужчин, Дарт Нокс всё же решил показать световой меч, здраво рассудив, что отказ уж точно будет воспринят негативно. Клинок он выбрал однолезвийный — реликвию своего предка лорда Каллига, которую он всегда носил при себе. Сказать, что лорд Старк и его люди были не впечатлены и смущены слегка изогнутой рукоятью светового меча, которую он извлёк из своей мантии, было бы преуменьшением. Но эти чувства тут же сменились удивлением и страхом, когда он активировал оружие, выпустив на волю кроваво-алое лезвие. Эти чувства лишь усугубились, когда Нокс продемонстрировал мощь меча, срубив одним взмахом дерево диаметром почти два фута. К сожалению, опасения Нокса подтвердились, и эта демонстрация имела нежелательные последствия: северяне стали относиться к нему более чем настороженно. А ему это не нужно. По крайней мере не для того сценария и образа, которые он уже выбрал. Поэтому, чтобы заслужить доверие лорда Старка и его людей, Нокс добровольно сдал свой световой меч Хранителю Севера. И пусть Ситху давно выжгли глаза, он словно наяву увидел шок на лице Эддарда Старка. Хотя ему и видеть-то было необязательно. Десятисекундное молчание, фонтан эмоций в Силе и слегка дрогнувший голос были весьма красноречивы. Конечно, он не упомянул о том, что в сумке, которую нёс с собой, припрятано еще более дюжины световых мечей и посохов. Ему нужно заслужить доверие этих людей, если он собирался возвести свою базу власти, но он не настолько глуп, чтобы оставить себя безоружным в присутствии тех, кто всё ещё не был уверен в нем. Он также решил пока отказаться от маски. Ситуация требовала того, чтобы он был Ноксом, а не Дартом Ноксом. После двух дней плутаний по лесу они наконец выбрались из-под деревьев на открытое поле, где, как ни удивительно, Эддард ранее приказал еще нескольким своим людям разбить лагерь вместе с лошадьми. Лорд Старк, конечно же, извинился перед Ноксом за то, что у него самого нет коня, и предложил ему ехать вдвоем с одним из гвардейцев. Но Ситх отказался, к всеобщему недоверию заявив, что сможет идти в ногу со всеми. После почти целого дня, проведенного на легкой рыси, Нокс счёл выражение лиц северян весьма забавным: он не только не отставал, но на некоторых участках пути сам задавал темп, едва ли не подгоняя лошадей. Однако его веселье резко оборвалось, когда в поле зрения появилась резиденция дома Старков — Винтерфелл. Сказать, что Нокс был поражен до глубины души, это ничего не сказать. Ситх исследовал почти всю известную галактику. Он видел некоторые из самых красивых и удивительных чудес архитектуры. Но Винтерфелл, замок, — нет, маленький город внутри крепости, — был настоящим великолепием. Таким, что даже самый напыщенный из альдераанских дворян позеленел бы от зависти. Особенно в свете вечернего солнца. Первое, что бросалось в глаза — это две стены, служившие основной защитой крепости. Первая из двух серо-гранитных стен достигала почти восьмидесяти футов в высоту по самым скромным подсчетам, а вторая за ней — еще выше. Единственной точкой доступа с северной стороны крепости была большая сторожка, встроенная в наружную стену. Когда они прошли через неё, изумление Нокса возросло, поскольку он заметил, что между двумя стенами расположился настоящий ров. «Неплохо-неплохо... — Подумал он, следуя за лошадьми по двум разводным мостам, соединявшим внешнюю стену с внутренней, и вошёл, собственно, на территорию замка. — Для пешей армии Винтерфелл практически неприступен. Как только любая армия приблизится, защитники смогут поднять разводные мосты, соединяющие две стены, так что даже если бы враг смог взять сторожевой пост, он не смог бы пересечь ров. Единственный способ — это преодолеть обе стены, что не так-то просто. Даже если бы им удалось захватить внешнюю, деревянные мосты наверху, соединяющие две стены, выглядят разборными. Это означает, что атакующие застрянут на внешней стене под обстрелом вражеских лучников, которые будут стоять на внутренней, более возвышенной. Единственный реальный способ для атакующей армии получить доступ к внутренним стенам — это летать. Для Империи или Республики — несложная задача, но, учитывая не особо развитые технологии этого мира, сомнительно, что у них есть какие-либо летательные аппараты» Как только они миновали внутреннюю стену, Нокс был поражен вторым сюрпризом. Пространство внутри крепости оказалось... теплым, гораздо теплее, чем должно было быть. Высокие стены, конечно, препятствовали проникновению холодных ветров, но только этим нельзя было объяснить внезапное повышение температуры. Потянувшись к Силе, он быстро нашел ответ на вопрос о тепле. «Естественный горячий источник. — Подумал он, более чем слегка удивленный, когда, проникнув своим взором дальше, во внутренние строения замка и его стен, почувствовал нечто необычное для общества этого технологического уровня. — Интересно. Вам удалось провести теплую воду из подземных горячих источников в сами стены с помощью грубого водопровода. И сделать это без ущерба для структурной целостности зданий. Просто удивительно» Разумеется, всё увиденное приятно удивило Нокса, но это был не шок, а скорее... умиление. Для человека, облетевшего почти всю галактику, примитивные сооружения дикарей не могли стать откровением. Да, замок неплох, а для своей эпохи наверняка являлся жемчужиной, но не более того. И всё же Нокс восхищался крепостью. На то имелась одна веская причина — то, что он увидел, когда взглянул на Винтерфелл с помощью Силы. Казалось, что Сила была использована и интегрирована в саму суть каждого здания и каждой стены в его пределах. Весь Винтерфелл прямо-таки излучал Силу. За все свои путешествия он встречал подобное явление лишь четыре раза: В Храмах Силы на Коррибане, Дромунд Кассе, Явине 4 и Тайтоне. Но в отличие от тех четырех, которые были сильно пропитаны либо Темной, либо Светлой стороной Силы, Винтерфелл ощущался... нейтральным, поскольку через него протекали как Темная, так и Светлая стороны. — Прекрасно. — Пробормотал про себя Нокс, шагая бок о бок с лордом Старком, который вёл своего коня через множество зданий, составлявших внутреннюю часть Винтерфелла, а затем прошёл через еще одну крепостную стену и попал в большой внутренний двор. Когда они въехали во двор, Нокс в очередной раз оказался потрясённым от того, что донесли его органы чувств и Сила: Прямо напротив него находилась главная крепость Винтерфелла. Она была в два раза выше всех остальных зданий в непосредственной близости. К ней примыкал большой зал, который, по его предположению, был чем-то вроде столовой, так как в нём находилось всего несколько живых тел. Нахмурившись, он ещё раз проверил свои органы чувств и пришёл в полное недоумение. ​