Песнь о Северном Колдуне

Нахмурившись, он ещё раз проверил свои органы чувств и пришёл в полное недоумение. Несмотря на огромные размеры Винтерфелла, крепость и небольшое поселение, находившееся за её стенами, оказались малонаселенными. «Очень странно. — Размышлял Нокс. — Так много места потрачено впустую. Хм... это пространство можно будет использовать. Но нельзя торопиться с выводами. Должна быть причина, по которой так мало людей населяет столь чудесное место. Сначала нужно выяснить эту причину, а потом уже думать, как использовать подвернувшуюся возможность, если она и впрямь таковой является» Переключившись на настоящее, Нокс выпрямился во весь рост, когда лошади, рядом с которыми он шёл, начали замедлять ход и в конце концов остановились. Выпрямившись, он обратил внимание на вереницу людей, стоящих перед входом в главный замок. «Наверное, семья и слуги лорда Старка» — Он замер перед тремя линиями людей, встречающих их. Самая задняя линия состояла из слуг Дома Старков, простолюдинов, которым выпала честь и привилегия работать на Великий Дом. Их мысли и эмоции почти кричали о том, что они рады возвращению своего лорда. Однако некоторые из них не были обычными слугами. Во второй линии стояло всего три человека. Эти трое отличались друг от друга настолько, насколько это вообще возможно. Двое из них обладали острым умом, но тот, что с цепью на плечах, всё же был более сведущим и мудрым. Третий же мужчина, пусть и не был столь интеллектуально развит, как его коллеги, зато был обучен военному делу. И весьма хорошо обучен, если судить по тому, как он держался. Затем шла первая линия из четырёх человек: одна взрослая женщина и трое детей. «Жена и дети лорда Старка» — Нокс сразу почувствовал связь между тремя подростками и человеком, которого он выбрал для сопровождения. Жена лорда Старка, безусловно, была достойна внимания: Длинные рыжие волосы, высокие скулы, светлая кожа и пронзительные голубые глаза. Но красота её вмиг обратилась в пыль, едва Нокс почувствовал водоворот эмоций, бурлящих в ней. В отличии от Джедаев, Ситх принимал эмоции и страсть. Но эта женщина... в её эмоциях не было ни узора, ни порядка, ни пути. Любовь, гнев, вера, страх, облегчение, презрение, надежда, самобичевание... но больше всего — огромная клякса ревности. Это чувство усилилось в разы, когда она увидела молодого Джона. «Загадка, которой стоит уделить время» Но когда Нокс переключил своё внимание на детей лорда Старка, он почувствовал, что невольно улыбается. Все трое, в той или иной степени, были чувствительны к Силе. Младшая девочка была самой могущественной из троих, старшая — второй, и последним шёл средний ребенок. Никто из них не был так силен, как юный Джон, но у всех имелся достаточный потенциал, чтобы пройти Испытания Коррибана, если бы они родились в Империи. «Так много чувствительных к Силе детей родилось в одной семье. — Шестерёнки в голове Ситха закрутились почти со скоростью света. — Если бы это была Империя, лорда и леди Старк вмиг возвели бы в ранг высшей знати за то, что они смогли произвести на свет таких могущественных личностей. Но никто из них не обучен... даже основам Силы. Идеально» Если Нокс ещё не принял решение использовать Винтерфелл и тактику мягкого покорения для восстановления своей власти, то отпрыски лорда Старка закрепили эту идею в его сознании. Четверо чувствительных к Силе, необученных детей. Перспектива слишком велика, чтобы её игнорировать. «Теперь... нужно найти рычаг, чтобы привязать себя к Северу и конкретно к замку» Держась позади, Нокс внимательно наблюдал за лордом Старком и его семьей, когда Хранитель Севера спешился вместе с Джоном и поприветствовал свою семью. Как он и предполагал ранее, женщина во главе семейства приветствовала своего мужа тепло и с любовью. Но стоило ей взглянуть на Джона, как эти эмоции испарились быстрее, чем лужа воды на Татуине. На смену им пришло всепоглощающее чувство ревности и самокритики. Дети в этом плане были совершенно другими. Они встретили отца и Джона с одинаковым энтузиазмом. Особенно маленькая девочка, которая подошла к Джону и сразу же потребовала, чтобы ее взяли на руки. — ... Нашли его в нескольких днях пути в волчьем лесу. — Услышал он слова лорда Старка, когда перевел своё внимание с воссоединившихся детей и их недовольной матери на самого Эддарда, обращающегося к трем мужчинам во второй шеренге. — Он был бы убит, если бы не действия нашего нового компаньона. — Я поступил так, как поступил бы любой другой на моём месте, лорд Старк. — Спокойно заявил Нокс, выходя вперед и отвешивая лорду Винтерфелла легкий поклон. — Возможно. Но вы оказались на том месте. И действовали. Результат имеет значение. — Лорд Старк кивнул, продолжая знакомить Нокса с шеренгой людей. — Алим Нокс, это моя жена леди Кейтилин Старк из дома Талли. — Очень приятно, миледи. — Нокс ответил, слегка поклонившись и оставив невесомый поцелуй на тыльной стороне её ладони... хотя этот поступок едва не вывернул его наизнанку, поскольку вихрь чужих эмоций угрожал захлестнуть его. Нокс не возражал, что леди Винтерфелла не сочла его достойным ответа. Насколько он мог судить, она была всего лишь препятствием, которое ему придется тщательно обходить, пока он будет работать над своей интеграцией в Дом Старков. «Совсем без препятствий и вызовов было бы скучно» — Это мои дети; мой старший и наследник Робб Старк. И мои дочери, Санса и Арья. — Лорд Старк продолжил, когда стало очевидно, что леди Старк не обращает внимания на Нокса. — Для меня честь познакомиться и с вами. Ваш брат Джон говорил о вас троих только хорошее. — Любезно поприветствовал Нокс детей, не обращая внимания на всплеск ненависти, исходящий от леди Старк при одном только упоминании Джона. Старшая девочка сделала реверанс, что было в меру забавно и неуклюже со стороны юной девушки. Робб и Арья просто удивленно глазели на него. Занятно, что именно младшая из них задала самый очевидный вопрос. — Почему ты... носишь это? — Арья! — Прошипела леди Старк, резко повернувшись к своему младшему ребенку. Усмехнувшись, Нокс поднял руку и коснулся ткани над глазами. — Я ношу повязку, потому что мои глаза работают не так, как ваши, миледи. Какое-то время я оставлял их незакрытыми, но потом решил, что так мне больше нравится. Так я выгляжу более щеголевато, что ли? И гораздо легче застать других врасплох, если они считают, что я слепец, который не может сделать и трёх шагов, не споткнувшись о собственные ноги. Веселье заструилось от четырех детей, и все они улыбнулись ему. «Хорошо, первое впечатление — самое важное. И эти дети... они — ключ. Я чувствую это в Силе» — Идемте, дети. — Резко оборвала его леди Старк. — Уже поздно, и вам нужен отдых. Вы сможете еще раз поговорить с вашим Лордом-Отцом позже. Выпрямившись, Нокс наблюдал за тем, как леди Старк собрала маленьких членов Дома Старк и повела их обратно в дом. «Ну... детишки находят меня забавным. Или, по меньшей мере, интригующим. В свою очередь эта леди Старк доставит мне немало хлопот. Но во время моего восхождения в Темный Совет я столкнулся с более серьезными препятствиями, чем презрение и ненависть какой-то женщины, пусть и со знатным происхождением. Она не станет настоящей проблемой. Скорее неудобством» — Простите мою жену... Лорд Нокс. — Сказал лорд Старк, наблюдая, как его супруга удаляется в замок, оставив Джона догонять, пока она вела перед собой своих троих детей. — Час уже поздний. Эти несколько дней, когда Джон исчез, превратились в настоящее испытание для нас. Нокс сомневался, что именно исчезновение Джона стало причиной плохого настроения леди Старк. Более чем вероятно, что причиной стало его возвращение. Но он не собирался говорить об этом Хранителю Севера. — Конечно, милорд, я все понимаю. И не держу обид. Кивнув, лорд Старк повернулся к трем мужчинам, стоявшим позади него. — Это мейстер Лювин. Мастер над оружием Винтерфелла сир Родрик Кассель. И мой стюард Вайон Пул. Вайон, проследи, чтобы лорду Ноксу выделили комнату в гостевых покоях. — Конечно, милорд. — Вайон Пул слегка поклонился и протянул руку в сторону бокового здания рядом с храмом — Лорд Нокс, прошу вас следовать за мной, я прикажу одному из слуг подготовить для вас комнату. — Конечно, Стюард Пул. — Нокс кивнул, а затем снова обратился к лорду Старку: — Лорд Старк, я с нетерпением жду возможности оказать Дому Старков и Северу любую помощь в будущем. Получив неожиданный отказ, Нокс повернулся и последовал за стюардом прочь от Эддарда в сторону, как он мог предположить, гостевых покоев. Его несказанно раздражало, что от его услуг так легко отказались, но сейчас он принял это как должное. «Скоро, очень скоро, я наложу свой отпечаток на этот мир. Но пока я должен проявить терпение. Лорд Старк не плохой человек. На самом деле, совсем наоборот, он почти до тошноты хорош. Из него получился бы отличный джедай... но даже джедаев можно испортить, даже им можно открыть глаза на истинное лицо мира и его окровавленный оскал. Мне просто нужно поработать над этим. Медленно и осторожно, чтобы точно достичь успеха. Да и в любом случае, всё равно особо срочных дел у меня нет, и торопиться тоже некуда. А если окажется, что есть куда торопиться... то я в любом случае останусь в выигрыше. Ведь действовать в условиях цейтнота — это интересно»

***​

Только когда солнце полностью опустилось за горизонт, лорд Старк смог обрести покой — он вошёл в свой личный кабинет и уселся в кресло Лорда. Однако до полноценного отдыха было ещё далеко. Несмотря на то, что отсутствовал он примерно неделю, ему нужно было разрешить десятки накопившихся вопросов и дел: Мастеру Миккену требовалось больше металла. Вороны, что требовали немедленного ответа. Грузы зерна, которые нужно проконтролировать и пересчитать, так как в последнее время их стало подозрительно мало. И куча других дел, требовавших внимания лорда, которыми он пренебрег за время своего отсутствия. «И подумать только, всё это сущая мелочь по сравнению с тем, что предстоит. — Угрюмо думал он, склонившись над своим столом и листая многочисленные стопки пергамента, оставленные мейстером Лювином. — До прибытия Кэт и остальных осталось недолго. И тот покой, который мне удалось обрести, исчезнет» Как и ожидалось, он успел разобраться лишь с двумя из менее серьёзных сообщений, прежде чем Кэт ворвалась в его соляр с мейстером Лювином, сиром Родриком и Вайоном. Тяжело вздохнув, Нед отложил сообщение от Рикарда Карстарка и обратил внимание на своих ближайших советников. «Ну, Кэт хотя бы решила на этот раз не закатывать скандал публично. Уже хорошо» — Полагаю, речь пойдёт о моем решении относительно лорда Нокса, не так ли? Вайон и Родрик выглядели лишь слегка обеспокоенными, но Кэт... — Нед, он чужак, иноземец. А ты не только предоставил ему права гостя, но и поселил в гостевом доме! Почему? — Потому что он спас жизнь Джону. — Просто ответил Нед. — Прежде чем мы смогли его найти, на него напали восемь одичалых в Волчьем лесу. Если бы не этот человек, Джон был бы мертв, а я, скорее всего, потерял бы несколько человек в засаде. — Простите меня, милорд. — Вмешался сир Родрик. — Но как может слепой мужчина победить восемь одичалых в честном бою? Не вероятнее ли, что он тоже одичалый, который скрытно убил сородичей и выдал себя за лорда? — Мне приходила в голову эта мысль, — кивнул Нед, — но сомнительно, что он одичалый. Его манера речи говорит о полученном образовании. А акцент совершенно не подходит северянину. И еще его доспехи. Они слишком хорошо сработаны, чтобы принадлежать одичалому, если только он не украл их у лорда. Но даже в этом случае я никогда не видел ничего подобного. Даже во время Восстания. А что касается того, как ему удалось победить стольких дикарей, то я полагаю, что его оружие компенсировало очевидный недостаток в виде отсутствующего зрения. Вытащив странную рукоять, которую ему отдал Нокс, Нед положил оружие на стол и сел поудобнее. — Мейстер Лювин, я был бы признателен вам за ваше мнение об этом оружии. Мейстер с благоговейным трепетом, словно ему вручили новорожденного младенца, взял металлическую рукоять и стал внимательно её рассматривать. — Это... очень необычно, лорд Старк. — Пробормотал Лювин, когда его пальцы начали осторожно обводить замысловатые узоры, выгравированные на рукояти. — Это тонкая работа... Я не знаю ни одного кузнеца, способного создать похожее произведение искусства. Сомневаюсь, что даже мейстеры, которые ковали свои звенья в металлургии, смогли бы объяснить подобное. Но... это всего лишь декоративная рукоять без лезвия. Если вы простите меня за вопрос, лорд Старк, почему вы считаете, что Нокс смог победить одичалых с помощью такого... оружия? Поднявшись со своего места, Нед протянул ладонь и подождал, пока Лювин передаст ему рукоять. Взяв её, Нед внимательно осмотрел эфес, пока не нашел желаемое. Когда Нокс впервые продемонстрировал им это оружие, Хранитель Севера внимательно следил за тем, как и что тот делает. И после того, как Старк получил пустую рукоять меча, он каждую ночь по дороге в Винтерфелл пытался понять, как повторить... это. Нед держал эфес поперек и в стороне от своего тела, а затем положил большой палец на слегка выпуклую верхнюю часть. Рукоять зашипела, как закаленная сталь, и из неё вырвался кроваво-красный огненный клинок. Лювин, Кэт, Вайон и Родрик потеряли дар речи, отшатнулись в удивлении и уставились на гудящий в воздухе меч. — Клянусь богами! — Выдохнул Вайон, его глаза распахнулись во всю ширь, как и у всех остальных, и он едва не задрожал. — Что... что это за меч? Мейстер Лювин первым преодолел оцепенение, осторожно шагнул вперед и протянул руку, чтобы взять у Неда уже полноценное оружие. — Будьте осторожны, не касайтесь лезвия — Предупредил Хранитель Севера, осторожно и медленно передавая меч обратно мейстеру. — Нокс продемонстрировал нам его силу. Он срубил дуб шириной с взрослого человека одним ударом, почти без усилий. — Как? — Спросил сир Родрик. Преодолевая страх, он шагнул вперед и слегка наклонился, чтобы лучше рассмотреть светящийся клинок вместе с мейстером Лювином. — Похоже, у него нет острия. Как он режет? Мейстер Лювин в свою очередь ничего не сказал. Он предпочёл молчать, медленно водя клинком по воздуху и вслушиваясь в странный гул. В конце концов Лювин взял со стола Неда чистый лист пергамента и, получив утвердительный кивок Господина, поднес его к лезвию, а затем отпустил. Лист оказался разрезан надвое в тот миг, когда прошёл через лезвие. Две половинки с тихим шелестом упали на пол. Осторожно забрав у Лювина все еще гудящее оружие, Нед с любопытством наблюдал, как мейстер наклонился и поднял с пола разрезанный лист. — Любопытно... — Пробормотал Лювин, рассматривая обрезанный край пергамента с характерным черным оттенком. — Я не верю, что этот клинок режет. По крайней мере, в традиционном смысле. И могу предположить, лишь предположить, что лезвие прожигает всё, к чему прикасается. Но в то же время... — протянув руку, Лювин провёл ладонью над опасным кроваво-красным лезвием. — От него не исходит жара. Невероятно. Застывший огонь, который проявляет свою природу лишь тогда, когда к нему обращаются... Как такое может существовать? Первой ответила Кэт. Её и без того бледная кожа стала белее слоновой кости, а глаза распахнулись от страха и тревоги. С её губ слетело одно одинокое, но весомое слово: — Колдовство.