Песнь о Северном Колдуне

Оглянувшись в ту сторону, откуда он пришел, Джон замер от шока. «Стоп… я шёл по прямому коридору. Этого поворота здесь не было!» Джон оказался менее чем в нескольких шагах от крутого поворота, которого, он готов был поклясться, не было ещё мгновение назад! Оставив резьбу в покое, он начал пробираться обратно, но обнаружил, что ничего не узнает. Это были не те коридоры, по которым он прошёл, упав в яму. Резьба на стенах, материал пола, повороты — всё другое. «Нехорошо… Нехорошо. — Появился лёгкий налёт паники, а мысли о том, что он застрял здесь, всё чаще и чаще посещали его сознание. — Довольно! Даже если я потеряюсь, то мастер Нокс… Нет… Я не могу рассчитывать на то, что он спасет меня. Это моё испытание. Это то, что я должен сделать сам!» Остановившись, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоить колотящееся сердце. «Дыши, просто дыши. Почувствуй Силу. Сила даст мне победу… и через победу мои цепи будут разорваны» Странный резонанс, который он почувствовал перед тем, как спуститься сюда, вспыхнул с новой силой «Близко. — Подумал он, открывая глаза. — Очень близко. Еще чуть-чуть и… Что это за шум?» Повернувшись на звук чего-то, похожего на постукивание, Джон успел пригнуться, когда что-то пронеслось над его головой так близко, что порывы ветра задели его волосы. Отскочив назад, он оказался лицом к лицу с… чем-то. Нечто по форме напоминало человека, но было полностью облачено в чёрную ткань, закрывающую даже лицо. Размерами существо внушало страх — оно на целую голову возвышалось над Джоном, и было чуть-ли не вдвое шире в плечах. «Боги! Это… человек? — Подумал он, отступая назад и пытаясь понять, что за предмет держит противник в руках… и чем это он замахивается… — Блять! Это меч!» Выхватив свой собственный короткий меч, Джон схлестнулся с неизвестным. Их клинки на мгновение сошлись, прежде чем фигура в плаще с шипением оттолкнула его на неожиданное расстояние. Выставив ногу вперёд, Джон поднял меч в среднюю стойку, которую показал ему Лорд Нокс, направив кончик короткого меча к потолку. Из семи Форм Меча, которые лорд Нокс заставлял его практиковать снова и снова, Джон обнаружил, что его больше всего привлекают вторая и седьмая формы: Макаши и Джуйо. Больше всего ему нравился Джуйо. То чувство, которое он испытывал, погружаясь в бой, особенно когда ему удавалось победить своих противников. Но он также любил Макаши, в частности стратегический стиль боя, который требовался при использовании этой формы. И против такого крупного противника, да ещё в тесных коридорах, Джон знал, что Макаши сейчас — лучший выбор. Дождавшись выпада противника, Джон быстро переместил ноги влево, чтобы уклониться от нисходящего удара, а затем с помощью меча отклонил клинок к земле и, используя отдачу, ускорил движение назад к своему крупному противнику. Джон ожидал, что тот уклонится, сдвинется с места или что-то в этом роде. Но случилось нечто неожиданное. Мужчина не уклонился и не блокировал дура. Вместо этого, он просто поймал острие меча Джона голой рукой. «Что?! Да это… херня какая-то!» — Выругался Джон, когда ему пришлось отпустить меч, чтобы увернуться от удара крупного мужчины, который грозил разрубить его на две части. Оставшись без оружия, Джон сделал единственное, что мог в этой ситуации: твёрдо встал на ноги, раскинул руки и изо всех сил ударил Силой. Человек, или чем бы ни было это существо, явно не ожидало удара и отлетело назад, в темноту, при этом выронив меч Джона. Подняв оружие, Джон приготовился к новой атаке из тени. Но его не последовало. Человек, напавший на него,… исчез во тьме. Он даже не мог почувствовать его через Силу. — Куда ты делся, Пекло тебя дери… — Пробормотал он вслух, сохраняя бдительность и медленно отступая от того места, где исчез мужчина, ожидая, что тот появится и возобновит атаку. «Блять, у меня нет на это времени! — Джон ещё раз быстро просканировал местность глазами и Силой, но ничего не обнаружил. — Я не могу преследовать его сейчас. Нужно просто продолжать идти вперед» Сохраняя бдительность и напрягая все органы чувств, Джон повернулся спиной к тому месту, где исчез человек, и лёгким бегом направился к резонансу, к которому изначально стремился. Внезапно для самого себя, Джон свернул за угол и оказался в большой комнате. Она была, пожалуй, вдвое меньше большого зала в Винтерфелле. И если тот факт, что он внезапно оказался в комнате, не был достаточно странным, то вот то, что в зале оказалось так же светло, как в городе за пределами гнезда, уж точно сбивало с толку. Вопрос лишь в том, откуда исходит свет. Потолок цел, окон нет, факелы давно истлели. Но Джон всё прекрасно видел. Осмотрев комнату, он заметил, что она была лишена чего бы то ни было. Единственным украшением зала была дюжина или около того статуй людей и оружия, которые стояли в центре комнаты лицом друг к другу. Все они идеально сохранились. — Ладно… — Пробормотал он, медленно входя в комнату и ощущая странный резонанс, доносящийся с дальней стороны. — Меня уже мало что может удивить. Зайдя внутрь, он направился к статуям, держа глаза открытыми, а нервы натянутыми словно струны. В тот момент, когда он проходил между статуями, его вдруг передернуло. «Резонанс! — Вздохнул он, выпрямляясь и оглядываясь. — Он здесь!» Оглядевшись по сторонам, он попытался найти то, что привлекло его сюда, но не смог заметить ничего примечательного. Пока он не сделал второй поворот и не заметил слабое мерцание света на руках одной из статуй. Остановившись на середине поворота, Джон подошёл к скульптуре. На его руке покоился золотой браслет длиной с мужской кулак, а в центре браслета — красный камень размером с большой палец. — Что бы это ни было, резонанс исходит именно от тебя. — Подумал он, протягивая руку, чтобы взять браслет со статуи. Не успели его пальцы коснуться браслета, как он услышал что-то позади себя. Лёгкое шипение и звук трения кожи о камень. Чувство ужаса наполнило его, когда он обернулся… и обнаружил себя почти лицом к лицу с самой большой змеей, которую он когда-либо видел за всю свою жизнь! Эта грёбанная тварь была почти такой же толщины, как туловище Джона. Кроме того, она вздымалась вверх и слегка отклонялась назад, так что Джону она казалась почти вдвое больше, чем была на самом деле. Но что действительно заставило аколита Ситха чуть не обоссаться, так это шкура змеи. Она слабо светилась оранжевым светом… такое он видел лишь однажды за всю свою жизнь — сразу после того, как они прошли мимо огромной морской черепахи. — Бля-я-я-ять! — Заорал Джон, отпрыгивая в сторону за одну из статуй. Он успел как раз вовремя, чтобы увернуться от огненного крыла, когда оно нанесло удар, разбив статую с нарукавником в облако обломков и пыли. — Сука! Сука! Сука!!! Что же за невезение?! — Вновь проорал Джон, скрываясь за очередной статуей, когда змея отпрянула и снова взвилась вверх. Оранжевое свечение её шкуры значительно усилилось за мгновение до того, как открылась пасть, и Джон увидел пламя, вздымающееся в задней части глотки зверя. — Да блять! — Воскликнул он и бросился бежать, только на этот раз не от змеиной пасти, а от пламени огненного вирма. — Как, сука, я должен сражаться с этой тварью?! Используя Силу, Джон поднял большую часть разрушенной статуи и изо всех сил швырнул её в змею, попав чудовищу по голове. Вирм громко зашипел. Этот звук, наполненный злобой, пробрал Джона до костей, несмотря на остаточное тепло пламени. Змей на мгновение свернулся в клубок колец. А затем бросился на него. «Кажется, я тебя этим только разозлил!» — Кикнул про себя Джон, пытаясь придумать что-нибудь, хоть что-нибудь, что он мог бы использовать против зверя! И когда он дёрнулся, чтобы спрятаться за другой статуей, он кое-что увидел. В темноте мелькнуло что-то, что вскоре вышло из тени и набросилось на огненного вирма. «Это же… Это тот самый человек, который напал на меня в зале! — Вздохнул Джон, ошарашенно наблюдая, как человек, пытавшийся убить его несколько минут назад, нынче совершенно не обращает на него внимания и несётся на огненного змея с высоко поднятым мечом. — Всё… я уже нихрена не понимаю» Вирм тоже забыл о Джоне, переключив внимание на крупного мужчину, надвигающегося на него. Открыв пасть, змей выпустила еще одну волну пламени, которое, казалось, ничего не сделало человеку, так как тот полностью проигнорировал огонь и ударил мечом по нижней части змеи. Выглянув из своего укрытия, Джон завороженно наблюдал за тем, как человек сражается один на один с огненным вирмом, уклоняясь от выпадов змея и игнорируя его пламя. Пока Джон наблюдал, он кое-что заметил. Разрушенная статуя находилась недалеко от того места, где он сейчас находился, и всё ещё целый браслет — там же. «Лучшего шанса не представится. — Подумал Джон и решил рискнуть, пока два существа, только что пытавшиеся убить его, сцепились друг с другом. Выскочив из укрытия, Джон заскользил по земле ногами вперед через гравий и осколки разрушенной статуи, хватаясь за браслет, когда проносился мимо него. Как только он положил ладонь на драгоценность, он сразу понял его назначение. Он позволял владельцу управлять огнем, но только если тот владел Магией или Силой. Джон не понял, откуда это узнал, но был абсолютно уверен в этом факте. Нацепив браслет на руку так, как раньше носила его татуя, и закрепив его, Джон вскочил на ноги, готовый встретиться лицом к лицу с огненной змеюкой и мрачной фигурой в плаще. Но те, казалось, окончательно плюнули на него и самозабвенно сражались друг с другом. «Подозрительно… всё идет слишком хорошо. — Подумал Джон, медленно отступая от них. — Пока вы дерётесь, я смогу спокойно свалить отсюда!» Но как раз в тот момент, когда он собирался сделать рывок, он увидел, что огненный вирм сделал еще один выпад, только на этот раз фигура в темном плаще не успела вовремя уклониться. В результате змея смогла оторвать ему ладонь, сжимающую рукоять меча. Человек в плаще тут же упал на колени, хватаясь за окровавленный обрубок, который когда-то был его рукой. Огненный змей поднялся на высоту вдвое выше человека, его сияние снова стало ярче, когда его пасть открылась, а в задней части горла забурлило пламя, готовое зажарить человека заживо. «Огненные вирмы убивают свою добычу, но не сразу. — Слова принца Оберина промелькнули в памяти Джона, когда он наблюдал за разыгравшейся перед ним сценой. — Они сжигают добычу, но не убивают её. По крайней мере, об этом говорят те немногие книги, которые у нас сохранились. Вирмов никто толком не изучал, учитывая, насколько они опасны. Но считается, что они слегка поджаривают свою жертву, а затем вживляют в неё свои личинки или птенцов. И тогда добыча становится носителем. Своеобразным инкубатором, которого медленно поджаривают изнутри, пока личинки не вырастут достаточно большими, чтобы поглотить оболочку. Это судьба, которую я не пожелал бы своему злейшему врагу… Ну, может быть, одному или двум из них. Но это определенно один из худших способов умереть» Возможно, человек в плаще и пытался убить его, но Джон не мог оставить его на столь ужасную участь. Если бы он так поступил, то никогда больше не смог бы встретиться с отцом, братьями и сестрами, не смог бы назвать себя Старком, даже если бы после этого путешествия остался бы бастардом. — Блять. — Выругался вслух Джон, протягивая руку с браслетом. — После этого тебе лучше больше не нападать на меня! Огонь огненного вирма вырвался из пасти змеи и обрушился на беспомощного человека. Но не успел он до него добраться, как драгоценный камень на браслете ярко засветился, пламя остановилось и, вместо того чтобы поджарить человека, сначала заклубилось, а затем сменило вектор движения, обогнуло намеченную жертву, пролетело круг и врезалось в огненного змея. Одним из многочисленных упражнений, которым мастер Нокс мучил Джона и остальных, был Танец Огня. Почти невыполнимая тренировка. Во всяком случае, выполнять её длительное время уж точно было невозможно, потому что держать огонь под своим контролем и манипулировать им было всё равно, что пытаться удержать только что пойманную покрытую слизью рыбу размером с руку. И это тренировка была с пламенем свечи… Но теперь, с помощью браслета, Джон мог управлять настоящим потоком огня с такой легкостью, что это казалось какой-то шуткой. Змея зашипела от боли, когда её атаковало собственное пламя. Пока она металась, Джон отпустил пламя и с криком бросился вперед, высоко подняв меч, готовясь отрубить огненному вирму голову. Но в тот момент, когда меч Джона уже почти коснулся змеиной шкуры, произошла очередная странность. Клинок не встретил сопротивления. Фактически, не было ничего. Меч Джона словно рассёк туман, бесполезно пролетая по воздуху и ударяясь о землю в том месте, где была змея. Сориентировавшись, Джон приготовился к любому ответному удару, который собирался нанести огненный вирм, но ничего не произошло. Комната была… пуста. Ни гигантской змеи. Ни человека в плаще. Ни пламени. Ни разрушенных статуй. Ничего. Единственное, что осталось, это амулет на его руке. — Да что здесь, блять, творится? Джон уже начал сомневаться в собственном рассудке, помня о пагубном воздействии этой проклятой земли. Однако не успел он как следует обдумать сценарий с собственным сумасшествием, как почувствовал новый отклик Силы. В отличие от предыдущего резонанса с браслетом, этот был почти как физическое притяжение, настолько сильное, что едва не свалил Джона с ног. В центре комнаты он обнаружил коробку размером примерно с голову человека, которая… просто валялась там. Из-под крышки исходило слабое белое свечение. Не совсем понимая, что происходит, и даже не будучи уверенным, что ящик вообще существует, Джон осторожно подошел к нему и кончиком меча открыл крышку. Внутри шкатулки он обнаружил источник света. Это была маленькая белая жемчужина размером с большой палец человека, которая, казалось, светилась солнечным светом, каким-то образом заключенным в ней. Драгоценность практически взывала к нему через Силу. Но это была не единственная вещь в шкатулке. Под драгоценностью лежал большой, покрытый чешуей черный камень со светло-серыми полосами по краям многочисленных чешуек. «Нет. — Подумал Джон, опускаясь на колени и осматривая содержимое шкатулки. — Не камень… Яйцо. Яйцо дракона»