Песнь о Северном Колдуне

— Возможно, нам стоит разбудить Ланнистера. — Пробормотала Дейси. — Быть может, львы не ценят честь и охочи лишь до золота, а конкретно этот лев, ко всему прочему может оказаться слегка не в своём уме… но, по крайней мере, у нас появится ещё одна пара рук. Идея была небезосновательной, как бы ему ни хотелось этого признавать. И, конечно, Герион не был его братом и не был Горой. Но все же мысль о том, что ему придется во всем полагаться на Ланнистера, не устраивала Оберина. «У Нокса, похоже, был запасной план действий на случай возможных проблем. — Подумал он, переведя взгляд на лодку, где спал человек Ланнистеров. — Не удивлюсь, если он подозревал о возможном мятеже. И надеюсь, что он сможет вывести нас до того, как его щиты на наших разумах дадут трещину и позволят местному безумию просочиться внутрь» Внезапный сдвиг обломков стены заставил всех обернуться. Оружие было наготове и готово к бою. Но в очередной раз не отведало крови — Джон Сноу появился по другую сторону обломков и замер, вытянув руки в угрожающем жесте, в то время как его глаза лихорадочно рассматривали сцену с несколькими мертвецами, разбросанными по пирсу. — Что, во имя богов, произошло? — Небольшой спор о справедливом распределении жалованья. — Сугубо на рефлексах ответил Оберин, поднимая копье. — Несколько человек решили, что имеют право на всё, что мы нашли, и намеревались оставить остальных не у дел. Собственном, остальным эта идея пришлась не по вкусу. Мятежники проиграли спор. — О. — Бастард Хранителя Севера сформировал губами идеально округлую букву О, одновременно почесав затылок. — Хорошо. И что нам теперь делать? — Теперь? — Ответил Оберин, закидывая копье на плечо. — Сейчас мы ждем, когда колдун вернется с той битвы, которую затеял. А потом мы придумаем, как укомплектовать наши лодки плюс дополнительный ялик, имея меньше четверти людей, с которыми мы начинали. Либо так, либо начинаем сортировать то, что набрали, выбрасывая добро обратно. Чего, я уверен, никто не хочет. Краем глаза он заметил, как мальчик нахмурился, а затем повернулся на север и уставился вдаль. Оберин считал себя мастером по чтению людей — это был жизненно важный навык, если ты хотел выжить в играх знати и в поединках в ямах. В поединке, едва уловимая дрожь руки, мимолётно брошенный взгляд или смещение центра тяжести могло подсказать, каким будет следующий шаг противника. А в игре со знатью ничем непримечательный жест мог нести в себе десятки смыслов и подтекстов. Поэтому в голове Оберина зазвенели сотни тревожных звоночков, когда бастард Севера застыл на месте и повернулся лицом к северу, хотя еще мгновение назад был расслаблен. Крепче сжав новое копье, Принц встал бок о бок с мальчиком. Застывшие взор Джона был устремлен на север. Он как будто что-то видел… не видя. Если так вообще можно сказать. — Мастер Нокс все еще борется с… чем-то темным. Чем-то очень сильным, и… неправильным. Совсем неправильным. Как будто сама Сила отвергает существование этого. — Джон говорил почти без эмоций, словно описывал погоду. Взглянув на мальчика краем глаза, Оберин продолжил смотреть на север. — Он побеждает? Джон покачал головой. — Я… я не могу сказать. Не с такого расстояния. Хотя… Подожди. Что… Что это?! Вот теперь Оберин испугался. Он сам ещё не понял почему, но по его спине стекла одинокая капля холодного пота. А всё из-за странного нехорошего предчувствия и… из-за Джона. Из-за того, что он стал белее снега своей родины. Будь на его месте какой-нибудь обычный ребёнок или даже воин — Принц бы проигнорировал столь явную демонстрацию эмоций. Но это был аколит Колдуна. Требовалось нечто из ряда вон выходящее, чтобы ввергнуть его в такой ужас. — Что такое, мальчик? Глаза Джона стали размером с блюдца, когда он устремил взгляд в небо. Односложный ответ был красочнее любых описаний: — Беги! Не прошло и мгновения, как с неба донёсся раздирающий уши грохот, от которого кровь в жилах заледенела. То, что увидел Оберин, было невозможным. И все же это было оно. Спустившись с облаков и пролетев достаточно низко, чтобы задеть верхушки зданий, существо явило себя во всей красе. Дракон. Огромный дракон. То самое ультимативное оружие смерти, благодаря которому Таргариены захватили почти весь Вестерос. — Разбегайтесь! Сейчас же! — Крикнул Оберин, инстинктивно хватая Джона и рывком уносясь влево, одновременно становясь между драконом и мальчиком, как бы защищая последнего. Жар был чудовищен. Оберину повезло — он оказался достаточно далеко от пути дракона, чтобы не попасть под струю огня. Но даже с такого расстояния, он отчётливо ощутил жар драконьего пламени, который прогрел его до самого нутра. А вот двум его людям не повезло. Их испепелило так быстро, что они даже не успели закричать, и Принц надеялся, что смерть настигла бедолаг быстрее, чем пришла боль от пожирающего плоть огня. — Сука, скажите мне кто-нибудь, что я нажрался вина и заснул на здоровой куче золота в Хранилище! — Заорал молодой Амбер. — Потому что я не верю, что только что мимо нас пролетел дракон и оставил полосу выжженной земли! — Это, блять, не сон, Амбер! Это ёбанный кошмар! И мы все в него попали! — Прокричал в ответ второй голос, принадлежащий мальчику из Карстарков. — Нам нужно бежать! Спрятаться!.. Спрятаться в зданиях! — Крикнула Дейси Мормонт. Ее булава была крепко сжата в руках, а взгляд устремлен в небо. — Тварь не сможет нас сжечь, если не найдет! — Нет! Оберин моргнул: голос исходил не от него, а от молодого мальчишки-бастарда, которого он защищал и который вдруг отшатнулся от него и вышел на открытое пространство. — Драконий огонь может плавить камень! Даже этот странный Валирийский камень, из которого всё построено. Если мы спрячемся между зданиями или в них самих, то дракон просто превратит их в печь. Мы также не можем оставаться здесь, потому что, если в один из своих пролётов он попадёт по лодкам, то мы потеряем единственный способ выбраться отсюда и добраться до Морского Волка к концу отведённого нам времени. Логика юнца произвела впечатление на Оберина. Они и впрямь могли бы прятаться между зданиями, пусть это и ограничило бы их манёвренность. Однако дракону необязательно видеть свою цель и бить точечно. Достаточно покрыть всю территорию пламенем, чтобы сварить их заживо. Открытая местность была сопряжена с риском, но оставалась лучшим вариантом. И независимо от того, куда идти, — в город или на открытую местность, — им нужно было убраться подальше от лодок. — Слушайте Джона Сноу! Тащите свои задницы к окраине города, или я убью вас сам и избавлю дракона от рутины! — Крикнул он, указывая копьем направление, в котором они должны были идти, а затем повернулся и тихо обратился к Джону: — Надеюсь, мальчик, какое бы задание ни поручил тебе колдун, он дал тебе какую-нибудь фокус, чтобы справиться с драконом. — Да, у меня как раз припрятан «фокус в рукаве», принц Оберин! — крикнул Джон Сноу, когда они вдвоем побежали к окраине города. — И я надеюсь, что он сработает… Это движение было едва различимым, но краем глаза Оберин заметил, как Джон тронул рукав своей туники на правой руке. «Похоже, ты говорил в буквальном смысле. Интересно посмотреть, за чем же тебя послал колдун» — Осторожнее, парень! Мне нравится такая самоуверенность! И ты можешь мне очень понравиться! А если и не мне, то Элларии точно. Ей нравятся остроумные и храбрые молодые мальчики, и девочки… — Заткнись, блять! — Крикнула Аша, что бежала чуть впереди них двоих. — Подумаешь о своем хере потом, принц! Сначала дракон! Потом хер! Дракон-хер! Несмотря на ситуацию, Оберин почувствовал, как его лицо под маской расплылось в улыбке, когда он уставился на затылок женщины Грейджоя. — Это предложение, леди Аша? — Да ты зае… — Он приближается! В УКРЫТИЕ! Услышав надрывный крик Сноу, все разбежались кто куда, заняв любые укрытия, какие только смогли найти. «Дерьмо. — Выругался Оберин, пристраиваясь за углом здания, как раз тогда, когда раздался рев дракона и хлопки его крыльев. — Мы еще не вышли на открытое пространство! Эта тварь высрет огоньку как в прошлый раз, и мы все сваримся до полной готовности!» Едва Оберин начал различать сквозь туман с пылью очертания дракона, он наконец осознал то, что билось в его сознании с момента, как он спрятался в укрытие. Это было ощущения неправильности. А если конкретней — Джона Сноу больше не было рядом. Он стоял посреди улицы и смотрел на дракона, который летел прямо на него. «Дебил! — Мысленно простонал Принц, готовый выскочить из своего укрытия и вытянуть мальчика с пути дракона. — Не очень-то хочется искупаться в здешних водах… но если я буду бежать достаточно быстро, то у меня должно хватит сил и времени, чтобы спрятать нас обоих в воде, и молиться, чтобы мы не свари… что ты делаешь?» Оберин осёкся, когда уже было собирался рвануть на спасение юного аколита. Потому что увидел, как тот небрежно поднял руку в сторону дракона. От этого действия его правый рукав откинулся, обнажив на предплечье мальчика золотой браслет с рубиновым камнем в центре. Драгоценный камень начал ярко светиться как раз в тот момент, когда пасть дракона раскрылась и пламя вырвалось наружу, поглотив Джона и всё вокруг. Пригнувшись обратно, Оберин закрыл глаза. «Блять… отвлекся! Не спас! Проклятье! Что это был за…» Его поток мыслей оборвался, когда внезапный порыв ветра растрепал одежду. Пламя дракона не рассеивалось. Более того, оно разгоралось, прямо над тем местом, где стоял Джон. Принц Дорна многое повидал и пережил за свою жизнь. Больше, чем может надеяться увидеть или пережить большинство жителей этого мира. Но узреть бастарда Винтерфелла, стоящего среди бушующего вихря пламени с поднятой над головой рукой и напряжённым от концентрации лицом? Это что-то из ряда вон выходящее. Что-то новое, даже для него. С воплем, превосходящим любой боевой клич, который Оберин когда-либо слышал, Джон повернулся, и буйство пламени последовало за жестом, словно раб его воли. Огонь сжался в шар, и, словно камень выпущенный из требуше, полетел прямо в спину дракона. Легендарный зверь издал рёв, кувыркнулся в воздухе и протаранил несколько зданий. Оберин первым пришёл в себя, подобрал челюсть с земли и направился к Джону. Взгляд его метался между Бастардом Винтерфелла и местом, куда упал поверженный дракон. — Укусите меня Семеро… И за чем, во имя Семи Преисподних, тебя послал колдун? Что ты нашёл, что позволило сделать… это? — Талисман. — Односложно ответил Сноу. Его лицо выглядело более чем слегка осунувшимся, но сосредоточенный взгляд не сходил с направления, где скрылся страшный враг. — Я не знаю точно, как, но он… усиливает мои способности Силы. Правда не все, а лишь контроль над огнём. Мастер Нокс никогда раньше не говорил ни о чем подобном. — Что ж, повезло нам. — Заметила Дейси Мормонт, держа булаву наготове и не сводя глаз с упавшего дракона. — Но скажи мне, пожалуйста, что ты был не настолько глуп, и не использовал эту штуку на драконе, не зная наверняка, что она сработает. — Ну, вообще-то я действительно не был уверен, что она сработает против драконьего пламени. — Сказал мальчик, а затем поспешно добавил. — Но я успел его испытать против огненного вирма, убив его, его же собственным огнём. По крайней мере, я так думаю. Поэтому я просто предположил, что против дракона оно сработает похожим образом. Легкость, с которой он рассказал о своих приключениях, заставила многих замереть. Несомненно, они вспомнили свою первую и единственную встречу с одним из самых опасных существ, возможно, во всем известном мире — Огненным Змеем. Хотя титул самого опасного существа пора забирать обратно. Ведь оказалось, что драконы не вымерли вопреки расхожему мнению, и они были тому свидетелями. Когда Оберин приблизился настолько, что смог дотронуться до мальчика, ему пришлось пересмотреть свою первоначальную оценку того, что мальчик выглядит слегка истощённым. Истощенным — это еще мягко сказано. Он выглядел так, словно только что пробежал от Солнечного Копья до Водных Садов по самому солнцепёку. «Пусть я толком ничего не знаю о магии, которую используют колдун и его аколит, зато знаю правило, которое действует на все типы магии: она требует больших затрат энергии. Эти двое использовали свою магию без перерыва в течение нескольких дней, чтобы направлять нас и обеспечивать безопасность. А Джон, по его собственному признанию, уже сразился с огненным вирмом, и только что вновь использовал свою силу, чтобы отразить огонь дракона. Подвиг, который считался невозможным!» — Мальчик дал нам шанс! — Воскликнул Оберин, заставляя себя отвлечься от мыслей и вернуться в реальность. — Он повалил дракона на землю, что дает нам шанс убить его. — Погоди, ты хочешь, чтобы мы пошли пешими охотиться на эту грёбанную тварь? — Почти прокричал парень из Карстарка. — Ты видел, насколько большое, блять, это чудище?! — Да. — Кивнул Принц Дорна. — И пока оно в воздухе, этого здоровенного ублюдка невозможно убить без тяжелого скорпиона или баллисты. Так что наш лучший, и даже единственный шанс выжить — это попытаться убить его именно сейчас, пока на земле. Так мы хотя бы можем до него достать. — Как конкретно будем убивать? — Прорычал Амбер, вмиг переходя на деловой тон и лихорадочно выискивая возможные способы завалить легендарную дичь. — Мы ненавидим и достаточно хорошо знаем уродцев. И у нас три проблемы. Первая: их кожа прочнее тяжёлой пластинчатой брони. Я не уверен, что мы сможем пробить её даже с нашим новым оружием из валирийской стали. Вторая — туша ублюдка настолько огромная, что мы попросту не сможем вогнать клинок или копьё достаточно глубоко, чтобы действительно нанести серьёзную рану. И третья проблема… ты охотился когда-нибудь на медведя? Эти звери свирепеют и становятся в десятки раз сильнее, если их загнать в угол, разозлить и ранить. — Световой меч мастера Нокса. — Вновь взял слово Джон, решая самую острую проблему и всего на секунду опережая Оберина, который хотел ответить так же. — Световой меч может разрезать что угодно. Я видел, как он без труда рассекает сталь, дерево, даже твердую породу камня. Если и есть оружие, способное убить дракона, то это оно. Мастер Нокс далеко, но я чувствую, что он возвращается. — Тогда мы поступим следующим образом. — Принял решение Оберин. — Сейчас, скорее всего мы уже не успеем напасть на тварь. Потеряли время на обсуждение… но оно и к лучшему, теперь есть план. Итак, Сноу использует свою… магию, чтобы спустить дракона с небес на землю. И как только ублюдок упадёт, мы попытаемся его убит. А если ничего не получится, то просто задержим его и дождёмся колдуна, который зако… — Что-то появляется из тумана! Повернувшись, Оберин прищурился и вгляделся вдаль, смутно различая контуры стены, затянутой туманом. Поначалу он ничего не разглядел сквозь облако пыли и пара. Но уже через пару секунд он увидел фигуры, странно похожие на людей, хромающие прямо на них. Это были несчастные люди, чья кожа по цвету и фактуре напоминала всё те же каменные стены, которые их окружали. И как будто внезапного появления каменных людей было недостаточно, положение усугубилось драконом — послышались характерные хлопки тяжёлых крыльев и рёв твари, которая вновь взмыла в небо. — Пекло меня побери. — Пробормотал он. — Как раз то, что нам сейчас нужно. Чертовы каменные люди! Реакция всех была примерно такой, как он и ожидал: все, от знатных до простолюдинов, от мужчин до женщин, в страхе и отвращении сделали шаг назад. Проверив рукава своей туники и убедившись, что они полностью закрывают руки, он поднял воротник и, шагнув вперед, сжал копьё обеими ладонями. — Построиться в линию! Будем сражаться группами по десять человек, чтобы дать другим возможность отдохнуть. Прежде чем вступить в бой, убедитесь, что каждый участок вашей открытой кожи чем-то прикрыт. Никто не шагнул вперёд, чтобы присоединиться к нему. Никто, кроме Сноу, который уже доказал, что у него самые большие яйца. Джон поправил рукава, достал короткий валирийский меч, выданный Ноксом из хранилища, и приготовился к бою. — Не ты, мальчик. — Хрипло выдохнул Оберин, вытягивая копье в сторону и преграждая путь. — Ты единственный, кто может справиться с драконом, когда тот снова появится. Остальные не дадут каменным людям добраться до тебя. Юноша выглядел так, будто сейчас взорвётся протестом, но далекий рёв дракона, все еще висевшего в небе, поумерил его пыл. Коротко кивнув, Джон принял свою роль и отошёл назад. Его место тут же занял тёзка — Маленький Джон Амбер, с налившимися кровью глазами и застывшим в холодной ярости лицом. Следом подошли дочь Оберина, Аша Грейджой, паренёк из Карстарков, Дейси Мормонт и даже несколько простолюдинов. — Ха! Похоже у вас, бабы, яйца побольше, чем у большинства. — Ехидно произнёс Оберин, намерено повышая голос и скашивая взгляд на оставшихся позади мужчинах. Те ни за что не вытерпят такую издёвку. — Будем надеяться, что вы столь же искусны. — Заткнись, блять! Сейчас мы умоем их кровью! — Задорно прорычал Амбер, наблюдая за бегущими вперёд каменными людьми. От этой жажды крови, едва ли не ауры, которую испускал здоровяк, остальные воины невольно скривились в предвкушающем оскале.