Второй шанс

      Уже битые пятнадцать минут Драко мялся у столовой, не решаясь нажать на дверную ручку.       Он плохо помнил остаток вчерашнего дня. Сон сморил настолько быстро, что в памяти не осталось ни то, как Риддл привёл его в порядок, ни то, как они аппарировали в спальню. Лишь утром он с удивлением обнаружил, что лежит в собственной постели. И в первую секунду в голову даже закралась мысль, что ему всё приснилось, но приятная боль во всём теле и наливающиеся фиолетовым отметины на груди намекнули на то, что он ошибается.       Спешно одеваясь, Драко позволил себе ненадолго задержаться у зеркала, не в силах отвести глаз от представшей картины. Его тело было похоже на холст, что попал в руки авангардного художника. Каждый мазок являлся отражением желания, страсти, которая прежде была сокрыта под маской равнодушия. И свести этот шедевр у Драко не поднялась рука. Он хотел помнить каждый миг, что они провели вместе, каждое прикосновение к коже, каждый вздох, что ласкал слух. От одной только мысли горячая волна возбуждения снова начала зарождаться внизу живота. А вот уверенность, с которой он собирался спуститься к завтраку, таяла на глазах. Драко совершенно не представлял, что говорить и как теперь вести себя с Риддлом. Возможно, тот и вовсе сделает вид, что ничего не произошло? От чего-то эта мысль отозвалась неприятной резью в солнечном сплетении. Он не ждал признаний в любви — это было бы по меньшей мере наивно — но и притворства тоже не желал.       В итоге Драко всё равно пришёл к тому, что рано или поздно они столкнутся лицом к лицу, и глупо оттягивать этот момент. Поэтому, стоя сейчас у дверей столовой, он сделал несколько глубоких вдохов и отворил дверь.       — Я уже было подумал, что ты не придёшь, — раздался низкий, насмешливый голос, стоило только переступить порог.       Риддл, как обычно, сидел во главе стола и неспешно потягивал чай. Он выглядел донельзя довольным и расслабленным, словно уже успел захватить весь мир. И лёгкая небрежность, выражавшаяся в закатанных рукавах рубашки и расстёгнутом вороте, лишь дополняла образ.       — У тебя нет никаких планов? Хочу сегодня посмотреть, что произошло в доме Поттера. Драко машинально кивнул, не особо вслушиваясь в вопрос.       Чувственные губы сомкнулись на ободке фарфоровой чашки, и перед глазами вспыхнуло воспоминание того, как вчера они ласкали его, оставляли жгучие поцелуи и доводили до исступления. Безумно захотелось впиться в них, ощутить жадные руки на теле и снова стонать до сорванного голоса, отдавая всего себя.       Драко нервно сглотнул и, обойдя Риддла, опустился на своё место.       Непристойные мысли неумолимо заполняли голову, и чтобы хоть как-то отвлечься, он принялся методично нарезать омлет. Свежий ароматный завтрак должен был вызывать аппетит, но голод, который терзал его, был совершенно иного характера.       — Вы хотите сделать это сразу после завтрака? — прозвучало настолько двусмысленно, что он почувствовал, как горят кончики ушей.       Риддл смерил его потяжелевшим взглядом, задержавшись на распахнутом вороте рубашки. Драко забыл, как дышать, слишком поздно осознав, что в нём, должно быть, было видно засосы. Чересчур вульгарно и совсем не под стать аристократу. Но в самую пору для того, кто сейчас с готовностью бы распластался на столе, стоило только Риддлу намекнуть на это.       Он опустил глаза в тарелку, накалывая на вилку кусочек пышного омлета.       Ножки стула скрипнули о каменный пол.       Шаг.       Ещё.       Обычно неслышные шаги сейчас звучали в ушах громче колокола на часовой башне Вестминстерского замка .       Драко тщательно пережевал омлет и поднёс к губам чашку.       Риддл стоял позади. Его присутствие ощущалось каждой клеточкой тела, натягивая нервы как тугую тетиву.       — Ты сделал это специально?       Выдох в затылок окатил горячей волной. Драко пришлось сделать усилие, чтобы не расплескать чай, но чашка, словно в насмешку, нервно звякнула о блюдце.       — Сделал что? — ему удалось сказать это почти что безразлично и буднично.       Можно было обернуться, заверить, что это случайность, и Риддл бы прекрасно понял, что Драко не врёт, но мысль немного подразнить Тёмного Лорда внезапно показалось до безумия возбуждающей. Ведь ему ничего не будет за эту маленькую, безобидную игру, верно?       — О чём ты думал, спускаясь сюда в таком виде?       Драко положил нож на тарелку, просто боясь, что ещё одно движение за спиной, и он выронит его.       — Люциус столько сил вложил в твоё воспитание, — чужие руки опустились на плечи, — а ты вырос таким бесстыдным мальчишкой.       — Не вам на это жаловаться. Ох, — пальцы с силой сжали шею.       Если таким способом Риддл хотел остудить его пыл, то он просчитался. Тело буквально вибрировало от возбуждения, подталкивая на ещё более безрассудные слова.       Драко облизал пересохшие губы. Он боялся перегнуть палку, добившись лишь того, что в итоге его бросят неудовлетворённого. Это было вполне в стиле Риддла.       Свободная рука скользнула в вырез рубашки и с нажимом очертила один из засосов.       — Ты забыл заклинание? У тебя вполне должно было хватить сил на него.       Желание затуманивало разум, и Драко не мог понять, отчитывают его или дразнят. Казалось, что второе, но в таком состоянии он даже Круцио счёл бы за прелюдию.       — Я жду ответа.       Неспешная ласка перетягивала на себя внимание и никак не помогала найти подходящие слова.       — Я, — Драко чуть развёл ноги, надеясь, что это движение останется незамеченным, — не хотел.       — Вот значит как. Тогда чего же ты хотел? Любоваться ими в зеркале, лаская себя? Или, быть может, чтобы я любовался ими, разложив тебя прямо на этом столе?       «Мерлин, да! Да на оба вопроса!», — рвалось из груди, но Драко лишь вцепился в столешницу. Сущая пытка.       Он был настолько поглощён мыслями о том, чтобы не сказать лишнего, что упустил момент, когда Риддл неожиданно наклонился ниже и накрыл его пах ладонью. Стон слетел с губ против воли.       — Кажется, сегодня ты немногословен, — горячее дыхание коснулось скулы. — Может быть, так я смогу разговорить тебя?       Пальцы сжали сквозь брюки уже затвердевший член. До дрожи захотелось толкнуться навстречу им и в полной мере ощутить наслаждение, которое они могли подарить.       Риддл переместил руку с шеи и потянул за волосы, заставляя откинуть голову. Их взгляды встретились, и Драко услышал жалобный всхлип, больше похожий на скулёж. Кажется, принадлежавший ему самому.       — Я не буду смотреть. Хочу, чтобы ты сам сказал это. Вслух.       Драко разрывался между мучительно ласкающей рукой и бархатистым голосом, заставляющим сердце трепетать. Каждое слово, каждый чёртов взгляд отдавался обжигающе-огненной волной, которая концентрировалась в паху. Это жжение снедало изнутри. От него невозможно было избавиться, невозможно отрешиться. Только дойдя до пика, оно смогло бы унять нестерпимый зуд.       — Сильнее, — не вытерпев, простонал Драко, — не через штаны. Умоляю.       На последнем слове глаза Риддла будто полыхнули красным. Он крепче сжал волосы, почти до боли выгибая шею, и впился зубами в нежную кожу, терзая и тут же зализывая.       Рука скользнула под пояс брюк.       — Чёрт, да!       Хриплый вскрик утонул в яркой волне удовольствия, когда Риддл, больше не церемонясь, принялся жёстко двигать ладонью вдоль члена. Его пальцы то неумолимо терзали головку, то мягкими, едва заметными поглаживаниями касались мошонки. Драко казалось, что он вот-вот сойдёт с ума.       — Я дам тебе кончить, только когда услышу ответ.       Драко отчаянно заскулил и вскинул бёдра, но Риддл разжал кулак.       Чёрт, он просто не успокоится, пока не заставит его сгорать от стыда.       — Да, я хочу, чтобы вы трахнули меня на этом столе. В своём кабинете, в кровати, где угодно. Чтобы в мэноре больше не осталось мест, проходя мимо которых, можно было не вспоминать о том непотребстве, что мы творили, — Драко выпалил это на одном дыхании, стараясь не думать о словах, за которые он позже будет проклинать себя. Он зажмурился, чтобы не видеть самодовольства Риддла, но оно всё равно настигло его.       — Молодец. Мне нравится, как это звучит.       Губы накрыл целомудренный поцелуй, от которого на душе почему-то стало невероятно тоскливо. Всепоглощающая нежность, пришедшая на смену грубым движениям, буквально разрывала сердце. Драко казалось, что он рассыпается на части, обращается в пыль. Это было настолько же невыносимо, насколько и прекрасно. И он тонул в удовольствии, до боли стискивая пальцами жилистое запястье и умоляя не останавливаться. Слепо тянулся за губами, что ускользали каждый раз, когда он настигал их, и слушал шелест проникновенного голоса, шаг за шагом подталкивающего к разрядке. В один миг всё это слилось в гигантскую волну — цунами, что, в конце концов, обрушилось на него, лишая голоса и забирая остатки сил.       Драко отстранённо проследил, как Риддл поднёс к его лицу перепачканную руку, и без раздумий слизал собственное семя с пальцев, что мгновение назад заставили его изгибаться в сладостном оргазме. Кажется, у Тёмного Лорда вошло в привычку трахать его рот пальцами, но Драко не возражал. Он находил это действие до дрожи возбуждающим, правда, в следующий раз предпочёл бы добавить немного разнообразия и ощутить на языке вкус чужого члена.       — Жду тебя в кабинете, — донеслось как сквозь вату.       Риддл отнял ладонь, до конца очистил её заклинанием и медленно направился к выходу.       — Ох, совсем забыл о манерах: приятного аппетита, — с лёгкой издёвкой в голосе сказал он и скрылся за дверью.       Как только шаги в холле стихли, Драко сполз по стулу, прикрыв лицо руками. Голова налилась свинцом, а все мысли перемешались.       — Салазар тебя раздери. Это же полное безумие.       Если до этого он боялся, что Риддл просто сделает вид, что ничего не было, то теперь стало ясно, что зря. Похоже, тот собирался получить из сложившейся ситуации максимум выгоды.

* * *

      Ещё какое-то время Драко поковырялся в тарелке с завтраком, но аппетит пропал окончательно, и он направился в кабинет.       Риддл сидел за письменным столом, закинув ногу на ногу, и что-то сосредоточенно читал.       — Так быстро? — спросил он, не отрываясь от книги. — Садись, мне нужно ещё минут десять.       Драко привычно опустился в кресло напротив и отвернулся, делая вид, что изучает забитые артефактами полки. От одного только взгляда на стол в голове всплывали картины вчерашнего дня, которые он тщетно пытался забыть. Сейчас ему следовало сосредоточиться на воспоминаниях о событиях в доме Поттера, чтобы облегчить себе жизнь, а не думать о сексе. Но как назло даже недавний оргазм не поспособствовал очистке разума.       Сделав несколько глубоких вдохов, Драко прикрыл глаза. Он мысленно отделил нужное воспоминание и постарался возвести вокруг других стену покрепче. Теперь ему нечего было скрывать, но обрывки других дней могли помешать Риддлу сделать всё безболезненно, а мучиться головной болью и чувствовать себя как выжатый лимон совершенно не хотелось.       — Готов? — донёсся ровный голос, и Драко распахнул глаза.       — Да. Если вы освободились, то давайте не будем тянуть.       Риддл подошёл к креслу и присел на подлокотник. Положение показалось Драко несколько странным и не совсем удобным, но он не стал возражать, чтобы не сбивать ни себя, ни Тёмного Лорда с нужного настроя.       — В твоём состоянии безопаснее было бы использовать омут, но это займёт слишком много времени. Постараюсь быть осторожным, — он подался чуть вперёд, устанавливая зрительный контакт. — На счёт три. Раз, два, три.       Чужое присутствие откликнулось лёгким свежим ветерком. Таким непривычным, что Драко даже растерялся, не сразу поняв, что в его разум уже проникли. Не было ни боли, ни суматошно-мельтешащих картинок, от которых к горлу постоянно подступала тошнота, ни страха. Только спокойствие. Возможно, он не зря подготовился, а может быть всё дело было в Риддле, который теперь действовал мягче и бережнее.       События злополучного дня медленно поднимались со дна сознания. Они были какими-то тусклыми, и Драко даже толком не успевал осознать, что именно видит, как воспоминание менялось. Вот он бредёт по серым улицам Лондона, а через секунду уже висит в воздухе на кухне и судорожно пытается сообразить, как избавиться от Уизли.       Сцена боя растянулась, как в замедленной съёмке.       Риддл с особым вниманием изучал каждое брошенное заклинание, каждое произнесённое слово, но в них не оказалось ничего подозрительного. Всё это они проходили ещё в Хогвартсе, и ни одни чары не могли стать источником проклятья. Чужое раздражение отозвалось лёгким покалыванием в затылке, но почти сразу исчезло. Воспоминания устремились дальше, доходя до момента с тайником.       Резная шкатулка с рунами. Брошь на бархатной подложке. Даже сейчас он помнил, как приятно она ощущалась в руке.       Драко вскрикнул от резкой боли. Перед глазами на мгновение всё померкло, а затем проступили очертания кабинета.       Риддл буквально подскочил с кресла, отходя к столу. Он опёрся руками в столешницу, склонив голову, и шумно втянул воздух. Драко видел, как напряглась каждая мышца в его теле, как плечи медленно поднялись, а затем опустились вместе с тяжёлым вздохом, и невольно съёжился.       — Я ведь просил ничего не трогать. Неужели это такая непосильная задача?       — Но…       — Помолчи, — буквально прошипел Тёмный Лорд. Ещё немного, и слова точно превратились бы в парселтанг. — Ты ведь не Поттер, который рос в маггловской семье, прекрасно знаешь, что существует множество опасных вещей, и неспроста их хранят в тайниках. Неужели в тот момент у тебя даже не возникло мысли, что не следует трогать брошь? Мало того, что ты потратил на неё время, за которое вполне мог бы успеть уйти, пока Уизли не явилась домой, так ещё и проклятье.       Драко закусил губу, понимая, насколько Риддл прав. Всей вереницы неудач, что обрушилась на него, вполне могло бы не быть, если бы не дурацкое любопытство.       — Мне очень интересно услышать, почему ты это сделал.       — Я не знаю… — вот и всё, что смог выдавить он, боязливо поглядывая на согнувшуюся над столом фигуру. — Не смог удержаться. Еще в воспоминании Поттера брошь привлекла внимание. А когда я открыл коробку, то в голове словно помутилось. Руки сами потянулись достать её.       — Это не удивительно, — Риддл обернулся, присаживаясь на край стола. Он выглядел… разочарованным? Драко было сложно понять, какую именно эмоцию выражало его лицо, но от одного взгляда на душе заскребли книзлы. — Проклятые вещи всегда притягивают жертву, в этом весь смысл. Но, — он на секунду замолчал. Линия челюсти напряглась, а скулы стали острее обычного, — если бы ты не открыл футляр… я более чем уверен, что на нём были защитные чары.       Драко потупил глаза в пол. Он слышал раздражённое постукивание по столешнице, тяжёлое дыхание, и не находил, что ответить.       — Ладно, — резкая перемена тона заставила вскинуть голову, — сделанного не воротишь. Можно сколько угодно рассуждать о том, что могло бы быть, но какой от этого толк. Просто будь осмотрительнее. Думай, прежде чем делать, — Риддл поймал сдержанный кивок и взял со стола какое-то письмо. — У меня неплохие новости. Пришёл ответ по поводу проклятья, и есть все шансы его снять.       Драко тут же встрепенулся, подавшись вперёд.       — Когда мы сможем это сделать?! Я готов хоть сегодня.       — Этот человек пока не в Англии, поэтому придётся подождать его возвращения.       — Что? Но вдруг окажется слишком поздно? Мы не можем тянуть, времени осталось всего ничего. Вы ведь даже не знаете, сколько точно, — Драко с силой сжал подлокотники. Он видел, насколько Риддл спокоен, однако это хладнокровие не помогало успокоить зародившееся волнение.       — С зельем его достаточно. Мы договорились о встрече через неделю.       Драко разочарованно простонал, откидываясь на спинку кресла. Слишком долго. Он успеет сойти с ума за это время.       — И что будет, если этот ваш человек не справится? Мы даже не успеем найти кого-то ещё.       — Не думать об этом, — пожав плечами, ответил Риддл. — Ты всё равно ничего не можешь сделать. Я попробую усилить эффект зелья на этот случай, но не то чтобы у меня было в запасе множество людей, к которым можно обратиться с такой проблемой. Хотя, возможно, Вальбурга могла бы что-то рассказать. — Вальбурга? При чём здесь она?       — Это реликвия семьи Блэк. Она упоминала о ней в школьные годы. Тогда Вальбурга серьёзно повздорила с одним пуффендуйцем и всё грозилась, что после каникул привезёт брошь и подбросит ему.       — Ну да, вот только она не появляется на портрете в мэноре. Поэтому даже не знаю, как вы собрались её расспрашивать. Опять к Поттеру в гости наведываться, только теперь на Гриммо?       — Поэтому оставим на потом, — Риддл убрал письмо в конверт и, обойдя стол, спрятал его в один из ящиков.       — Этот ваш человек, — не унимался Драко. Ему хотелось хоть каких-то подтверждений, что проклятье удастся снять. — Насколько ему можно доверять? Точнее, он и правда разбирается в этом?       — Это сестра мастера палочек, к которой ты ходил.       — О-о, — только и смог протянуть он.       — Мы знакомы достаточно давно и близко, чтобы я мог поручиться за них. И, пожалуй, она действительно самый сильный шаман, который мне пока встречался.       — Откуда они? Из Африки?       — Нет, Луизиана. Разве ты не заметил по речи?       Драко покачал головой. Он так был увлечён происходящим вокруг, что действительно не обратил на это внимания.       — Хотя они уже настолько давно в Англии… — Драко заметил тень грустной улыбки, на секунду залёгшую в уголках губ. Риддл взмахом руки отправил на стеллаж пару толстых фолиантов со стола и нахмурился, разглядывая какой-то свиток. — Даже не помню, когда мы виделись в последний раз. Кажется, это было перед моим путешествием в Албанию.       — Почему они помогают вам? Мне не показалось, что ваши взгляды совпадают, если можно так выразиться.       Риддл хмыкнул, бросив свиток прямо в горящий камин. Пламя жадно облизало бумагу и за считаные секунды превратило её в горстку пепла.       — Верно. Они с самого начала не имели никакого отношения к Пожирателям и моим планам. Нас связывало нечто другое. Я был им как младший брат. Они присматривали за мной во время каникул: кормили, давали кое-какую одежду, которую мне приходилось прятать от других приютских детей и воспитателей, рассказывали о магии то, чего не было в школьных учебниках. Не могу сказать, что мы виделись часто — незаметно сбегать из приюта было не самой простой задачей, и всё же это не мешало относиться ко мне как к члену семьи.       Драко был уверен, что Риддл никогда не испытывал ни к кому никаких тёплых чувств, отчего это откровение звучало едва ли не дико. Разве он не должен был самым бесстыдным образом использовать своё окружение в личных целях?       — Но разве этого достаточно, чтобы втягивать себя в незаконные дела?       — О, тут я не при чём. Их бизнес с самого начала был не совсем легальным. Поэтому не стоит думать, что именно я стал причиной, по которой они сейчас скрываются не в самом лучшем маггловском районе. Даже скажу больше: именно благодаря мне они смогли остаться в Лондоне.       — И никаких подробностей? — скорее для проформы спросил Драко, прекрасно представляя, что услышит в ответ.       — Это не моя тайна. Просто знай, что у них своего рода долг передо мной, и этого достаточно, чтобы выполнить просьбу человека с не самыми близкими тебе взглядами. В конце концов, ты ведь тоже мне помогаешь, — Риддл прищурился, опасно оскалившись. Колкий взгляд проник прямо под кожу, разливая по венам адреналин, отчего ладони вмиг покрылись испариной.       — Потому что это выгодно мне, — не стал хитрить Драко.       — Да-а. Переспал ты со мной по этой же причине?       Если бы у него было время, он бы точно смог придумать достаточно достойных ответов, но дурацкий язык выдал самое безвкусное, что только можно было представить.       — Потому что падок на всё красивое.       Риддл удивлённо приоткрыл рот, а затем рассмеялся.       — Ты никогда не отличался излишней легкомысленностью, но так уж и быть, сделаю вид, что поверил.       — Разве то, что я поддался, не означает обратного?       — О, отнюдь. Ты думал, взвешивал, сопротивлялся собственным желаниям. И мне кажется, даже сейчас ты не до конца принял свой выбор.       Драко не нравилась проницательность, с которой Риддл делал выводы. Хотелось оставить что-то для себя, не открываться полностью там, где это не требовалось для дела. Он обещал ничего не скрывать, но разве это значило, что он должен был выставлять напоказ свои чувства и мысли? Такая откровенность смущала, и казалось, что ты не принадлежишь себе. Впрочем, из-за данных обещаний так оно и было.       — Вы знаете, как будет проходить снятие проклятья? — Драко не жаждал и дальше обсуждать эту щекотливую тему, поэтому перевёл разговор.       — Я не очень разбираюсь в магии Вуду. Сильные шаманы рьяно охраняют тайну ритуалов и почти никогда не доверяют секреты кому-то извне. Обряды не имеют строгих канонов и отличаются в зависимости от региона, да и колдуна, который их проводит.       — Но почему именно Вуду? Разве проклятье имеет какое-то отношение к нему? Не помню, чтобы в роду Блэк кто-то практиковал эту магию.       — Одним из главных направлений является целительство. Возможно, именно нестандартный подход, который мог быть не предусмотрен артефактором, как раз поможет вернуть тебе силу.       — Звучит не очень убедительно.       — Если у тебя есть вариант получше, то я всегда готов его выслушать, — Риддл выжидающе посмотрел на Драко, но тот лишь неловко отвёл взгляд. В его положении стоило бы помалкивать, а не ставить под сомнение предложенные идеи, но неизвестность слишком пугала, чтобы держать язык за зубами. Драко в целом не мог усидеть на месте. Ему хотелось разобраться с проблемой как можно скорее и вдохнуть полной грудью, не думая о том, что в скором времени он может превратиться в букашку в мире магов.       — Вы знаете, почему я так говорю. Мне невыносима сама мысль о предстоящей неделе. Шесть дней беспрерывного ожидания. Очень похоже на то, что я испытал, сидя в заключении в министерстве.       — Тогда ты уже должен был привыкнуть, — беззлобно поддел Риддл. — У нас есть все шансы на успех, поэтому не стоит думать только об этом. Так и с ума сойти можно, что, вероятно, для тебя будет похуже, чем стать сквибом.       — Вот уж не уверен.       — Вспомни Вальбургу. Никакой гарантии, что ты будешь тихо-мирно доживать остаток дней.       — Тогда придётся вам мириться с моими выходками. Кто ещё вам поможет, если не я. Наверняка от меня будет польза даже в таком состоянии.       Тёмный Лорд вздёрнул брови. Весь его вид говорил об излишней самонадеянности Драко, но почему-то тот чувствовал, что прав.