Второй шанс

      — И кто мне объяснит, зачем мы собрались у меня дома? Да ещё в такой, признаться, странной компании, — Нотт упёрся локтями в колени, подавшись вперёд. Его взгляд поочерёдно задерживался то на странно притихшем Драко, то на Поттере, что деловито сложил руки на груди и выжидающе смотрел на того же Драко. — Нет, мы, конечно, можем и дальше так сидеть — в Мунго мне только через два дня.       — Да хорошо! Я расскажу, ты же этого хотел? — вспылил Драко, зло покосившись на Гарри.       Когда под вечер четвёртого дня в мэнор наконец-то прилетела запыхавшаяся сова от Поттера, Драко уже решил, что проблему ему расхлёбывать одному. Впрочем, думать об этом оказалось куда приятнее, чем о сексе с Риддлом. Как только мысли возвращались к нему, желудок сворачивало в тугой жгут, и единственное, чего хотелось — вспороть себе живот и вырвать ноющее нутро. Ни тысяча наложенных очищающих заклинаний, ни кипяток, льющийся из душа, не могли смыть ощущение никчёмности. Потому что оно уже успело просочиться под кожу и расползлось вместе с кровью по всему телу. И Драко решил, что лучше будет думать о своём безрадостном будущем, всеми силами решая, казалось бы, самую неразрешимую загадку, чем ещё раз вспомнит ощущение чужих рук и губ.       Письмо он открывал со странной смесью надежды и раздражения. Но злость, что Поттер заставил столько ждать, утихала с каждой новой строчкой. Вспыхнув лишь в самом конце, когда Драко увидел главное условие: взять в дело Нотта. Он тогда чуть не швырнул в сову подвернувшимся под руку канделябром, вовремя осознав, что птица тут ни при чём. Пришлось отослать её пустой, потому что принять такое решение оказалось сложнее, чем сказать Гарри: «Волдеморт жив». Драко до зубовного скрежета не хотел втягивать в это Теодора. В первую очередь опасаясь за его жизнь.       И вот теперь план рушился на глазах.       Драко выпалил всё на одном дыхании. Не вдаваясь в подробности и не поднимая глаз от серого мягкого ковра. Он не хотел видеть эмоции Тео, не хотел видеть появившееся на его лице отвращение.       Из-за воцарившегося в комнате молчания Драко на мгновение показалось, что он оглох. Не было слышно ни гула машин на улице, ни топота соседей выше, ни даже собственного дыхания. Все звуки исчезли, оставив его в обволакивающей пустоте.       — Я…, — неожиданно прорезавшийся голос Нотта больно ударил по ушам, — я даже не знаю, что сказать.       Драко вжал голову в плечи.       Скрипнуло кресло, а после мягкие шаги проскользили куда-то влево. Звон стекла подсказал, что Тео ковырялся в баре.       — Думаю, не стоит, — мягко, но уверенно сказал Гарри. Должно быть, именно этим тоном он общался с подчинёнными. Не слишком высокомерно, но в то же время серьёзно — в самый раз, чтобы не забывать о субординации. — Нам нужен твой ясный ум.       Тяжёлый вздох, последовавший за этим, осел неподъёмным булыжником на сердце.       — Я же знал, что что-то не так. Чувствовал, видел, но ничего не сделал. Решил, что раз ты молчишь, то дело пустяковое.       Драко проследил за метнувшейся по ковру тенью и вздрогнул, когда перед глазами оказались коричневые ботинки.       — Почему ты не рассказал?       — Да как я мог? — он нервно провёл ладонью по лицу, словно стараясь снять накопившееся напряжение.       — Твой отец умер, а ты и виду не подавал.       — Из всей истории тебя это поразило больше всего? Да и откуда тебе знать, каково мне было!       — Меня поразило, насколько безразлично ты сообщил об этом.       — Потому что это временно! — Драко вскинул голову.       — Временно?       Нотт перевёл недоумённый взгляд на Поттера, но тот лишь покачал головой.       — Он что, действительно поверил, что Волдеморт воскресил бы Люциуса?       — Ну, не могу осуждать Драко за это. Логично, что он будет цепляться за малейшую возможность.       — Эй, вообще-то, я здесь. Хватит обсуждать меня, — Драко ткнул Гарри в плечо и зло стиснул зубы.       — Хорошо-хорошо, — Тео в успокаивающем жесте выставил ладони перед собой. — Я просто поражён ситуацией в целом, — Он отошёл от дивана и сел обратно, видимо, чтобы не попасть под горячую руку.       — Я знаю, что надеяться глупо, но, возможно, я смогу повторить ритуал сам, даже если Риддл откажется или вдруг сбежит. Разве нельзя обойтись без его помощи?       — Он ведь не рассказал тебе рецепт зелья? — Драко поджал губы и, повернувшись к Гарри, мотнул головой, — И ты не знаешь, остались ли нужные ингредиенты, — снова отрицательный кивок. — Но самое главное — Волдеморт ведь частично воскрешён, если так можно выразиться, а Люциус мёртв…       Поттеру не нужно было заканчивать мысль, чтобы Драко понял, что тот хотел сказать.       — Вы правы…       Теодор привстал с кресла, но Драко махнул рукой, осаждая.       — … я не верну отца без Риддла. Пора перестать обманывать себя.       — Мы, конечно, могли бы выждать и понаблюдать, но я боюсь, что тогда могут появиться ещё жертвы. Не говоря о твоей безопасности, — Гарри поправил очки и искоса бросил настороженный взгляд.       — Подожди… — встрял Нотт. Его брови сошлись к переносице в выражении крайней задумчивости, а потом взлетели вверх. — Риддл… это он «друг» твоего отца? Это с ним ты…       Договорить Драко не дал, он спешно взмахнул рукой, накладывая Силенцио.       Теперь уже удивился и Поттер.       — Да, это он, — с нажимом проговорил Драко, не отводя взгляда. — И я бы предпочёл на этом закрыть тему.       Нотт, всё ещё ошеломлённый открытием, кивнул с небольшой задержкой и вновь обрёл дар речи.       — О чём это вы?       Драко предупреждающе сверкнул глазами.       — Я видел, как они вместе сидели в парке мэнора. Драко тогда наплёл мне, что это друг отца.       — Ну и не соврал ведь.       — Меня теперь больше волнуют твои фокусы. Это тоже он научил? Ещё скажи, что Волдеморт планировал сделать из тебя преемника. Будешь следующим Тёмным Лордом? — Тео как-то странно хохотнул, словно действительно считал, что такое могло быть.       — Как не оригинально. Стал бы министром, а Риддл — серым кардиналом. Вместе бы правили Британией и законно истребляли грязнокровок, — на этих словах Драко заметил, как Гарри поморщился, но промолчал.       — Знаете, у меня в голове не укладывается: буквально несколько минут назад жизнь с ног на голову перевернулась, а мы тут шутки шутим, — Нотт вскочил на ноги и сделал несколько кругов по центру гостиной.       — Защитная реакция. Я когда услышал, то сперва решил, что это такой своеобразный Слизеринский юмор. Потом вроде поверил, но ещё несколько дней ушло на осознание того, насколько мы в заднице.       — И какой у вас план?       — Нет никакого плана, — раздосадовано выдал Драко. — Поэтому давай, подключай свои мозги.       — Но хотя бы примерно. Что вы хотите: в Азкабан его отправить, может память стереть… не знаю, какие ещё варианты могут быть.       — Убить.       Все уставились на Поттера. Слышать такое от любителя Экспелиармуса было до невозможности странно.       — И не надо на меня так смотреть. Боюсь, в данном случае у нас нет другого варианта. К Брустверу ты отказался идти.       — Что-что? — Драко театрально поднёс ладонь к уху. — Повтори, а то я, кажется, ослышался.       — Судя по лицам, у вас обоих проблемы со слухом, — невозмутимость Гарри начинала раздражать. Впору было решить, что его кто-то подменил. Другого оправдания такому поведению Драко не находил.       — Сам то понял, что сказал? Ничего лучше не придумал?       — А ты думал, я взмахну Старшей палочкой… которой, кстати, твоими стараниями у меня теперь и нет, и всё вернётся на круги своя?       — Было бы замечательно, — огрызнулся Драко.       — Извини, но расхлёбывать эту кашу тебе. Я лишь помогу.       — Вот значит как? Зачем вообще рассказал только.       — Задаюсь тем же вопросом. В школьные годы ты не спешил просить помощи. Удивлён, что сейчас прибежал.       — Простите, что прерываю вашу милую беседу, — вставил Нотт, опередив раскрывшего рот Драко, и повернулся к Поттеру, — но как ты себе это представляешь? Тебе стольких усилий стоило в прошлый раз убить Волдеморта, а тут… Драко.       — Пока не знаю, — Гарри тяжело вздохнул и уронил голову на спинку дивана.       — У вас в министерстве случайно нигде не припрятан маховик времени?       — Нет, Малфой. Да и где ты видел маховики, способные на несколько месяцев переносить?       — Лет… — поправил Теодор. Он прекрасно понимал, что в этом случае речь бы шла не про ближайшее прошлое.       — Что «лет»?       — Я бы отправился в тот день, когда подслушал ваш разговор. И стёр камень к чёрту с лица земли!       — А говорят, что Гриффиндорцы безрассудные. Боюсь представить, какими были бы последствия.       Драко закатил глаза и цокнул языком. Ему нечего было терять. Собственная жизнь и так неслась в обрыв со скоростью Хогвартс Экспресса, а остальные, признаться, его мало волновали. Кроме Теодора, разумеется.       — Ладно. Хорошо. Допустим, мы оставляем вариант с убийством. Но это значит, что мне придётся его воскресить. Не боитесь, что Риддл сделает ход первым?       — Стал бы он тогда обучать тебя магии?       — Не знаю. Сейчас мне кажется, что это всё было лишь для того, чтобы усыпить мою бдительность. Втереться в доверие, заставить почувствовать себя особенным и добиться беспрекословного выполнения всех приказов.       — Может, и так. Очень в духе Волдеморта.       Драко кивнул Нотту, в надежде, что ему есть, чем опровергнуть не очень приятный вывод, но тот лишь пожал плечами.       — Поэтому готовиться нужно к худшему, — деловито предложил Поттер, так и не озвучив никакого варианта. Драко уже начало казаться, что они зря здесь собрались.       — На равных его не победить. Волдеморт убьёт Драко быстрее, чем тот произнесёт «Авада», — сказал Тео и, наконец-то прекратив расхаживать по комнате, опустился на подлокотник дивана рядом с Драко. — Что, если мы застанем его врасплох? Я мог бы отвлечь, пока…       — Нет-нет-нет! Ты в этом деле принимаешь участие только мозгами. Я тебя и близко к нему не подпущу.       — Брось, не могу же я стоять в стороне!       Драко готов был хвататься за голову. Его страшный сон потихоньку превращался в реальность, и чтобы хоть как-то защитить Тео, нужно было придумать план получше.       — Мы можем лишить Риддла магии? Например, перенести в Азкабан. Там же её нет?       — Как ты себе это представляешь? Предложишь романтическую морскую прогулку под луной? — Драко пихнул Нотта локтем в бок, и тот зашипел от боли. — Да ладно, шучу я. Звучит, конечно, хорошо. Так у тебя вполне был бы шанс его одолеть, но я не представляю, как это осуществить.       — А что насчёт камер в министерстве? — Драко с надеждой посмотрел на Поттера. — Я мог бы опять вляпаться в неприятности, а Риддл бы опять пришёл на помощь.       На несколько томительных секунд в комнате повисло молчание, в котором почти было слышно, как движутся шестерёнки в мозгу у Гарри.       — Исключено. Туда, как ты мог убедиться, так просто не сажают, и я сомневаюсь, что, привлёкши в очередной раз внимание Кингсли, ты выберешься сухим из воды, — он сделал паузу, нахмурив брови и поправив очки, — но это натолкнуло меня на идею.       Драко встрепенулся, подсаживаясь ближе. Нотт позади него тоже оживился. Он чуть ли не перегнулся через Малфоя, чтобы не упустить ни единого слова.       — Когда я только поступил в аврорат, Кингсли любил водить меня с экскурсиями по министерству. Говорил, что хороший аврор обязан знать, как устроена жизнь в отделах. В одну из таких прогулок он и показал мне местную тюрьму для особых подозреваемых.       Драко хмыкнул, испытывая какое-то странное удовлетворение от того, что Бруствер посчитал его достаточно опасным, чтобы упечь в подземелье без магии.       — Так вот, оказывается, там в стены встроены специальные артефакты, создающие антимагическое поле.       — И в Азкабане? — прервал Нотт, ещё больше подаваясь вперёд и едва не сгибая Драко пополам.       — Нет, там какая-то древняя магия. Одному Экриздису известно, как она работает.       — Было известно, — поправил Драко.       — Не суть, — отмахнулся Гарри. — Вернёмся к артефактам: в отделе тайн ещё хранится парочка таких.       — Я очень надеюсь, что ты знаешь, где именно и как их достать, — спросил над самым ухом Нотт.       — Да слезь ты уже! — Драко передёрнул плечами, скидывая Тео с себя, и, злобно шикнув на него, перевёл внимание обратно на Поттера. — Нам позарез нужна эта штука.       — Обычно для прохода в хранилище нужна официальная бумага от руководства, но у меня есть знакомый там, который пропустит просто так, из уважения к Национальному Герою, — Гарри просиял, словно сам только что осознал сказанное.       — Если мы сможем создать поле сразу после ритуала воскрешения.       — С этим есть проблема: он в отпуске до третьего ноября.       Драко застонал от бессилия. Он не хотел рисковать и ждать целых три дня с надеждой, что Риддл не решит его убить.       — Ты можешь пожить это время у меня, — будто прочитав мысли, предложил Нотт. — Скажешь, что отправляешься с друзьями в небольшую поездку на пару дней. Он же не станет возражать?       — Откуда мне знать. До этого момента Риддл не ограничивал мои передвижения, но…       — Я согласен. Оставаться в мэноре слишком рискованно. Поставь его перед фактом. Не запрет же он тебя в подземелье, в самом деле?!       Драко скривил губы, но говорить Поттеру, что раньше так и бывало, не стал.       — Если ты будешь нужен ему в эти дни, то придётся придумать что-то ещё. Я мог бы предложить на ночь оставаться с тобой, но ты же откажешься? — без особой надежды спросил Тео.       — Откажусь, и ты опять проникнешь в мэнор сам. Не через балкон, так ещё лазейку найдёшь.       Драко поймал в ответ едва заметную улыбку, и на сердце сразу стало легче. Как бы он ни отрицал, но помощь друзей была необходима.       — Волдеморт выходит из поместья? Нам не помешало бы всем вместе осмотреть дом и решить, где именно устроить ловушку. Комната должна быть небольшая, чтобы хватило радиуса действия артефакта.       — Редко, но, я думаю, это изменится, как только ритуал будет проведён. Попробую невзначай узнать у Риддла, не собирается ли он куда.       — Тогда… — Гарри поднялся с дивана и оправил задравшуюся клетчатую рубашку. — предлагаю на сегодня разойтись, а то Джинни всех поставит на уши, если я не вернусь к ужину, как обещал. Детали обговорим, когда решим с выбором места. И ждём от тебя новостей.       Драко кивнул, провожая исчезающий в вихре аппарации силуэт.       — Что ж, пожалуй, и мне пора, — он повернулся к Нотту и нахмурился от промелькнувшего на лице выражения. Оно предвещало всё то, чего хотелось избежать: непростые разговоры по душам, ненужные извинения, унизительную жалость.       — Драко… — Теодор ухватил его за руку, но Драко осторожно вытянул ладонь.       — Давай не сегодня. Он ждёт, — улыбка вышла неловкой и слишком фальшивой, но он и так знал, что Тео раскусит его малодушный побег.       Переступив с ноги на ногу, Драко ободрительно похлопал Нотта по спине и аппарировал в ненавистный мэнор.

***

      Дни до ритуала прошли в тревожном ожидании и нескольких пачках выкуренных сигарет. Драко не помнил, чтобы когда-либо так сильно налегал на них, но другого средства успокоить нервы у него не было. Зелья отталкивали потерей концентрации, а маггловские таблетки, которые Нотт прислал совой, почти не помогали. С появлением в голове мысли об убийстве Риддла Малфой-мэнор перестал быть безопасным местом. Драко приходилось всегда оставаться собранным, контролируя свои мысли ещё лучше, чем до этого, и избегать опасных разговоров, во время которых Риддл бы наводящими вопросами мог проникнуть в сознание. Возможно, ему и незачем было это делать, но Драко предпочёл оставаться начеку.       — Надеюсь, ты не решил заболеть, когда до ритуала осталось всем ничего.       От неожиданности Драко выронил сигарету и сам чуть не полетел вслед за ней с балкона. И как он собирался убивать Риддла, когда тому постоянно удавалось застать его врасплох? Тут же отогнав непрошеную мысль, Драко обернулся.       — Я наложил согревающее. Могли бы догадаться.       Риддл криво улыбнулся и, шагнув вперёд, поцеловал коротко, но чувственно.       — И правда, — заключил он, всё ещё находясь так близко, что мог ощущать тепло чужого заклинания.       — Помочь вам спуститься?       Выражение недоумения, промелькнувшее на миг, стоило того, чтобы задать этот глупый вопрос.       — Оставим эту забаву Нотту, — немного хрипло рассмеялся Риддл и облокотился о каменную балюстраду, подставляя лицо хлёсткому ветру. Последние солнечные деньки сошли на нет, сменившись серыми, угрюмыми тучами, и в воздухе уже витало предвкушение скорых холодов, неизменно приходивших с первым мокрым снегом.       Драко спрятал раздражённый вздох за прикуриванием новой сигареты, но шуршание мантии привлекло внимание, и он повернул голову на звук.       — Ты просил текст заклинания, — Риддл протянул свёрнутый в тоненькую трубочку пергамент, перевязанный холщовой нитью. Его прохладные пальцы мазнули по нежной коже запястья, вкладывая свиток в раскрытую ладонь, и задержались на бледных очертаниях метки. — Совсем скоро её не станет. Ты рад?       Драко замер, не смея избегать пробирающего до мурашек прикосновения, и пожал плечами.       — Она уже стала частью меня, как и другие шрамы. Да, кто-то обращает внимание, когда я забывчиво закатываю рукава рубашки, но я привык. Все и так знают меня в лицо. Им не нужна метка, чтобы шептаться и сыпать проклятьями за спиной. Но и плакать по ней я не буду. Просто сделайте, как требуется, — Драко затянулся, пытаясь перебить растущую внутри нервозность. Он не мог понять её истинную причину, но пока Риддл продолжал водить пальцами по татуировке, она только нарастала, распирая изнутри.       Тёмный Лорд кивнул и наконец-то прекратил пытку, о которой и сам не догадывался. Он устремил задумчивый взгляд вдаль, туда, где на горизонте чернел осенний лес, принявшись мерно постукивать носком ботинка о пол.       — Вы будете в состоянии снять метку сразу после ритуала? Вам не потребуется восстановление?       — Очень надеюсь. Времени лежать в постели совсем нет — через два дня после этого у меня уже назначена встреча. Придётся любыми способами привести себя в форму.       Если бы Драко мог, вероятно, он бы прыгал сейчас от радости. Он и правда планировал незаметно подвести диалог к нужной теме и выведать, не собирается ли Риддл покидать поместье, но тот опередил, словно прочитав мысли.       — Вот как, — с наигранным удивлением ответил Драко. — Тогда вы не будете возражать, если я тоже уеду на несколько дней? Друзья предложили провести время на море в Италии.       — Дай угадаю, Нотт?       — Не только он. Ещё Забини и Паркинсон, — он не хотел называть фамилий, но и выдумывать несуществующих знакомых показалось не очень хорошей идеей. А говорить, что они будут вдвоём с Теодором — тем более. — Мы хотели уехать первого числа вечером. Но если вы будете в плохом состоянии, то я могу и отказаться.       — Нет, не нужно. На крайний случай и эльф справится с ролью няньки.       — Спасибо, — искренне улыбнуться Драко не составило труда.

***

      Драко ступал по каменным ступеням как по помосту, ведущему на эшафот. Он старался держать голову высоко поднятой, но от липкого чувства тревоги хотелось сжаться в маленький незаметный комочек. Всё в ритуальном зале казалось враждебным и угрожающим: приглушённый зеленоватый свет плясал на отсыревших камнях, создавая иллюзию болотной жижи под ногами; холодный воздух окутывал плотными объятьями, забираясь под мантию; а удушающий аромат зелья, расползшийся по всему залу, кружил голову. Собственное тело казалось ватным и двигалось словно само по себе, медленно приближая его к постаменту, у которого величественно замер Тёмный Лорд. С идеальной укладкой и в чёрной парадной мантии с серебряной оторочкой, он словно готовился к собственной коронации. Прямая спина, вздёрнутый подбородок, пронзительный и цепкий взгляд, направленный на Драко, были под стать правителю целого мира. Холодному и расчётливому. Методично идущему к своей цели и не терпящему неповиновения. Глядя на эту картину, Драко не знал, чего бояться больше: что у него не получится воскресить Риддла или обратного.       Наконец-то оказавшись напротив, он судорожно смахнул выступивший на лбу пот и кивнул в знак того, что готов начинать. Оттягивать неизбежное было глупо и это лишь сильнее трепало изрядно натянутые нервы.       Риддл на секунду помедлил, неспешно вдохнул полной грудью сырой воздух, словно это мог быть его последний вздох, и поставил на середину каменного пьедестала хрустальную чашу. Драко с удивлением отметил, что жидкость в ней была прозрачной, совершенно не походящей на то грязное месиво, что он видел в процессе приготовления зелья. Вслед за чашей рядом появилась шкатулка. Риддл открыл ее, и Драко едва удержался, чтобы не схватить Воскрешающий камень, лежащий на черной бархатной подушке.       «Не сейчас, нужно дождаться окончания» — напомнил он себе и нащупал в кармане брюк мешочек из ишачьей кожи, чтобы удостовериться, что не забыл его.       — Как того требует ритуал, — ровный голос заставил вскинуть голову, отвлекая от камня, — я должен в последний раз спросить тебя, Драко Люциус Малфой, подтверждаешь ли ты, что участвуешь в ритуале по собственной воле?       — Подтверждаю, — ответил он куда спокойнее, чем ожидал.       — Тогда приступим.       Дождавшись, когда гулкое эхо растворится в воздухе, Драко облизал пересохшие губы и обратился вглубь себя, к самым сильным желаниям, что не давали покоя последние дни. Он собрал всю ту ненависть, то отчаяние, что заставляли его желать смерти Риддлу. Желать его воскрешения, чтобы собственноручно стереть с лица земли в последний раз. Сконцентрировавшись на этом обжигающем чувстве, Драко произнёс первые строчки заклинания. Он видел, как с каждым новым словом, всё сильнее напрягается лицо Риддла, как маленькая бисеринка пота скатывается по виску, а пальцы крепче стискивают Старшую палочку.       В какой-то момент собственный голос стал звучать издалека, будто и вовсе принадлежа кому-то другому, и тогда Драко понял, что больше говорил не один. Риддл вторил его словам, не заглушая, а наоборот, сливая их голоса в один, более глубокий и мелодичный поток. Это могла бы быть их клятва верности, но каждый вкладывал свой смысл, усердно пряча истинные мотивы.       На последних словах Драко протянул слегка дрожащую руку. Риддл рассёк ладонь выверенным взмахом палочки и, вложив в нее камень, сжал с такой силой, что от впивающийся в порез граней перед глазами поплыло. Багряные капли ударились о кристально прозрачную жидкость. Жгучая боль утекала сквозь глубокую рану, расплываясь дымкой по зелью и пачкая тонкие хрустальные стенки чаши.       Риддл поднял наполнившийся до краёв бокал и поднёс его к губам.       Медленный. Мучительно медленный глоток, заставил сердце замереть. За ним последовал ещё один. И ещё.       Драко смотрел, как жадно дёргается кадык, глотая его кровь, смешанную с терпким зельем, и не мог отвести взгляд. Зрелище казалось одновременно омерзительным и завораживающим. Призрачный солоноватый вкус заполнил собственный рот, вызывая острое желание смыть его чем угодно.       Риддл сделал последний глоток и выронил чашу на пол. Мерцающие осколки разлетелись в разные стороны, отражая знакомые до боли алые глаза.       Лорд Волдеморт возродился.