Причины моих плохих поступков

      Зоро нужно было тренироваться ради показательных отборочных, потому Санджи распрощался с семьей Ророноа и отправился домой. Куина улыбалась ему и махала рукой вслед.       И первое, что он увидел дома, — свою сестру. Очень красивую и очень серьезную, она читала документы в огромной папке, сидя в гостиной. Ему захотелось иметь с Рэйджу такие же теплые отношения, как у Зоро с Куиной. Когда он был счастлив, он хотел распространить этот уют маленького счастья на всех, кого знал. — Привет, — сказал Санджи. И Рэйджу подняла на него взгляд, обычно никто из семьи не отвлекал другого ради таких пустяков, как разговор ни о чем. Она прищурилась. — Здравствуй. — Меня не возьмут смотреть на твоего жениха, да? — он старался нащупать общие темы с сестрой. Та хмыкнула: — Это решать отцу. Но скорее всего нет.       Они замолчали, Рэйджу за столом, Санджи топтался на входе в гостиной. — Ты мало что потеряешь, — добавила вдруг она, и Санджи вскинул подбородок. — Зачем тебе замуж, если ты его не знаешь и не любишь, — Санджи тут недавно открыл, что нет ничего прекраснее взаимной любви. Ему хотелось донести эту великую мудрость миру. — Зачем мне это? — приподняла бровь Рэйджу. — Влюбляться в неизвестно кого — это русская рулетка. Я же буду ценным вложением для его семьи, и он будет уважать мои бизнес-навыки. Я получу умного, богатого, целеустремленного мужа, который уже заочно глубоко меня уважает и ценит мой вклад в концерн. — Ох. Это звучит так… так… — Прагматично. Совсем не то, что хотел бы получить Санджи от отношений. Но Рэйджу говорила спокойно и уверенно. — Я бы хотел, чтобы твой муж любил тебя.       Только и добавил он. И, не найдя что еще сказать, он и так сказал ей больше слов, чем за последний год, потому что ее вечно не было дома, он тихо скрылся из гостиной.       То, как представляла себе будущую пару Рэйджу, совсем не подходило ему! У него уже был Зоро, и он не был частью концерна или бизнес-дельцом. Он был просто школьником, но он умел то, что другие не умеют — любить Санджи.       Стараясь скрыть счастливую улыбку, пока он не окажется в безопасности, Санджи влетел в свою комнату и быстро заперся. Тут же растекаясь в тихих похихикиваниях.       Зоро получил приглашение! Зоро поедет в Гранд-Лайн на выступления и возьмет с собой Санджи. Куина обещала, что Педро всех подвезет. А Зоро его пригласил.       Будет так здорово кричать с трибун «Зоро! Зоро!» громче всех, а Зоро будет самым талантливым молодым спортсменом. И все, конечно, будут потрясены, даже текущий чемпион Михоук.       И Зоро повернется вдруг на поле и помашет в сторону трибун, где будут они с Куиной. И Санджи будет знать, что на самом деле машет Зоро ему.       Да, выбраться из дома на сутки, не вызывая подозрений, почти невозможно, но Санджи что-нибудь придумает. Выступления будут в начале весны, нужно начать разрабатывать план уже сейчас, если он хочет быть рядом с Зоро на каждой ступени его восхождения к мечте.       А он хочет! И когда Зоро станет самым крутым мечником-спортсменом в мире, тогда отец, быть может, посмотрит на него иначе. Отец любит всяких звезд и знаменитостей, говорит, их имиджи — это тоже капитал. И вот если Зоро станет звездой, тогда, быть может, Санджи сможет признаться. И отец одобрит Зоро.       Потому что, если даже Санджи станет таким же успешным и собранным, как Рэйджу, если станет управлять одним из подразделений концерна Винсмоуков, отец все равно не позволит ему выбирать самому. Выбирать кого-то вроде Зоро сейчас — простого школьника, с которым Санджи познакомился в общественной школе, в которую просто вымолил себе дозволение отходить последний год. Но если Зоро станет лучшим, то отец, может быть…       От переизбытка чувств и смелости надежд Санджи сам себя смутился и юркнул на кровать, быстро накидывая на себя одеяло. — Уй! — он тут же вскочил, вздрагивая от боли.       Братья разложили кнопки ему под одеяло, и, хотя Санджи повезло остаться в полной школьной форме, все же прокололи плотный пиджак и рубашку.       Санджи неуклюже скатился на пол, железные кнопки посыпались на серый пол. Как он мог забыть, что из-за помолвки Рэйджу братья теперь постоянно кучкуются в особняке.       Морщась, он снял пиджак и выковырял из него кнопки. Спина побаливала, так что пришлось отправиться к зеркалу в ванной, чтобы поискать ранки.       Так и есть, когда Санджи крутился перед зеркалом, пытаясь увидеть спину, на рубашке проступили маленькие капельки крови от мини-ранок на спине. — Вот черт! Надо застирать, — Санджи уже прекрасно знал, что кровь лучше отстирывать в холодной воде, и лучше поскорее, пока она не свернулась. Тогда пятен не останется, это он уяснил еще в начальной школе.       Но когда он торопливо справился с пуговицами и дернул рубашку с плеч, то так и замер перед зеркалом с наполовину снятой рубашкой. А его губы вновь посетила мечтательная улыбка, он напрочь забыл об издевательствах братьев.       На его шее, ниже линии воротника, рассыпались родимыми пятнышками маленькие точки засосов. Санджи уставился сам на себя, как на произведение искусства.       Зоро любит его.       Неопытный и наивный, Санджи счел засосы лучшим заверением любви. Зоро его точно любит, потому что нет никакой другой причины целовать его. Если целовать кого-то без любви, то Зоро мог выбрать и кого-то покруче.       Даже не верится, какой Санджи счастливчик, и у него настолько все взаимно. Жалко, мамы нет, она бы точно обрадовалась, что нашелся такой человек, который сумел полюбить Санджи. И спрашивала бы только самые важные вопросы: «А что этому мальчику нравится? А ты хочешь завтра попробовать приготовить новый рецепт, чтобы он попробовал? Твое сердце сильно бьется, когда ты его видишь, да? У него теплые руки?».       В своих мыслях Санджи думал только о теплых руках Зоро, или о поцелуях, да и то сильно смущаясь. Хотя о сексе он начал помышлять довольно рано, лет в двенадцать увидев в окне печатного киоска журнал с красивой полунагой тетей.       Она странным образом захватила его мысли и не покидала их неделями. Санджи ходил со школы специально этим маршрутом мимо киоска каждый день. Но потом обложка выгорела и журнал сменили, загадочная пышногрудая красотка пропала!       Чтобы ее найти, смелый Санджи пошел в книжный. Но там журналы с красивыми тетями продавались заклеенные, чтобы школьники не засматривали до дыр. Продавать его юному школьнику отказались, чем вызвали в душе Санджи огромную тоску. Слоняясь по магазину в печали, он заметил кучку парней на пару лет постарше, что терлись у стеллажей с периодикой. Они пихались локтями и пялились все вместе в какой-то журнал.       Санджи подобрался бочком и вытянул как можно сильнее шею, благо, он уже переживал гормональный взрыв и пошел в рост в двенадцать лет. И тогда ему все открылось — парни рассматривали разворот журнала, на котором лежала в томной позе абсолютно голая девушка с белоснежной пышной грудью. Ее мягкие изгибы порождали в теле Санджи странные, тягучие позывы.       Санджи был сражен, у него даже капля крови из носа выкатилась, насколько это было прекрасно и возбуждающе. Но парни заметили его и погнали, потому что он не покупал пособия. Погодите… пособия?       Оказалось, что владелец магазина держит за закрытыми журналами несколько открытых последних выпусков с обнаженными девушками. Но приходить и смотреть сколько душе угодно их разрешено только тем мальчишкам, кто покупает в магазинчике книги и учебные пособия.       Потому что продавать детям такие журналы нельзя, но вот смотреть… разве за всеми уследишь.       Умный Санджи очень быстро понял схему. Так у него появилась куча учебных пособий по математике, химии, геометрии, и даже одна очень смелая покупка — маленькая кулинарная книга, которую он года два прятал между учебниками, пока его не раскрыли.       Купленные пособия надо было читать, чтобы оправдать отцу траты, потому оценки у него были хорошие. О, Санджи покупал их много. Очень много. Знал наизусть даты выхода новых выпусков «Красоток Гранд-Лайна» и «Тайных пещер Алабасты». У него выработался свой типаж, больше всего ему нравились девушки с пышными формами и добрыми, ласковыми лицами. Он тратил полчаса, которые мог без подозрений провести в книжном, чтобы запомнить каждый их изгиб и черточку.       Не могло быть и речи о посещении фривольных сайтов дома с ноутбука, тот просматривался не только отцом, но и регулярно братьями. О том, какой тупой была идея завести страничку в соц.сетях, Санджи догадался еще в средней школе, когда братья принялись постить от его лица признания «Я сосу члены», «Я ношу женское белье» пока Санджи был в школе. Обошлось, правда, все без скандала, Санджи некого было добавить в друзья, чтобы те смогли прочесть все эти скабрезности.       Потому Санджи заучивал глазами эти прекрасные тела из журналов. И нес домой, чтобы не расплескать героинь своих ночных фантазий, мысли о которых помогали снять огромное сексуальное напряжение. У Санджи оказалось очень высокое либидо.       О знакомых девушках и одноклассницах он никогда не фантазировал. Это было бы просто оскорбительно, они ведь на это согласие не давали, а девушки из журнала с удовольствием фотографировались голыми. Санджи кое-что понимал в уважении к женщинам.       Потому и первые романтические, любовные фантазии у него были совершенно не связаны с сексом. Он хотел бы держаться с Нами за руки и улыбаться друг другу. Или чтобы можно было готовить с Пуддинг и болтать обо всем, а потом давать друг дружке оценить свои шедевры — брать губами прямо с ложки в ее руках, вот это было уже дерзостью! Или просто вдыхать мягкий клубничный аромат ее волос, он точно должен быть таким. Он мечтал об особой интимности с той самой.       А секс был отдельно, в замасленных журналах с большегрудыми красотками.       Потому в мечтах и мыслях о Зоро он даже не задумывался о плотском утолении желаний. Мысли даже о самых влажных и долгих поцелуях были полны невинности и влюбленного восторга. Это так его Зоро любит! До отметин от поцелуев.       Не то чтобы он не испытывал возбуждения от ласки губами, особенно когда Зоро целовал его шею. Санджи все же был здоровым подростком, просто любовь и секс всегда лежали в его голове в разных коробочках. Он как-то не додумывался их уже совместить. Ну правда, разве же можно в любимого человека членом тыкать?       Тем более Зоро парень. А о парнях Санджи даже и не фантазировал никогда. Но ведь это и не имело значения, он ведь любит Зоро, а не его пол. Ему нравится, как Зоро всякий раз рад его видеть, как с аппетитом уплетает его ланчи.       А если они поженятся, то можно будет готовить и ужины.       Зоро будет приходить со своих тренировок, счастливый и уставший, и их ужины не будут холодной молчаливой пыткой, как принято у Винсмоуков. Они будут болтать обо всем на свете, Зоро точно — он вечно говорит с набитым ртом. Но его набитые онигири щеки такие по-хомячьи милые.       Санджи хотел завести хомяка во втором классе, мама обещала купить. Но не успела, она слегла, и Санджи так больше не сходил вместе с ней в магазин выбирать пятнистых пухлых хомячков.       Санджи аккуратно смазал всего каких-то пару ранок перекисью водорода, повесил сушиться отстиранную рубашку прямо в ванной. И вернулся в комнату собирать с пола кнопки.       Его душа была спокойна и преисполнена счастья. Дурацкие выходки братьев не касались не просто его сердца, даже тело не особо чувствовало, вот насколько они были теперь в разных мирах. Не понятно, как Рэйджу может желать брак по расчету, когда любовь дарит такое невероятное счастье.       Весь мир, казалось, стал добрее к Санджи. Например, в школе девочки стали чаще с ним заговаривать. Они спрашивали у него, какой следующий урок, даже делились переживаниями о предстоящих тестах. Санджи и сам ощущал, что стал гораздо ближе к девочкам, с которыми хотел дружить.       Потому что когда Джимбей вызывал к доске Зоро, те привычно влюблено пялились на его спину, ни капли не слушая решения задачи. Все знали, что если у доски Зоро — пиши пропало, проторчит там до конца урока.       Потому все девочки просто наслаждались возможностью пялиться на хорошо сложенного Зоро и ничего не записывать. И в этот раз Санджи был с ними, очерчивал взглядом спину Зоро, ловил в кулак усмешку, когда Зоро озадаченно чесал нос перепачканными мелом пальцами, а потом серьезно поворачивался к Джимбею, как индеец на тропе войны.       Все хихикали от того, как Джимбей пытается сохранить хладнокровие.       Девчонки были влюблены в Зоро. То же самое было и у Санджи. Только они на самом деле были совсем не равны. Потому что из всего класса, из всего десятка влюбленных глаз, любовь Санджи была взаимной.       Эти три сережки в ухе Зоро, ему было дозволено их трогать, и один раз он даже взял их в рот, когда они с Зоро целовались во время работы над домашкой. И теперь на языке Санджи появлялся металлический привкус всякий раз, когда он слышал еле слышный перезвон сережек Зоро на парте позади.       Это недостойное, но такое ласкающее чувство превосходства, заставляло Санджи вспыхивать и опускать низко-низко голову, чтобы скрыть румянец на щеках. Он не должен поддаваться гордыне, что Зоро выбрал его! Его!       Чувствуя вину за дерзкое высокомерие, Санджи старался быть очень милым с девочками на переменах. Тем более они были такие замечательные, они даже подружились. Он ни секунды не думал, когда согласился провести ланч вместе с ними.       Когда Зоро вернулся в класс на обеденной перемене, то застыл от неожиданности. Даже не сразу понял, что после похода в туалет нашел наконец-таки свой кабинет. Всегда пустой для только них с Завитушкой класс теперь был полон гомона и шуршания.       За сдвинутыми в один общий стол партами сидела целая стая девчонок, а во главе их восседал радостный Завитушка. — Маримо, куда ты пропал! — Завитушка так искренне улыбнулся ему, а свет падал из окна со спины, словно напитывая светлые волосы собственным свечением. У Зоро в такие моменты сердце сжималось. — Сегодня у нас за обедом компания!       Зоро не хотел никакой компании. Они встречались почти неделю, и Зоро даже оценил удобство того, что Завитушка запретил признаваться Луффи и ребятам. Потому что тогда пришлось бы делить внимание Санджи, а Зоро быстро понял, что ему это не нравится.       Список вещей, которые ему нравились, вообще всегда начинался с того, что они с Завитушкой наедине. В топ-три еще были он, Завитушка и кровать. Но в этом деле продвижения пока были небольшие, те пару раз, что Завитушка приходил заниматься, он постоянно стеснялся, что Куина опять ворвется без стука.       А вот шумные левые девки в списках любимых вещей не значились. — Привет! — заулыбались девчонки. Зоро не очень помнил всех, наверное, некоторые были даже не из его класса. Общительность Завитушки его пугала.       Он так легко с кем угодно станет ближе, чем с Зоро! А Зоро не может ни с кем так легко сблизиться, кроме Завитушки. Помрачнев от ревности, он взял стул и втиснул его буквально силой в узкую щель между стульями Завитушки и Пуддинг. Эту дуру особенно никто не звал.       Хотелось встать, взять Завитушку за руку и увести туда, где они опять будут обедать только вдвоем. Только светящийся от счастья Завитушка заставлял Зоро колебаться, не хотелось его расстраивать. — Зоро, а что у тебя на обед? — спросила очень радостная Кейми, ее Зоро помнил. — Не знаю, со мной Завитушка делится, — буркнул он, чтобы не длить диалог. Санджи просиял, собираясь открыть рот и просветить девчонок. Про еду он мог болтать без умолку, у Завитушки были реально странные увлечения. — Ой, а обычно что тебе больше всего нравится есть? — тут же вклинилась Морковка.       Зоро нахмурился сильнее, молча открывая свой бенто и ожидая, что Завитушка откроет свой и поделится. — Хочешь попробовать мою запеканку? — придвинула ему свой ланч-бокс какая-то левая девчонка, Зоро не удосуживался помнить. — Ты больше любишь жареное или вареное? — Ты просто водой запиваешь? — какие они все надоедливые.       Зоро было плевать на все эти вопросы, он зыркнул на Завитушку. Тот сидел, напялив на себя пластиковую улыбку, но его глаза больше не сияли. Зоро знал, он мог читать по лицу Завитушки все его мысли, потому что тот всегда был так искренен в чувствах. Эмоции других людей считывать он не учился, только Завитушки.       Эти сучки притворились, что дружат с ним, только чтобы прокрасться ближе к Зоро через Санджи. Заметили их дружбу и состряпали план, а тот так наивно купился, что они хотят дружить именно с ним. Но стоило девчонкам оказаться рядом с Зоро, те тут же потеряли интерес к Завитушке.       Санджи убрал руки со стола, чтобы не мешать девчонкам пододвигать Зоро свои бенто на пробу. И чтобы казаться меньше, чем он есть. Открытие их коварного замысла явно застало его врасплох. Он продолжал глупо улыбаться и пялиться перед собой.       Они поступали с Завитушкой как суки, эти девчонки.       Зоро резко встал из-за стола, стул чуть с грохотом не упал, но Санджи успел его поймать. — Что такое, Маримо? — Голова болит от шума. Пойду проветрюсь.       Он вышел, забыв на импровизированном столе даже свой бенто. — А, хорошо. Не потеряйся, — донеслись сбивчивые слова Завитушки в спину. Зоро рыскал по школе нервным тигром и был зол. Какая-то первоклашка пискнула, встретившись с ним в коридоре, и забилась в женский тулет. Зоро не разбирал, куда шел. Он и не знал, куда идти.       По правде он хотел ворваться обратно, разогнать всех этих девок, но ведь он не может запретить им обедать в классе. Он хотел забрать с собой тупня Завитушку, но тот сам их всех назвал и уселся, как король полудурков на троне. Он что, не понимает, что Зоро не хочет ни с кем больше обедать, кроме него?!       Придурок, идиотина, тупая завихрень. Зоро сам не понял, как в какой-то момент пугания всех встречных оказался около лестницы на крышу. Точно, там ребята! С ними он может отвлечься, может перехватит что перекусить у Усоппа. Не будет сегодня меняться с Завитушкой.       С легкой мстительностью поспешил вверх по лестнице на крышу. Девки вокруг Завитушки его злили, но когда они все разом начали того игнорить, Зоро полегчало. Пусть хлебнет их лицемерного общения теперь, когда все ясно.       К огромному разочарованию на крыше ребят не было. Они носились где-то внизу на футбольном поле, где Фрэнки строил что-то масштабное. Кажется, сцена для школьного фестиваля. Главное, чтобы Усопп ее раньше времени не подпалил своими самодельными фейерверками.       На крыше было холодно уже даже днем, а без ребят еще и очень одиноко. И Зоро сел на узкую украденную со складов скамейку, сразу же скуксившись и опустив плечи. Злость как-то сама выветрилась за пятнадцать минут. Он зря оставил девчонкам Завитушку даже из мести. Не то чтобы тот не должен получить урок, но без Завитушки здесь совсем уж грустно.       Он в сердцах чиркал кроссовком бетонный пол. Вот всегда он так — сначала ляпнет или сделает сгоряча, а потом сам мучается. А вдруг Завитушка все-таки всех девчонок в себя за обед перевлюбит?! Если уж Зоро их отшил, Завитушка утешит. Он так ловко умеет находить слова.       Взгляд Зоро метнулся к двери с крыши. Вернуться?! Взять Завитушку за руку и увести, пусть потом сплетничают, как угодно! Завитушка будет зол, но сам виноват, что довел Зоро до такого. Он дернулся было встать…       Но дверь на крышу распахнулась. В дверях стоял Завитушка с зоровым бенто-боксом в руках.