Про Волка

Здравствуй, Мак. Это я. Я всё знаю. Что ты сделал и как. Зачем — загадка. Ты же терпеть меня не можешь, боишься и дрожишь. А я тебя ненавидел, даже не представляешь, как. Вспомнил об этом, когда сторож открыл крышку гроба. Как же цветисто он ругался, и как смешна была тётка в чёрном! Месяц я видел тебя в ослепляющем солнце, в холодном воздухе, в чужой квартире, в уколах. Ты был за каждым углом. Но я тебе благодарен. Вспомни ощущение жизни хотя бы на физическом уровне. Как кровь горячим отдает, особенно в руках, как сердце бьётся. И эти вкусы и запахи. А мурашки, пот? Боль? Я здесь недавно, ты на чердаке столько же сидишь. Я не просто пришёл с гроба, я пережил не стресс, а глобальный переворот! Сначала длинный белый коридор, где Пауки всех полов и возрастов, потом стеклянный путь в свет, прыжок в сугроб, пекарня, лёжка на чужом диване и великая холера. И всё за один день! Потом бетонная тёмная пещера и, наконец, Дом. Лорд шарахается, а так вы совсем не изменились. Учусь заново есть и пить, и скажу так: еда ваша преснее, чем наружные творения пекаря. Здесь неандерталец ест камень, слюной запивая. В свободное время приучаю Курильщика к жизни здесь. Делать это просто: таскай по стаям и на вопросы отвечай. Если вопросов через край, спрашивай: «А ты как думаешь?», и тишина обеспечена. Тяжело. Чем вы занимались вместо воспитания новичка — непонятно. Это единственная полезная вещь, которую я делаю, и не покидает чувство, что вам и без меня было хорошо. К кому пришел? Крыса летает, Сфинкс давным-давно выбрал Слепого, Чёрный сторонится зомби. Один Шакал рядом, смиренный и добрый. После долгих бесед с ним я понял, что не бп меня сюда тянуло и не чувство незавершенности. Возможно, духовные искания и жажда наказания. Ага, часть вторая. Сиквел! А так как Дом — сама любезность, то он уже спрятал умение играть на гитаре и Лес и понемногу отбирает страсть к настойкам, книгам и покеру, делает из меня куклу. Я уже не знаю, что чувствую к Слепому. Дом стебётся, будто это не развалина, а ярко-крашеная пристройка. И мы с ним по ночам болтаем. Он любит тебя. Прости за то. Не стоило так бросаться словами. Здесь нужны волшебники даже больше, чем вожаки. А что насчет «ну, теперь ты мой», то нет, ложь, не верь. Мной тогда владел гнев, который породили прошлые события, но и это не оправдание. Оправданий просто нет. Возможно, тебя приободрит то, что о твоих прошлых жизнях так никто и не узнал. Или что я не заставляю тебя делать что-то, ты вообще можешь не читать и не отвечать. Только истина от тебя не убежит.