Да, она изменила мою жизнь.

Он подходит ко мне в сгущающихся сумерках моей комнаты. Так близко, что воздух застревает в груди, становясь густым и тяжёлым. Драко выглядит измождённым. Его волосы всклокочены, будто он рвал их на себе в отчаянии. Глубокие синяки под глазами сливаются с багровыми, опухшими веками. Кажется, он не спал неделями. Слёзы беззвучно текут по его бледным щекам. Он пытается крикнуть, открывает рот, но вместо звука из горла вырывается поток тёмной, почти чёрной крови. Она заливает его губы, подбородок, капает на безупречно белую рубашку. Полосы. Алые полосы проступают на ткани. Руки, шея, грудь... Его режут заживо, но я не вижу того, кто это делает. Оглядываюсь — вокруг ни души, лишь пустота, в которой тонем мы двое. Моё тело парализовано. Я не могу пошевелиться, не могу закричать. Рубашка Драко уже полностью алая, тяжёлая от крови. Он стоит по колено в ледяной воде, которая медленно поднимается, окрашиваясь в багровый цвет и заполняя комнату. Почему я не могу до тебя дотронуться? Собрав всю волю, я с нечеловеческим усилием отрываю руки от тела и прикасаюсь к его груди. Рубашка промокла насквозь, она тёплая и липкая. В тот же миг кровь хлещет из раны с новой силой, заливая мои ладони. Я в ужасе отдергиваю руки — они красные до локтей. — Ты не смогла меня спасти, Баскервиль, — он улыбается, и в этой улыбке — вся безысходность мира. Я понимаю. Опоздала. Драко падает замертво, и вода смывает его тело в багровую пучину. — НЕТ! Я УМОЛЯЮ ТЕБЯ, НЕ НАДО! ТЫ НУЖЕН МНЕ! — мой крик разбивается о стены, не находя выхода.

***

Я резко села на кровати, сердце выскакивало из груди. Всё тело дрожало, а по лицу текли слёзы. Комната была погружена в предрассветную тьму. — Софи, родная, что случилось? — Пэнси уже была рядом, её тёплая ладонь легла на мой лоб. — Мерлин, тебя всю трясёт... Она собралась бежать за мадам Помфри, но я схватила её за руку. — Просто кошмар, — прошептала я, всё ещё не в силах отдышаться. — Всё в порядке. Она обняла меня, и я почувствовала, как дрожь понемногу отступает. — Что-то страшное приснилось? — она смотрела на меня с безграничным участием. Я лишь покачала головой, спуская ноги с кровати. Голова раскалывалась, будто по ней проехался целый отряд горгулий. — Воды... И противопохмельное, в тумбочке. Пэнси принесла и то, и другое. Зелье подействовало почти мгновенно, смывая и похмелье, и остатки кошмара. — Тебе лучше? — она заправила за ухо мою прядь. Я кивнула. — Расскажешь, что приснилось? — А мы не опаздываем? — Ты подняла нас раньше всех. Сейчас около семи. И я рассказала. О Драко, исполосованном и истекающем кровью. О его беззвучном крике. О своей беспомощности. Пэнси прикрыла рот рукой. — Хреново. Такие сны просто так не снятся, — покачала она головой. — Ты чувствуешь, что с ним что-то не так? — Я знаю, что что-то происходит. Но что именно — не понимаю. Пора было собираться. День предстоял несложный: квиддич, История Магии и Защита. А вечером — тот самый званый ужин. Под струями душа я понемногу приходила в себя. Вода смывала остатки сна, но не тревогу. Обернувшись в полотенце, я подошла к зеркалу. Заклинание быстро высушило и выпрямило волосы. Я собрала лишь несколько прядей с боков, чтобы не лезли в лицо. Макияж свела к минимуму — только брови и тушь. Настроение подсказывало простой и удобный образ: чёрные широкие брюки, белая рубашка с бантом на воротнике и чёрные кеды. Просто и со вкусом. К восьми мы с Пэнси уже спускались в Большой зал. Он был почти пуст. За нашим столом сидели человек десять. Мы уселись, и вскоре к нам присоединился Блэйз. — Доброе утро. Мы обменялись приветствиями, но Пэнси тут же спросила: — А где твой второстепенный герой? Блэйз лишь молча кивнул в сторону дальнего конца стола. Драко сидел в одиночестве, отгороженный от всех невидимой стеной. Он не прикасался к еде, его взгляд был устремлён в пустоту. Мы с Пэнси переглянулись, но решили не лезть. У каждого бывают дни, когда хочется побыть одному. Занятия прошли своим чередом. История Магии у профессора Бинса, как всегда, клонила в сон. А вот Защита от Тёмных Искусств у Снэгга, где мы начали изучать противодействие Империусу, зарядила энергией, несмотря на объёмное домашнее задание. На матче по квиддичу Гриффиндор обыграл нас. Рон Уизли, на удивление, оказался на высоте и не пропустил ни одного мяча. Пэнси утешала расстроенного Блэйза, который был охотником и винил себя в поражении. Вечером мы с Забини отправились на званый ужин. Как он и предсказывал, было невыносимо скучно. — Скажите, Кормак, вы часто видитесь со своим дядей Тевирием? — профессор Слизнорт обращался к Маклаггену, пока мы доедали десерт — три шарика мороженого в шоколадной крошке. — Так точно, сэр. На каникулах мы с ним и министром собираемся на охоту, — тот важно выпрямился. — Надо же! Передавайте им привет, — Слизнорт перевёл взгляд на Белби. — А как поживает ваш дядя? Для тех, кто не знает, дядя мистера Белби изобрёл Волчье противоядие! Тот, с набитым ртом, пробормотал что-то невнятное, подавился, и Слизнорту пришлось его откачивать. Меня передёрнуло. — Почему-то я не расстроена, что меня не спрашивают, — прошептала я Блэйзу. — Ужасно не хотелось бы отвечать на эти вопросы ради поддержания беседы. — Да, я такого занудства не ожидал, — он покрутил пальцем у виска. — А чем занимаются ваши родители в мире магглов, мисс Грейнджер? — Слизнорт повернулся к Гермионе. Та набрала воздуха в грудь. — Мои родители — дантисты. Большинство присутствующих уставилось на неё в непонимании. — Они... лечат людям зубы, — пояснила она. — Как захватывающе! А это опасная профессия? — оживился Слизнорт. — Нет... — Гермиона замешкалась. — Хотя, один мальчик по имени Роби однажды укусил моего отца. Пришлось накладывать десять швов. Она неуверенно хихикнула. В зале повисла гробовая тишина. Даже Белби застыл с ложкой у рта. Внезапно дверь открылась, и на пороге появилась Джинни Уизли. — Простите за опоздание. — Ничего-ничего, вы как раз к десерту, если мистер Белби оставил вам хоть немного, — рассмеялся Слизнорт. Его смех одиноко прозвучал в тишине, если не считать сдержанной улыбки Поттера. Спустя десять минут ужин, к всеобщему облегчению, подошёл к концу. — Ну что, — я повернулась к Блэйзу, когда мы вышли в коридор. — Превосходно провели время. — Ещё бы, — он фыркнул. — Я чуть не сполз под стол , когда Грейнджер завела речь о швах. А этот паренёк, который заявил, что зелья — полный отстой... Теперь у него точно будут проблемы. — Не сомневаюсь, — усмехнулась я.

***

Дни текли, а Драко всё больше отдалялся ото всех. Даже Блэйз жаловался, что они почти не разговаривают — Малфой только ночевал в комнате, исчезая на весь день. Вскоре Слизнорт объявил о рождественском приёме, куда нужно было явиться с парой. Понимая, что пригласить мне некого, я решила пойти одна. Я надела бирюзовое платье без бретелек, подпоясав его тонким ремешком, и чёрные туфли на каблуке — те самые, что были на моей первой вечеринке в Слизерине. Кабинет Слизнорта был расширен заклинаниями и полон народа. Я быстро отыскала взглядом Пэнси и Блэйза и направилась к ним. — Подруга, ты выглядишь потрясающе! — Пэнси с восхищением окинула меня взглядом. — Присоединяюсь, — улыбнулся Блэйз. — Спасибо. — А кого ты позвала? — поинтересовалась Пэнси. — Никого. Мне и одной хорошо. Вечер был наполнен светскими беседами, я делала вид, что мне интересно. И вдруг знакомый голос, резкий и злой, прорезал гул: — Убери от меня свои руки, грязный сквиб! Драко. Я бросилась на звук. К небольшой группе зевак уже подходили другие. Филч с победоносным видом держал Драко за шиворот. — Профессор Слизнорт! Я поймал этого мальчишку, когда он шнырял по коридорам верхнего этажа! — заявил он. — Утверждает, что приглашён на вашу вечеринку. Драко собрался что-то сказать, его лицо исказила гримаса ярости и бессилия. Я, не раздумывая, вышла вперёд. — Прошу прощения, — мой голос прозвучал твёрдо и холодно. — Но не объясните ли вы, почему столь грубо обращаетесь с моим спутником? Все взгляды устремились на меня. Драко смотрел с немым изумлением. — Это мой партнёр, которого я лично пригласила на этот вечер, — я повернулась к Слизнорту. — Вы же говорили, члены клуба могут приводить гостей. — В-верно, мисс Баскервиль, — Слизнорт смущённо покосился на Филча. — Я думаю, здесь недоразумение... — Отпустите его, — потребовала я, глядя на Филча так, что он невольно отступил на шаг. — Может, вы его просто прикрываете? — не унимался он. — Вы заодно! — В таком случае, мы оба покидаем ваш приём, — я демонстративно развернулась. — Я не намерена ничего доказывать. — Отвали, — рывком вырвавшись, Драко последовал за мной. Мы вышли в коридор и свернули за угол. Я облегчённо выдохнула. — Всё в порядке? — я посмотрела на его плечо, где ткань мятой рубашки всё ещё хранила следы грубой хватки Филча. — Совсем с катушек слетел, — я невольно провела рукой по помятости, пытаясь её разгладить. — Ну, ты мастер импровизации, — он слабо улыбнулся. — Я уже собирался сказать, что меня не приглашали. Спасибо. Снова. И тогда он обнял меня. Сначала неуверенно, а потом крепко, по-настоящему. Его тело было тёплым и твёрдым. Я прижалась к нему, слыша, как бешено колотится его сердце — или это стучало моё? Его запах — ваниль, мускат и апельсин — пьянил сильнее любого зелья. Я уткнулась лицом в его шею, и он, в ответ, глубже вдохнул аромат моих волос. Пожалуйста, не отпускай. Он не отпускал. Наоборот, его объятие стало ещё крепче. Я медленно оторвалась, чтобы взглянуть на него. Его взгляд был непривычно мягким, без намёка на привычную насмешку. Мой разум затуманился. Поцелуй меня. Он, словно прочитав мои мысли, мягко отвёл прядь волос с моего лица и взял меня за затылок. И вот оно. Его губы коснулись моих — сначала неуверенно, почти робко, а потом с нарастающей страстью. — Вот я тебя и заткнул, — прошептал он, касаясь моих губ. Мои колени подкосились. Он ненадолго отстранился, но наш взгляд не прерывался. — Я так по тебе скучал, — его голос был хриплым. — Я не знаю, что это, Баскервиль. Но ты мне нужна. Чёрт возьми, ты невероятна. — Почему ты избегаешь всех? — прошептала я. — Я вижу, что с тобой что-то происходит. — Я никому не могу доверять, — его ответ прозвучал с такой болью, что у меня сжалось сердце. — Сейчас... так надо. Я прикоснулась к его щеке, проводя большим пальцем по нижней губе. — Я понимаю. — Если я против всех, это не значит, что я против тебя, Баскервиль. В животе у меня всё сжалось. Я, не в силах сдержаться, снова потянула его к себе, запустив пальцы в его волосы. Наш поцелуй стал глубже, отчаяннее. — Я так давно этого хотела, — вырвалось у меня. Мы дышали в унисон, теряя голову. Он тихо зарычал, слегка прикусив мою губу, отчего по телу пробежали мурашки. — Стой, — я с трудом оторвалась, пытаясь отдышаться. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Он смотрел на меня, его глаза потемнели. — Пожалуйста, будь осторожен. У меня ужасное предчувствие, что с тобой может случиться беда. Он обнял меня за талию. — Я сделаю всё, что в моих силах. Меня будто озарило. — Ты где будешь на каникулах? — спросила я. — А ты? — Я остаюсь в Хогвартсе. Дома... проблемы. Не хочу туда ехать, — я вспомнила, что письма домой остаются без ответа, и холодная тревога снова сжала сердце. Он не успел ответить. Из-за угла появился Снэгг. Его лицо было каменным. — Мисс Баскервиль, оставьте нас, пожалуйста. Драко мгновенно помрачнел, его лицо вновь стало маской. Я кивнула и отошла, но, свернув за угол, прижалась к стене, не в силах уйти.