Да, она изменила мою жизнь.

Уже почти две недели я посещаю дополнительные занятия у профессора Снэгга. Времени у него, как и у меня, свободного остаётся только после ужина. Поэтому, едва проглотив последний кусок, я отправляюсь в кабинет декана нашего факультета. – Мы учились проникать в сознание волшебника, используя соответствующее заклинание. Теперь пора перейти к практике. Попробуйте считать образ из моей головы, София. Лишь на мгновение задержав на нём взгляд, я чётко произношу заклинание. Перед моими глазами возникает образ парня примерно моего возраста с чёрными волосами до плеч. Он идёт по коридорам Хогвартса с грудой учебников в сторону гостиной Слизерина. – Вам удалось увидеть картинку. Это моё воспоминание. С помощью заклинания, которое вы применили, можно читать сны, воспоминания, сиюминутные мысли. А теперь... – всё исчезает, – мы переходим ко второй части. Окклюменция позволяет волшебнику защитить свои мысли от проникновения, а при должном мастерстве – и искажать их, обманывая того, кто попытается проникнуть в ваше сознание. Попробуйте снова. Последующий час мы безостановочно практиковались. – Вы схватываете на лету, – наши взгляды встретились, и на его губах промелькнула редкая, одобрительная улыбка. – На сегодня достаточно. До завтра, в это же время. – До свидания, профессор Снэгг, – кивнула я, чувствуя приятную усталость. В который раз возвращаюсь в свою комнату под вечер. Силы остаются только на то, чтобы принять душ. После я просто валюсь с ног. С полотенцем на мокрых волосах, закутавшись в халат, я выхожу из ванной. – Ты бы знала, как я сегодня вымоталась. Но это та самая приятная усталость, после которой на душе спокойно, – говорю я Пэнси, плюхаясь на кровать. – А я за тебя рада. Со Снэггом так близко ещё никто не общался. Это круто! Как успехи? – Одно заклинание уже более-менее подчиняется, нужно больше практики. В целом, я довольна, – я сладко потянулась, чувствуя, как ноют мышцы. Пэнси поджала губы и осторожно спросила: – С ребятами ты так и не общаешься? – Нет. А зачем? Да и времени нет разбираться во всех этих проблемах. Я только начала приходить в себя после тех... недоотношений с Малфоем. Решила пока отдалиться ото всех и готовиться к... тому, что ждёт впереди. Сама понимаешь, что творится в мире, – я вздохнула. Пэнси перебила меня шёпотом: – До сих пор не можешь его отпустить? Я поджала губы, опустив взгляд. Потом медленно подняла глаза на подругу. – Пэнс, я живой человек. Ничто не проходит просто так, – я пожала плечами, покачивая головой. – Но я работаю над этим. Подруга присела на край моей кровати, а я приподнялась на локте и прислонилась щекой к её плечу. – Всё будет хорошо. Сейчас не до этого.

Pov: Драко.

Я бреду в свою комнату после очередной бессонной ночи, проведённой с Исчезательным шкафом. Внутри – лишь гулкая пустота. Я с трудом припоминаю, что делал эти две недели. Всё будто происходило само по себе, помимо моей воли. Окончательно добило то, что я увидел на своей кровати: все подарки, которые я когда-то дарил Софи, были аккуратно сложены в коробку. Она вычеркнула меня из своей жизни. Или просто делает вид. А может, я и вовсе ничего для неё не значил. Сунув руки в карманы, я спустился в гостиную. Краем глаза заметил Поттера, направляющегося ко мне. – Малфой, постой, – услышал я то, чего меньше всего ожидал. Но почему-то остановился. Внутренний голос шептал, что это необходимо. – Чего тебе? – буркнул я в своей привычной манере. Он медленно приблизился, и его слова обрушились на меня: – Она мне ничего не говорила. – В каком смысле? О чём ты? – я поднял бровь, пытаясь понять его. На его лице появилась кривая улыбка. – В самом прямом. Она тогда, грубо говоря, послала нас всех, когда мы подсели к ней. В тот день, когда ты её бросил в зале. Помнишь? Я знаю, кто ты. Но она до последнего утверждала обратное. Мои глаза расширились от изумления. – И ты так легко в ней усомнился. Так легко отпустил. Оттолкнул. Круто быть одному, да? Когда некому поддержать? Пульс застучал в висках. Не помня себя, я вцепился ему в грудки рубашки. – К чему ты клонишь?! – К тому, что ты потерял единственного человека, который верил в тебя до последнего. Для которого, возможно, ты был целым миром, – он усмехнулся. – И что? Хочешь ударить? Меня бесила эта ситуация, его тон, его уверенность. – С какого хрена ты говоришь мне это только сейчас, Поттер?! – я едва сдерживался. – А какой был смысл? Ты уже тогда всё для себя решил. – Дерьмо, – выдохнул я сквозь зубы. С искажённым от ярости лицом я оттолкнул его и зашагал прочь – туда, к той самой комнате, к которой не подходил все эти дни. Я знал, что меня ждёт. Но всё равно пошёл. Стою у чёртовой двери уже минуту. Поднял руку и костяшками простучал три раза. Три отчётливых удара, отозвавшихся эхом в моей голове. За дверью послышались шаги. Дыхание перехватило, сердце заколотилось чаще. Дверь открылась, и передо мной стояла Софи. Одной рукой она промокала полотенцем только что вымытые волосы. Они были слегка взъерошены, кое-где торчали непослушные прядки. Халат, доходивший до середины бедра, был небрежно завязан. Я видел очертания ключиц, линию груди... Она похудела. За такое короткое время. Скулы выступили резче, стали видны тени под глазами. Глаза казались больше, но в них читалась усталость. Губы, всё те же, но слегка обкусанные. И в этот момент я с болезненной ясностью осознал, как сильно она мне нужна. Во всём. По её лицу было видно, что мой визит стал полной неожиданностью. – Позвать Пэнс? – сорвалось с её губ, и что-то внутри меня сжалось. Я так давно не слышал её голос. Он изменился, стал тише, с лёгкой хрипотцой. Я выдохнул. – Нет. Я к тебе. После этих слов её бровь поползла вверх, а губы слегка приоткрылись. В этот момент Пэнси, молча и ловко обойдя нас, выскользнула в коридор. Я вошёл, притворил дверь. Софи отошла к стулу и бросила на него полотенце. – Зачем? – она закусила нижнюю губу, подходя ко мне. – Поттер... мне всё только что рассказал, – понимал, как это звучит. – Я... – мне было невыносимо трудно говорить. – Я виноват перед тобой. Она закрыла лицо ладонями. – И что ты хочешь сейчас услышать? – её голос дрогнул. Следующую фразу я произнёс, словно в бреду: – Что ещё не всё потеряно. – Боже, что я несу? – Я хочу всё исправить. Она на несколько секунд застыла, сдвинув брови. Потом снова провела руками по лицу и с надрывом ответила: – Не надо, Драко. – Тысячи ледяных игл впились в меня. – У нас ничего не получится. Я замер на секунду, затем твёрдо проговорил: – Ты же понимаешь, что ты всё равно будешь моей? Нафиг ты говоришь такие вещи? – Слишком самоуверенно, – она грустно усмехнулась, закатив глаза. Снова закусив губу и набрав в грудь воздуха, она выдохнула: – Зачем я это говорю? Да потому что это следовало понять с самого начала. Меня всё это заебало. Не получается у нас. Мы только мучаем друг друга. Всё. Я не хочу. Не хочу больше пытаться, – она беспомощно пожала плечами. Я онемел. В каком смысле «мучаем»? – Ты что несешь? Совсем с катушек съехала?! – я повысил голос, не в силах поверить в её слова. – Мы оба виноваты, что не закончили это раньше, Драко. Я попытался прикоснуться к ней, но она подняла руки, словно ограждаясь от меня. Чёрт возьми, да какого хрена? Я не хочу, чтобы всё так закончилось. А значит, так не будет. Глядя ей прямо в глаза, я сделал полшага вперёд. – Ты любишь меня? – снова неожиданно для себя. Она горько усмехнулась. – Ты не имеешь права спрашивать меня об этом, Малфой, – её голос дрогнул от раздражения. – Я не хочу быть без тебя, – снова сорвалось с губ. – Как же ты не понимаешь? Я потерял контроль, схватил её за хрупкие плечи, чувствуя, как они напряглись под моими ладонями. Нахмурившись и закрыв глаза, она нервно выдохнула. – Иди к чёрту, Малфой, пожалуйста, – она попыталась высвободиться, но у неё не хватило сил. – Ты любишь меня? – я повторил вопрос, который жёг меня изнутри. Помолчав, она тихо, но чётко ответила: – Нет, – и уставилась на меня, а её глаза неестественно блеснули. – Ты врёшь, Баскервиль. – Уйди, я тебя прошу. Пойми, мы слишком разные. У нас нет будущего. Её слова вывели меня из себя. – Прекрати нести эту чушь, мать твою! – я крикнул и тут же осознал это. Она попыталась вырваться, но я не отпускал, держа её в стальных тисках. В итоге она оказалась ко мне спиной, и я обхватил её сзади. – Отпусти! Ты уже всё для себя решил тогда! Ты не поверил мне! А теперь приходишь, говоришь, что всё отлично, и думаешь, мы вернёмся к прошлому? НЕТ! Ничего не будет! – её голос сорвался. – Я. БОЛЬШЕ. НЕ. ЛЮБЛЮ. ТЕБЯ. Нет, чёрт возьми. Так просто ты не отделаешься. Я поднял её на руки в том же положении, подошёл к стене, развернул и прижал к ней. Немного отстранившись, я заметил, что пояс её халата развязался, и ткань распахнулась, открывая бардовый бюстгальтер. Снова не отдавая себе отчёта, я приник к её шее, обняв её. Поцелуями скользнул до ключицы и почувствовал, как её руки упёрлись в мою грудь, пытаясь оттолкнуть. Но я лишь сильнее прижал её, игнорируя сопротивление. Мои губы нашли её губы, и в какой-то момент сопротивление исчезло. Её руки всё так же сжимали мою рубашку, а я усмехнулся прямо в её поцелуй. – Ты скучала по мне, – наши взгляды встретились, и я увидел, как по её щеке скатилась слеза. – Пожалуйста, Драко, не надо, – прошептала она то, чего я боялся услышать больше всего. Медленно, скрепя сердце, я отстранился. Она запахнула халат и завязала пояс. Ничьи эмоции раньше не действовали на меня так. Многие пытались давить на жалость, рыдать, кричать – мне было плевать. Но не с ней. Одна-единственная слеза переломила что-то во мне. – Уйди, прошу. Всё кончено, – её слова добили меня окончательно. Я с силой ударил кулаком по стене рядом с её головой. Софи вздрогнула и закрыла лицо руками. – Почему?! – но ответа я не услышал. Двери наших спален помнят, как мы хлопаем ими, доводя друг друга до белого каления. Как и сейчас. Я быстрым шагом направился к себе, но на пути мне встретилась Дафна. Как некстати. – Привет, Драко, – она обвила мою шею рукой. – Скучал? – легонько поцеловала в щёку. В тот же миг я взял её за руку и поволок в свою комнату. Раздвинул её ноги, забросил на себя, а затем и на кровать. Дафна помогала расстёгивать мою рубашку. Но Софи делала это иначе. Дафна целовала мою шею и ключицы. Но у Софи это выходило по-другому. Дафна покусывала кожу на моей шее, не вызывая ни единой искры. Всё было не так, как с моей девочкой. Всё было не то. Я убрал её руки и мягко отстранил. – Иди к себе, – поднялся и натянул рубашку. – В каком смысле? – Дафна развела руками. – Мы же вроде как... Я закатил глаза. – Когда ты уже поймёшь, что никаких «мы» нет? Собирай свои вещи и уходи. Дафна усмехнулась и, натягивая одежду, подошла ко мне сзади. – По своей любимой скучаешь? Она тебя не хочет, как ты не можешь этого понять? Я резко обернулся и бросил на неё ледяной взгляд. – Какое твоё, нахер, дело? Убирайся. Но она, не унимаясь, продолжила: – А у меня к тебе настоящие чувства... – Ты меня не слышишь? – я перебил её. – С тобой мы только трахались. Неделю назад, год назад – неважно. Ты всегда будешь второй. По крайней мере, для меня, – я выпалил это со злобой. – Проваливай из моей комнаты. Она замахнулась, чтобы дать мне пощёчину, но я поймал её запястье. – Если попробуешь ещё раз – сильно пожалеешь, – прошипел я. Она вырвала руку и выбежала прочь. А я остался наедине с мыслями, которые пожирали меня изнутри.