Желанный

Исле казалось, что воздух покинул ее легкие, и она не могла нормально дышать. Ее грудь сжалась, горло напряглось. Ее взгляд упал на светловолосого мальчика, стоящего на подъездной дорожке у ее дома, его пальто было усыпано снежной пылью, а волосы взъерошены. Она провела пальцами по бедру, и ущипнула себя, сжав губы, чтобы не ахнуть, но ей нужно было убедиться, что это не сон, что она не спит рядом с брюнетом. Исле не снилось, и блондин действительно стоял возле ее дома в ледяную погоду, на Рождество, посреди ночи. Ей следовало бы удивиться, поразиться его появлению в столь поздний час, тем более, он знал, что Теодор будет в ее доме, но она старалась не выглядеть шокированной. Покачав головой, она взглянула на мальчика, крепко спящего в ее постели, прежде чем открыть замок на окне и распахнуть его настежь. Ветер потрепал ее воспаленную кожу под безразмерной футболкой Теодора, и она ахнула от прохладного воздуха. Перегнувшись через подоконник, она уставилась на него, широко раскрыв глаза и испытывая тревогу. — Что ты делаешь? — прошептала она, резко, но тихо, чтобы не разбудить Теодора. — Какого черта ты делаешь… — Спустись сюда, Кларк, — прорычал Драко, засунув руки в карманы и глядя на нее снизу. — Я хочу поговорить с тобой. — А я хочу спать! — Исла покачала головой, ее волосы заплясали от прохладного ветра, а снежинки зацепились за их пряди. — Сейчас три часа ночи, Малфой, и сегодня Рождество! Чего ты можешь хотеть сейчас? — Я только что сказал тебе! — зарычал Драко. — Я хочу поговорить с тобой! — Я не хочу говорить с тобой… — проглотив желание нагрубить ему и заставит его злиться, она посмотрела через плечо на Теодора. — Я не могу, Малфой. — Просто спустись сюда, — скрестив руки и подняв бровь, Драко нетерпеливо прорычал. — Ради всего святого, Кларк. Ты можешь спуститься сюда на десять минут. — Я не могу! — она почти зашипела, раздраженная его непониманием. — Теодор здесь, и ты все ясно дал понять в прошлый раз, так что просто уходи… Сухо опустив взгляд, он напряженно подумал о том, что он может сделать, чтобы заставить ее выйти. Малфою нужно было поговорить с ней. Было Рождество, и обычно, он обожал праздники, но не теперь. Теперь они ему были противны, и как только он уловил ее раздражение из-за холода, он снова уставился в окно. — Я разбужу весь чертов дом, если ты не оденешься и не спустишься сюда в ближайшие три минуты, — пригрозил он. — Нет, ты этого не сделаешь, — нахмурилась Исла, крепко обнимая себя, ее зубы начали стучать, и она слышала, как Теодор вздрагивает во сне из-за открытого окна. — Ты даже не можешь войти в дом, Малфой, и это не имеет значения. Я не хочу видеть тебя… Ее прервал кричащий почти во всю силу своих легких, Драко, что заставило ее захлопнуть окно. Обернувшись, она испуганно посмотрела на спящего брюнета. Малфой затих, но лишь на секунду, прежде чем резко вдохнул и снова закричал, гортанно, хрипло, от этого зазвенели стекла, а в венах забурлила паника. Тео зашевелился в одеялах на ее кровати, его обнаженная грудь вздымалась, а мышцы напряглись в лунном свете. Исле не хотелось оставлять его здесь. Она просто хотела заползти обратно под теплые одеяла и спрятаться от всего мира рядом с мальчиком, которому она призналась в своих чувствах. Но что-то подсказывало ей, что Малфой не отступит. Он не сдастся и перебудит всех соседей, чтобы доказать свою правоту. Она знала это, потому что если бы это была она, именно так бы она поступила, чтобы привлечь внимание, которого жаждала. Захлопав ресницами, ругаясь изо всех сил, чтобы не разбудить Тео, она отпрянула от окна и распахнула его. Посмотрев на него сверху вниз, с яростью, плескавшейся в ее зрачках, она вздохнула. — Десять минут. Малфой кивнул, пытаясь скрыть улыбку. — Это все, о чем я прошу, Кларк. Исла закрыла окно и несколько минут нервно вышагивала по полу, прежде чем натянула брюки и выскользнула в коридор. Осторожно закрыв дверь, она спустилась по лестнице, натягивая зимнее пальто и перчатки. Драко стоял там же, где она видела его в последний раз, на подъездной дорожке, и она направилась к нему, не колеблясь, остановившись на расстоянии вытянутой ноги. — Что такое? — пробормотала Исла, обхватив себя руками и чувствуя, как ее туфли утопают в снегу. Наклонив голову, Малфой весело ухмыльнулся. — Ну, и тебе привет, — насмешливо сказал он, оглядывая ее, его взгляд остановился на брюках, которые были на ней, и он усмехнулся. — Хороший выбор одежды, Кларк. Закатив глаза, она уставилась на свои ноги, глядя на свободную полосатую ткань, переливающуюся светлыми тонами. Исла нахмурилась. — Это пижама, Малфой. Да, я в ночной одежде, потому что сейчас середина ночи. Что бы ты предпочел? Чтобы я вышла сюда голой? — Я точно не ожидал, что ты будешь спать рядом с Ноттом в пижаме, и нет, я бы не возражал, чтобы ты была голой… Ее щеки покраснели от его слов, и она отвела взгляд от ледяных глаз, прожигающих ее. — Кто сказал, что я спала в одежде? Драко сглотнул, стиснув челюсти от ее слов. — Не надо… — Тогда не начинай, — разочарованно зашипела она. — Чего ты хочешь, Малфой? Я действительно не в настроении для этого… — Прогуляешься со мной? — он опустил взгляд, проводя рукой по волосам. — Мне нужно поговорить с тобой… — Теперь ты хочешь поговорить? — она подняла бровь, чувствуя себя смущенной. — Ты точно не хотел говорить со мной в школе, до того, как я ушла, так что я не понимаю, что тебе нужно посреди ночи… Драко зарычал, раздраженный ее сопротивлением, и развернулся, уходя от озадаченной девушки. — Малфой… — Нет, если ты так себя ведешь, то к черту, — пробормотал он, направляясь дальше по улице, пока она проводила перчатками по волосам, она не могла понять, что несет блондин. — Счастливого, блять, Рождества, Кларк! — крикнул он, уходя прочь. Исла вскинула руки и так же громко крикнула. — Ну и пошел ты! — развернувшись, она снова направилась к своей двери, готовая захлопнуть ее и больше никогда не разговаривать с Малфоем. Но как только она взялась за ручку двери, ее дернули назад. Его рука схватила ее за плечо, и он притянул ее к себе. — Пошел я? Нет, пошла ты, Кларк, — процедил он сквозь зубы, его глаза вспыхнули от гнева. — Я пришел сюда в надежде поговорить с тобой, а ты обращаешься со мной так, будто я какой-то гребаный… — Тогда чего ты хочешь от меня? — её голос был жестким, но она шептала. — Может ты скажешь мне? Потому что я определенно не понимаю тебя! Ты говоришь, что переспал с другой, потом игнорируешь меня целую неделю, а потом появляешься здесь посреди ночи, ожидая от меня вежливости? — Как будто ты не трахалась с Ноттом? Ее глаза расширились, безучастно уставившись на него. — Да, я, блять, так и думал, и к твоему чертову сведению, Кларк, — он напрягся, схватив ее за плечо. — Я ни с кем не спал, но ты спала, так что нет, я больше ничего от тебя не жду. Оттолкнув его, она создала между ними необходимое пространство. — Я не спала с Теодором до этой ночи, Малфой, и откуда мне знать, что ты не спал ни с кем другим? Ты только и делаешь, что постоянно врешь, чтобы причинить мне боль. То же самое было с письмом Теодора. Ты сказал, что потерял его… –Да, я действительно сорвался… — выпалил он, сжимая кулаки. — Да, я соврал, что трахал кого-то еще, но это только потому, что… Обидная пауза затянулась, он прочистил горло. — Зачем мне врать о письме, Кларк? Зачем мне… Исла вздохнула, она чувствовала себя более чем измученной всеми этими ссорами и болью, в которых они продолжали топить друг друга. Услышав, как отчаянно зазвучал его голос, она отвернулась от него. Она знала, что они не могут стоять возле ее дома посреди ночи и кричать друг на друга, никого не разбудив. Понизив голос, она кивнула в сторону конца улицы. — Идем, — прошептала она и прошла мимо него, оставив его в недоумении на несколько минут, пока он собирал силы, которые, как он знал, ему понадобятся. Он молча шел за ней, ни один из них не произнес ни слова, пока они пробирались через ее район, он хмуро смотрел на нее, пока она вела его по крошечной тропинке, мимо деревьев, и вдруг вокруг стало светлее. — Что это? — спросил он, недоуменно глядя на ледяное озеро перед ними. Исла обернулась, приоткрыв губы, когда туман от ее теплого дыхания слился с прохладным воздухом. — Это тишина и покой, Малфой. Похоже, нам обоим это не помешает. — О? — он насмешливо толкнул ее в бок, и на его лице появилась ухмылка. — Я думал, ты привела меня сюда, чтобы утопить. Раздраженный тон Ислы перешел в тихий смех. — В замерзшем озере? — Скажем так, Кларк. Я никогда не считала тебя человеком, который бросится с астрономической башни, чтобы доказать свою точку зрения, и вот мы здесь. Так что да, в замерзшем озере. Исла пыталась не позволить появиться улыбке, которая заиграла на уголках ее губ, но не смогла. — Тогда я предлагаю тебе вести себя прилично. Снова замолчав, Исла осторожно вышла на лед, слыша, как хрустит под ее ботинками покрывающий его снег. — В чем дело, Малфой? — спросила Ислам, теперь уже спокойно. — Я знаю, что ты проделал весь этот путь на Рождество не только для того, чтобы проверить меня. Он скорчил недовольную гримасу и последовал ее примеру, ступая ботинками по замерзшей воде. — С какой стати я не должен проверять тебя? — Потому что ты этого не делаешь, — заявила она, зарываясь подбородком в воротник пальто. — Ты не проверяешь меня, есть причина, по которой ты здесь… — Ты чертовски жестока, ты знаешь это… — А ты нет? — она быстро моргнула, вода образовалась в ободке ее глаз, от налетевшего резкого ветра. — Я вышла посреди ночи не для того, чтобы ссориться, так что либо ты говоришь мне, в чем дело, либо нет, но я должна вернуться… — К нему? Она сглотнула и отвернулась. — Зачем ты вообще вышла на улицу, Кларк? Зачем ты вообще согласилась встретиться со мной, если не хочешь этого? — спросил Драко, пристально глядя на нее. Сложив руки, она нахмурилась. — Потому что ты, черт возьми, кричал. Это, похоже, задело его настолько, что его плечи опустились, и его самоуверенность сменилась молчанием. — Я больше не буду этого делать, Драко. Я больше не хочу этого, я не хочу ссориться, и уж точно не хочу делать это посреди ночи, — она попыталась поймать его взгляд, но он не отвел глаза. — Я не знаю, о чем еще можно говорить. У него защемило в груди от того, как она произнесла его имя, но он не знал, расстраиваться ли ему из-за этого или дорожить тем, как она его произнесла. Драко не ответил ей, и она заметила, как он сдерживает себя. Исле не нравилось, когда он так делал. Она бы предпочла, чтобы он кричал и орал на нее, а не молчал, но он, похоже, не хотел ни того, ни другого. У неё кончилось терпение, и с громким стоном Исла опустилась на лед. Перевернувшись на спину, она подняла голову и похлопала по земле рядом с собой, чтобы он присоединился к ней, но он несколько мгновений колебался. — Просто возьми себя в руки и спустись сюда, — пробормотала она сквозь дрожь. — Я не кусаюсь. Он опустился на колени и лег рядом с ней. — Ты кусаешься, черт возьми, Кларк. В прошлый раз ты так сильно прокусила мне губу, что мне пришлось лечить ее заклинанием. — Серьезно? — она была шокирована, наклонив голову она посмотрела на него. — Прости… — Не стоит, — он раздраженно закатил глаза, стараясь изобразить бесстрашие. — Я не возражал. Ее кожа покраснела, пульс участился. — Я рада, что ты не… — она замолчала, чувствуя себя в замешательстве от того, почему он пришел к ней. — Я не говорил, что что-то не так… — Ложь не поможет, — сказала она. — Если ты пришел сюда по какой-то причине, но передумал, все в порядке. Ты не обязан говорить со мной, но если есть что-то, о чем ты хотел бы поговорить… Малфой закрыл глаза, слушая только ее голос. — Я хочу, чтобы ты знал, что ты можешь это сделать, в смысле, поговорить со мной. -Я знаю, — он затих, повернув голову, чтобы посмотреть на нее, проследить за ее чертами и блеском глаз. — Ты ненавидишь меня, Кларк? Поэтому ты проводишь с ним время? — Малфой… — Так ты спала с ним, да? — выпалил Драко, желая узнать полный ответ на вопрос, не копаясь в ее голове. Он больше не хотел этого делать. — Он влюблен в меня… — прошептала она, ее внутренности разрывались от реальности всего этого. — Он влюблен в меня, и я… — И ты влюблена в него, — закончил Драко, его голос был наполнен болью. — Я понял. — Я не хочу выбирать, — Исла выпрямила шею, шепча мальчику, пока он не сводил с нее глаз. — Я не хочу делать этот выбор, Малфой. Я не хочу выбирать, потому что знаю, что потеряю того, кого не выберу. Усмехнувшись, Малфой сделал то же самое, что и она. Он уставился в небо. — Осторожнее, Кларк. Твои чувства начинают проявляться. — Я не хочу их скрывать, — ее спина тяжело опустилась на лед, и они вздрогнули от холода. — Я не хочу скрывать свои чувства, но в то же время… в то же время я знаю, что потеряю одного из вас, и вы потеряете друг друга. Я не хочу этого. Его пальцы скользнули по гладкому озеру, и кончики их касались места, где разошлись ее пальто и перчатка. Утешая ее на расстоянии. Исла не возражала. В его прикосновениях она находила столько легкости. — Это твой способ сказать мне, что… — он сделал паузу, переводя дыхание в тишине. — Что ты выбираешь его? Исла выгнулась дугой, садясь на льду. — Я никого не выбираю. — Ты должна… — Ну, я не… — Это закон… — Тогда я выбираю себя! Драко пристально смотрел на нее, прекрасно понимая, как тяжело ей приходится. Он был в ловушке похожей битвы, между Ислой и Пэнси, где он был единственным, кто не мог разобраться в своих чувствах. — Думаю, это разумно, — пробормотал он, желая, чтобы его голос звучал сердито и недовольно. Не желая, чтобы она видела, как его эмоции просвечивают сквозь него. — Если ты не выберешь меня, тебе лучше остаться одной. Губы Ислы приоткрылись, и она вскинула голову. Ее глаза встретились с его глазами. — Это жестоко, даже для тебя. — Почему? — он сел рядом с ней, его руки впились в слой припорошенного снега. — Как это… — Потому что ты предпочел бы, чтобы я осталась одна, а не с Теодором, — нахмурилась Исла. — Тео никогда бы так со мной не поступил. Он предпочел бы видеть меня счастливой, неважно, с ним или нет. — Тогда какого хрена ты здесь делаешь? — зарычал Драко, заставляя себя подняться с земли и отойти подальше. — Хотел бы он, чтобы ты была счастлива, Кларк? Хотел бы он, чтобы ты была счастлива, даже если бы узнал, что ты оставила его в постели только для того, чтобы улизнуть со мной… — Вот в чем чертова разница между вами двумя! — у Ислы не осталось ни капли самообладания. Она просто набросилась на него. — Он никогда бы не стал так угрожать мне. Он скорее потеряет меня, чем причинит мне боль, но ты не такой, да? Все, чего ты жаждешь, это контролировать меня. Тебя не волнует, что я переспала с ним. Ты хочешь сделать это лучше, чтобы чувствовать себя лучше. Ты бы вел себя так, если бы он не был моим другим выбором? Стал бы ты вообще смотреть на меня, если бы это не подпитывало твое эго? Его ресницы затрепетали от удивления, когда она закричала на него. — Я так не думаю, Малфой, и, к твоему сведению, я бы не стала скрывать это от него. Мне позволено делать то, что я хочу, и он не стал бы препятствовать моей встрече с тобой сегодня вечером, потому что он доверяет мне. Он не думает, что я сплю с тобой только потому, что смотрю на тебя. Он доверяет мне, ты слышал о таком, Малфой? Доверие? Исла почувствовала, как закипает ее кровь, а сердцебиение отдается в ушах. — Ты чертовски невероятна, — проворчал Драко, собираясь развернуться, оставить ее на озере и не оглядываться, но как только он попытался это сделать, его ударили чем-то по затылку. — Что за… Исла стояла со снегом в руке, запустив в блондина другой рукой, горсть снега. — Я невероятна? — она задыхалась, наклоняясь, чтобы набрать еще снега. — Это ты вытащил меня из моего собственного дома посреди ночи, крича, а я невероятна… нет, это ты невероятен! Даже не пытайся свалить это на меня. — Прекрати, Кларк, — он принял еще один удар снега в грудь, наклонив голову и подняв бровь. — Хватит… — Почему? Почему это всегда… — она направила на него еще один снежный шар. — Должно прекратиться, когда ты говоришь, что хватит? — она задыхалась, вокруг нее клубился туман. — Почему нельзя остановиться до того, как ты начнёшь говоришь такие вещи, как… –Блять, брось в меня ещё один снежок, давай, — она бросала в Драко снежок за снежком, но мальчик не сдвинулся с места. Он позволял ей бросать их в него в течение нескольких минут, избавляясь от злости, пока она стояла на замерзшем озере в своих нелепых пижамных штанах. — Еще один, Кларк. — Я не обязана… — она пыталась дышать, но его медленные шаги в её сторону мешали сосредоточиться. — Я не обязана слушать тебя… Он обхватил её запястья своими руками. Его дыхание было таким сладким на вкус на ее губах. — Нет, ты не обязана, но ты делаешь то, что я говорю, не моргнув дважды, почему так, Кларк? Почему… — Исла, — прорычала она, пытаясь отдернуть руки. — Меня зовут Исла, черт возьми. Я чувствую себя как моя мать, когда ты продолжаешь называть меня Кларк. Лицо Драко опустилось, его брови сжались. — Отвали, тебе действительно нужно было вложить этот образ в мою голову, да? Он слегка ухмыльнулся. Исла прикусила внутреннюю сторону щеки, пряча улыбку вызванную тем, каким недовольным он выглядел. — Да. Теперь называй меня по моему чертовому имени, или я… Вместо того, чтобы отпустить ее, когда она попыталась отступить, отталкиваясь от него своими конечностями, он прижал ее к себе. — Ты не устанавливаешь для меня правила, Кларк. — Тогда отпусти меня, — она металась и ворочалась в его хватке. — Отпусти меня, отпусти меня, отпусти меня… — Ты ведешь себя как чертова маньячка, — Драко покачал головой, медленно ослабляя хватку, и она сразу же заметила это. Если бы это было четыре месяца назад, он бы толкнул ее, повалил на землю и плюнул бы в нее за то, что она открыла рот в его присутствии, но теперь все было не так. Исла знала это сейчас. Она могла уйти, легко отстраниться от него и пожелать ему гореть а аду, но она этого не сделала. Она боролась с ним, боролась с каждым его предложением, которое он произносил, чтобы хоть как-то помешать ему покинуть ее, и никогда не понимала почему. — Я маньячка? Это ты стоишь у моего дома на Рождество… — Перестань вспоминать об этом, Кларк. Ты не знаешь, о чем говоришь, — он чуть не стиснул зубы, будучи в такой же ярости из-за нее, как и она из-за него. — Я предлагаю тебе заткнуться… — Почему ты не дома со своей семьей? Или с Пэнси? Или с той девушкой? — Исла развела руками в воздухе, приподняв брови. — Почему ты всегда оказываешься здесь, где я не… — Потому что они, блять, мертвы, Кларк. Мир вдруг перестал вращаться, и небо осыпало их обоих пылью. — Что… — она вздохнула, ее лицо выражало чистое сомнение. — Драко, что ты… — Они, блять, мертвы. Их здесь больше нет. Ушли, Кларк, — Драко отвернулся, больше не глядя на нее, и ему показалось, что у него вырвали сердце. — Вот так. Я чертовски испорчен. Я злой и жестокий, раз обращаюсь с тобой так. Я чертов идиот. Я знаю, ясно? Я безнадежен, черт возьми, и я никогда никому не говорил об этом, кроме Пэнси, так что, прости меня, блядь, за то, что мне было трудно отпустить ее. Опять тишина. Она не знала, что делать. Исла ничего не сказала. Она просто подошла к нему и, обхватив его за талию руками и твердо стоя на льду. Прислонилась лбом к его спине. Она обняла его, и это поразило ее. Она никогда не обнимала его раньше, не так. Она никогда не обнимала его. — Мне так жаль… — прошептала она, крепко обнимая его сзади. Она почувствовала, как его тело начало дрожать. — Я не знала… Мне так жаль, Драко! Малфой поднял подбородок, пытаясь остановить падающие слезы, но не смог. Он накрыл ее руки своими и позволил ей обнять себя, тихо плача. Он не хотел, чтобы это было заметно. И вот они стояли на льду, ее руки обнимали его, когда он сломался. Драко всегда любил Рождество, но больше не любит. Он был один, и теперь все это имело для нее смысл. Малфой не ненавидел ее. Он боялся рассказать ей. Он был в ужасе от того, что отпустил единственного человека, который знал его самую глубокую и мрачную тайну. Пэнси бросила его, как и все остальные. Через несколько долгих, столь необходимых минут покоя, он развернулся в ее объятиях. — Их убили, — прошептал он, глядя в небо, тонкие снежинки покрывали его фарфоровую кожу. — На войне. На них наслали проклятие, и они умерли вскоре после этого. Я нашел их во дворе. Исла почувствовала, как слезы выступили в уголках ее глаз. Она не осмеливалась посмотреть на него. — Так что да… — пробормотал он, сглатывая ноющую боль внутри. — Извини, что я больше не очень люблю Рождество, Кларк. Ее сердце болело в унисон с его сердцем, и она молчала, лишь теснее прижималась к нему. — Каждый потерял кого-то в той кровавой войне, Кларк. Тебе не нужно меня жалеть, — он изо всех сил старался казаться суровым, чтобы не выдать своих эмоций. — Ты потерял свою семью, Драко, — сказала она? прислонившись лбом к его груди, чтобы быть рядом, на случай, если она ему понадобится. — Ты можешь скорбеть. — Мы все теряем друг друга рано или поздно, — его голос оборвался. — Я просто не ожидал, что потеряю всех сразу. — Ты не потеряешь меня, — попыталась утешить его Исла, приподнявшись на носочках, чтобы вытереть жемчужины под его глазами. — Я знаю, ты не веришь в это, но я всегда буду с тобой. Тихие слезы катились по его иссушенной коже, пока они стояли на падающем снегу, таком же холодном, как и они сами. Он рассказал ей свой секрет. Возможно, она была в достаточной безопасности, чтобы рассказать ему свой. Что она действительно была частью родословной, о чем никто не знал. Возможно, именно это им и было нужно, она верила в это. Разбитое сердце в только для того, чтобы исцелиться вместе. — Кто? — с нежностью спросила Исла. — Могу я спросить, кто сделал это с ними? — Уизли. — Что… — Да, — усмехнулся Драко, почти небрежно. Как будто он дистанцировался от этого имени, чтобы не сдаваться каждый раз, когда оно упоминалось. — Я видел кое-что во время битвы. Не может быть, чтобы это был кто-то другой. Это Уизли. Я уверен в этом. Исла замерла. Ее сердце перестало биться, а пульс заледенел. — Что? — она стиснула челюсти и закрыла глаза. Как ты можешь быть уверен? Молясь про себя, чтобы он не произнес этих слов, она ужасно боялась, что он их произнесет. Никто никогда не говорил ей, кто забрал у нее Фреда. Кто лишил ее самого дорогого человека, которого она когда-либо знала, этого мира. Никто не знал. — Я видел, как их мать убила мою тетю, поэтому мой отец убил одного из близнецов, того, что повыше, Фреда, — продолжил он, не замечая, что девушка начала отходить. — Око за око и все такое, и следующее, что я узнал… Все ее тело задрожало, и истина, как она ее знала, замедлилась. — И следующее, что я понял, это то, что я нашел своих родителей, проклятых, на земле, без надежды на спасение. Я не смог… — он закашлялся, вокруг него клубился туман. — Я не смог спасти их, Кларк. Я ничего не смог сделать, но если мне когда-нибудь попадется в руки проклятый Уизли, я без колебаний отомщу. Ее сердце упало, дыхание участилось. Ей казалось, что она умерла. Если мир Ислы еще не разлетелся на куски до этого, то теперь он разлетелся.