Желанный

— Он должен быть здесь с минуты на минуту, да? — спросила мать, стоя у плиты и помешивая кастрюлю. — Если он не опоздает, конечно. Погода не самая лучшая. — Не знаю, — Исла ходила взад-вперед, нервничая из-за прихода брюнета. — Он никогда не опаздывает. Может, он передумал? Она не видела его больше недели, почти две. С тех пор, как в школе начались рождественские каникулы, и она уехала домой. Ее мать усмехнулась, отложив ложку и повернувшись лицом к дочери. — Почему ты так думаешь? Из того, что ты мне рассказала, он кажется милым мальчиком, Исла, — ее тон был легким, обнадеживающим. — Что я тебе всегда говорю? Не суди книгу… — Не суди книгу по обложке, — пробормотала Исла, все еще расхаживая по полу кухни. — Я знаю, но что, если он… Звонок в дверь отвлек ее, и она застыла на месте. Стоя почти в оцепенении, она перевела взгляд на мать. — Ну, — крикнула мать, махнув рукой в сторону прихожей. — Не стой, иди и открой. Нерешительно подойдя к двери, она замерла, когда ее рука сомкнулась на ручке, и только когда она снова зазвенела, ее запястье дернулось, и она широко распахнула дверь. Ее сердце колотилось, стук отдавался в ушах, пока она смотрела на мальчика, стоящего с небольшим слоем снежинок, покрывающих его растрепанные кудри. — Привет, — тепло улыбнулся Теодор. Исла почувствовала, как на ее губах появилась улыбка, и сделала шаг в холод. — Привет. Его руки вытянулись в воздухе, и он заключил ее в объятия, обхватив нервничающую девушку своими конечностями. Она тут же растаяла в его объятиях. Она пыталась не делать этого. Она пыталась отстраниться, даже прижавшись к нему, но не могла. Она не могла отстраниться от него. В нем было что-то такое. Даже если они утверждали, что они не более чем друзья, Исла была так зависима от него. Как будто ее счастье и благополучие зависело от него. — Теодор! — её мать поприветствовала их сзади, заставив их отпрыгнуть друг от друга, а Ислу отойти в сторону, освобождая место для матери, чтобы поприветствовать Слизеринца в их доме. — Вижу, ты добрался сюда целым и невредимым. Тео осмотрел ее мать с ног до головы, прежде чем протянуть руку. — Миссис Кларк, — вежливо поздоровался он. — И в самом деле. Ее мать без колебаний обняла мальчика, прижавшись к нему, а он поднял бровь смотря на девушку, стоявшую рядом с ними. Исла застенчиво улыбнулась, покачав головой. — Мам, достаточно, думаю, он понял, — выдохнула она с легким смешком. Руки ее матери остались на мальчике, когда она откинулась назад, милостиво улыбаясь ему. — Ты похож на своего отца, — она поджала губы. — Как твои родители, надеюсь, в порядке и здоровы? Он был немного недоволен вопросом. — Они хотели, чтобы я пожелал вам счастливого Рождества. — В этом году они празднуют в одиночестве? Никакой рождественской вечеринки? — спросила она, скрещивая руки на фартуке. — Они всегда устраивали такие красивые вечеринки! — Мама… — Исла поджала губы, покачав головой от любопытства этой дамы. — Может быть, нам стоит пригласить его в дом, пока он не замерз до смерти? — О! — её мать захихикала, шагнув в дом. — Ты должен извинить меня, Теодор. Я иногда слишком много болтаю, но, добро пожаловать. — Спасибо, миссис Кларк, — прошептал Теодор, жестом руки показывая, чтобы Исла шла вперед, и когда она это сделала, то вздрогнула от его руки, приземлившейся ей на поясницу. Ее тело напряглось, и она солгала бы, если бы не сказала, что ей не хватало его прикосновения. — Исла, возьми его пальто и сумку, хорошо? Ты можешь отнести их в свою комнату. Мы постелили там для тебя! — настойчиво проговорила ее мать, направляясь на кухню. — Я забыла о плите! Когда мать скрылась из виду, Исла повернулась к брюнету, сразу же утонув в его пленительных глазах. — Ты в порядке? — Тео ухмыльнулся, протянув руку и заправив локон ей за ухо. — Ты выглядишь немного… напряженной. -Правда? — она нервно вздохнула, наклонив голову к его ладони. — Мне жаль… — Не надо… — он быстро прервал ее извинения, посмотрев на нее так нежно, что она могла взорваться при виде этого. — Я скучал по тебе, красотка. Исла покраснела и отвела взгляд, пытаясь скрыть улыбку, которая появилась на ее лице. -А что, если я скучал по тебе больше? — Это невозможно, — усмехнулся он, проведя языком по нижней губе. — Но если ты так говоришь, Кларк. Я довольно замечательный, я бы тоже скучал по себе, так что я не могу винить тебя за это. Сухо закатив глаза, она подняла брови, проведя руками по его плечам, и он наклонился к ней. — О? — она усмехнулась. — Ты думал, что я снова обниму тебя? Теодор нахмурился и громко вздохнул, когда она схватила его за пальто, заставив его развернуться, чтобы стянуть его с напряженных плеч. — Мы слишком многого хотим, да? — поддразнила Исла. — Ну… — Теодор позволил ткани соскользнуть с его рук. — В конце концов, это же Рождество, не так ли? Подойдя к шкафу с его пальто, она кивнула в сторону лестницы. — Ну… поторопись, красавчик, — прикусив нижнюю губу, она выхватила у него из рук сумку. — У нас же нет целого дня, правда? Ограниченный в движениях, он уставился на нее широко раскрытыми глазами, Исла игриво усмехнулась и прошла мимо него. — Черт… — простонал Теодор, обхватив ее за талию на первой ступеньке лестницы и прижавшись грудью к ее спине. — То, как ты говоришь со мной, Кларк. Улыбаясь про себя, Исла заглянула через плечо. — Что теперь, красавчик… Он сглотнул, проглотив чувство, которое вызвали ее слова, и наклонил голову. — Вот оно… — он наклонился, схватив ее за бедра, и поднял ее. — Достаточно с тебя, не думаешь? Исла завизжала, разразившись смехом, пока он нес ее вверх по лестнице. — Теодор, пожалуйста… — Что я говорил о том, чтобы умолять меня, Кларк? — проворчал он, оглядываясь по сторонам, чтобы понять, какая из всех комнат на верхнем этаже принадлежит девушке на его руках. — Ты будешь умолять меня, но не сейчас… Она указала на перламутровую дверь, не веря, что ее щеки могут стать еще краснее. — Эта… Он не теряя ни секунды, подошел, открыл дверь и захлопнул ее ногой. Его зрение мерцало, привыкая к приглушенному свету. Тео нашел две кровати и, не колеблясь, повалил ее на одну из них. Ее спина отскочила от матраса, когда он встал на колени между ее ног, швыряя свою сумку через всю комнату. — Уже не такая дерзкая, да? — проворчал он, возвышаясь над ней. — У тебя довольно заносчивое поведение, Кларк. — Правда? — она забавно закатила глаза. Он был так близко к ней, так близко, что она чувствовала его мятное дыхание, обдувающее ее губы. — Не заметила… — Да? — дыхание Тео стало тяжелее, он смотрел на нее сверху вниз. — Не только красивая, но и лгунья, я вижу… Обняв его за шею, она притянула его к себе. — Ты красавчик, — вздохнула она. Ее ресницы сражались с нарастающим напряжением, наполняющим комнату. — Красавчик… Он прижался к ней всем телом. — Сейчас трудно быть твоим другом, Кларк, — облизнув губы, он опустил глаза, чтобы посмотреть, как она прижимается к нему. — Не делай этого со мной… — Что? — она выгнула спину и шире раздвинула ноги для него. — Что я делаю? Друзья могут разговаривать друг с другом, верно? — Я не хочу с тобой разговаривать, Кларк! — он наклонил голову и прошептал ей на ухо. — Я хочу делать все, кроме разговоров с тобой. Он говорил так медленно, что она вздрогнула, и ее ногти впились в его плечи. — А если я хочу поговорить… — она застонала, почувствовав, как он надавил на бедра, заставляя ее ощутить его пульсирующую эрекцию через брюки. — Поговори со мной. Теодор обхватил руками ее спину, развернув их поверх ее одеяла. Она облокотилась на край кровати. — Поговори со мной, Тео. Его нос коснулся места, где бился ее пульс. — Ты хочешь, чтобы я поговорил с тобой, да? — он прижался губами к ее коже, слегка царапая ее зубами. — Как ты хочешь, чтобы я говорил с тобой, Кларк? Оба они сходили с ума, из-за того, что неделями не прикасались друг к другу. Ни разу она не прижимала его так близко с той ночи в библиотеке. Она прижалась к нему бедрами, тяжело выдыхая от трения. — Я не знаю… — её голова откинулась назад, позволяя ему ласкать ее шею, как он хотел. — Просто поговори со мной, пожалуйста… Одна его рука запуталась в ее волосах, в то время как другая обхватила ее бедра, помогая ей сопротивляться ему. — Сначала, мне нужно знать, чего ты хочешь, Кларк… — он дышал ей в шею. — Как друзья, конечно. — Как друзья? — повторила она за ним, запустив пальцы в его беспорядочные кудри. — Я хочу тебя, — тихо промурлыкала Исла. — Я хочу тебя… — Мм? — он прикусил мочку ее уха, тяжело дыша ей в ухо. — Ты хочешь меня? Как друга, да? — Пожалуйста… — ее бедра двигались, ее обтянутая одеждой промежность болела до такой степени, что было трудно удержать воздух в легких. — Тео, пожалуйста… Его руки пробрались под юбку ее платья, все еще следя за тем, чтобы оно прикрывало ее, когда он впился пальцами в ее талию. От этого она застонала, выгнув шею, и ее губы поймали его губы. — Друзья… — пробормотал он ей в рот, покачивая ее над собой. — Ты знаешь, как трудно мне быть твоим другом, когда я такой… — он опустил ее еще ниже на свои штаны. — Тебе уже так чертовски трудно? — Тогда, позволь мне позаботиться о тебе… — она ухмыльнулась, ее зубы впились в его нижнюю губу, и без предупреждения Исла толкнула его ладонями в грудь, заставив его спину столкнуться с матрасом. Склонившись над ним, ее пальцы возились с пуговицами его рубашки, расстегивая их, пока она прижималась губами к обнаженной коже, осыпая поцелуями его грудь после каждой расстегнутой пуговицы. Теодор тихо застонал, его руки запутались в ее волосах. Она посасывала его грудь, терлась о его одетую эрекцию. То, как он обхватывал ее бедра, помогая ей ублажать себя, лежа на нем, заставило ее потерять контроль. Исла не выдержала. Она ласково посмотрела на него из-под опущенных ресниц и приподняла бровь, указывая на его ремень и он кивком головы дал согласие на то, чтобы она его расстегнула. — Хорошенькая девочка, — его рука задержалась на ее подбородке на полсекунды, изучая ее. — Такая красивая, блять, девочка. Взгляд скользнул по краю ее платья, и его взору открылось прекрасное декольте, он завертелся по спирали так же неукротимо, как и она, и в тот же миг Теодор намеревался снова перевернуть их, чтобы полностью овладеть ею. — Мама сказала, что ужин готов… Исла слетела с него. Бросившись вперед, она упала на пол рядом со своей кроватью, зарывшись головой в колени. Теодор остался лежать на кровати. Его волосы были взъерошены ее пальцами. Его рубашка была расстегнута, и его вздымающаяся грудь была выставлена напоказ девочке, стоящей в дверном проеме. Схватившись за подушку, он навалился на нее, прикрывая их деяния и расстегнутый ремень. — Что ты делаешь? — спросила Люси, наклонив голову и нахмурилась, глядя на то, как ее сестра прячется за кроватью. — Исла, почему ты прячешься? Теодор старался не рассмеяться, прочищая горло и прячась под подушкой. Он бросил нервный взгляд через плечо и посмотрел на Ислу, но она только покачала головой. Мальчик нахмурил брови и наклонился вперед. — Я Теодор, кстати… — он протянул руку девочке, которая уставилась на него с растерянным выражением лица. Снова отстранившись из-за отсутствия действий со стороны Люси, он почувствовал, что может разразиться смехом в любую минуту. — Или нет… — Мы спустимся вниз через минуту, Люси, — выдавила Исла. — Помоги маме накрыть на стол, а я сегодня помою посуду. — Правда? — просияла она, отступая назад. Исла вздохнула, все еще прячась за кроватью. — Да, пожалуйста, просто спустись вниз! Ее сестра не теряла ни секунды и быстро исчезла у них на глазах. — Черт возьми, Кларк. Ты могла бы сказать мне, что в доме есть дети, — Теодор встал, глядя на нее с другого конца комнаты. — Я не знал… — Ты знал, что у меня есть сестра, — обеспокоенно пробормотала Исла. — Почему бы ей не быть дома на Рождество? — Ну, — он покачал головой, разводя руками. — Её не было у двери. Я не ожидал, что она будет дома. — Она стесняется… — Исла заставила себя подняться с пола, снова заползла на кровать и опустилась на колени на ее краю. Сделав шаг к ней, он снова оказался слишком близко. Заметив, как сильно этот инцидент обеспокоил ее, Тео убрал волосы с ее плеч и наклонил голову, поймав ее губы в мягком поцелуе. — Возможно, нам не стоит этого делать, — пробормотал он, чувствуя, как ее пальцы вцепились в его грудь, притягивая его к себе. — Возможно, друзья не должны этого делать. — Возможно, нет, — Исла откинулась назад, застегивая пуговицы на его рубашке. — Но мы никогда не будем друзьями, не так ли? Он удивленно посмотрел на девушку, когда она улыбнулась, поправляя его воротник. — Не думаю, что будем. Ее взгляд упал на него, и она слегка покраснела от того, как он смотрел на нее. — Возможно это к лучшему, — она ступила на пол, все еще желая быть рядом с ним. — Мы не будем друзьями. Теодор прищелкнул языком, лукаво усмехнувшись. — Возможно, так оно и есть.

***

— Нет, мы ничего не будем открывать до завтра, — просияла ее мама из кухни, и Исла наблюдала, как глаза ее сестры возбужденно блестят из-за подарков под елкой. Теодор улыбался, сидя на диване с Ислой, его рука лежала на спинке дивана, рядом с девочкой. — Что она получит? Исла лишь закатила глаза, раздраженная мальчиком, который весь ужин дразнил ее. Его комментарии заставляли ее щеки гореть, а его рука постоянно касалась ее бедер. — Разве ты не хочешь узнать, что ты получишь? — она насмешливо подняла бровь. — Я скажу тебе, если ты скажешь, что у тебя есть для меня. Его язык прошелся по нижней губе, довольный ее разочарованием. — Кто сказал, что я тебе что-то подарю? Нахмурившись и толкнув его плечом, Исла провокационно рассмеялась. — Тогда сегодня ты будешь спать на полу. — Я шучу, — Тео поднял руки вверх, мрачно усмехаясь, и понизил голос, чтобы не услышала сестра. — У меня есть кое-что… приятное для тебя, Кларк. Смотря на него широко раскрытыми глазами, Исла сглотнула. — И что же это может быть… — Мама, что значит получить что-то приятное? Исла снова застыла на месте. — Что ты имеешь в виду? — её мать высунула голову из кухонной двери, растерянно глядя на них троих. — Теодор сказал, что подарил Исле что-то приятное на Рождество… — Мама подарила тебе метлу! — выпалила Исла, зажмурив глаза и прерывисто дыша. От стыда ее щеки покраснели. — Исла! — крикнула мать, разочарованно глядя на дочь. — Ты не можешь просто сказать ей… Подожди, что ты говорила, Люси? Теодор разразился смехом, широко расставив ноги на диване. Он положил локти на колени и попытался успокоиться. — Теодор сказал… — И твой собственный телевизор! — Исла снова заговорила громче своей сестры, поднявшись с мебели, чтобы посмотреть девочке в лицо. — Теперь ты хочешь, чтобы я сказала маме, что ты ей подарила, или… — Исла! Теодор не мог перестать смеяться, закрыв лицо руками, так как слезы навернулись ему на глаза. — Нет! — Люси сглотнула, пораженная поведением сестры. Испуганная смертельным взглядом Ислы. — Теодор ничего не сказал. — Исла, кажется, нам нужно поговорить. — Мам… — Прости, — Люси посмотрела на Тео, а он на нее. — Они не всегда такие. Брюнету стало еще труднее сдерживать смех. — Ммм… — пробормотала леди, оглядывая своих дочерей, прежде чем ее взгляд остановился на Исле. — Есть причина, по которой я поставила еще одну кровать в твоей комнате, Исла. — Мам! — Исла покачала головой, чуть не рассыпавшись в прах под покровом собственной кожи, но ее мать лишь приподняла бровь. — Теодор, — ласково заговорила мать, и он оглянулся через плечо, вытирая слезы, выступившие от смеха. — я могу сказать, что ты любишь мою дочь, и я не могу тебя винить. Она прекрасная девушка. Но… — Мама, прекрати! Ему пришлось сжать губы, услышав отчаянный тон, которым Исла умоляла мать о пощаде. — Но под моей крышей не будет никаких забав, пока ты остаёшься здесь. Если вы будете спать в одной комнате, я хочу, чтобы вы вели себя прилично, вы оба. Или я поставлю кровать здесь внизу… Люси привлекла внимание Теодора, покачав головой на то, как ведет себя ее семья, и наклонилась вперед. — Знаешь, что я сказала раньше? Я беру свои слова обратно. Они всегда такие. — Да? — Теодор почесал подбородок, разряжая напряжение. — Твоя сестра часто кричит, да? — Безусловно! — Люси быстро кивнула, пока препирательства между ее матерью и сестрой продолжались на заднем плане. — Но мама тоже много кричит… А Исла кричит на тебя? Теодор нахмурил брови, стиснув зубы, чтобы снова не рассмеяться. — Да, довольно часто, но только когда ей это удобно, конечно. Она никогда не позволяет мне кричать на нее. Хмыкнув, ее сестра склонила голову, соглашаясь со словами Тео, а затем неловко посмотрела на ругающихся членов семьи. — Ты кричишь на нее? — Люси сморщила нос, скрестив руки. — В смысле, на мою сестру? Потрясенный, он нервно кашлянул. — Я не кричу… или стараюсь не кричать, но… Люси подошла еще ближе, бросив незаметный взгляд на мать, а затем снова на брюнета. — Если у тебя будет возможность, накричи на нее. Она сумасшедшая… — Да, да, — вмешался Теодор. — Я прекрасно понимаю, о чем ты говоришь. — Люси! — Исла прервала их. — Ты можешь перестать говорить обо мне плохо, когда я здесь… — Исла, даже не пытайся сменить тему. Вы молоды, и я это понимаю, но сексуальный контакт для двух таких молодых людей, как вы, может быть… — Мама, ради Бога! — закричала Исла, ее руки пробежались по волосам в знак поражения, она подошла ближе к Теодору, взяла его запястье в свою руку и потянула его встать рядом. — Хватит, пожалуйста… Она потащила мальчика за собой к лестнице, когда он обернулся, вежливо улыбаясь матери. — Я обещаю, миссис Кларк. Никаких шалостей… Исла резко развернулась и шлепнула его по руке, бросив на него взгляд. — Заткнись… — Язык, Исла! — её мать пыталась не улыбаться, глядя на то, как она паникует. — И спасибо тебе, Теодор. Похоже, у одного из вас есть манеры… — О Боже, — вздохнула Исла, ухватившись за руку Теодора, когда начала подниматься по лестнице. — Спокойной ночи, мама! -, Спасибо за ужин, миссис Кларк… — Теодор попытался заговорить, пока его оттащили. — Все было прекрасно, как и ваша дочь… — Не смей, — прорычала Исла, но мальчик только рассмеялся. Пройдя по коридору наверх, она затолкала мальчика в свою комнату и захлопнула за ним дверь.

***

Лежа в своей кровати, Исла тихонько выдохнула, чтобы не разбудить мальчика на соседней кровати. Она считала, что это был хороший день. Ее мать обожала брюнета, как и ее сестра, что было необычно. Люси всегда относилась к людям с искренней подозрительностью, но только не к нему. Она впустила его без раздумий. Возможно, это было то, чего она хотела. Возможно, так и должно было быть, они с Теодором больше, чем друзья. Она не ошиблась. Они никогда не смогут быть просто друзьями. Она никогда не сможет считать его просто другом. Да она и не хотела этого. Исле хотелось большего. Она хотела большего от него, всегда хотела. Больше, чем друзья, больше, чем спать, в этом она никогда не сомневалась. Она действительно любила его, и это причиняло ей такую боль, что она не знала, что чувствовать, потому что он не мог быть с ней. Теодор хотел ее, и она хотела его, но она не могла пойти на это. Это было запрещено, ограничено. Ему не разрешалось быть с ней. Его семья хотела кого-то с чистотой кровью, которой у нее не было. Ее мать была магглом, и это делало ее неподходящей для мальчика, что оставляло ее разорванной в мыслях и сбитой с толку, потому что был еще и кто-то другой. У Ислы был Драко. Больше нет, он ясно дал это понять перед ее уходом. Он избегал ее всю оставшуюся неделю, пока она не вернулась домой. Драко переспал с кем-то, даже когда он откладывал это с ней, и все потому, что он не был готов, но этот упрямый, мерзкий мальчишка, казалось, всегда был готов для всех, кроме нее. Для него это никогда не была она. Ислу не расстраивал тот факт, что он переспал с кем-то, что он отдал ту часть, которую обещал ей, другой. Малфой был волен поступать так, как ему заблагорассудится. Он никому не принадлежал, но именно так он со всем этим справлялся. Как он умолял ее подождать, как он обращался с ней, как он был честен только для того, чтобы лишить ее всего, что, как ей казалось, она строила с ним. И это было больно. Это действительно было больно. Для нее в Малфое всегда было что-то особенное. Он был жестоким и злым. Он говорил непростительные вещи и он заставил ее разрушиться в неопределенной сфере, внутри которой она уже была пленницей. Он не был достоин ее, но и она не была достойна его. Драко заставил ее усомниться во всем. Он был порочным, но в то же время добрым. Ничто не сравнится с теми нежными моментами, которые он дарил ей, даже если они были редкими, он заставлял ее чувствовать то, что не удавалось всем остальным. Это было самое сложное. Они оба знали, что могут так хорошо подойти друг другу, но ни у одного из них не хватало смелости сделать шаг навстречу. Поэтому Исла оставила все как есть. Она не злилась, не держала зла на него, просто позволила этому вылиться из нее, пока она ворочалась в простынях. Она засунула руку под подушку. — Ты не спишь? — прошептала она, прикусив нижнюю губу от стыда, который она чувствовала, дрожа внутри от возможности того, что он действительно спит. — Ну… — весело пробормотал Теодор. — Теперь нет. Ее лицо погрузилось в мягкий материал подушки, а колени подтянулись к груди. — Прости… — смущение прожгло ее насквозь. — Спи. Я не хотела… — Что? — прохрипел он, заставляя ее дрожать, когда его низкий голос заполнил затемненную комнату. — Что ты не хотела, Кларк? — Разбудить тебя… — прошептала Исла, приподнявшись на локте и наблюдая за его крепким телом в тусклом лунном свете. — Я думала, ты не спишь, прости. — Ты и твои чертовы извинения, Кларк, — сказал он, недовольный тем, что Исла постоянно оправдывается. — Это должно прекратиться. — Почему… — Потому что тебе не за что извиняться. Я буквально сплю в твоей комнате, конечно, ты имеешь право спросить меня, сплю ли я, — заявил он, заметив, как она двигается в своей кровати. — Почему? Тебе приснился кошмар или что-то в этом роде? — Нет, — хмыкнула она. — Ты в порядке? Ты не пожелал мне спокойной ночи… — Ты хочешь, чтобы я пожелал тебе спокойной ночи, Кларк? — Тео уперся ладонями о матрас, перекинув ноги через край кровати и сев прямо. — Я всегда забываю пожелать тебе спокойной ночи. — Ну, — ухмыльнулась она себе под нос. — Со мной… не забудешь. — Да? — усмехнулся Тео полушепотом, и встал, делая медленные шаги к ее кровати. — Ну, если я не могу курить в твоем доме, сделка расторгнута. Теодор стоял перед ней, его мускулы напряглись в лунном свете, и ее щеки покраснели от этого. Она быстро отвела взгляд. — Тогда подвинься… — пробормотал он, схватившись за край ее покрывала, когда она склонила голову набок. — Что? — О? — Исла насмешливо улыбнулась. — Ты думал, я хочу, чтобы ты спал в моей постели? Закатив глаза, Тео поднял руки вверх, выпрямив свое обнаженное тело, делая вид, что потягивается. Губы Ислы приоткрылись. — Что это было? — прикусив внутреннюю сторону щеки, он посмотрел на нее сверху вниз, его массивное тело было выставлено на всеобщее обозрение. — Ты хочешь, чтобы я вернулся в свою кровать? Ну, если ты настаиваешь, Кларк… — Нет… — Исла вздохнула, ее пальцы обхватили его. — Я не хочу этого. — Тогда не будь соплячкой, — дразняще усмехнулся он, кивнув головой, когда она откинулась на кровать, давая ему возможность лечь рядом с ней. — Вот так. Тео повернулся к ней лицом, его нос почти соприкасался с ее носом. — Привет! — его глаза мерцали, изучая каждую деталь ее тела. — Привет, — прошептала Исла, ее рука двигалась, когда она кончиками пальцев убирала локон с его бровей. — Я скучала по тебе. — Ты всегда скучаешь по мне, но никогда ничего с этим не делаешь, — Теодор нахмурился, игриво закатив глаза. — Эй, эй, смотри на меня, красотка, — он поймал ее подбородок в свою ладонь. — Я хочу увидеть твое красивое лицо. Почувствовав, как участился его пульс в ту самую секунду, когда он ощутил, как ее обнаженная кожа плавно прикоснулась к его под одеялом, Теодор ахнул. Он не знал, что на ней нет ничего, кроме нижнего белья. — Кларк… — он сделал вдох, пытаясь сдержаться, чтобы не зайти туда, куда не следовало. Он не мог быть с ней. Теодор знал это. — Возможно, мне лучше спать одному. Она почувствовала его дыхание на себе и застенчиво скривила губы. — Возможно. Опираясь на локоть, он склонился над ней. Его тело было очень близко к ее телу. — Да… — он почувствовал, как ее пальцы медленно движутся по его спине, рисуя крошечные фигурки на его мышцах. — Я думаю, мне следует… Исла прижалась губами к его губам, и она знала, что если она сдвинется хоть на дюйм, она поцелует его. — Тогда иди. Если ты не хочешь спать со мной в одной постели, возвращайся в другую. Его грудь давила на ее грудь, и он чувствовал, как она нервно вздрагивает под ним. — Я не собираюсь засыпать с тобой в этой постели. Исла быстро моргнула. Теодор изо всех сил пытался сдержаться, не поддаться завораживающей девушке, наблюдая за тем, как густые пряди обрамляют ее лицо, как бьются ресницы. Он отвернулся. — Я не буду… — Почему? — Исла взяла его точеный подбородок в свои ладони, наклонив его лицо, чтобы он снова посмотрел на нее. — Почему ты не можешь позволить мне обладать тобой вот так? Я хочу тебя, Тео… — Потому что я не смогу остаться в стороне, — сказал он негромко. — Если я снова почувствую тебя рядом, Кларк, если я снова смогу трахнуть тебя, я не смогу остаться в стороне. Я не смогу удержать себя от желания тебя. — Тогда не надо… — она хныкала, его большая рука обвилась вокруг ее талии, почти заставляя ее извиваться. — Не уходи. Не сопротивляйся мне, Тео. Будь со мной… Напряжение сгустилось, воздух наполнился вожделением. — Я не могу… — говорил он ей в рот, захлебываясь от ее манеры составлять слова. — Я не могу обладать тобой… — Почему? — она нахмурилась, нежно целуя его верхнюю губу. — Если я хочу тебя и ты хочешь меня, почему мы не можем быть друг у друга? Никто не должен знать, Тео. Это может быть нашим секретом. Просто позволь мне быть с тобой… — Меня больше не волнует, что кто-то узнает, Кларк. Дело не в этом… — его больше не волновало это, это не касалось его семьи. — Я не могу быть с тобой, потому что… Он прильнул к ее губам, нежно целуя ее, а она запустила руки в его волосы. — Потому что? — она застонала, и он еще больше прижался к ней. — Я пытался, Кларк. Я пытался держаться подальше, отдать тебя ему, позволить тебе быть с кем-то еще, кроме меня, но я возвращаюсь к тебе, каждый раз, черт возьми, я не могу остаться в стороне, потому что… Она немного подвинулась, позволяя ему погрузиться между ее бедер. — Потому что…? На секунду стало тихо. — Потому что я чертовски люблю тебя. Электричество пронзило ее, простреливая каждый нерв, ее спина выгнулась, и она полностью отдалась ему. — Тео… — Исла попыталась заговорить, но его губы заставили ее замолчать. — Не надо, — прорычал он, впиваясь зубами в ее нижнюю губу. — Не говори ничего. Вместо этого он потянулся за своей палочкой, бормоча под нос — Муффлиато. Больше Теодор ничего не сказал. Он просто яростно поцеловал ее. Его тело жаждало ее тела, когда он откинул ее голову назад, проводя своими прикосновениями вниз по ее шее. Его тело легло на ее тело, и она обхватила его бедрами, прижимаясь к нему самым отчаянным образом. Исла жаждала его. Ее тело, ее сердце, ее душа. Все ее существо. Ее тело жаждало ощутить его рядом, чтобы он вошел в нее и лишил ее воздуха в легких. — Пожалуйста, — вздохнула она, впиваясь ногтями в его спину, когда его одетый член упирался в ее нежную промежность, умоляя его ослабить трение. — Ты мне нужен… — Да? — его губы двигались вверх по ее груди, влажные поцелуи ложились на выцветшие следы, оставленные на ней Драко. — Тебе нужен мой рот или мой член? — Я не… — она приподнялась, ее губы столкнулись с его губами, когда он поцеловал ее. Руки Теодора дико путешествовали по ее обнаженному телу. — Ты, ты мне просто нужен, пожалуйста. Его пальцы скользнули еще ниже, дразня подол ее нижнего белья в течение минуты, когда она ахнула. Вдыхая тот же воздух, она двигала бедрами навстречу ему, жаждая ощутить его. — Красотка… — Теодор опустился на колени, оставив ее бездыханной на матрасе, и грубо схватил ее за бедра, притягивая ее ближе к себе. — Позволь мне дать тебе все это… Он положил ее колени себе на плечи, выгнув спину так, чтобы оказаться между ее ног, и коснулся ее именно там, где ей было нужно, его палец дразнил ее намокшие трусики. — Черт, ты уже такая мокрая… — Пожалуйста… — она извивалась, требуя, чтобы он сделал что-нибудь, перестал тянуть время и ублажил ее всеми способами, на которые, как она знала, он был способен. — Пожалуйста, двигайся, блять, сделай что-нибудь. Теодор не терял ни секунды. Он зацепился пальцами за край ее трусов, разрывая их, пока она скулила. — Блять, так сладко. Такая красивая киска. Я не могу, блять, дождаться, когда окажусь внутри тебя… — Пожалуйста, — не в силах контролировать себя, ее руки полетели к его голове, запутываясь пальцами в его беспорядочных прядях. — Мне это нужно, пожалуйста… Проведя носом по ее внутренней стороне бедра, он хмыкнул, и когда она меньше всего ожидала этого, он позволил своим губам слиться с ее влагалищем. — Да, не останавливайся… — задыхаясь умоляла Ислам. — Да, да, да, да… Даже если бы он только начал, она знала, что не сможет долго сдерживаться. Тео делал с ней вещи, которые она не могла объяснить. Его рот двигался с огромной скоростью, облизывая и посасывая ее клитор, словно он не мог насытиться ею. Время от времени он хмыкая от того, как она сжимала бедра вокруг него. — Вот ты где, — пробормотал он под приглушенные звуки ее стонов, которые заполнили комнату. — Моя милая девочка, блять… — О мой… — она едва не вскрикнула, когда его пальцы впились в ее талию, пытаясь заставить ее двигаться вместе с его действиями. Облизав плоскую полоску ее влагалища, Теодор застонал от ее вкуса. Ему не хватало ее вкуса. Он скучал по ощущению ее тела, когда она яростно содрогалась под ним, и жаждал ощутить ее именно такой. Ее возбуждение на его языке, ее пальцы, перебирающие его локоны, её выгибающиеся бедра навстречу его рту, когда он прижимался к ней. Наслаждение дошло до того, что ее дыхание застряло в горле от стонов, и она задыхалась, хватая ртом воздух, чтобы собраться с силами. — Блять… — проворчал он, слюна потекла по его щеке, когда он посмотрел на нее, еще больше затвердев от вида ее борьбы на его языке. — Я скучал по тебе, Исла. То, как ее имя соскользнуло с его языка, как он произнес его так легко и в то же время с такой силой эмоций, заставило ее затрепетать. Его хриплый голос вибрировал в ней, и она не могла сдерживаться. — Тео, черт… — схватившись за собственные волосы, она выгнула спину дугой на матрасе, ее ноги обхватили его плечи, чтобы удержать его там, где ей было нужно. — Я… черт… о мой Тео! Он выводил медленные круги языком по ее сочащейся промежности, и чувствовал, как она отчаялась, сжимая только его губы, когда они ласкали ее клитор. — Кончай на мой язык, черт возьми, ты такая сладкая на вкус, красотка, — пробормотал он, его руки крепко держали ее за талию, удерживая на месте. — Дай мне попробовать тебя. Щекочущее ощущение в нижней части живота разрывало ее на части, позволяя узлу распутаться, а ее телу рассыпаться для него, Исла кончила. Она рассыпалась так, как ей еще не удавалось. — Вот так, вот так… — он поймал каждую частичку ее тела, пока она так яростно дрожала для него. — Вот так, чертовски потрясающе. Теодор откинулся назад, позволяя ее бедрам соскользнуть с него, когда он спустил свои боксеры, взял свой член в кулак и положил руку рядом с ее головой. — Не собирайся, — сказал он, немедленно позволяя своему кончику поглаживать ее пульсирующую промежность. — Я хочу, чтобы ты развалилась для меня еще больше, Исла. Я хочу, чтобы ты снова упала и разбилась для меня… — Отдай мне всего себя… — она выгнула шею, приблизив свои губы к его губам, и они оба громко застонали от ощущения того, как он заполняет ее. — Да, Тео, я хочу всего тебя… Прижавшись лбом к ее лбу, он почувствовал влагу, тонким слоем покрывающую ее кожу. — Я хочу, чтобы ты владела мной полностью, — прохрипел он, отстраняясь настолько, чтобы она почувствовала пустоту, и снова с силой всаживая в нее свой член. — Всего, Исла. Не только это, не только твои крики из-за меня. я хочу все, хорошее и плохое. — Я хочу тебя, — раздвинув ноги, она согнула колени, позволяя ему погрузиться в нее еще глубже и попасть в ту точку, до которой мог дотянуться только он. — Я хочу обладать тобой всем. Я бы хотела тебя без всего этого. Он не мог вынести того, как она формировала свои предложения. Он не мог контролировать себя и, подхватив ее под руку, притянул к себе на колени, откидываясь назад. Все еще с членом, погруженным в нее. — Выбирай или не выбирай, мне все равно. Я хочу этого, Исла. Я хочу тебя… Ее ноги сомкнулись на его талии, когда он начал входить в нее, ускоряя темп, и целовать ее грудь, почти оторвавшись от вида ее подрагивающих грудей. Его член полностью вошел в нее. Руки Ислы обвились вокруг его шеи, ее бедра бились о его бедра. Она почти вскрикнула, когда он растянул ее. — Я хочу быть с тобой, — она больше не могла этого выносить, ее голова упала назад, и в этот момент он почувствовал, как она трепещет вокруг него. Ее влагалище снова подалось навстречу его члену, но Теодор вышел из неё. Она беззвучно заплакала от тщетного ощущения, что его нет внутри нее. Не говоря ни слова, он прикрыл ее тело руками и поднял ее, шагая по деревянному полу, пока не дошел до зеркала во весь рост, висевшего на одной из стен. — Ты можешь стоять? — спросил он, тихо, между тяжелыми вдохами, которые он делал. Она кивнула, и он опустил ее на ноги, развернул ее и прижал ее руки к зеркальному стеклу. — Я хочу, чтобы ты увидела, как хорошо мы смотримся вместе в таком виде. В комнате было темно, но она видела их отражения: ее волосы в беспорядке разметались по плечам, кожа покраснела, а на веках выступили слезы от того, как он переплетает свои пальцы с ее. Его нога немного раздвинула ее ноги, свободная рука надавила на поясницу, и Исла слегка наклонилась вперед. — Посмотри на себя, — простонал Теодор, поглаживая кончиком члена её промежность. — Посмотри, как раздвигаются твои губы, когда я вхожу в тебя, красотка. Дрожа, она прикусила нижнюю губу так сильно, что у нее пошла кровь. Обе ее руки легли на стекло, когда он вошел в нее сзади. — Блять… — он сбавил темп, обхватив ее за талию, пока трахал ее. — Посмотри на нас, любимая. Посмотри на нас и скажи, что ты не создана для меня. Слезы катились по ее щекам, и она не могла держать глаза открытыми. Он безжалостно вбивался в нее. Ее колени ослабли. — Пожалуйста… — она ахнула, и рука, накрывшая ее бедро, переместилась к горлу, обхватив пальцами ее шею, он откинул ее голову назад, позволяя ей упасть ему на плечо. — Что это было? — он усмехнулся, прижавшись губами к ее макушке. — Я попросил тебя посмотреть, как хорошо мы смотримся вместе, а ты умоляешь о большем? — Тео, — заплакала, ее тело дрожало, и она не могла долго стоять. — Пожалуйста, я… — Тогда отпусти это для меня, кончи на мой член и позволь мне овладеть тобой, — прохрипел он, ослабляя хватку на ее горле, когда схватил ее другую руку и прижал ее к зеркалу. — Позволь мне овладеть тобой, Исла. Второй кайф жестоко пронзил её без предупреждения, и она неконтролируемо застонала. Она не могла сдерживаться. — Тео, пожалуйста… Возбуждение стекало по ее бедрам, он не сводил с нее глаз через зеркало, изучая каждое ее движение, пока она кончала. Дав ей возможность перевести дух, Тео замедлил свои движения. Он уже не двигался так грубо, и это почти привело к тому, что ему стало еще хуже. Исла была такой горячей и тесной вокруг него. Он не мог ясно мыслить. Ее голова упала вперед, и он отстранился, чувствуя, насколько она измотана, и повернул ее к себе, нежно прижимая к себе. — Ты хочешь остановиться? Мы не обязаны… — Кончай для меня, — ее руки обхватили его шею, когда он ущипнул ее за бедра, приподнял и снова прижал к зеркалу. — Я тоже хочу почувствовать тебя. Дай мне почувствовать тебя… Ее взгляд искал его глаза, замечая в них очаровательный блеск. Боже, она никогда не устанет от его глаз. Теодор застонал, целуя ее плечо. Он снова опустил ее на себя. — Черт, Исла, — одна рука легла ей на спину, а другая легла на стекло, пытаясь поймать собственный оргазм. — Я так близок… — Тео… — прошептала она, положив руки ему на подбородок, и приподняла его голову. — Я… черт… Он жестко входил в нее. Ее позвоночник сталкивался с зеркалом снова и снова. — Тео, я… — Не… — попытался предупредить он. — Не смей, блять, говорить это. — Я в… — Остановись, Исла. Не говори этого. Не делай этого со мной. Не говори этого, блять. Ее губы слились с его губами. — Я люблю тебя… — выдохнула она, прежде чем ее тело содрогнулось от громкого звука бьющегося стекла, и он оторвал ее от зеркала, сделав шаг назад, когда они оба осознали, что он сделал. Он разбил стекло, услышав, как она произносит слова, которые он так хотел услышать. Она была влюблена в него, и это заставило его прижаться к ней, когда она поцеловала его, не обращая внимания на разбитый хрусталь, рассыпавшийся вокруг них. Исла видела только его, когда он наполнял ее. — Вот так… — она задыхалась, двигаясь в его руках, чувствуя, как пульсирует его член. Его руки напряглись вокруг нее. — Кончи для меня, пожалуйста… Теодор кончил. Он кончил так же, как и она. — Ты не можешь… — пробормотал Теодор и опустил ее на кровать, осторожно укладывая ее между простынями, глядя на нее с потерянной надеждой, которая причиняла ему боль. — Ты не можешь быть влюблена в меня, Исла. Я не подхожу тебе… Исла не слушала. Вместо этого она прильнула к его губам, целуя его и притягивая к себе. — Я могу, и я люблю, — прошептала она, когда он достал свою палочку и произнес заклинание, которое, как он знал, очистит ее. — Я так люблю тебя. Наклонив голову к ее груди, он обхватил ее руками и спрятался в безопасности, которую она ему принесла. — То, что вы говорите мне, мисс Кларк, — устало пробормотал он. Его глаза прикрылись. Теодор заснул на ней, его дыхание грело ее кожу, она пыталась сделать то же самое, но что-то ее беспокоило. Ей казалось, что что-то происходит, чего она не осознавала. Повернувшись к обнимающему ее мальчику, она легла на бок, и через несколько часов, показавшихся ей часами, начала чувствовать сонливость. Она позволила себе раствориться в мире воображения, ее тело находилось на переломном моменте отдыха. Что-то ударило в ее окно. Не обращая на это внимания, она нахмурилась, надеясь, что звук не разбудит Теодора. Но он раздался снова, и снова, и снова. Не в силах больше игнорировать его, она поднялась на ноги и, покачав головой, заглянула сквозь занавески, не зная, стоит ли ей встретиться лицом к лицу с тем, что происходит снаружи. Ее глаза расширились, дыхание стало неровным, когда она увидела фигуру, стоящую на снегу и смотрящую на нее. Она нерешительно прошептала. — Малфой?