Наруто: Искусство технологий

Фу приземлилась на каменистый уступ, едва не задев крылом острый выступ скалы. Как только её ноги коснулись твердой поверхности, она инстинктивно разжала руки, отпуская плечи Наруто. Несколько секунд мир вокруг них состоял только из тяжелого дыхания и далекого, затихающего гула водопада, который теперь казался шумом из прошлой жизни. Девушка стояла, низко опустив голову. Её била крупная дрожь — запоздалая реакция организма на колоссальный выброс адреналина и страх, который она подавляла последние два дня. Пальцы судорожно сжимались в кулаки. В голове билась одна-единственная мысль, такая громкая, что заглушала всё остальное: «Я снаружи. Я действительно снаружи». Больше не было невидимых цепей, не было стен пещеры, не было вечного присмотра. Она медленно выпрямилась, жадно глотая холодный ночной воздух, и вдруг её зрачки сузились. Взгляд Фу метнулся к тени у края площадки. — Кто это?.. — голос Фу сорвался на хрип. Она сделала резкий шаг назад, принимая защитную стойку. — Чоумей говорит... у неё темная чакра. Холодная. Словно от неё пахнет смертью и старой кровью. Таюя даже не шелохнулась. Она стояла, прислонившись к валуну, скрестив руки на груди. Её взгляд, направленный на Фу, был изучающим и лишенным привычной агрессии. Сейчас Таюя была слишком впечатлена тем, что увидела внизу. Тысяча клонов. Идеально разыгранный спектакль. Она знала, что Наруто силен, но эта демонстрация мощи заставила её по-новому взглянуть на своего спутника. — Это моя подруга, — спокойно перебил Наруто, делая шаг между ними. Его голос был ровным, но в нем чувствовалась усталость. — Сейчас не время для подозрений. Чоумей чувствует печать Орочимару, вот и всё. Наруто на мгновение прикрыл глаза. Его импланты работали на пределе, фильтруя колоссальный массив данных, обрушившийся на него после того, как сотни клонов развеялись одновременно. Чужие воспоминания, запахи дыма, крики шиноби Таки — всё это вспышками проносилось в сознании. Курама внутри него уже вовсю перекачивал свежую порцию чакры, восстанавливая истощенные каналы и успокаивая кибернетические системы. — Нам нужно уходить, — Наруто посмотрел на Фу, и в его взгляде она прочитала непоколебимую уверенность. — В сторону Страны Волн. Мы уйдем через леса, подальше от границ Огня. Двигаемся быстро. Фу колебалась лишь миг. Она бросила последний взгляд на едва заметное зарево над водопадом и решительно кивнула. — Хорошо. Веди. Зал Совета: В самой деревне хаос сменился гнетущим оцепенением. Дым от горящих складов медленно вытягивало через отверстия в потолке, но запах гари пропитал каждый дом. Лидер Такигакуре — Шибуки — в ярости ударил кулаком по массивному столу. Его лицо, обычно спокойное, было искажено смесью гнева и паники. Сенсоры, сидевшие по периметру зала, не смели поднять глаз. — Исчезли? — прошипел он. — Как могли сотни вооруженных нукенинов просто… раствориться в воздухе? Кеган вошел в зал медленно. Его одежда была в пыли, но взгляд оставался кристально ясным. Он остановился в центре круга, игнорируя шепот советников. — Нападавших не было, господин, — его голос прозвучал как смертный приговор. — То, что мы видели, было техникой Теневого Клонирования. Высочайшего уровня. Все до единого — лишь сгустки чакры. В зале воцарилась тишина, нарушаемая только треском факелов. — Клоны?.. — Шибуки осел в кресло. — Один человек устроил всё это? Ради чего? — Ради Фу, — отрезал Кеган. — Мы столкнулись не с бандой наемников. Это была спланированная операция по извлечению джинчурики. Он сделал паузу, давая осознать масштаб катастрофы. — Это был Узумаки Наруто. Сбежавший джинчурики Девятихвостого из Конохи. Только он обладает таким запасом чакры биджу, большим по количеству, чем у Фу, и чтобы поддерживать подобную иллюзию боя так долго. Шибуки закрыл лицо руками. Потеря Семихвостого была ударом, от которого деревня могла не оправиться десятилетиями. Это был их главный военный козырь, их страховка. — Мы не сможем вернуть её силой, — глухо произнес лидер. — Нам не хватит ресурсов даже на то, чтобы выставить награду в Книге Бинго, которая привлекла бы охотников такого уровня. Кеган кивнул. Его решение было прагматичным и горьким. — У нас есть только один выход. Сообщить Конохе. Как союзникам. Пусть их поисковые отряды делают за нас грязную работу. Если они поймают его — они вернут и нашу собственность. Это было признание слабости, но выбора не оставалось. Далеко в лесах, под покровом ночной прохлады, три тени скользили сквозь заросли папоротника. Они не оборачивались. Фу бежала рядом с Наруто, чувствуя, как с каждым шагом тяжесть в груди становится всё меньше. Она всё ещё косилась на Таюю, чья чакра казалась ей странной и тревожной, но присутствие Наруто успокаивало. Впервые в жизни она не знала, что ждет её завтра, и этот страх был самым прекрасным чувством, которое она когда-либо испытывала. Наруто же смотрел только вперед. Его глаз в ночном режиме выстраивал маршрут, обходя патрули и опасные зоны. Операция «Таки» была завершена. Но он знал — настоящая охота только начинается. Отряд двигался в темпе, который выжал бы все соки из обычного человека. Четыре часа непрерывного бега сквозь ночной лес: ни единого слова, только свист воздуха в легких и ритмичный стук подошв по корням деревьев. Наруто вел их по самым глухим тропам, пока небо окончательно не поглотило остатки заката. Когда он наконец замедлился и подал знак, Таюя и Фу едва сдерживали тяжелое дыхание. — Здесь, — выдохнул Наруто. — Сделаем стоянку. Место было идеальным для обороны: небольшая впадина, скрытая за скалистым выступом, с единственным узким подходом. Наруто привычным жестом коснулся печати на запястье. В короткой вспышке дыма появились запечатанные свитки с палатками и провизией. Он сделал шаг, намереваясь развернуть лагерь, но вдруг его движения стали рваными. Его ноги подкосились так внезапно, словно из них выдернули кости. Наруто рухнул на колени, а мгновение спустя завалился на бок. — Наруто! — Фу и Таюя бросились к нему, но замерли на полушаге. Воздух вокруг него внезапно загустел, став горячим и едким. Из пор его кожи начала сочиться плотная, бурлящая чакра алого цвета, формируя жутковатый покров. Когда веки Наруто приоткрылись, на девушек взглянули не голубые глаза друга, а вертикальные зрачки демона, пылающие первобытной яростью. Голос из бездны — Он в порядке, — пророкотал голос, от которого задрожали мелкие камни под ногами. Это не был человеческий голос; он звучал так, словно сама бездна обрела дар речи. Таюя отреагировала мгновенно. Она отпрыгнула назад, её рука уже сжимала кунай, а по коже поползли черные узоры Проклятой Печати. — Что ты сделал с ним, тварь?! — выкрикнула она, её голос дрожал от смеси страха и ярости. — Девятихвостый, ты решил сожрать его сейчас, когда он слаб? — Успокой свою гордыню, девчонка, — Курама, управляя телом Наруто, медленно сел. — Я латаю то, что он умудрился сломать. Если бы не я, его каналы чакры выгорели бы еще в пещере Таки. — И почему я должна тебе верить? — Таюя не опускала защиты. В её понимании биджу были стихийными бедствиями, лишенными сострадания. Алые глаза сузились, в них промелькнуло нечто похожее на усталое презрение. — Потому что я — единственный, кто заинтересован в его выживании больше, чем вы обе. И потому что именно я прокладывал ваш маршрут, пока этот дурак тратил силы на тысячи клонов. Фу, которая до этого момента молча наблюдала, сделала осторожный шаг вперед. — Он не лжет, — тихо сказала она. — Чоумей подтверждает... между биджу и их носителями есть связь. Если бы Курама хотел захватить тело, чакра ощущалась бы иначе. Сейчас она… созидательная. Таюя медленно деактивировала печать, но её взгляд оставался настороженным. — Тогда что с ним произошло? Он же казался неуязвимым. — Перенапряжение, — коротко ответил Лис. — Его мозг — наполовину машина. Обработка данных от тысячи клонов во время диверсии перегрела его синапсы. Он не спал несколько суток. Сейчас его сознание просто ушло в «аварийную перезагрузку», чтобы не выгореть окончательно. — Как долго это продлится? — спросила Фу, с тревогой глядя на бледное лицо Наруто. Курама усмехнулся, обнажив клыки. — Дня два. Ему нужно время, чтобы «переварить» всю информацию. Можете расслабиться — я присмотрю, чтобы его сердце продолжало биться. Действуя с неожиданной для демона аккуратностью, Курама переложил тело Наруто в палатку. Алый покров втянулся обратно, и дыхание юноши стало ровным, почти младенческим. Разговор у костра Напряжение в лагере начало спадать только через час. Фу занялась костром, стараясь делать всё бесшумно, а Таюя сидела у входа в палатку, перебирая пальцами. — Так… — начала Фу, подбрасывая ветку в огонь. — Кто ты на самом деле? И как ты оказалась рядом с ним? Таюя долго молчала, глядя на танцующие искры. — Я была инструментом Орочимару, — ответила она наконец, и её голос прозвучал удивительно честно. — Одна из «Четверки Звука». Моей задачей было доставить Учиху Сацуки к господину. Ты наверняка помнишь её по экзамену на чунина — такая же заносчивая, как все из её клана. Фу кивнула: — Помню. Она была сильной. — Нас перехватили, — продолжила Таюя, и её губы тронула горькая усмешка. — Группа шиноби из Конохи. Меня тогда почти размазали по земле. Я была готова сдохнуть — это нормальная участь для таких, как я. Но Наруто… он не дал мне уйти. Он вытащил меня из того ада, хотя я пыталась его убить за пять минут до этого. — И ты просто пошла за ним? — Фу смотрела на неё с искренним любопытством. — Куда мне было возвращаться? — Таюя пожала плечами. — Если бы я вернулась к Орочимару проигравшей и раненой, он бы пустил меня на опыты. А Наруто… он дал мне выбор. Теперь я здесь, потому что обязана ему жизнью. И потому что он единственный, кто видит во мне человека, а не боевую единицу. Фу задумчиво подперла подбородок рукой. — А что будешь делать ты, Фу? — спросила Таюя. — Теперь, когда за тобой охотится твоя же деревня? — Не знаю, — призналась джинчурики Семихвостого. — Мир кажется таким огромным… и немного пугающим. Но Наруто… он выглядит как человек, у которого всегда есть план, даже если всё идет кувырком. Я останусь с ним. Она посмотрела на палатку, где спал их лидер. — Мы ведь с ним одной крови, в каком-то смысле. Братья по судьбе, которых мир не хотел принимать. К тому же… — она улыбнулась. — Он очень сильный. И по-своему очень добрый. Таюя ничего не ответила, лишь крепче сжала пальцы, но в её взгляде, устремленном на спящего Наруто, больше не было тени сомнения. Она знала, что пойдет за этим «ненормальным» до самого края света. Рассвет в лесах Страны Водопада всегда сопровождался тяжелым туманом, но сегодня этот туман казался Таюе удушающим. Она проснулась первой, как и подобает шиноби, чей инстинкт выживания был отточен годами службы у Орочимару. Она не вскочила, а медленно открыла глаза, прислушиваясь. Лес был неестественно тихим. Ни щебета птиц, ни шороха мелких зверей — природа словно замерла в присутствии чего-то опасного. Таюя поднялась и разбудила Фу коротким, резким жестом. — Вставай. Мы засиделись, — прошептала она. Лагерь выглядел как идеальная мишень. Таюя критически оглядела их стоянку: примятая трава, запах остывшего костра, палатки, которые так удобно достал Наруто. Для опытного следопыта, вроде ищеек из клана Инузука или Анбу Конохи, это место кричало о присутствии беглецов на километры вокруг. Она подошла к палатке Наруто. Тот лежал неподвижно. Его лицо было спокойным, но это спокойствие пугало — он не реагировал даже на звук её шагов. — Эй, железный дровосек, подъем! — Таюя довольно грубо тряхнула его за плечо. Тишина. Наруто даже не поморщился. Его сознание было заперто глубоко внутри, занятое обработкой терабайтов данных, которые он «впитал» от своих клонов. — Чёрт... — Таюя выругалась сквозь зубы. — Он находится в глубокой коме. Таюя повернулась к Фу. Девушка выглядела растерянной, её пальцы нервно перебирали края плаща. — Ты говорила, что можешь достучаться до «девятихвостого» внутри него через своего биджу. Действуй. Нам нужен доступ к его вещам, а печати на его запястьях откликаются только на его чакру. Фу кивнула, её лицо стало серьезным. Она села на землю, сложив печати концентрации. В лагере воцарилась странная, давящая тишина — воздух словно загустел, когда два биджу начали общение за пределами человеческого восприятия. Через минуту тело Наруто резко выгнулось, словно от удара током. Глаза распахнулись, но вместо привычного льда или неба в них полыхнуло багровое пламя. Зрачок вытянулся в вертикальную щель. — Чего тебе, девчонка? — голос Курамы, транслируемый через связки Наруто, напоминал скрежет тектонических плит. — Я предупреждал, что ему нужен отдых. — Нас найдут раньше, чем он выспится, — отрезала Таюя, игнорируя дрожь в коленях. — Нам нужно свернуть лагерь. Все вещи и провизия запечатаны в его печати на руке. Если мы их не запечатаем — мы не дойдем до границы. Если оставим здесь — подпишем себе смертный приговор. Убери следы и помоги нам уйти. Курама внутри Наруто издал звук, похожий на ворчание старого льва. — Я бы с радостью превратил это место в пепел, чтобы скрыть следы, но я не мастер печатей. Моя чакра слишком грубая для тонкого фуиндзюцу. К тому же, печать Четвертого ограничивает моё время контроля. В этот момент атмосфера на поляне изменилась. Из-под воротника куртки Наруто начала сочиться маслянистая черно-красная субстанция. Она пульсировала, выпуская тонкие щупальца, которые двигались с пугающей органической грацией. Фу вскрикнула и отшатнулась, её рука инстинктивно потянулась к кунаю. — Спокойно, — бросила Таюя, хотя её собственные волосы на затылке встали дыбом. Она помнила, как эта штука зашивала её раны. — Это... его вторая «проблема». Карнаж сформировал подобие безглазой головы прямо на плече Наруто. Его голос был влажным, многослойным, словно говорили несколько человек одновременно: — Я... могу... управлять... оболочкой... Курама посмотрел на симбиота глазами Наруто с явным скепсисом. — Ты? Ты же просто паразит. Что ты смыслишь в искусстве шиноби? — Я не смыслю... — Карнаж издал звук, похожий на шелест сухих листьев. — Но мышцы... клетки... они помнят. Тело Наруто помнит последовательность движений. Я просто... нажму на нужные кнопки. Таюя сделала шаг вперед, её взгляд был жестким. — Делай. Нам плевать, кто из вас нажмет на кнопки, пока мы не окажемся в паре миль отсюда. Карнаж принял контроль. Тело Наруто поднялось — движения были странными, дергаными, как у марионетки на невидимых нитях. Однако, когда его рука легла на запечатывающую фуин на запястье, движения стали идеально точными. Секунда: палатки схлопнулись в облачках дыма. Две: Инструменты и припасы исчезли в узорах на коже. Три: Карнаж выпустил несколько щупальцев, которые буквально «слизали» остатки костра и разровняли примятую траву, возвращая поляне её первозданный вид. Даже запах — резкий запах гари — начал рассеиваться под воздействием неизвестных химических процессов, которые запустил симбиот. — Готово... — прошипел Карнаж. Фу выдохнула, её глаза были расширены от удивления. Она никогда не видела, чтобы кто-то так обращался с пространственными печатями, будучи в бессознательном состоянии. — Тогда уходим, — скомандовала Таюя. — Фу, бери его под левое плечо, я под правое. Пока Карнаж помогает ему передвигать ноги, мы сможем двигаться быстро. Трое беглецов растворились в утреннем тумане. Через пятнадцать минут на поляну выскочил передовой патруль Такигакуре, но их лучший сенсор лишь недоуменно нахмурился: здесь была пустота. Ни чакры, ни следов. Словно здесь никогда и никого не было, но он был уверен, что чувствовал здесь небольшие отголоски чакры пару минут назад.

***

Путь через Страну Риса разительно отличался от скалистых троп Таки. Здесь не было очищающего грохота водопадов — лишь хлюпанье мутной воды под ногами и бесконечный, липкий туман, который, казалось, пытался пробраться под самую кожу. Фу и Таюя двигались по верхним ярусам, буквально на своих плечах направляя Карнажа. Симбиот, управлявший телом Наруто, двигался пугающе: его суставы иногда проворачивались под неестественными углами, а прыжки были слишком резкими, лишенными человеческой плавности. Но он был быстр. Очень быстр. Пейзаж вокруг застыл в меланхолии. Бесконечные рисовые чеки, разделенные узкими, скользкими дамбами, тонули в серой дымке. Воздух пах прелой соломой, сырым черноземом и чем-то сладковато-гнилостным. Это была земля, над которой долгое время витала тень Змеи. Заброшенные форпосты и лаборатории Орочимару попадались то тут, то там — пустые глазницы окон, разбитое оборудование и страх, который до сих пор читали в глазах местных жителей. Слово «змеи» здесь произносили только шепотом, словно опасаясь привлечь внимание затаившегося в тенях бога. Спустя несколько дней изнурительного марша они вышли к небольшой, затерянной в тумане деревеньке. — Стой, — Таюя жестом остановила группу у покосившегося указателя. — Нам нужны припасы. И, что важнее, свежие слухи. Мы идем вслепую. Она взглянула на Наруто. Его лицо было бледным, покрытым легкой испариной, пока две сущности внутри него боролись за контроль над нейронами. — Распечатай деньги. Живо. Карнаж, повинуясь приказу, провел пальцами по запечатывающей фуин. Из легкого облачка дыма в ладонь упала увесистая стопка купюр. Сняв номер в крошечной, пропахшей плесенью и дешевым табаком гостинице на окраине, они наконец получили передышку. Для Фу этот мир был открытием. В Таки она была «оружием», в Конохе — «объектом наблюдения». Здесь же, в грязных переулках Страны Риса, она впервые увидела жизнь. Она с восторгом ребенка указывала на прилавки: — А это? Смотри, какие яркие! — Хурма, — бросала Таюя, настороженно оглядывая толпу. — А те цветы в воде? — Лотосы. Не трогай, они из сточной канавы. Фу пробовала всё: терпкие плоды, медовые сладости, рассматривала грубые ткани. Она дышала свободой, не замечая грязи под ногами. Таюю же это зрелище жгло изнутри. Она видела, как власть имущие — будь то Каге или Орочимару — перемалывают такие судьбы в жерновах своих амбиций. Эта праведная злость на систему становилась её единственным топливом. Вспышка инстинкта ударила Таюю под дых. Она не обернулась, но спиной почувствовала, как воздух за окном изменился. — На крыше напротив пятеро, — тихо, почти не шевеля губами, произнесла она. — Профессионалы. Ждали нас. Дверь номера не просто открылась — она взорвалась щепками. В проеме возник гигант, чьи плечи едва проходили в косяк, а за его спиной мелькали тени с обнаженными клинками. Фу не ждала команды. С коротким выкриком она вложила всю мощь джинчурики в один удар. Наемник-гигант вылетел обратно в коридор, снося собой всю группу захвата, как кегли. Стекло окна разлетелось в пыль. Наемники с крыши ворвались внутрь. Таюя, лишенная флейты, была вынуждена полагаться на грубую силу и остатки чакры. По её коже поползли черные пятна второй стадии Проклятой Печати — чакра потемнела, стала тяжелой и липкой. Карнаж снова взял бразды правления. В тесноте комнаты он был идеальным убийцей. Из спины Наруто вырвались багровые жгуты, которые, словно живые плети, впечатывали наемников в потолок и выбрасывали в проломы стен. Но враги были фанатичны и многочисленны. И тут… мир словно замер. Наруто открыл глаза. Это был взгляд адаптоида. Холодный, аналитический, лишенный тепла человеческой души. Вирус продвинулся дальше: часть его челюсти и шеи теперь тускло поблескивала металлом, а под кожей пульсировали неоновые линии передачи данных. Он поднялся без единого звука. Из его предплечий с сухим щелчком выдвинулись мономолекулярные лезвия. Бой превратился в бойню. Наруто двигался по кратчайшим траекториям, не тратя ни одного лишнего движения. Сталь резала плоть, кибер глаз просчитывала каждый блок противника еще до его начала. Через тридцать секунд в комнате осталась только тишина и тяжелый запах железа. Таюя, тяжело дыша и чувствуя, как Проклятая Печать вытягивает из неё силы, начала обыскивать трупы. В сумке предводителя она нашла свежее издание «Книги Бинго». Перелистнув до закладки, она застыла. — Наруто… посмотри на это. На странице была его фотография. Клеймо: «Джинчурики Девятихвостого. Ранг S. Живым или мертвым». И цифра, от которой кружилась голова: 50 000 000 рё. — Это состояние, — прошептала Фу, заглядывая через плечо. — За эти деньги можно купить всю нашу деревню. — За эти деньги на нас будет охотиться каждый, кто умеет держать кунай, — поправила её Таюя. — Что теперь? Наруто медленно стер кровь с клинка и убрал его в предплечье. Металлические пластины на его шее с тихим гулом встали на место. — Я больше не верю в их мир, — сказал он. Его голос был спокойным, но в нем звучал приговор всей системе скрытых деревень. — Они называют это порядком, но это лишь ферма по выращиванию живого оружия. Он подошел к окну, глядя на туман. — Мы создадим своё место. Там, где не будет Каге и советов старейшин. Он повернулся к ним, и в его глазах вспыхнула искра новой цели. — Сначала — Страна Волн. Там остался человек, который умеет ценить преданность выше приказов. Затем мы отправимся в Страну Весны. Бывшая Страна Снега станет нашим оплотом. Там технологии и природа создадут то, что этот мир еще не видел. Фу смотрела на него, и в её взгляде больше не было детской восторженности. Она видела лидера. Человека, который не просто бежит от прошлого, а строит будущее на его руинах.