Семейный очаг

Гинеколог все подтвердил, беременность, одиннадцать недель. На некоторое время Режина даже почувствовала себя счастливой. «Ребёнок Аделму! Его частичка в ней! Интересно, он будет похож на него?». Потом на смену радости пришло отчаяние. Это ведь катастрофа! Ещё один позор для всей семьи, а прежде всего для ее детей! Что до Аделму, то он придёт в ужас от этой новости, он не хочет больше иметь с ней никаких дел, а тем более иметь от неё ребёнка! - Я хочу прервать беременность, - сказала Режина врачу. - Вы в этом уверены? - Уверена, можете все сделать в ближайшее время? - Я могу записать Вас на послезавтра с утра, сеньора. - А на завтра нельзя? - К сожалению нет. - Хорошо, давайте на послезавтра. Валдомиру с Лавиньей были в этот день в той же клинике, когда Валдомиру ждал возле кабинета врача, то увидел свою старшую дочь, которая шла с убитым видом по коридору, никого не замечая. Он тут же направился за ней. Режина прошла в небольшой дворик поликлиники, села на скамейку и дала волю слезам. Валдомиру опешил, никогда в жизни он не видел ее в таком беспомощном состоянии. - Что случилось?! Мария Режина! Не пугай меня! - Ты что здесь делаешь?! - со злостью посмотрела она на отца. - Что с тобой?! Ты была у врача? Ты заболела? - Не твоё дело! - Как это не мое?! Да я сейчас переверну эту клинику к чертовой матери! - Не нужно ничего переворачивать, я не больна, у меня другие проблемы, но я сама все решу. - Что за проблемы?! - Пожалуйста, хватит! - Ты... ждёшь ребёнка? - догадался Валдомиру. - Я же сказала, что сама разберусь! - И как же ты собралась с этим разбираться?! Сделаешь аборт?! - Папа!!! Режина хотела уйти, но Валдомиру схватил ее за локоть. - Ты продолжаешь делать ошибки, но я больше не позволю тебе гробить свою жизнь! Ты ведь не хочешь избавляться от этого ребёнка, поэтому ты так расстроена, а если ты от него избавишься, тебе станет ещё хуже. - Но я должна это сделать! Ради своих детей, я не хочу, чтобы их коснулся этот позор. - Пати и Рафаэл у нас на редкость умные и понимающие, тебе не стоит идти из-за них на такие жертвы. Тем более, что они даже об этом не знают. А когда узнают, я уверен, что они обрадуются брату или сестре. - Они будут презирать меня! - Боишься, что они тебя возненавидят также как ты меня? Режина посмотрела на отца с отчаянием: - Да! Боюсь! - Я уверен, что этого не случится. Рафаэл в принципе не способен никого ненавидеть, а с Патрисией мы поговорим, она добрая девочка и все поймет. Все будет хорошо, доченька, - Валдомиру ласково пригладил ее волосы. - А ты что об этом думаешь? - вдруг спросила Режина. - Я думаю, что иметь четвёртого внука - это большое счастье, твои сестры и мать тоже обрадуются. Давай успокаивайся, а то малышу это вредно. Режина заулыбалась: - Спасибо... - Валдомиру, куда ты пропал? - подошла к ним Лавинья. - Я пойду, - Режина ушла по направлению к своей машине. - Что она здесь делает? - спросила Лавинья. - Приходила по делам. - У неё что-то случилось? - Нет, с чего ты взяла? - сухо ответил ей Валдомиру. Режина долго набиралась решимости, прежде чем рассказать матери и сёстрам о своём положении. Все четверо собрались за завтраком дома у Элеонор. - У меня есть новости, - начала говорить спокойным голосом Режина, - я жду ребёнка. Все трое замерли, Мария Антония поперхнулась чаем. - О Боже, - проговорила Марсия. - Ты что шутишь?! - воскликнула Элеонор. - Нет... не шучу... Элеонор закатила глаза и покачнулась, Марсия и Мария Антония кинулись к нейй. - Мама! - Мама! - И что ты вот так просто собралась рожать этого ребёнка? Неужели уже поздно что-либо сделать? Или тебе все-равно? Конечно! Тебе ведь все-равно! Ты так мстишь нам за то, что мы тебя сместили с поста президента! - расплакалась Элеонор. Режина посмотрела на Элеонор, потом на суетящихся возле неё Марсию и Марию Антонию и сказала со злостью в голосе: - Мы с Вами никогда не были настоящей семьей и не будем! Вам всегда было плевать на меня! И мне на Вас тоже плевать! Детей дома не было, Режина поднялась в свою комнату и сказала Луселени, чтобы она никого к ней не впускала. Последние силы покинули ее. Теперь она не знала, правильно ли сделала, что решила оставить ребёнка, но снова пойти на аборт она уже не могла, мысли об этом малыше глубоко засели в ее голове. Режина уже представила его похожим на Аделму. И вообще, почему она должна делать то, что хотят другие? Она никогда этого не делала и сейчас не будет. Это ее жизнь, и жизнь у неё одна. Так она пролежала в своей комнате до вечера, в этот день Пати и Рафаэл поехали после школы к отцу. На работе Марсия решила поговорить с Валдомиру об утреннем происшествии. - Папа, ты только не волнуйся. - Что опять случилось? - Случилось кое-что... Режина с утра сообщила нам, что... ждёт ребёнка.., - Марсия посмотрела на отца, - ты не удивлён? - Я узнал об этом неделю назад. - Как? Она тебе рассказала? - удивилась Марсия. - Это вышло случайно, я встретил ее в клинике, она была очень расстроена и хотела сделать аборт, слава Богу я отговорил ее от этого. - Аборт?! А мама подумала, что она специально собралась рожать этого ребёнка, чтобы отомстить нам всем. - Я надеюсь, Элеонор хватило ума промолчать? Марсия вздохнула: - Мама так разнервничалась и наговорила лишнего. - А Режина что? - Она, кажется, тоже расстроилась, стала кричать, что нам всегда было на неё плевать. - Неужели Вам обязательно было выводить ее из себя в такой момент?! - Папа, я тебя не узнаю, с каких пор ты стал так о ней беспокоиться? Да и что с ней будет?! Она же как сталь! - Мы все действительно плохо ее знаем. Я ведь воспитывал Режину также как мой отец воспитывал меня, с детства внушал ей, что она не должна никогда плакать, учил ее бороться до последнего. Я думал, что делаю все правильно, а на самом деле этим я сломал ее детскую психику. Я плохой отец, Марсия Эдуарда. - Нет, это не так, папа! Режина сама виновата в своих бедах. - Я упустил ее, и она перестала доверять мне, отдалилась. А мне всего то нужно было дать ей понять, что она всегда может опереться на мою руку, но вместо этого она стала бояться показывать при мне свои слабости. Понимаешь, когда я был строг с тобой или Марией Антонией, Вы сразу начинали плакать, и я понимал, где грань. А вот Режина никогда не плакала, она смотрела мне прямо в глаза, и я считал, что она очень сильная и поэтому часто перегибал палку, а ее сердце от этого каменело. - Может быть дело совсем не в тебе? - Боюсь, что во мне. Дочка, прошу тебя поддержи сестру, ей сейчас очень нужна чья-то поддержка, поговори с ней спокойно, я бы и сам это сделал, но меня она воспринимает в штыки. - Меня тоже, но я попробую. Вечером Марсия зашла к Режине. Первым долгом она спросила за неё у Луселени. - Сеньора Режина не выходила из своей комнаты даже на обед и просила никого не впускать к ней. Марсия поднялась к комнате Режины и постучала в дверь. - Режина! Открой, пожалуйста! Тишина. - Луселени, у тебя есть запасные ключи? - О нет, сеньорита Марсия, она же меня убьёт! - Режина! - стала настойчивее стучать Марсия. Режина не открывала, и Марсия решила позвонить отцу. - Папа, я не знаю, что делать! Режина с утра заперлась в комнате и не открывает мне! Она даже поесть не выходила! Валдомиру тут же примчался в дом старшей дочери. - А где Патрисия и Рафаэл? - спросил он у Луселени. - Они поехали к отцу. - Папа, что делать? Я боюсь! - заплакала Марсия. - Я выбью дверь! Валдомиру уже приготовился высаживать двери, но тут Режина открыла. - Вы что с ума посходили?! Я же просила оставить меня в покое! - Тебе что трудно было ответить?! - возмутилась Марсия, - я чуть с ума не сошла! - От чего?! Вы считаете меня такой дурочкой?! Думали, я тут таблеток наглоталась?! - Режина рассмеялась. - Ну вот! А ты говоришь! - скривилась Марсия. - Ты иди, дочка, я сам с ней поговорю. - Не о чем нам с тобой разговаривать, ты же видишь, что я в порядке! - Вижу, что нет, у тебя глаза красные. - Я простудилась, - Режина про себя чертыхнулась, что так плохо закрасила следы слез. - Если ты будешь вот так впадать в депрессию, это не принесёт пользы ни тебе, ни ребёнку. Значит так, с завтрашнего дня я жду тебя на работе, за два месяца накопилось слишком много дел, которые под силу только тебе, да и в декрет тебе нужно будет откуда-то уходить. - Но я... Как ты вообще себе это представляешь?! Я не смогу туда вернуться после всего, что произошло! - Никак я себе это не представляю! Но завтра посмотрим, что из этого получится. В любом случае это касается только нашей семьи и никого больше.