Семейный очаг

Режина придирчиво осмотрела себя в зеркало, она надела светло голубой костюм с платьем-футляром по колено и укорочённым жакетом чуть потемнее. Выглядела она как всегда отлично, и ничто в ней не говорило о внутреннем страхе, заполнившим все ее сознание. Она уже представляла, как все в компании будут шептаться за ее спиной, высмеивать то, как она приползла, поджав хвост, на свою прежнюю должность. «Все хватит! Как будто тебе привыкать к этому?! Они всегда тебя обсуждали, и ничего особо не изменится, высказать в глаза они все-равно ничего не посмеют, а их насмешки за спиной - это обычное дело. Режина уверенной походкой вышла из дома и поехала в Мармореал, по пути закинув детей в школу. - Ты такая красивая сегодня, мамочка, - сказал ей Рафаэл. - Спасибо, - улыбнулась ему Режина. - Ты снова будешь работать у дедушки? - спросила Пати. - Да, он предложил, и я согласилась. - Я рада, что Вы с дедушкой помирились. Хватит Вам уже ссориться. Когда она вошла в Мармореал, все свернули головы. - Здравствуйте, - с улыбкой поздоровалась она, - Глэдис, пожалуйста, дай мне ключи от моего кабинета. - Э-э, там сеньор Валдомиру... - Не от того кабинета, - Режина еле сдерживалась, чтобы не сказать «бестолочь», - от моего кабинета коммерческого директора. - Э-э... надо сначала спросить у сеньора Валдомиру, я сейчас, подождите. - Я сама к нему зайду! - Я сначала должна ему доложить, простите. Глэдис зашла в кабинет Валдомиру. - Сеньор Валдомиру... там... Сеньора Режина пришла... - Пусть зайдёт, - заулыбался Валдомиру. - Доброе утро, - зашла в кабинет Режина, стараясь высоко держать голову. - Доброе утро, Мария Режина, я очень рад тебя видеть. Глэдис, выдай, пожалуйста, сеньоре Режине ключи от ее кабинета коммерческого директора и дай ей к совещанию все отчёты о продажах и закупке материалов. - Хорошо, сеньор Серкейра. - Совещание как всегда в 9:15, не опаздывай. - Хорошо, сеньор Валдомиру, - ответила Режина. Все зашли в актовый зал, Фигейра и Карлотта во все глаза уставились на Режину, которой Валдомиру указал на место справа от себя. - С сегодняшнего дня в нашем руководящем составе изменения, моя дочь, Мария Режина снова займёт должность коммерческого директора. Все с опаской переглянулись. - Всех Вас я попрошу ввести Марию Режину в курс наших последних дел, надеюсь, что Вы сработаетесь. Режина стала смотреть отчёты, которые Глэдис дала ей перед совещанием, от таких цифр она переменилась в лице. - Это как? - шепотом спросила она у Валдомиру, указывая на показатели продаж. - Думаешь, я выдумал, что нам нужна твоя помощь? - тихо сказал он ей в ответ, - как известно, продажи нашей компании резко снизились по сравнению с прошлым периодом. Но я думаю, что под руководством нового коммерческого директора эта ситуация исправится уже в течении этого месяца. - Вряд ли я смогу все сделать так быстро, - ответила Режина. - Сможешь, я в тебя верю, - тоном, не терпящим возражений, сказал Валдомиру. После совещания Карлотта зашла в кабинет Валдомиру. - Валдомиру, что происходит? Как она заставила тебя снова взять ее на работу? - Она меня не заставляла, это я ее уговорил. - Ты с ума сошёл?! - Она моя дочь! - Ты же понимаешь, что все проблемы, которые ты с таким трудом решил, вскоре начнутся заново! - Это маловероятно, мы с Режиной помирились. - И ты так просто готов простить все, что она сделала? - Я уже простил... - Потом ты снова будешь жалеть об этом! Неужели ты так наивен, что не учишься на своих ошибках?! - Учусь, в отношении Режины я тоже совершил много ошибок, которые, я надеюсь, ещё не поздно исправить. - Она должна понести наказание за все, что сделала! А вместо этого ты снова гладишь ее по головке! - Моя дочь уже понесла сполна за все наказание! А сейчас, пожалуйста, не указывай мне как вести себя с ней, я ее отец и знаю это лучше. У меня к тебе одна просьба, Карлотта, поскольку ты Административный директор и следишь здесь за порядком, позаботься о том, чтобы избежать сплетен в коллективе, я не хочу каких-либо конфликтов. - Теперь я ещё должна заботиться, чтобы ее здесь никто не обижал? - обиженно спросила Карлотта. - Это твоя прямая обязанность по долгу службы, надеюсь, проблем не возникнет. Прости, у меня важные дела. Валдомиру вдруг стало неприятно, что Карлотта вмешивается в его отношения с дочерью. Да, Режина совершила много плохих вещей, в том числе и в отношении неё, но он сам знает как вести себя со своими детьми и никому не позволит в это вмешиваться, даже своей женщине, особенно своей женщине! На работе Режина будто бы ожила, все неловкости первых дней сгладились, и ей перестало казаться, что все вокруг шушукаются о ней, но даже если это до сих пор было так, то ей было уже все-равно. Со своими подчиненными она старалась быть вежливой, но ее очень напрягал разбалованный коллектив отделов продаж и закупок. Однако, даже это не портило ей настроения. Режина составила план подъёма продаж, обзвонила потенциальных контрагентов, назначила им встречи и через три дня зашла обсудить все с Валдомиру. - План просто прекрасный, посмотрим, как все это сработает на деле, - сказал Валдомиру. - На случай неудач у меня предусмотрены запасные варианты, какой-нибудь обязательно сработает, главное, чтобы менеджеры не подвели, слишком уж они расслабились, всего два месяца прошло, а их уже с места не сдвинешь. - Как ты вообще сама? - Все хорошо, с работой вроде пока все получается. - Я не об этом. Ты хорошо себя чувствуешь? Тебя не тошнит? - Нет, вообще не тошнит, - улыбнулась Режина, - наоборот, все время есть хочется. Вроде ем хорошо, но через пол часа я опять голодная. - Но ведь это же отлично, что аппетит хороший. - На самом деле это тоже не очень, набирать вес вредно, да и худеть потом трудно. - Тебе до этого далеко, ты же не думаешь изводить себя своими диетами? - Ну-у, все-таки следить за собой нужно. - Только не переутомляйся, мне кажется, что ты взяла очень большой темп в работе. - Мне не привыкать, я обе предыдущие беременности и работала и училась. Но... спасибо, что заботишься обо мне. Тем временем Аделму с большим трудом устроился на работу грузчиком в одной из провинций Рио-де-Жанейро, Жуниора он устроил в обычную школу. Найти работу получше у него не получалось из-за того, что он бывший заключённый. Аделму сильно уставал на новой работе и к вечеру еле волочил ногами. Отношения с коллективом у него складывались не очень хорошо, это были грубые мужчины, любящие пошлые шуточки. Однажды один из них - Гильермо принёс газету полугодовалой давности и стал ее показывать всем. - Слышь, красавчик, это ведь ты, правда? - Откуда у тебя это?! - Я хранил эту газету из-за тёлочки! Мимо такой не пройдёшь! И как она в постели?! Хороша?! Я представляю... Аделму не дослушал, он ударил Гильермо со всей силы в лицо, между ним и другими грузчиками завязалась драка. Прибежавшая охрана разняла их. Воспользовавшись суматохой, Аделму быстро сунул газету за пазуху. Из-за скандала его уволили, хотя он и пытался объяснить руководству, что не виноват. Печальный Аделму думал как теперь сообщить сыну, что им придётся переезжать в другое место, потому что здесь ему больше работать негде. Он достал из-за пазухи газету и стал смотреть на действительно красивую фотографию Режины. - Опять у меня из-за тебя проблемы, мадам! Да чтоб тебя! Он зажмурился и уже приготовился разорвать газету, но в последний момент остановился, вспомнив ее голубые глаза, полные любви и страсти, ее поцелуи, их страстные минуты любви. Придя домой, он спрятал газету с фотографией Режины в своих вещах, чтобы ее не увидел Жуниор. Они с сыном переехали в другую провинцию, где Аделму разгружал теплоходы. Он часто доставал газету и подолгу рассматривал ее, предаваясь воспоминаниям об их жгучих свиданиях, о зажигательном танце. - Это была только страсть! Ты не любила меня! Твоя любовь сразу бы прошла, окажись ты со мной в этой дыре! - Что ты говоришь, папа? Аделму резко убрал газету под подушку. - Что там у тебя? - спросил Жуниор, кивая на газету. - Это? Э-э... Один друг дал посмотреть. - Порножурнал чтоли? Да ладно тебе! Что я там не видел?! - И где ты только этого нахватался? Через месяц Валдомиру с восхищением и гордостью смотрел на совещании отчёты по продажам. - Великолепно! Браво Мария Режина! Ты сделала даже больше, чем я от тебя ожидал. Теперь продажи снова опережают наше производство, как в принципе и было всегда, пока ты была коммерческим директором. Его хвалебную речь прервал звонок. - Слушаю, - и тут его лицо озарилось небывалым счастьем, - родился?! Как он?! Здоров?! Как Лавинья? - Папа, ребёнок родился?! - спросила его Марсия. - Да! У меня родился сын! - Поздравляю, папа! - радостно кинулась ему на шею Марсия. Другие присутствующие на собрании сотрудники тоже стали поздравлять Валдомиру, Режина подошла последней, и все уставились на неё. - Я тоже тебя поздравляю, папа, пусть растёт здоровым, - сказала она, натягивая улыбку и поцеловала отца в щеку. - Спасибо тебе, дочка. Валдомиру не мог дождаться, пока сына выпишут из больницы, он навещал их с Лавиньей и утром и вечером. Мальчика он назвал Жоакином в честь своего отца. Держать на руках своего сына стало для него самым любимым делом на свете. В больнице их навестила Марсия, Мария Антония зашла после выписки Лавиньи с ребёнком домой, с ней пришли посмотреть на Жоакина и Патрисия с Рафаэлом. Режина из вежливости поинтересовалась у отца во время работы, как дела у малыша. - А ты не хочешь прийти и посмотреть на него? - спросил Валдомиру. - Я? Наверное... лучше это сделать попозже... Он ведь ещё маленький... - Почему? Ты ведь сама двоих родила, и знаешь, как обращаться с такими крохами. Скоро и третий появится. - Мне кажется... я к этому ещё не готова... - Он ведь твой брат, Мария Режина, к тому же он ни в чем неповинный ребёнок. В глазах Валдомиру читалась настойчивость, он все ещё надеялся, что его дети и внуки будут любить друг друга, ведь не дай Бог, чтобы ему снова пришлось выбирать между ними, а ещё хуже, если они продолжат эту нелепую вражду. - Хорошо, я зайду на этой неделе. - Поехали вместе сейчас. - Сейчас? - Режина напряглась, - ладно... поехали. Они приехали в городок друг за другом на своих машинах и зашли в дом Валдомиру. Ребёнок был в комнате со служанкой. - А где Лавинья? - спросил Валдомиру. - Она в душе. - Пойдём, - шепотом подозвал дочь Валдомиру, Режина заглянула в колыбель. Жоакину было десять дней, он тихо посапывал в своей кроватке. На его маленькой головке были довольно густые темные волосики, у него были пухлые щечки, аленький ротик и маленький аккуратный носик. Глядя на это спящее невинное личико, Режина заумилялась, малыш напомнил ей Аделму. Ей захотелось, чтобы и у неё был такой же маленький мальчик. - Какой красавчик, - искренне заулыбалась она и погладила Жоакина по щечке. - Когда я впервые его увидел, то вспомнил тебя в детстве, ты у меня была точно такая же щекастая и темноволосая, - с наивной улыбкой рассказывал ей Валдомиру, - я никогда не думал, что дети могут быть такими красивыми, пока не взял тебя на руки. - Думаешь, он на меня похож? М-м... Скорее на Лавинью. - Пока не понятно, но глаза точно как у тебя были. Вскоре малыш начал ворочаться и просыпаться, издавая звуки. - Т-ш-ш, - стала качать его колыбель Режина, - а можно его на руки взять? - Конечно, бери, только осторожно. - А то я не знаю, ты же сам сказал, - и Режина нежно взяла братишку на руки. Жоакин тут же успокоился и стал ее рассматривать своими ярко синими большими глазами и шевелить своей маленькой ручкой, а Режина с восхищением смотрела на него, ее сердце вдруг неожиданно наполнилось нежностью, по телу растеклось тепло, будто бы в ней растаял огромный кусок льда. Она с содроганием вспомнила, что чуть не причинила самое большое зло этому маленькому сокровищу. Нет, теперь она ни за что больше не повторит своих ужасных поступков, и главное - теперь она сама будет защищать его и не даст никому в обиду. Она поцеловала маленькие пальчики братишки и почувствовала себя самой счастливой на свете. - Что ты здесь делаешь?! Немедленно отдай моего сына! Как ты смеешь к нему прикасаться?! - влетела в комнату Лавинья и кинулась забирать ребёнка, который тут же зашёлся в плаче от того, что его резко потревожили.