РусГер, который мы заслужили

      — Ванька? Дык он самый ровный пацан на районе. Постоянно семками делится, наливает нам иногда, из ментовки вытаскивал пару раз, нормальный такой мужик. А ты чё спрашиваешь?       — Да так, ничего, — Людвиг закинул в рот горстку семечек.       Если бы Людвигу пару дней назад сказали, что он будет сидеть на корточках под какой-то левой мусоркой в компании питерских гопников и обсуждать главаря этих самых гопников, он бы, наверное, растерялся.       А сейчас вот сидит и душевно болтает с самыми чёткими представителями общества.       К их с Иваном прогулке (свиданию?) он подошёл весьма ответственно (как и ко всему, за что ни брался). Он ведь почти ничего не знал о нём, а расплывчатые рассказы Гилберта, который — как тесен мир — хорошо общался с Брагинским, не особо помогали.       Так что, раз уж он идёт на прогулку (свидание???) с гопником, нужно хоть узнать, кто эти гопники по натуре, понять, так сказать, их понятия и, вооружившись семками и бутылкой водки (Гилберт посоветовал, он же брат заботливый), Людвиг отправился на поиски приключений.       В ходе своего похода он выяснил несколько важных вещей.       Первое — Иван тут местный авторитет, и раз ты друг Ивана — ты друг всех гопников северной столицы, а если ещё и семечек принесёшь — вообще красавчиком будешь. Людвиг умудрился соблюсти оба правила, так что некой защитой среди наркоманов со стажем он обзавёлся.       Второе — дед Ивана, вообще-то, очень важная шишка в их университете.       — Он раньше ого-го каким был, половину войн прошёл, до генерала дослужился, ты ж прикинь! — эмоционально разъяснял Людвигу один из его новообретённых четких товарищей — А потом стало ему скучно, вот он и пошёл на старости лет на военную кафедру преподавать, он же ещё и образованным оказался, мощный пердун короче. Дык ещё и заведующим кафедры стал, вообще лютая машина.       По совместительству с этим, Людвиг также узнал, как Брагинский стабильно загуливал пары — его дед отмазывал. Полезные, однако, связи.       И, наконец, третье. Наверно, самое важное.       — Ванёк просто так никого на променады не зовёт, — важно поднял указательный палец вверх сидевший прямо на мусорке гопник — Ты ему реально важен, понимаешь, братка? Не знаю, что вы там мутите, но раз уж он решил дела с тобой иметь — ты мужик ровный, он нам все уши про тебя прожужжал. Вообще мы рады, что ты согласился, Ванька-то мужик ранимый, хоть сердце его хрупкое не разбил, — гопник по-отечески похлопал Людвига по плечу, мол, так держать.       От этих слов внутри у Людвига что-то потеплело. Всё-таки гопники люд интересный, вон как друг о друге заботится.       Классно, внатуре четко.

***

      Мороз Иосиф Дмитриевич был человеком суровым, старым и закалённым не менее суровым советским воспитанием и не менее суровой маминой скалкой. Ну, таким он был в глазах студентов.       Никто не знал, что по вечерам он этой самой скалкой раскатывает тесто и под весёлую болтовню внука с этим самым внуком лепит пельмени.       — Ну как там твой немец? Согласился на прогулку? — пусть сам Мороз и относился к немцам слегка предвзято, увлечение внука он принял спокойно. Ну нравится и нравится, чего бубнить-то.       — Да, ты представляешь? Я вообще не ожидал, уже готовился к подколам Гилберта, а тут такое! — Иван активно жестикулировал, не забывая подкладывать мясо на раскатанные кусочки теста — Я планирую с ним прогуляться по набережной, а потом!.. Я пока не придумал, что будет потом, но что-то точно будет!       Иосиф Дмитриевич тихо посмеялся. Другого он от Вани и не ожидал.       — Ты как-нибудь приведи его к нам в гости. Должен же я знать, какие люди скоро станут членом нашей семьи. А то вдруг..       — Дед.       — ..А то вдруг он в четыре утра как нагрянет..       — Дед!       — Молчу-молчу.

***

      Нева тихо плескалась, ударяясь о края побережья. Солнце плавно садилось, словно отправляясь купаться в северную речку. Птицы разлетелись по гнёздышкам, отдыхая.       Идиллия.       — Ну а он меня как ударит, я аж чуть не упал!       Ну, или почти.       Иван шёл впритык к краю набережной, почти наступая в воду Невы, активно рассказывая историю из своей, как успел понять Людвиг, очень интересной жизни. Сам Людвиг спокойно шёл рядом с Иваном и впитывал все истории как губка.       Очень интересный парадокс — когда они только встретились, Людвиг ничего особенного в Иване не углядел. Ну гопник и гопник, такие даже в его родной Германии есть, чем всякие Иваны могут его заинтересовать? А стоило только прогуляться, и Людвиг с каждым сказанным Иваном словом понимал, что чем-то всё-таки заинтересовать могут.       Русская душа — потёмки, и не всегда это плохо. Кто мог знать, что под личиной орудующего трубой гопника окажется нежный и забавный парень, который может начать предложение рассказом о картинах Боттичелли, а закончить анекдотом про охотника в Африке?       Сколько бы в России не было Иванов, этого Людвиг запомнит навсегда.

***

      — Спасибо большое за чудесный вечер! Было очень приятно провести с тобой время — Иван мягко улыбнулся Людвигу.       Как бы ни хотелось обратного, время не стоит на месте, и в северной столице наступила полночь. Пора бы и честь знать.       — И тебе спасибо. Не часто я так прогуливаюсь, кажется, даже забыл, как выглядит Нева, — чуть усмехнулся Людвиг. И как он мог забыть о такой красоте, которая находится буквально под боком?       — Нужно будет исправлять! В следующий раз обязательно покажу тебе Неву с другого места, там она выглядит ещё красивее! Если, конечно, следующий раз будет.       Иван смущённо улыбнулся и, подойдя к Людвигу поближе, поцеловал его руку. Истинный питерский джентльмен, как есть.       — Ещё раз спасибо за прогулку!       Следующий раз будет, решил Людвиг. Сотня следующих раз.