Глава 7.
15 августа 2024 г., 11:31
Звездное небо больше не было таким, как раньше. Света мало. Едва можно было разглядеть развевающийся черный балахон. Но Самеди шагал так стремительно, что в такой темноте его нельзя было не заметить. Впрочем, он и не пытался прятаться. Он спешил и с трудом разбирал дорогу. С ним даже не было источника света, так как необходимость контролировать пламя только замедляло бы его.
Ему всё равно пришлось тащить с собой всё необходимое для ритуала. В том числе цветную колбу с жидкостью персикового цвета.
Самеди так торопился, что по инерции вошёл в склеп и только тогда понял, что на входе отсутствует один из его стражей. Первой мыслью было то, что страж попросту спит в склепе. Этим зомби иногда нужен сон. Вскоре Самеди осознал ложность такого суждения и догадался, что на самом деле произошло. Это не на долго поставило его в тупик. Орк быстро нашёлся и чуть не бегом отправился обратно в деревню. «Надо отправить в склеп как можно больше зомби». Всех, кто есть в деревне. Они от меня не сбегут».
Как не торопился Самеди, ему пришлось сбавить ход, когда сквозь тьму он различил нацеленный почти в упор самострел ведьмы. «Чёрт, у меня совсем нет на это времени. Чего она думает добиться таким образом?»
— Самое время поговорить, колдун. Что ты сделал с теми орками?
— Ничего такого, что бы могло им навредить, детка. Это вы решили влезть не в своё дело и проявить агрессию.
— Ты видно сам не понимаешь, о чём говоришь. Я не буду повторять в третий раз, просто пущу болт тебе в грудь. Понял? Что ты сделал с орками?
— Изобрёл свою магию. Всё дело в этом снадобье, – Самеди потряс перед ведьмой колбой с зельем.
— А зачем ты с ними так поступил?
— Они не оставили мне выбора.
— О каком выборе ты толкуешь?
— Пойдём в деревню, там я тебе всё объясню.
— Забудь об этом. Как их расколдовать?
— Ты этого не узнаешь. Они все останутся со мной.
— Зачем тебе это? Боишься остаться один?
— Мне нравится ими всеми владеть. Вам нужна была помощь в походе? Я согласен дать своих бойцов. Они сильные и послушные. Пойдём в деревню.
— Ты мой пленник.
— Ты не понимаешь. Видишь это зелье? Я хотел применить его для подчинения Дисномии. Но мои планы изменились.
Самеди вытащил пробку, сделал один глоток и запел. Это последнее, что могла вспомнить потом Сивилла.
***
— Как же ты попала в такую передрягу? — начал неторопливый разговор Чар. А куда торопиться? Судя по всему, они заблудились и по ощущениям были уже глубоко. — Это мой брат. Старший брат. Отцы у нас разные. Его погиб потому, что ушёл на войну против более богатой деревни. — Ты сейчас говоришь про Самеди? — Ну а про кого же ещё? На самом деле, я ему в чём-то завидую. Но так уж сложилось. Отец и правда любил больше меня, а не его. — Так бывает. Я тоже любил своих дочерей до безумия. Но ведь отец Самеди жив! — Баал не его отец, а мой. Для него Баал - отчим. — Теперь понятно, почему всё так сложилось. — У нас с Самеди общая мать. Но она тоже погибла. Теперь зомбировать близких для Самеди – почти семейные отношения. Но я должна освободить отца. Почему ты помог мне? — Теперь глупо об этом говорить. Наверно, просто понравилось твоё имя. — Ты дурак, – улыбнулась Дисномия.***
Самеди смотрел в остекленевшие глаза Сивиллы. Говорят, что глаза – зеркало души. Теперь зеркалом были бутылки с искрящимся зельем. Персиковый. Красивый цвет. — Благодарить будешь потом. Теперь ты вся моя. А ведь знаешь, ты мне сразу чем-то понравилась. Ты знаешь, где можно встретиться с Чаром? — Нет, хозяин. — Я так и думал. Склеп большой. Я и сам не полностью с ним знаком. Вот как мы поступим. Я вернусь в деревню, а ты… Удивление не дало Самеди окончить инструктаж. Удивление – это мягко сказано. Слишком шокирующим было появление огромного чёрного шара. В темноте он возник, как из пустоты. — На колени! Самеди опешил, но не подчинился. Тогда появился красный луч, а следом два существа неизвестной породы и огромной силы. — Тебя не так просто удивить, – звук шёл со стороны шара. – С тобой говорит Кронос. Меня самого удивляет отсутствие у тебя первобытного ужаса. Но со мной положено говорить стоя на коленях, и я смотрю ты это уже понял, не так ли? — Да, мастер. — Хорошо учишься. Похвально. А теперь слушай меня внимательно, времени мало. Не так далеко отряд орков сражается с моими полчищами захватчиков. Уничтожь этот отряд. Иначе я сам уничтожу тебя. Всё просто, не так ли? — Да, мастер. Монстры отпустили орка, и он поднялся с колен.***
«Чем глубже в склеп, тем крепче саркофаги», – подумал Чар, вдыхая затхлый воздух подземелья. И вот они шли неторопливо, освещая себе путь случайно нащупанным на стене факелом. Уже несколько раз заблудившие орки попадали в тупик, но Чар пытался держать в голове воображаемую карту и надеялся найти выход до того, как их прикончит жажда. — Да, это то самое помещение. Этот герб. «Я не спутаю его с другими даже спустя столько лет», – сказала Дисномия. — О чём ты, сестрёнка? — Сестрёнка? Пусть так. Я тебе обязана. Посмотри на это помещение. Я была тут лишь раз в глубоком детстве вскоре после гибели матери. Вот он – его саркофаг. Дисномия нежно и задумчиво провела рукой по твёрдой грани огромного каменного гроба. В ногах саркофага на большой плите выгравировано «Астарта». — Если мы сейчас отсюда уйдём, вряд ли я сумею снова найти сюда дорогу, чтобы повидаться с ней. Я так давно тут не была. — Хочешь сказать, тебе это было запрещено? — Это всем было запрещено, и Самеди в том числе. Мёртвому нужен максимальный покой. Даже мародёры боятся просто так беспокоить потомственную ведьму. Мою мать все очень уважали. — Может Самеди придёт в себя, если вспомнит мать? — Говорят, я очень на неё похожа. Давай поменьше говорить. Я устала и хочу пить. — Хорошо. Отдохни немного тут, а я осмотрюсь.***
Самеди внимательно наблюдал за тем, как зомби грузят склянки с зельем в тележку. Подпускать зомби к этому зелью было не осмотрительно. Что поделать, надо было поторопиться. Сивилла тоже работала под пристальным вниманием Самеди. Как хорошо, что колдун вовсе не нуждался в том, чтобы нравится самкам. К тому же и самки не могли его разочаровать, когда подчинялись ему под действием зелья. Это было очень удобно, так как он привык идеализировать самку. Идеал привлекал его. Разве не чудная ведьмочка? Зомби хороши тем, что они уже не могут ранить твою душу. Они просто исполняют веления до самой своей смерти. Конечно, с помощью зелья их можно освободить, но только Самеди знал это. Он не собирался никого освобождать. Безумие как гной сочился из глубоких душевных ран. Оно забирало у Самеди жизнь. Догнать отряд ганзеров было не сложно. Ушли они не так давно, да и скорость у них была не велика. Во главе отряда шествовал крупный орк. Его ведь звали Хан, не так ли? А впрочем, это уже совсем не важно. Так по крайней мере, думалось Самеди. — Орки! Послушайте меня очень внимательно, – начал кричать с большого расстояния Самеди. — Я вижу перед собой могучий отряд и крепкий клан. Но, как видите, за моей спиной сейчас стоят более могучие силы. Моё колдовское искусство ведёт их. Они не знают страха. Их бесполезно просить о пощаде. Подчинитесь. Или будете истреблены. Взамен я обещаю вам размеренную жизнь и избавление от страстей. В ответ полетели арбалетные болты, и Самеди пришлось укрыться за спины зомби-соратников. Ганзерам действительно не легко было бы выстоять против такого многочисленного оппонента. Но Хан понимал, что Самеди сделал ошибку. На шахматной доске он был, как плохо защищённый король. Доберись ганзеры до него, бой был бы окончен. Хан сделал знак Рафу и ещё парочке дюжин орков. Вместе они стали пробиваться к тому месту, где колдун имел глупость обнаружить себя. Барабанный бой стал прекрасным саундтреком к работе тесаками. Запах крови и боевой бит сделали своё дело, доведя кураж орков до безумия и бешенства. Это привело к тому что небольшой отряд лишь смутно помнил в каком направлении он движется. Вокруг была масса врагов, и топор Хана мог разгуляться от души. Орку не надо было заботиться о том, что он ненароком заденет союзника. И когда дорогу хану заступила Сивилла, он даже не успел её узнать, не мог остановить сокрушительный удар. Раф скорее предчувствовал, чем опознал присутствие любимой. Он успел вцепиться в оружие Хана, отводя удар от возлюбленной ведьмы. Но когда он повернулся к самке спиной, она хладнокровно рубанула на всю глубину пониже лопатки. Когда Раф увернулся, перед падением он увидел безучастный взгляд и сразу всё понял. Она просто попала под чары Колдуна. — Оставь её жить. Хану осталось только оглушить ведьму и продолжить бой. Каждое мгновение запинки было бы непозволительной роскошью. Наблюдавший за сражением Самеди возликовал тому, как удачно получилось использовать ведьму. Впрочем, продлилась это не долго. Колдуна стало пугать то, с какой скоростью стало сокращаться расстояние между отрядом из трёх разъярённых врагов и им самим. При этом у него не было достаточно резервов. В целом, он побеждал. Нужно только не подпустить их достаточно близко. — Баал, займись вот этими. Отчим Самеди тут же бросился наперерез орудующему секирой Хану. Баал, если и не был в самом рассвете сил, выглядел внушительно. Коренастый, но быстрый, он пробился к ганзерам как снаряд. Но Хан вдруг превратился в подобие крепкой стены. Будучи на голову выше, орк стал прессовать шамана, нанося один за другим размашистые удары. Позволив соратникам прикрывать его с флангов, боец сконцентрировал всю ярость на своём противнике. Он узнал шамана и не собирался отступать, полагая что от этой схватки зависит исход всего боя. Баал был хорошим тактиком и предпринял неожиданный манёвр. Он кубарем бросился к врагу в ноги. Если он успешен, то толпа зомби быстро разделается с храбрецами. Ханом владела инерция от собственных напористых атак. Он споткнулся и начал падать. Освободив ногу из вдруг ослабшей хватки шамана, орк восстановил равновесие. «Да у него в шее арбалетный болт. Слава богам, мне просто повезло», – подумал удивлённый Хан. Не успел труп поверженного шамана распластаться на земле, шум боя пронзил яростный вопль извне. — Не-ет! Стойте! На коротком расстоянии, но выше поля боя, Самеди увидел одетую в платье самку. Он отметил про себя неуместность такого одеяния. Орочьи самки обычно облачались таким образом только на время свадебной церемонии, либо при отправлении в последний путь. Холодная и малоприятная дрожь пролила по телу колдуна. Этого не могло быть, но то что отвергает разум легко почувствовать своей шкурой. Он узнал сначала платье с капюшоном, а потом и родную фигуру, говорящую с ним злым и недовольным тоном. — Самеди! – закричала самка, указывая на тело Баала. – Что с моим мужем, сын? Они убили его! — Мама, я за него отомщу. — Кому отомстишь? Ты же сам на них напал. Зачем ты погубил отчима? — Меня заставили, мама. — А ты заставил свою родню? Сними гипноз. Не дожидаясь реакции, самка развернулась и ушла. Спустилась куда-то за возвышенность. Самеди дал команду не нападать, только обороняться, если потребуется. Это окончательно остановило бой. Колдун кинулся в след за матерью, но не смог её обнаружить. Тогда он вернулся к телеге с колбами. Его штормило, но взгляд вдруг стал более осмысленным. — В этих склянках зелье, растворившее их души. Теперь я верну им свободу. Самеди начал ритуальное пение. Зомби устремились к нему. Каждому полагалась своя колба, и когда орки выпили зелье Самеди закончил петь и хлопнул в ладоши. Племя потерянно заозиралось. Никто из низ ещё не понимал как они оказались в этом месте. — Смотрите! Со стороны холма показались первые гигантские жуки. Первые из хлынувшего в долину потока. Многие из дезориентированных орков обратились в бегсто. Не мало было и тех, кто остался и примкнул к бросившимся в бой ганзерам.
