Мы же на ты?

Уилл плохо помнил, как все произошло. Воспоминания размытыми пятнами всплывали перед глазами, но не давали воссоздать полную картину случившегося. Он помнил, как ехал с Ганнибалом в машине, чувствуя встревоженный взгляд доктора всем своим существом, и старательно буравя взглядом окно. Помнил, как они подъехали к дому Хобса, и он быстро выскочил из машины, пытаясь как можно быстрее выбраться из гнетущей атмосферы между ними. Помнил, как Лектер проводил его непонимающе-потерянным взглядом. Помнил, как подошёл к двери, как постучал, и как ему не открыли. Помнил, то ужасающее понимание, возникшее в ту же секунду. А дальше все таяло, плыло, как будто он видел мир в отражении штормовой воды. Искаженно, неясно. Дальше была лишь темнота и потом резко, как будто ему неожиданно открыли глаза, вывели из темной комнаты, лицо Хобса, искаженное отвратительно-решительной гримасой, и напуганное лицо Эбигейл, которую он прижимал к себе, держа нож у её шеи. И выстрел. Уилл выстрелил много раз. Вроде бы десять, как ему потом сообщили. Но он помнил лишь один. Последний. И слова Гаррета Джейкоба Хобса в этот момент: «видишь?» Что он должен был увидеть? Его замысел? Его намерения? Его переживания? Уилл сжал голову руками, оттягивая кудри. Что он должен был видеть? Хобс думал, что он уже все увидел? Или ему нужно было увидеть все именно в тот момент? Или он должен увидеть что-то позже? Тупая боль пронзила темечко, распространяясь внутри тугим спазмом. Грэм зажмурился. — Уилл, — громкий голос Джека выдернул его из мыслей, заставляя испуганно вскинуть голову. Кроуфорд стоял над ним, как палач над осужденным, сурово глядя прямо в глаза, Грэм тут же отвел взгляд. Джек тяжело вздохнул, садясь рядом с ним. Уилл сильнее завернулся в плед, теребя пальцами его края. — Ты все сделал правильно, — неожиданно тихо сказал агент, профайлер искося глянул на него, — ты спас жизнь девочке. — Это Ганнибал спас ей жизнь, — хрипло выдохнул Уилл, его верхняя губа чуть дернулась вверх. — Уилл! — голос Лектера прозвучал где-то на периферии, Грэм с ужасом смотрел на свои руки, отчаянно пытаясь закрыть хлещущую из шеи девушки кровь. Багровая жидкость вытекала из неё вместе с жизнью, пачкая чужие дрожащие ладони. Как он допустил это? Мать девочки, белая и безжизненная, с таким же растерзанным горлом, лежала у двери. Мертвая. Девочка умирала на его руках. Их муж и отец убил их? Был виновен в их смерти? Или…. Он сам был виноват в том, что невиновные люди умерли? Профайлер отрывисто задышал. Вдох не получалось сделать. Грудь сдавило железным обручем. Паника завладела всем его существом. Он уже вызвал подмогу? Он один здесь? Она умрет у него на руках? Она умрет от…его рук? «Видишь?» Он не видел. Мелкие черные мушки в глазах стали больше, заполняя собой все вокруг. Мир блек, как старая фотография от солнца, становился черно-белым. И только красная кровь выделялась на фоне. — Уилл! — его рук коснулись чужие. Теплые и сухие. Родные. Доктор с аккуратной силой убрал его ладони с шеи девушки, тренированным движением закрывая рану, чтобы остановить кровь. Грэм поднял на него расширившийся взгляд, абсолютно не понимая кто находится рядом с ним. — Уилл, успокойся, это я, — спокойный голос Ганнибала не проходил в сознание. Профайлер быстро заморгал: картинка мира была нечеткой, заклеенной мутной пленкой, которую хотелось содрать, — Уилл, дыши, давай же! — Лектер повысил голос, отчаянно пытаясь докричаться до мужчины, Грэм вдруг качнулся, резко падая назад, ударяясь о стол спиной. Боль внезапно отрезвила. — Давай же, два вдоха — один выдох, два вдоха — один выдох, — голос психиатра неожиданно четко зазвучал в его голове. Губы Лектера двигались невпопад словам, словно отставая, но Грэм неистово напряг сознание, стараясь следовать указаниям доктора. Джек с какой-то тоской оглядел его согнувшуюся фигуру. — Тебя подвезти до дома? — спросил Кроуфорд. Уилл поднял на него усталый взгляд, но мотнул головой, — ты уверен? Ты же приехал на машине доктора? — агент нахмурился. — А Ганнибал уехал? — удивленно вздернулся Уилл. — Если не ошибаюсь, ты сам сказал ему ехать со скорой, — сухо ответил Джек, морщинка между бровей стала глубже. — Я… — начал Грэм, и тут же закрыл рот, чувствуя прилив боли к голове. Точно, он ведь правда сам сказал это Лектеру. Когда приехала скорая, Ганнибал помог донести девочку до неё, все время стоя рядом с полуживым телом, профайлер тенью следовал за ними. — Уилл, — тихо позвал его доктор, Грэм испуганно вскинул на него расширенный взгляд. Ганнибал поджал губы. Профайлер выглядел еле живым: бледный, как лист бумаги, со впалыми тусклыми глазами. Капли крови багровыми пятнами контрастировали с его белой кожей, делая профайлера похожим на живого трупа. Психиатр был уверен, что если бы Уилл лёг, его бы тоже положили в чёрный чехол. — Уилл, — Ганнибал мягко коснулся его плеча, Грэм дёрнулся, но не отстранился, — всё хорошо, она жива, — тихо успокаивал доктор, поглаживая его руку. Грэм ничего не ответил, но взгляд его стал чуть живее. — Поехали домой, — доктор аккуратно взял его за локоть, — тебе нужен отдых. — Нет, — профайлер резко качнул головой, тут же теряя координацию из-за этого. Ганнибал ловко подхватил его под спину, но Уилл тут же вновь встал ровно. — Уилл, я всё понимаю, но пожалуйста, — психиатр сделал акцент на последнем слове, — позволь мне помочь тебе сейчас. Я прошу, — он взглянул в глаза мужчине, надеясь, что взгляд скажет больше, чем слова. — Поезжай с ними, будь с ней, — сипло ответил Грэм, кашлянув, — пожалуйста, — он поднял краяшки бровей. Ганнибал застопорился: взгляд Уилл был просящим, почти умоляющим. — Хорошо, — кивнул Лектер, и тут же подошел к врачам, загружающим пострадавшую в скорую, что-то быстро говоря одному из них. Да, ему хотелось остаться с профайлером. Не просто хотелось, он чувствовал, что нужен ему сейчас, но Уилл попросил его поехать с девочкой. А значит, Лектер должен был отправиться с ней. Грэм резко открыл глаза, тут же щурясь от яркого солнечного света. Он совсем забыл их диалог с Ганнибалом. Тот длился не больше минуты, вокруг была суматоха, и все мысли профайлера в тот момент занимала та девочка. Девочка, которую удалось спасти. Которую спас Ганнибал. — Как её зовут? — тихо спросил он. — Кого? — Кроуфорд удивленно вскинул брови. — Девочку. — Эбигейл Хобс, — сухо ответил Джек, чуть встревоженно оглядывая специального агента, — что ты хочешь сделать? — Я поеду домой, — уверенно сказал Уилл, поднимаясь со скамьи, что стояла у дома. — Уилл, — начал Джек, но Грэм перебил его. — Возьму машину Ганнибала, ключи остались внутри, я знаю. Он не против, — отчеканил профайлер. Кроуфорд нахмурено посмотрел на него, но ничего не сказал. — Скажи…. — вдруг неуверенно начал Уилл, уже отойдя от агента на пару шагов, — напиши мне потом адрес больницы, куда увезли Эбигейл, пожалуйста, — он оглянулся, быстро взглянув в глаза Джеку. Тот устало выдохнул, подозрительно сверкнув глазами, но кивнул, — спасибо, — бросил Уилл, и ушёл к машине. *** — Уилл, погоди! — Грэм испуганно замер, сжав ручку двери. По телу неприятно пробежались мурашки. Любые резкие звуки сейчас были для него словно выстрел из пушки. Он чуть повернул голову. Рядом остановилась невысокая темноволосая девушка азиатка. Под его тяжелым взглядом она тут же замерла, втянув щеку. — А ээээ, — замешкалась девушка, — я Беверли, судмедэкспертка*, — понимающе кивнула она, — мы познакомились в доме Кэтти Бойл, ты видимо, просто не помнишь меня, — она беззлобно хмыкнула и протянула руку для приветствия. Уилл медленно перевел взгляд с плеча девушки на протянутую ладонь. Тишина продлилась с минуту, — эм, в общем, не важно! — Беверли ясно улыбнулась, пряча руку в карман. — Я… — профайлер поднял изумленно расширенные глаза: куда подевалась её ладонь? Она ведь только что была у него перед носом, и он только собирался её пожать? Или он не собирался? — Всё окей! — мягко улыбнулась Кац, — замедленная реакция от шока — это норма! — она сочувствующе оглядела его. Грэм нахмурился. — Я принесла тебе успокоительное, ты же вроде отказался от медицинской помощи, — Беверли чуть нахмурилась. Уилл напряг память. Да, он отказался ехать в больницу и от лекарств, что так настойчиво пихал ему какой-то врач тоже. Грэм не мог точно сказать, почему он так поступил, но в тот момент его пугало всё, и мелькающие люди вокруг особенно. Он просто хотел остаться один. Профайлер вязко сглотнул накопившуюся слюну. Всё происходящее до сих пор казалось нереальным. — Выпей, тебе станет легче. — Голос агентки вывел его из мыслей, Кац достала из кармана блистер с белыми таблетками. Уилл поднял на неё помутневший взгляд, девушка шагнула вперед и вложила таблетки ему в руку. Профайлер вздрогнул, ощутив чужое тепло, его и без того расширившиеся зрачки затопили радужку, делая взгляд чёрным. Девушка лишь мягко погладила его по плечу. Грэм одёрнулся, — да уж… — Беверли сочувствующе оглядела его, — лучше посиди еще пару минут, после того, как примешь их. Вести машину в таком состоянии опасно. Уилл заторможенно кивнул, и Беверли, вновь мягко улыбнувшись ему, убежала обратно к дому. Профайлер проследил за ней взглядом, стараясь привести дыхание в норму. Спустя минуту он всё же сел в машину, глубоко вздыхая, и глотая пару таблеток всухую. «Ганнибал убил бы за такое» — уголки его губ непроизвольно дёрнулись вверх. Мысли о Лектере неожиданно успокоили, заставляя головную боль стать тише, и Уилл блаженно прикрыл глаза, откидываясь на мягкую спинку сиденья в ожидании, когда подействует таблетка. Сейчас было не важно, что он буквально открыто сказал Джеку, что Ганнибал был бы не против, если бы Уилл поехал на его машине. Не важно, что Беверли увидела, как он в неё садиться. Не важно в целом то, что он сам решился поехать на машине доктора. Важно было то, что в салоне было свежо. Кожа сидений была мягкой и приятной на ощупь. Звуки улицы стихли из-за хороших стекл, которые также затемняли надоевшее профайлеру солнце. А запах психиатра пропитал бентли полностью, и Грэм втягивал этот аромат, чувствуя, как тот покоем оседает в душе. Парфюм Ганнибала всегда его успокаивал, чем доктор не однократно пользовался в их прошлом. — Ты специально надушился что ли? — смешно нахмурился Уилл, осуждающее взглянув на Лектера. — Этот запах оказывает на тебя какое-то магическое влияние, — нежно улыбнулся Ганнибал в ответ, подходя ближе к юноше. — Пф, вовсе нет, — хмыкнул студент, поджав губы. Однако ноздри его расширились. — Ты очарователен, когда отвергаешь очевидные вещи, — мужчина нежно провел ладонью по его щеке, мягко притягивая к себе в объятья. — Отстань, — буркнул Грэм, и прижался к нему в ответ, утыкаясь носом в шею, — мне просто нравится парфюм, а ты так вообще помешан на запахах, — пробубнил он, обнимая Лектера. — Может и так, но ты восхитительно пахнешь всегда, — качнул головой Ганнибал, целуя чужой висок. Профайлер распахнул глаза. Мир вокруг был залит кровавым оттенком закатного неба. Агенты ФБРв всё еще сновали вокруг дома: исследование жилища каннибала было не самым быстрым делом. Уилл дёрнулся, резко отталкиваясь от спинки кресла. Где он вообще был? Он что уснул? Грэм быстро достал из кармана телефон, на часах неумолимо высветилось 20:34. Он был здесь уже по меньше мере четыре часа. Уилл тихо чертыхнулся, засовывая телефон обратно и медленно начиная осознавать произошедшее. Паники уже не было, картинка мира была практически чёткой, лишь слегка дребезжала. Однако за место паники пришли другие чувства. Какого чёрта он делал в машине грёбанного Лектера?! Грэм только сейчас до конца понял, где именно находится. Господи, да он ведь Джеку сказал, что поедет на машине Ганнибала, при Беверли сел в неё и, что самое страшное, сам для себя решил, что поехать на машине доктора — действительно удачная идея! Будучи в состоянии стресса его внутренние враждующие стороны смолкли и потянулись к тому, что могло защитить. Что? Уилл шокировано моргнул. Он сейчас сам себе логично объяснил, почему его так тянула в эту грёбанную машину в нестабильном состоянии? — Блять, чёртов Лектер, — выругался мужчина, сжимая кулаки. Он с силой ударил по рулю. Ох, Ганнибалу бы не понравилось такое отношение с его вещами. «Замечательно, надеюсь у меня получится заодно поцарапать её», — мстительно-удовлетворённо улыбнулся Уилл. Идти сейчас и просить подвезти его, было бы верхом неудобства и стыда. Поэтому, собрав всю оставшуюся волю, Грэм сжал руль и нажал на педаль газа. *** — Чёрт, — выругался Уилл, снижая скорость. Солнце уже село, погружая мир в непроглядную тьму, и лишь свет фар освещал небольшое пространство. Грэм даже не заметил, как пришла ночь. Вроде бы секунду назад все еще было залито последними лучами солнца, а уже через мгновение наступила темнота. Профайлер крепче сдавил кожаную обивку руля, чувствуя, как руки начали слегка подрагивать от напряжения. Страх удушающе подступал к горлу. Ехать одному было ошибкой. Он надавил на тормоз, и машина встала посреди дороги. Чернота. Когда здесь были такие тёмные ночи? Почему даже луны не видно на небе? Ни единого лучика света. Только жёлтые фары мягко раскрывали небольшое пространство спереди. Уилл глубоко вздохнул, сжимая губы в полосу. В машине было тихо, грёбанный бентли заглушал даже жужжание движка, которое обычно не давало ему уйти в своим мысли слишком глубоко в его машине. Уилл впился взглядом в лобовое стекло. Ничего. Абсолютно ничего. Только свет фар. Он мягко постучал по рулю, старательно вглядываясь в тишину ночи. Всё ещё ничего. Лишь пустота дороги. Верхняя губа неосознанно дёрнулась. Из темноты, словно бы отделившаяся её часть, выплыл олень. Его ветвистые рога расплывались по краям, распадаясь на бессвязную черноту, а вместо меха шея была покрыта черным вороньим оперением. Животное громко дышало, звук его вдохов проникал в машину, и звучал прямо в голове Грэма. Уилл вжался спиной в кресло. Темные глаза смотрели прямо на него. Осознанно. Профайлер не мог оторвать взгляд. Глаза животного не выражали осуждения, не выражали сожаления или сочувствия. В них не было эмоций. Они смотрели прямо в его душу. Они были отражением его души. Грэм ощутил нехватку воздуха. Стало неожиданно до одури душно, он коснулся рукой горла, начиная отчаянно тереть его, будто это могло добавить воздуха. Олень приблизился ещё на шаг. Копыта его не издали ни звука. Уилл в панике раскрыл глаза, пытаясь сделать вздох. Животное неожиданно наклонило голову, ветвистые рога были буквально в метре от лобового стекла. Олень сверкнул темным взглядом, начиная бить копытом землю. Цоканье, словно колокол забилось внутри головы Уилла. Профайлер захрипел. Горло было красным, а вторая рука сжала руль так сильно, что вены вздулись, синими полосами обвязывая руку. «Дыши!» — неожиданно чёткий приказ возник в голове, тихий голос перекрыл шум копыта, призывая его к действию. Уилл резко сделал вздох, вдавил педаль газа и, скрипнув шинами, вывернул на встречную полосу. Рядом с грохотом промчался грузовик, напоследок ещё пару раз громко просигналив. Грэм оторопело замер. Оленя больше не было. Страха тоже. Была только тишина ночи, свет от фар и отголосок тихого голоса доктора в голове. *** Грэм ввалился в дом, захлопывая дверь. Внутри было тепло, и лай собак тут же заполнил всё небольшое пространство входного коридора. Ночь и темнота остались позади. Собаки закружились вокруг него, Уилл присел на корточки, тут же заваливаясь назад, уперевшись спиной в дверь. Стая, напрыгавшаяся на него шерстяной кучей, радостно виляя хвостами. Профайлер на секунду забылся, сбитый потоком чистой радости питомцев и стараясь коснуться каждого из них. Было так хорошо вновь вернуть их домой. Спустя десять минут ему всё же пришлось подняться. Собаки не отставали ни на шаг, Бастер так вообще не желал слезать с его рук. Но профайлер был не особо против. Чуть пошатываясь, все ещё не прийдя в себя от пережитых событий и нагруженный весом собаки, он прошёл на кухню, замечая взглядом лежащую на столе записку. Я ездила забирать Мики** и решила заодно забрать твоих. Думаю, они — то, что тебе нужно сейчас. Почерк Аланы, аккуратный и чуть косивший влево был узнаваем как всегда. Уилл мягко улыбнулся, касаясь листка пальцами. Бастер радостно тявкнул, лизнув его щёку. P.S я их покормила и оставила кое-что в холодильнике для тебя! В душе разлилось тепло. Мужчина аккуратно посадил собаку на пол, получив ещё один слюнявый поцелуй, и открыл холодильник. Продуктов внутри было достаточно. «Еда — залог нашей жизни, мой дорогой Уилл», — мягко прозвучало в голове. Грэм дёрнулся, но тут же мотнул головой, отгоняя воспоминание. В глубоком зелёном контейнере лежала паста. Уилл достал её, быстро ставя в микроволновую печь. «Быстрый разогрев портит вкус блюд», — раздражённо подметил голос. Профайлер хмыкнул. — Мой дом – мои правила, — самодовольно ответил он, удовлетворённо слушая недовольное ворчание в голове. «Уилл, люди создали тарелки, чтобы есть из них», — предупредительно прозвучало в мыслях, Грэм растянул губы в усмешке, резво доставая вилку из столешницы и забирая контейнер. «Есть в гостиной – верх неприличия», — возмутился Ганнибал. — А как по мне, это верх комфорта, — мужчина поставил еду на стол, шикая на тут же подлетевших к пахнущему контейнеру собакам, и достал из шкафа бутылку виски. «Ты забыл стакан», — напомнили ему. Уилл цокнул, быстро возвращаясь на кухню за посудой. — Доволен? — буркнул он, заваливаясь на диван, собаки окружили его, укрывая своими тёплыми тельцами. «Вполне», — прозвучало очень довольно, профайлер только закатил глаза на это, — «Однако есть там, где ты спишь, ещё и в окружении собак – всё ещё грубо», — сурово подметил Лектер. — Возможно, — Уилл повёл плечом, перекладывая Зои – самую маленькую из всех – себе на коленки, и плеснул себе с два пальца виски, — но мне ведь можно? — уголки его губ мягко приподнялись, когда он откинулся на спинку, делая небольшой глоток. Алкоголь обжёг горло. «Тебе можно всё, mylimasis», — ласково ответили ему. Грэм вскинул голову. Последняя фраза шлейфом окутала его, будто бы касаясь губ в нежном поцелуе. Уилл неосознанно коснулся губ кончиками пальцев, отчаянно оглядываясь. Ганнибала не было. Конечно же его не было! Откуда он мог взяться у него в доме! — Чёрт, — раздражённо выдохнул Уилл, сжимая в руках стакан. А он почти поверил. Почему? Почему? Почему?! Какого его мысли снова и снова возвращались к Лектеру? — Урод, это ты виноват во всём, — прошипел он, рука начала ныть от перенапряжения. Образный покой внутри испарился тут же, в который раз сменяясь злостью. Почему стоило ему встретить Ганнибала снова, как спустя день он испачкал руки в крови? Почему? За что судьба подкинула такое совпадение? «Совпадение ли?», — шепнул голос. Голос не в голове. Голос не Ганнибала. Голос откуда-то со стороны. Уилл вскинул голову, всматриваясь в темноту коридора. Гаррет Джейкоб Хобс опирался о дверной косяк, с усмешкой глядя на него. Дыхание спёрло. Грэм отчаянно пытался сделать вдох, однако грудь стянуло железным обручем. Где-то на фоне зашумели собаки, словно почуявшие незваного гостя. Уилл впился глазами в фигуру Хобса. Он смотрел ему в грудь, прямо в дыры в рубашке от пуль. Пуль, выпущенных им. «Видишь?», — губы Хобса не шевелились, но чужой вопрос набатом забил в голове профайлера. Уилл вскочил на ноги, сжимая руки в кулаки. Стакан со звоном упал и покатился куда-то. Собаки заскулили, шарясь у его ног. Зои скатилась с его колен и побежала вслед за стаканом, Бастер встал на задние лапы, упираясь ему в колени, и тихо повизгивал. Харли и Хайди замерли, уставившись на него, Джек уткнулся носом ему в носки, а Макс уставился в дверной проём, словно пытаясь увидеть, кто так напугал хозяина. Верхняя губа Уилла дрожала, пот капельками собрался на лбу. «Видишь?», — снова повторил Хобс. Его рот все также был сжат в кривую полосу. Грэм шумно захрапел, отчаянно пытаясь сделать вздох, его словно душили. Стая взворошилась, напуганная, непонимающая, что происходит. Зои отбежала от стакана, встав в нападающую позу и зарычав на темноту, что так тревожила хозяина. Профайлер медленно начал поднимать взгляд. Хобс прищурился, насмешливо глядя на него. Уилл увидел его кривые зубы, когда чужое лицо исказилось еще сильнее, теперь уже в широком оскале. «Кошмары не приходят к нам, они рождаются у нас внутри. Они — поражение наших самых затаенных страхов и самых сильных желаний. Смешение двух антиподов, двух разных полюсов нашего сознания, создающее непомерно пугающую картину для нас», — Ганнибал стоял рядом с камином, спокойно смотря на Хобса. Уилл тут же перевел взгляд с чужого перекошенного лица, поражённо глядя на доктора. Тот мягко ему улыбнулся. Этот Ганнибал был другим. Он не был молодым, не был тем Ганнибалом из прошлого. Это был Лектер из настоящего. Такой же, каким он видел его сегодня утром. «И как же тогда бороться с ними? Как бороться с тем, что создал ты сам? » — Грэм резко развернул шею. Послышался неприятных хруст. Бастер отчаянно вылизывал его руку. Словно ожившаяя фотография, перед профайлером возникла сцена из прошлого. Он увидел себя самого, сгорбившегося, потного, напуганного до смерти, забившегося у изголовья кровати. Он увидел молодого Уилла Грэма, впервые увидевшего настоящий кошмар. Кошмар, в котором с ним говорила его тёмная сторона. «С этим не нужно бороться», — Ганнибал, еще вовсе не психиатр, а тогда еще хирург, без седины в волосах и старческих морщин, сел на край кровати, касаясь его плеча. Молодой Уилл Грэм поднял на него наполненный непролитыми слезами взгляд, доверительно открытый. Взрослый Уилл Грэм подавил жгучее чувство внутри. Этот Лектер слишком часто приходил к нему, слишком часто давал обещания, которые не исполнял. «Не бороться? Что же тогда? Сдаться им?», — просипела его юная версия, непонимающе хмурясь. «Ты их создал. А значит, они должны подчиняться тебе», — Лектер с нежностью провел по чужой руке, останавливая руку на ладони, сжимая пальцы, — «Ты их хозяин, ты можешь управлять ими как хочешь», — последние слова прозвучало прямо у носа взрослого Уилла, не опаляя кожу дыханием. Грэм вздрогнул, быстро поворачивая голову, на него смотрели такие родные карие глаза. Ганнибал Лектер из настоящего поднял уголки губ. «Тебе нужно лишь напомнить им об этом», — тихо произнес он. Уилл взглянул ему в глаза. В карих омутах не было лжи, лишь теплое сияние чего-то непомерно светлого. Доктор все с той же улыбкой кивнул ему на Хобса, отступая в сторону. Грэм нервно проследил за него движениями. Ганнибал кивнул ему, излучая уверенность и силу. Уилл отвел взгляд, уставившись на грязные ботинки Гаррета Джейкоба Хобса. Вокруг была звенящая тишина. Даже собаки замерли, не издавая ни звука, будто видели всё то, что происходило лишь в голове их хозяина. Быть может они просто чувствовали всё это. Грэм сморгнул непрошенную влагу с глаз и посмотрел прямо в глаза Хобса. Глаза его кошмара мерцали пугающе красным. Багряным оттенком крови Эбигейл на его руках. Руки Уилла задрожали, воспоминания вечера напористо пытались прорваться в голову. «Это просто кровь. В человечком организме её предостаточно. Мы часто видим её и у себя, и у других. Одних лишь порезов капилляров на пальце мы видим сотни раз за свою жизнь», — мягко прошептал ему на ухо психиатр. Психиатр. Не хирург. Психиатр Ганнибал Лектер из его настоящего. Ганнибал Лектер, который вновь появился в его жизни. Который мог действительно помочь ему. Страх тут же испарился. Кровь не должна пугать. Это просто жидкость в нашем организме, помогающая ему функционировать. Бояться её также глупо, как бояться слёз или мочи. Он видел кровь большую часть своей жизни. Постоянно. Он вовсе её не боится. Губы Хобса дёрнулись вниз. Взгляд Грэма был стальным. — Уходи, — чётко сказал профайлер кошмару, — проваливай к чёртовой матери из моего дома. Собаки подняли шум. Харли и Хайди отстранили головы от его ботинок, завыв, Бастер заскулил сильнее, отчаянно тыкаясь в его сжатый кулак. Хобс нахмурился, ухмылка спала с его лица, сменяясь агрессивно поджатыми губами. Он сделал шаг вперёд. Уилл дёрнулся. «Ты его хозяин, ты им управляешь», — прошептал Ганнибал ему на ухо, — «ты не должен его бояться». Грэм глубоко вздохнул, ощущая пробежавшие по телу мурашки. — Проваливай, — громко скомандовал он. Кошмар замер, свирепый взгляд, как удар пришёлся Уиллу в левое плечо. Профайлер болезненно вскрикнул, и упал обратно на диван. Фантомная боль жгла плечо, он протяжно застонал. Звуки комнаты вновь наполнили его голову, заставляя барабанные перепонки болезненно задрожать. Собаки прыгнули на мягкую обивку, гавкая ему прямо в уши, тыкаясь в лицо, грудь и живот. Уилл рассеянно погладил их по голове правой рукой. Мир плыл, кружился, словно он был пьян. Грэм с усилием зажмурил глаза, пытаясь привести сознание в порядок, тут же распахивая их. Хобса больше не было. Перед ним был лишь пустой коридор и перепуганная стая. Уилл повернул голову, в глазах его сияла надежда… Ганнибала тоже не было. На его месте осталась лишь скинутая в панике Уиллом подушка с дивана. Профайлер хмыкнул. Внутри что-то неприятно закололо, вызывая ноющее чувство в груди. Его снова обманули. — Чёрт, Ганнибал, какой же ты всё-таки мудак, — усмехнулся мужчина, вновь чувствуя влагу на глазах. Его нервная система давала сбой за сбоем. Собаки легли вокруг него, уже не такие активные, но все еще встревоженные. Уилл бессмысленно гладил их, мягко почесывая за ушком. Уж кто-то, а эти существа не заслужили портить нервную систему из-за его нестабильности. «Мудак? Не слишком хорошая благодарность за помощь», — насмешливо выдал голос в голове. Грэм нахмурился, раздражаясь. Это был его внутренний голос, а не голос воображаемого доктора. Лектер вовсе не помог ему. Это его собственная голова победила то, что сама породила. Голос внутри не ответил, и Уилл сжал губы в тонкую полосу. Унизительно. Его внутренне «я» даже не отвечало ему, прекрасно понимая бессмысленность спора, не желая опускаться до глупых конфронтаций с ним же самим. Его внутреннее «я» было слишком похоже на Лектера.