Глава восемнадцатая. Разборки, последствия и перемирие
21 мая 2025 г., 00:40
Я шла. Медленно шла по пустому коридору лабиринта. Света оранжевой луны хватало только на то, чтобы видеть дорогу под собой, дальше сгущалась тьма. Она казалась мне настолько густой, что протяни я руку — и она завязла бы в этом чёрном мареве.
Стены из колючего кустарника медленно двигались, будто что-то внутри перемещалось вслед за мной, подгоняя вперёд.
Эта мысль проскользнула, оставив после себя липкое ощущение чужого взгляда. Тяжёлого... оценивающего... нечеловеческого...
И было что-то в этом взгляде такое, что холод пробегал по позвоночнику, заставляя ускорять шаг.
Я уже почти бежала, сворачивая в каждое ответвление — просто чтобыскрыться от взгляда, — когда услышала голос за спиной:
— Ты не одна...
Я замерла. Голос был хриплым… каким-то скрипучим, будто связкам требовалось усилие, чтобы воспроизводить человеческую речь. Да и сами слова, будто из старого радио, прерывались помехами и сбоями.
Я судорожно сглотнула, ощущая себя маленькой и беззащитной. Оборачиваться было страшно. Сделать шаг вперёд — ещё страшнее.
Хруст веток за спиной — и я, вскрикнув, бросилась бежать, не разбирая дороги.
Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди, дыхания не хватало, но заставить себя остановиться я не могла.
Стены, сплетённые из колючих веток, казались живыми: они сгибались и менялись, словно играя в прятки, и каждый поворот открывал новый, ещё более запутанный путь. Я не знала, куда бежать, но...
Внезапно ветки, как будто ожили, потянулись ко мне, шурша и хрустя, пытаясь схватить, оставляя мелкие ссадины на коже. Я чувствовала, как их шершавые кончики касаются моего запястья, но стоило мне сделать шаг вбок — они тут же отступали, будто играли.
Я кричала, но звук моего голоса терялся в глухом пространстве, поглощаемый тьмой.
Свет оранжевой луны, казалось, становился всё более тусклым, и я осознавала, что тьма сгущается, словно голодная тварь, готовая сожрать. Я завизжала, упав на бок, когда очередная ветка обвила запястье, ощутимо дёрнув назад.
Боль обожгла рёбра, мешая вдохнуть. Я заскулила, сжавшись в комок. Слёзы на миг закрыли всё вокруг. С усилием стерев их с глаз, я заметила сизый туман, клубящийся вокруг меня. Он медленно поднимался, обвивая ноги и заползая на бёдра, словно желая затянуть меня в свои объятия. Я почувствовала, как тепло пробегает по коже, согревая... уговаривая остаться.
Ужас накрыл с новой силой. Я снова бросилась вперёд, но коридоры продолжали меняться, будто сам лабиринт смеялся над моими попытками сбежать. Я металась из стороны в сторону, пытаясь найти выход, но лишь углублялась в этот кошмар.
Туман становился всё гуще. Я чувствовала, как он проникает в лёгкие, заставляя меня задыхаться. Взгляд — тот самый, тяжёлый и оценивающий — снова преследовал меня, и я знала: я не могу остановиться. Я должна была выбраться, должна была найти выход из этого лабиринта, прежде чем он поглотит меня окончательно.
Словно в ответ на мои мысли, коридор вдруг резко повернулся — и я оказалась лицом к лицу с тёмным проходом, который вёл в ту самую комнату, где был портал... в сердце лабиринта. И оттуда на меня смотрели глаза. Огромные, красные, без зрачков. Оно ждало меня там... Знало, что я никуда не денусь и, рано или поздно, приду к нему. Все дорожки в этом лабиринте вели меня сюда.
Я попятилась. Глаза, будто синхронно со мной, начали приближаться... Я зажмурилась, поняв, что не хочу видеть обладателя этих глаз. По лицу скользнуло что-то мягкое, а потом щеку обожгло горячее дыхание с запахом зверя, металла и... крови. Я шарахнулась назад, не открывая глаз и, развернувшись, бросилась бежать. Не считая поворотов и коридоров, практически ничего не видя из-за тумана и слезящихся глаз. Бежала, пока не врезалась во что-то твёрдое и не оказалась на земле.
Боль прошлась по всему телу — от падения и от не готовых к такому марафону мышц. Я обречённо подняла глаза, готовясь встретить тварь лицом к лицу. В глазах плыло, мешая рассмотреть стоящего передо мной, а когда я рассмотрела...
— Директор... — всхлипнула я. По щекам потекли слёзы. Я рванулась, чтобы встать, но ноги отказались слушаться.
— Спокойней, — произнёс он как-то устало, и, подойдя, потянул за плечо, помогая. Я пошатнулась, опираясь о стену лабиринта, которая вдруг стала обычной стеной мягкого кустарника. Прижала ладони к горящему от бега лицу, вытирая слёзы.
— Что? — сипло уточнила я, не услышав вопроса.
— Почему ты убегаешь?
Я замерла. Голос... до боли знакомый, но... Я замерла, боясь убрать ладони от лица. Боясь увидеть.
Он тоже молчал, видимо ожидая ответа. Я медленно, обречённо опустила руки, глядя в мужское лицо. Прямо в глаза. В красные глаза без зрачков.
Я закричала, вкладывая в этот крик весь ужас, который чувствовала... И резко села на кровати, разбуженная своим же криком. Сердце больно билось о грудную клетку, воздух был вязким и сухим. Я всматривалась в темноту комнаты, пытаясь найти затаившееся чудовище, и чуть не закричала вновь, наткнувшись на сверкающие во тьме алые глаза. Через секунду к ним добавились ещё две пары — и Ал, протопав лапами, влез на кровать, сел рядом и недоумённо лизнул меня в нос, пытаясь понять, что случилось.
— Всё хорошо, малыш... всё в порядке... — прошептала я, обнимая собаку. Ал снова ткнул меня носом и шумно засопел. Кроме нас двоих в спальне было пусто — ни монстров, ни тумана... Даже Кот ушёл, видимо, когда я уснула.
Вздохнув, я встала, отдёрнула шторы и открыла окно, вдыхая холодный воздух. Серые тучи на небе, капли дождя... раннее утро.
Ал подошёл и, подпрыгнув, поставил лапы на окно, вместе со мной выглянув на улицу. Всё ещё подрагивающей рукой я погладила любимца по голове и потянулась к стоящей рядом сумке, вытащив из неё обычную пачку сигарет. Прикурив от пальца, задумчиво уставилась в небо, почему-то вспомнив, как месяц назад огребла за них от Кощея — что было для меня вдвойне странно, учитывая его спокойное отношение к моей трубке. Впрочем, объяснять Кощей ничего не стал, хмуро расписав мне, что будет, если он ещё раз это увидит. А так как видел он везде, я обычно старалась не провоцировать. Но после таких кошмаров мне требовалось восстановить нервы.
Простояв у окна ещё минут двадцать, я всё-таки легла в кровать. Заснула, к своему удивлению, достаточно быстро. Но ненадолго. Предчувствующий скорый разнос мозг поднял меня уже через пару часов.
***
— ...да потому, что я в душе не е@у, как я должен на это реагировать! — Успокойся... — чуть отстранённо усмехнулся Бессмертный. Я медленно шагнула назад, собираясь тихо закрыть дверь и сделать вид, что меня тут не было. — Стоять! — Руслан даже не повернулся к двери. — Вернулась! Я обречённо вздохнула, но всё-таки вошла. Руслан обернулся ко мне, окатив раздражением. — Ну и? Я поморщилась. Меня жутко раздражала эта манера — говорить так, будто я на допросе. — Что «и»? — Сказав это, я поняла, что зря. — Что «и»?! — зашипел Руслан. Полусидящий на столе Кощей, вздрогнув, отвернулся в сторону. Ему явно было смешно. — Я тебе, по-моему, внятно объяснил, что в турнир! Лезть! Не надо! — Ну вообще-то... Я, как бы, молодец, — буркнула я, мысленно признавая, что он прав. — Ах, мне тебя ещё и хвалить?! — Ты сказал, что я взрослая девочка и чтобы решала сама! — возмутилась я несправедливому обвинению. — Да-а-а?! — ядовито процедил он. — Тогда напомни мне, пожалуйста, что я сказал после? Там минимум три предложения было! Я поморщилась. — Ну? Я жду! — Да не помню! — взвилась я. — Я не диктофон! — Не смей повышать на меня голос! — взревел мужчина, в два шага приблизившись ко мне. — Довожу до твоего сведения, что собирательный смысл тех предложений был: «Не надо участвовать в турнире»! Надеюсь, таким примитивным языком до тебя дойдёт? Просто иначе я не знаю, как до тебя достучаться! — Да хватит на меня орать! — не выдержав, завизжала я. — Я тупая, а не глухая!!! — Рот закрой, идиотка! Что он хотел сказать дальше, я не услышала, потому что все звуки внезапно пропали, а читать по губам я не умела. Вокруг нас появилась слегка светящаяся мутная сфера — похоже, глушащая все звуки. Руслан на миг прикрыл глаза, одновременно с этим поджав губы, а потом махнул рукой. По сфере побежала сеть чёрных трещин, и она, вздрогнув, растворилась. — Хватит орать друг на друга, — насмешливо посоветовал Бессмертный. Интересно, а с чего у него голос такой хриплый...? — Пошёл ты! — Да, ты вчера уже высказался, я помню. Твоими воплями всё равно лучше не сделаешь. — Она иначе не слушает! — Так а я тебя предупреждал, — пожал плечами Бессмертный. — Это у себя в отделе ты царь и бог, которому подчиняются беспрекословно. А тут тебе придётся доказывать, что ты хоть что-то стоишь, чтобы тебя слушать. Впрочем, как видишь, не слушает она и меня. В кого это она такая, не подскажешь? Руслан открыл рот, явно собираясь ответить что-то едкое, потом, видимо, передумал, ощутимо скрипнул зубами и развернулся к Кощею. — Где Вася? — Без понятия. — Скажешь мне, что не смог её найти? — поднял бровь Руслан. Лицо в этот момент исказилось в настолько неприятную гримасу, что меня передёрнуло. — Скажу, что не стал искать... иначе точно свернул бы ей шею, — вздохнул Директор и едва слышно пообещал: — Когда-нибудь я выбью из тебя эту высокомерную ужимку... — Я ж её всё равно достану... — Да пожалуйста, я тебе слова не скажу, — отмахнулся Бессмертный. Руслан процедил что-то явно ругательное сквозь сжатые зубы и устало спросил, кивнув на меня: — Я могу забрать её домой? — Нет, — не моргнув глазом ответил Кощей. — Магический контракт уже скреплён. — А разорвать? — Не сможешь, — поморщился Кощей. — Точнее, ты-то сможешь, но шибанёт таким откатом, что магии лишишься... и это самое меньшее. — И как... — А никак! — перебил Кощей. — Не на поводок же её сажать. Я тихо хихикнула, припомнив, что именно это Бессмертный и обещал мне не далее как вчера. Интересно, чего сегодня он такой благостный? Руслан задумчиво осмотрел меня, явно рассматривая такой метод воспитания. Я поспешила уточнить: — Я больше не буду...! — Мгм, и меньше тоже! — согласился Кощей. — Да ты всё, что могла — уже сделала! — одновременно с ним сообщил мне Руслан и, сняв очки, помассировал виски. Забавно, но без очков он выглядел моложе и как-то... беззащитнее, что ли, являя собой достаточно жуткое сочетание кукольно красивой внешности с глазами наёмного убийцы. — Так, дорогие мои, — Кощей поднялся со стола, и встал рядом с нами. Интересно... судя по тому, как вздрогнул и поспешил вернуть очки на место Руслан — с периферийным зрением у него что-то сильно не так... — Если вы закончили выяснять, кто из вас не вербюлюд, то спешу закруглить: Агнесс, у тебя начинаются тяжёлые будни! А потом начал перечислять... и вот тут я прочувствовала всю ошибочность своего поступка. Если раньше учил меня Кощей хоть и в достаточно жёсткой манере, но особо не нагружал, не считая нужным давать доп. задачи, если с основными я и так хорошо справлялась, то сейчас... — Какая ещё боевая некромантия...? — просипела я, когда Кощей наконец закончил список того, что я должна освоить, чтобы нормально справляться с испытаниями. — А ты думала, в сказку попала? — улыбаясь так, что у меня зубы свело от ужаса, ответил Директор. И я тоскливо поняла, что из дома я в ближайшее время буду выходить только с собачкой погулять. — А тёмная некромантия зачем? Бывает светлая, что ли? — Нет, только обычная и тёмная, — вместо Кощея ответил Руслан. — Но у меня тот же вопрос — зачем сейчас-то? — Чтобы жизнь мёдом не казалась! — зловеще улыбаясь, ответил Бессмертный... В итоге из кабинета я выходила с квадратной головой, книгой, которую нужно было осилить до завтра, и осознанием, как же я влипла...***
Сказать, что дальше началась жопа — это не сказать ничего. Кощей закрутил гайки так, что на третий день некромантия начала мне сниться. Нет, мне не запретили выходить на улицу... да вообще никаких запретов не было, хотя я этого ждала. Директор просто сделал так, что у меня не оставалось времени ни на что и обеспечил себе моё практически постоянное присутствие рядом. Практиковать некромантию без него он запретил ещё в первый день, напомнив, что и с того света назад вернёт. Вот и сейчас я сидела напротив, хмуро пересказывая ему параграф из учебника. — Проклятье — строго определённая, специально разработанная информация, производящая целенаправленное воздействие на мозг и тело субъекта, которому она адресуется. Используется для насильственного введения субъекта в определённое состояние. Представляет собой строгую последовательность частично осмысленных слов или действий. — Нет, — не поднимая взгляда от листа бумаги, на котором что-то писал, сообщил мне Бессмертный. — В смысле — «нет»? — едва не подавилась своим возмущением я, потому что учила это до первого часа ночи. — В прямом смысле этого слова. Определение неверное, — спокойно отозвался Кощей. — Минуту, — зашипела я, щелчком пальцев притягивая книгу и ища в ней нужный абзац. Кощей насмешливо фыркнул. — Вот! Ровно то, что я сказала! — Там не так. Читай внимательно! — Проклятье — строго определённая, специально разработанная информация, производящая целенаправленное магическое воздействие на мозг и тело субъекта, которому она адресуется. Используется для насильственного введения субъекта в определённое состояние. Представляет собой строгую последовательность частично осмысленных слов или действий. Воздействие может быть трёх типов: психовоздействие, биовоздействие и комбинированное... — Ну и? — То же самое!... Ладно, слово «магическое» пропустила. Какая разница, и так понятно, что речь про магию! — Кому понятно? — Бессмертный наконец отложил ручку. — Кому понятно? Мне, лично, ничего не понятно! А насчёт «то же самое»... ритмично капая водой на темечко человека, можно достаточно быстро свести его с ума. Тоже последовательность действий, вводящая в определённое состояние. Но ты же не скажешь, что это проклятье? Я шумно вздохнула, откидываясь на спинку. Лежащий у моих ног Ал лениво открыл один глаз, зевнул и, перевернувшись на бок, снова засопел. Я несчастными глазами уставилась на Кощея. Тот фыркнул: — Могу предложить практику. — Что угодно, — искренне ответила я, с ненавистью глядя на книгу, лежащую рядом с горящим камином. — Не горит, не тонет, и заклятье тлена на неё не действует, — проследив мой взгляд, «обрадовал» Бессмертный. — Ладно, раз хочешь практику, то назови мне разницу между духом, призраком и приведением. — Дух — общий термин, означающий как человеческую душу, так и любую нематериальную сущность, иногда не связанную с человеком. Призрак обычно представляет собой душу умершего человека, которая не нашла покоя или осталась на земле по каким-либо причинам. Призраки часто ассоциируются с определёнными местами или событиями и могут проявляться в виде видений или звуков. Приведение — это уже профессиональный термин, означающий насильственно призванное в этот мир нематериальное существо с целью служения, — заученно оттарабанила я. — Хорошо, — довольно протянул Бессмертный. — Знаешь, чем от приведения отличается то, что ты вызывала на уроках? — Мм? — Подумай. — Хмм... — я припомнила всё, что знала. — Я, возможно, сейчас скажу бред... Но, по-моему, призрака мы вытаскиваем в этот мир, а тот дух... — я запнулась, не зная, как дальше сформулировать. — Видим лишь отражённым, — подтвердил Кощей. — Ход мыслей верный. Третья полка, вторая книга слева, первая глава. Прочитай. На пятнадцатой странице — круг и пояснение. Закончишь круг — позовёшь! — А... а чем круг чертить? — тупо глянула я на него. — А зачем тебе его чертить? — вопросом на вопрос ответил Бессмертный. — Учись уже пользоваться своим артефактом без подсказок. Вздохнув, я кивнула и пошла искать книгу.***
— Видишь, и без чертежа справилась, — полтора часа спустя резюмировал Кощей, довольно глядя на зависшую над полом дымную фигуру. Следующие полчаса Кощей объяснял мне заклинание, уточняя, куда ставить акценты и как произносить слова, показал плетение и руну, а затем отправил практиковаться. — И, Агнесс, — уточнил он, — худшее, что ты можешь сделать, вызвав приведение, — испугаться. Защитный круг не даст ему вырваться, пока ты сама его не развеешь. Я кивнула, выдохнув дым, и приступила к призыву. Несколько раз Кощей меня поправлял, но в итоге приведение всё же появилось в кругу, первым делом бросившись на меня с воем. Я скривилась, рассматривая эту призрачную фигуру: полусгнившая кожа, выглядывающие кости, трупные пятна... Ещё и в каких-то лохмотьях. Интересно, почему он выглядит так, будто с десяток лет в могиле пролежал? — Долго стоять собираешься? — вывел меня из раздумий голос Кощея. — Он из тебя силу пьёт, если ты не заметила. — Ой! — Я действительно только сейчас обратила на это внимание. — А как... — Никак, — пожал плечами Директор. — Это только с опытом. Сейчас просто отправь его обратно — для первого раза хватит. Я прикрыла глаза, с трудом удерживая призрака в кругу. Пальцы будто в ледяную воду окунули. Да и не только пальцы. — Справишься? — уточнил Бессмертный. Я прислушалась к себе и кивнула. Магической силы, по идее, должно было хватить, но, похоже, эта пакость действовала и на физическом уровне. Я чувствовала себя так, будто пробежала несколько километров с гантелями в руках. Я вздрогнула, когда ладони Кощея легли мне на талию, поддерживая. Я выдохнула, уже спокойнее направляя магию. Кощей бы точно не дал мне упасть. С последним жестом ритуала приведение взвыло и рассосалось. Я с трудом опустила руки и выдохнула дым. Пальцы сгибались с трудом и болью, будто я их на морозе в ледяную воду сунула. — Умница, — тихо произнёс Кощей. Легко взяв меня за локоть, он подвёл к креслу и усадил. Я протянула дрожащие пальцы к камину. Казалось, даже пламя не способно их согреть... — А вот этого не надо! — Кощей перехватил мою ладонь. — Не заметишь, как в огонь сунешь. — Х-холодно... — пожаловалась я. Через пару мгновений мне на плечи опустился плед. — Конечно, холодно. Близость Нави всегда сопровождается холодом... Да и сильные затраты энергии тоже. Опыта наберёшься — перестанешь обращать внимание... да и закрываться научишься. Ещё через несколько минут мне в ладонь сунули бокал с красным вином, на который я удивлённо уставилась. — Эмм...? Кощей закатил глаза. — Что лучше всего восполняет магическую энергию? Кроме зелий. — Красное мясо и молоко... — тупо ответила я, всё ещё глядя на бокал. — И красное вино, причём оно лучше всего. Пей, заодно и согреешься, — фыркнул Кощей, садясь напротив. — А теперь разберём твои ошибки. Во-первых... Тепло разлилось по телу, убирая неприятную дрожь, но оставляя усталость. Плед тяжело лежал на плечах, а потрескивание огня и ровный голос Кощея сливались в мерный, убаюкивающий шум.***
Было тепло. Даже жарко... Я лежала на чём-то мягком, укрытая тяжёлым одеялом. Не открывая глаз, провела ладонью, пытаясь понять, что это. И села — едва не заорав в голос. — Б-б%\*ть... — емко выдала я, рассматривая окружающую обстановку. Первая мысль, что я попала в ад, всё-таки отступила под аргументами здравого смысла, оставив только желание выяснить диагноз неведомого дизайнера. А то, что диагноз тут явно был и отнюдь не утешительный — сомнений не вызывало. — А-ху-еть... — некультурно прошептала я, оглядываясь по сторонам. Спальня... Нет, я давно отчаялась понять как все это помещается во, внешне, маленькой избушке... но такое... Стены — чёрного цвета, такой же потолок, красные шторы и круглая кровать, занимающая большую часть пространства, застеленная красным бархатом. Даже только это уже вызывало дикое желание сбежать отсюда подальше. Но будто этого было мало — над кроватью из стены выступал рельеф огромного черепа, а в центре потолка, прямо над кроватью, было круглое углубление с большим зеркалом. У стены стояло дерево — без листьев, полностью чёрное, а на его ветках висели черепа. В их глазницы были вставлены красные стразы. Присмотревшись, я заметила, что дерево полностью обмотано плетёной верёвкой со следами когтей. Похоже, это для кота... На фоне всего этого камин особо не впечатлял — пока я не глянула в огонь. Дрова, если это вообще были они, тоже имели форму черепов. Похоже, Кощей (а я ни секунды не сомневалась, что спальня его) питал какое-то извращённое пристрастие к этой теме. Найдя взглядом дверь (ручка в виде черепа — ну кто бы сомневался), я поспешила сбежать из этого ада. Кощей, сидящий за столом, поднял на меня глаза, усмехнулся и, оценив, видимо, мой внешний вид, уточнил: — Ну почему всегда такая реакция? — Действительно, — чуть истерично хихикнула я. Ал, который всё это время дремал у камина, поднялся, потянулся как кошка и весело потопал ко мне. Я присела, почесывая любимца. — Зачем везде камины? — Ты, вроде, ещё не спала, когда я говорил, что близость Нави сопровождается холодом. К тому же я люблю живой огонь, — пожал плечами Бессмертный, откладывая ручку. — Если ты выспалась, то давай я повторю тебе твои ошибки... — Извините... — опустила глаза я. — Это вы меня туда отнесли? — Разумеется, я. Так заснуть после первого обряда — обычная ситуация, — отмахнулся Кощей. — Интересно, он всех своих учеников отправляет себе в кровать? Я с трудом удержалась от злой гримасы. Почему-то этот комментарий в моей голове вызвал особое раздражение. — Ты слушаешь? — Да, — вернулась в реальность я, мысленно послав свои галлюцинации куда подальше.***
В таком безумном ритме прошла неделя, пока, очередным вечером, под конец ужина дверь не распахнулась, и на пороге не появились Вася, Пивз и Поттер. И если первые двое с самыми покаянными лицами, то Гарри, кажется, вообще плохо понимал, что он тут делает, но, на всякий случай, держал лицо. Мы все молча уставились на Кощея, который смотрел на появившихся молча, но с каким-то очень нехорошим блеском в глазах. — Пап, ну может ты хоть проклятье нашлёшь, ей-богу, проще будет, — простонала Вася, похоже, не знающая, с чего ей начать. — Дети, ужин окончен, — Кощей говорил каким-то подозрительно спокойным тоном, что, учитывая его взрывной темперамент, заставило нас как можно быстрее встать и сбежать. Бессмертный придержал меня за локоть: — Агнесс, задержись, пожалуйста. Не поняла... А я в этом цирке зачем... Что-то не нравится мне всё это. Вздохнув, я развернулась, садясь обратно, мысленно пожалев, что сидела рядом с Бессмертным. — Несс, мы будем тебя помнить! — драматично прошептал Баранов, проходя мимо. Прикусив язык, чтобы не послать его далеко и надолго, я хмуро подняла глаза на Кощея. — Ну и что вы мне скажете в своё оправдание? — предвкушающе протянул он, заставив даже полтергейста нервно сглотнуть, а потом, внезапно, развернулся ко мне и добавил: — И ты тоже. Вася печально вздохнула, глядя на отца глазами нашкодившего щенка. — Я случайно! — наконец выдала Вася, устав от тишины. — Серьёзно? — тем же предельно спокойным тоном уточнил Кощей. — Нет! — едва слышно пробормотала я, прежде, чем успела прикусить язык. — Прости нас, Кощеюшка. — неожиданно для всех, и, похоже, даже для себя, выдал Поттер. Кощей ахренел. Хотелось бы сказать крепче, но... — Кощеюш-кха... — хохот Яги довершил эту картину. — Последний раз я эту головёшку так называла, когда Василиссы и в планах не было! — Угу, а потом мы с тобой стали верующими... — буркнул Кощей. — Во что? — вытаращилась на отца Василиса. — В карму, доченька. — хихикнула Яга, под возмущённый взгляд Василисы. — И я в душе не понимаю за что столько... — согласился Кощей и развернулся к Поттеру: — Вот ещё раз назовёшь меня так... — Он сделал паузу и, всё же, расхохотался, — ...и Британии придётся искать себе новую надежду. — Пап, ну серьёзно, не злись! — полностью успокоилась Вася. — Ну хочешь, я за тебя отчёты сделаю? — Во-первых, их ты и так сделаешь. Во-вторых... слишком мало за тот ворох проблем, что ты мне организовала! — А за что вы вообще нас ругаете?!— встряла я. Второй раз за вечер Кощей выпал в осадок. — Не понял... — Ну понятно Гарри, а нас то за что? — тут же подхватила Вася. — Так я... — Начал оболдевший от такой наглости Поттер. — И вообще, почему они все провалились, а такие довольные ходят? — я ткнула пальцем в закрытую дверь. — Почему они не прошли? Вновь воцарилось молчание. — Я вот не знаю... мне сейчас аплодировать или психиатру звонить... — медленно протянул Директор. — так виртуозно ответственность у меня ещё не скидывали. — Психиатру не надо, — поёжилась Вася. — Чё, страшно? — развеселился Кощей. —Пап, ты будешь первым, кого закроют. Я ещё помню тот скандал с психоанализом. — Напомнила Василиса. — Да, и тебя с днем пограничника, Вась. Ладно, вы трое, пошли вон с глаз моих! А с этой ошибкой некромантии мы ещё мы ещё побеседуем. Вася цапнула меня и Гарри за плечи и потащила к себе. Перед открытием двери я ещё успела услышать печальное: — Я тоже больше не буду! И саркастичное: — Пить? Не верю!***
Василиса втолкнула нас в свою комнату, облегчённо прижавшись спиной к двери. — Гарри, вот сегодня ты действительно выжил! — чуть истерично сообщила Вася, глядя огромными глазами в пустоту. Я хихикнула. — Только выживать вообще не должен был. — буркнул Поттер, похоже собирающийся высказать ей всё за использование детей в качестве щита, как из-за двери раздался прямо-таки неприличный хохот. Вася медленно, с каким-то сумасшедшим выражением лица, открыла дверь, вышла в коридор и бросилась вперёд с настолько кровожадным выражением лица, что мне заранее стало страшно и воплем: — Да я тебя сейчас закопаю, ошибка неупокоенная! — Кощей, помоги! Переглянувшись с Гарри, мы, не сговариваясь, рванули за ней. И Васи и Пивза в комнате уже не было, только Кощей, которому сегодня грозила реальная смерть... от смеха. И круглый дымный шар над столом, в котором кружились в вальсе обнявшиеся Вася и Поттер. Я глянула на выражение лица застывшего в дверях Гарри и сползла по стене, задыхаясь от смеха. «Кружились в вальсе» было сильным комплиментом для происходящего в воспоминании.
