Смерть глупца

— Мистер Поттер, как вы думаете, какое зелье самое востребованное в лазарете Хогвартса? — загадочно спросил Северус, открывая дверь лаборатории и пропуская Поттера в вперёд. — Личный опыт подсказывает, что это костерост. Правильно? — Гарри заинтересовано огляделся. Святая святых Северуса Снейпа. По размерам она в несколько раз превосходила гостиную и делилась на две зоны: места для хранения ингредиентов и непосредственно рабочая зона. Ингредиенты хранились на стеллаже, те из них, которым не требуется темнота. Остальные занимали почётное место в буфете. И разумеется было особое место для опасных ингредиентов — огромный шкаф, обитый специальным сплавом, который Гарри не смог определить, был закрыт на увесистый замок. В рабочей зоне находились столы, полочки с всевозможными инструментами и вытяжка, которая покрывала собой всё пространство комнаты. Сопутствовал всему идеальный порядок, который был такой же неотъемлемой частью интерьера, как и котлы всевозможных размеров. — Не совсем так. Он занимает почетное второе место. Неужели не догадываетесь, Поттер? — теперь Северус откровенно веселился. — Контрацептив? — Гарри немного покраснел. Было непривычно видеть такого профессора Снейпа. Гарри догадывался о возможных причинах: окончание войны, которая для Снейпа длилась десятилетиями, освобождение от обетов и, в конце концов, возможность вновь заниматься любимым делом. После стольких лет Северус Снейп наконец-то принадлежал самому себе. Тогда почему он остался в Хогвартсе? — Смело, но слишком дерзко, мистер Поттер. Однако вы близки к правде. Самое популярное зелье — противоядие от любовных зелий. — сколько бы Северус не вдалбливал юным умам, что варить зелья вне кабинета зельеварения опасно, всегда находились самоуверенные индивидуумы. Что уж говорить о том, что это запрещено школьными правилами, а любое зелье оказывающее сильное ментальное воздействие на другого мага запрещено на уровне министерства. Молодые волшебники народ исключительно самонадеянный. — Не то чтобы я удивлен, но лучше пусть любовное зелье, чем костерост. — мерзкий вкус Гарри запомнил на всю жизнь. — Профессор, я могу задать один вопрос? — Рискните, мистер Поттер. — Почему вы остались в Хогвартсе? Я думал вам не нравится преподавать. — Довольно личный вопрос. Я готов ответить на него, если вы ответите на один мой. Только правду. — Договорились. — Я отвык от жизни вне Хогвартса. Проводя здесь всё своё время с одиннадцати лет, я с трудом представляю себе другой образ жизни. И раз уж мы договорились отвечать честно, то несмотря на то, что с этим местом у меня связано много плохих воспоминаний, я люблю Хогвартс. Гарри ни на секунду не усомнился в словах профессора. И тому было очевидное подтверждение, личные комнаты профессора не выглядели как место временного проживания на время учебного года. Они стали для него полноценным домом. Когда Гарри был младше он и сам хотел навсегда поселиться в замке. Его, как и любого ребенка, привлекала загадочность и величие строения. А когда он обнаружил тайную комнату, то даже размышлял о том, чтобы продолжить поиски и найти личные комнаты самого Слизерина. Чтобы, естественно, поселиться там втайне от директора. — Вы никогда не мечтали о другой жизни? — Это второй вопрос, мистер Поттер, и, кажется, сейчас моя очередь задавать. Почему вы вернулись в Хогвартс? — Я…- конечно он ожидал этот вопрос и у него даже был заготовленный ответ, но сейчас Гарри понял, что профессора такой ответ не устроит, придётся сказать правду, — Должно быть вы догадались, профессор, но я не знаю, что делать дальше. Совсем. — Директор. — Что? — Технически я всё ещё директор Хогвартса. Давно хотел вас исправить, да не было подходящего случая. Помнится в прошлый раз я предложил вам помощь, мистер Поттер, и отказываться от своих слов я не собираюсь. Но должен вас предупредить, что быстро такие проблемы не решаются. Мне потребуется время. А пока что, будьте добры, нашинкуйте лирный корень.- должно быть полный ответ Поттера звучал «что делать дальше со своей жизнью». Северус корил себя, что поспешил и слишком рано задал это вопрос. Раньше они были врагами, но что сейчас? Может ли Гарри доверять ему? Гарри был очень признателен, что ему не пришлось продолжить ответ. Какими благими не были намерения у Снейпа Гарри было трудно вот так сразу излить душу. Он до сих пор чувствовал себя неловко за срыв в лесу. Северус Снейп в это время оборудовал два соседних стола для приготовления зелий. Начать планировалось с противоядия от любовных зелий ввиду лёгкой рецептуры, так у них с Поттером будет время, чтобы сработаться. К тому же перед началом учебного года особо амбициозные личности приедут с покупными приворотными зельями. Тогда простым несварением их жертвы не отделаются, что зачастую случается у любителей самостоятельно готовить. — Директор, вы не могли бы мне показать как правильно, пожалуйста? Вы были абсолютно правы оценивая мои способности все прошлые годы. Чудо, что я вообще помню как нож держать. — Гарри заметно волновался. Он боялся повторения того, что было на уроках на первых курсах. Умом он понимал, что их отношения изменились, но Гарри боялся испортить всё своим невежеством. — И держите его неправильно, — он позволил себе улыбку. Северус видел, как переживает парень, поэтому всеми силами держал себя в руках. Он не будет повышать голос за любую ошибку или язвить, отвечая на глупые вопросы. Они больше не студент и профессор. Перед ним стоял по всем меркам взрослый маг, который добровольно помогает ему. Как недавно сказал сам Северус, нужно уметь принимать помощь. Он продемонстрировал правильную хватку. — Так сегодня мы варим противоядие к любовным зельям? — Почти. Я усовершенствовал рецепт, чтобы он подходил к любым вариациям любовного зелья. Начиная самым простым «взгляд-притягивающем» и заканчивая амортенцией. Насколько я знаю, широкий ассортимент подобных зелий предоставляет магазин вредилок Уизли. — Северус достал корешки и начал медленно нарезать, демонстрируя каждый этап. — Да, у них даже есть специальный отдел, который называется «недолго, но счастливо». — В таком случае вы знаете виновников почти половины случаев отравления любовными зельями. И не надо возмущаться, я знаю, что все их рецепты прошли через гильдию зельеваров. Но их покупатели школьники, которые никогда не читают инструкции. Они действуют по принципу больше-лучше. И тогда их любовный интерес вместо того, чтобы сходить с ума, бегает в уборную, в лучшем случае. — Я и не думал возмущаться, сэр. Я знаю, что далеко не все их изобретения так невинны, насколько заявлено. — Гарри вспомнил о всегда-да-шоколаде, которым любезно был угощен в день первого бала по случаю празднования победы. На все вопросы предполагающие ответ да или нет, он всегда отвечал да, против своей воли. «Гарри, скажите, что вы планируете делать дальше? Может вы метите на пост министра?» Перед Кингсли потом пришлось давать клятву, что ни о чем подобном он не помышляет. — Принцип больше-лучше вообще не распространяется ни на одно любовное зелье. Именно поэтому существуют их разные вариации и классификации, — Северус продолжал неспешно рассказывать под ритмичные постукивания лезвий, — Хотите просто привлечь внимание используйте «взгляд-притягивающее», занять собой все мысли потенциальной жертвы — «грёзы Афродиты», и сколь эффективное, столь опасное — Амортенция. С ней вы не понаслышке знакомы, мистер Поттер. Однако помимо сильного действия, она ещё опасна тем, что её труднее всего приготовить. Это значит, что любая неправильная дозировка и будущий воздыхатель буквально лишён рассудка. Конечно, в святого Мунго уже научились проводить в чувства таких сумасшедших, но все мы знаем, что на любое правило найдется исключение. — снова лёгкая улыбка. Что-то он слишком увлекся. Наверняка любовные зелья — последнее о чём хотел бы услышать Поттер. Северус прочистил горло и продолжил, — Чтож, для мага, который несколько минут назад неправильно держал нож, у вас получилось очень даже неплохо, мистер Поттер. — Северус не преувеличивал, за эту работу он поставил бы твердое выше ожидаемого. — Теперь нужно перетереть в пыльцу крылья пикси. С их помощью зелье приобретает широкий спектр использования, а также один интересный побочный эффект. — Что за эффект, сэр? — Гарри начал перебирать всевозможные варианты от выпадения волос до вырастания хвоста. А всё время до, он неустанно сравнивал уроки зельеварения на первых курсах с тем, что происходило сейчас. Если бы профессор читал все свои лекции так же размеренно, со всеми пояснениями, комментариями, а главное, с душой, то есть так, как делал он сейчас для Гарри, то возможно у Поттера это был самый любимый предмет. — Я вам его обязательно продемонстрирую. — сначала этот феномен его жутко раздражал, так как не поддавался никакому объяснению, так же как и устранению, но спустя несколько лет он смирился, а сейчас даже радовался его наличию. Он хотел бы развеселить вечно хмурого и задумчивого гриффиндорца. — Мы почти закончили, сейчас я убавлю огонь и можно будет разливать по сосудам. Достаньте, пожалуйста, тот ящик из-под стола. Гарри аккуратно выполнил поручение, всё ещё гадая о побочном эффекте. Теперь он дошёл до увеличения ушей или выпадению одного пальца. Северус Снейп в это время гадал, как давно его стало волновать настроение гриффиндорца. — Вот, попробуйте, мистер Поттер. — он протянул ему небольшой половник, наполненный остывшим зельем. Гарри не колеблясь ни секунды, проглотил содержимое. Чему Северус был крайне недоволен. И за этим ребенком Волдеморт охотился многие годы! Да Гарри Поттеру просто нужно было дать время и он все сделал бы сам! — Поттер, вы бы хотя бы ради приличия поинтересовались, что будет, если его выпьет человек, который не находится под влиянием любовного зелья. Вдруг я пытаюсь вас отравить? — Северусу понадобилось все самооблодание, чтобы говорить спокойно. — Ну вы же этого не сделали? Да и к тому же, я вам доверяю, как никому, сэр. — Поттер очаровательно улыбнулся, пряча за зубами синющий язык. — Мерлин, и за что мне такое наказание. — вопрошая у высших сил, он трансфигурировал из половника зеркало. — Поттер, откройте рот. Гарри послушно открыл рот и увидел, что его язык приобрел ярко синий оттенок. — Сейчас, когда вы не находитесь под влиянием любовного зелья, оно подействует на вас как зелье стимулирующее хорошее пищеварение. — С одним интересным побочным эффектом. — поспешил добавить довольный Гарри.