Если я буду рядом…

— Я думал, чтобы заказать тут столик, нужно ждать по несколько месяцев. — У гильдии всегда забронирован этот зал на случай важных переговоров. — Даже не представляю, в какую сумму вам это обходится. — Чун Юнь ковырял палочками еду. Есть ему не хотелось. — Мы можем себе это позволить. — Не сомневаюсь, — хмыкнул парень. — Но я едва ли похож на важного клиента. Мы могли бы пойти и в ресторанчик Сян Лин, если тебе хотелось перекусить, — экзорцист бросил быстрый взгляд на Син Цю. — Вы ведь все еще общаетесь? — Конечно, — ответил тот, подцепляя палочками еду. — Не так часто, как хотелось бы, но иногда я заглядываю к ней. Даже изысканная еда, как здесь, может надоесть, а Сян Лин… — он коротко улыбнулся, — она всегда умела удивлять. Просто… Мне хотелось поговорить с тобой наедине. — Почему-то от тебя это звучит угрожающе, — криво улыбнулся парень, пытаясь игнорировать ноющее чувство в области сердца. — Кажется, я начал забывать, каким ты бываешь прямолинейным, — хихикнул Син Цю и сразу посерьезнел. — Но, я вижу, ты изменился. — Прошло много лет, в этом нет ничего странного. — Я не об этом, — перебил его Син Цю, подняв глаза. Выдержать его взгляд было сложно, но Чун Юню совсем не хотелось показывать перед ним свою слабость. Сказать, что Син Цю внешне как-то сильно изменился, было нельзя, но мягкие юношеские черты лица уступили место изящным и утонченным. Он хоть и выглядел слегка уставшим, но всем своим видом излучал уверенность и спокойствие. В его движениях уже совсем не было прежней импульсивности: во взгляде, в наклонах головы, в жестах рук — только текучая покорная вода. Но даже спустя время с губ Син Цю по-прежнему не сходила та самая фальшивая улыбка, которую Чун Юнь успел возненавидеть много лет назад. — А ты вот совсем не изменился, — экзорцист позволил себе слегка улыбнуться. — Мне стоит принять это как комплимент? — Твое право, — пожал плечами Чун Юнь. Обладатель янтарных глаз усмехнулся, и в воздухе опять повисла неловкая пауза. Находиться в таком месте Чун Юню было неуютно. Слишком тихо, слишком роскошно. Казалось, тут даже стены запоминают каждый звук. — Я так понимаю, ты нечасто возвращаешься в город? — нарушая молчание, спросил наконец Син Цю. — Нечасто, — согласился Чун Юнь. — Но иногда приходится. — И ты даже ни разу не пришел проведать старого друга? — «Старый друг» лукаво улыбнулся, а Чун Юнь в растерянности замер, не зная, как реагировать на подобный вопрос. Заметив это, Син Цю коротко рассмеялся. — Ох, Чун Юнь, я же пошутил! Не бери в голову! Чун Юнь, нахмурившись, отвел взгляд. Он не разделял веселья Син Цю. — Именно это я и имел в виду, когда сказал, что ты не изменился… — вздохнул парень. — Прости-прости! Я не удержался, — Син Цю в примирительном жесте поднял ладони. — На самом деле, я был весьма удивлен тем, что ты все же согласился встретиться со мной, — его настроение изменилось мгновенно, и от озорного блеска в глазах, как и от улыбки не осталось и следа. — Почему? — Ты ловко научился избегать лишнего внимания, — уклончиво ответил Син Цю. — Я уж было решил, что ты меня знать больше не желаешь. — Это не так. — Правда? — тихо спросил Син Цю, но в его голосе отчетливо слышалось «не верю». Чун Юнь хмуро разглядывал содержимое своей тарелки. Он пытался найти какие-нибудь слова, чтобы не пришлось признаваться в том, что Син Цю и так наверняка знал. — Не думай, я не осуждаю тебя за это. Чун Юнь натянуто улыбнулся. — Спасибо. Атмосфера ресторана давила на него все сильнее, и парень начал чувствовать нехватку воздуха. Возможно, он переоценил свои силы и остаться наедине с другом детства было с самого начала плохой идеей. — Син Цю… — начал экзорцист и вдруг замолчал. Как давно он не произносил этого имени вслух? — Может, мы лучше пройдёмся? — предложил экзорцист, отгоняя ненужные мысли. — Хорошая мысль! — на удивление быстро согласился Син Цю. — Идем.

***

— Ты так быстро согласился… — не удержавшись, отметил экзорцист, когда они вышли из ресторана на улицу. Син Цю бросил на Чун Юня быстрый взгляд и слегка улыбнулся. — Я и сам хотел тебе предложить. Подобные места слишком напоминают мне о работе. Не самое лучшее место для встречи со старым другом, не находишь? — И все же некоторым вещам время неподвластно, — пробормотал Чун Юнь и коротко усмехнулся. — Но ты ведь сам позвал меня сюда, разве нет? — Просто я не знал, как бы ты отреагировал, позови я тебя в другое место. — И что же это за место? На этот вопрос Син Цю не ответил, а только коротко улыбнулся. — Я не был там целую вечность… — тихо произнес он, едва они свернули к дороге, ведущей к выходу из города, и Чун Юнь сразу понял, о чем речь. — Наверняка и ты тоже. Было в этом что-то невероятно ностальгическое: спустя столько времени идти по дороге, по которой они часто ходили в юности. И если большая дорога выглядела точно так же, как и раньше, то небольшая тропа, по которой они сокращали путь к их тайному месту, уже давно заросла травой. — Тут похоже давно никто не ходил, — заметил экзорцист, осторожно ступая по траве, тщательно выбирая, куда поставить ногу. Хоть тропы почти не было видно, дорогу забыть было сложно: друзья все-таки приходили сюда довольно часто. — Не думаю, что кто-то кроме нас знал об этом месте. А если и знал… вряд ли для кого-то это место могло иметь такую же ценность, как для двух мальчишек, связанных общими воспоминаниями. — Ты прав, — невесело откликнулся Чун Юнь. Всему тому, о чем они когда-то мечтали, теперь не было места в их жизни. Реальность довольно жестоко внесла свои коррективы в их наивные мечты. Когда они подошли ближе, Чун Юнь с трудом узнал место, которое так много значило для них в юности. Теперь оно казалось совсем покинутым. Дерево, которое буквально вернулось с того света, уже не казалось таким внушительным, небольшое озеро обмельчало, а его прозрачная вода подернулась ряской, словно зеленой чешуей, и теперь оно больше походило на зацветший пруд. Экзорцист подошел к дереву, коснулся рукой его коры, ощущая под пальцами незаживший след от давнего происшествия. — Ты был прав, — задумчиво произнес парень.— Я бы не согласился. — На что не согласился? — обернулся Син Цю. — Встретиться с тобой здесь. Син Цю подошел ближе и, усмехнувшись каким-то своим мыслям, присел на привычное место. На губах Чун Юня непроизвольно расплылась улыбка. Он снова ощутил легкий укол ностальгии, но в этом месте почему-то не хотелось сопротивляться этим чувствам. — Что же изменилось? — взглянул Син Цю снизу вверх. — Ты, — коротко ответил Чун Юнь и сел рядом. Он чувствовал на себе взгляд друга, но поворачиваться к нему не стал. — Я? Боюсь, я не понимаю… Чун Юнь молчал. Ему не хотелось отвечать. Пока они шли, парня все еще одолевали сомнения. Он боялся, что тут, в когда-то важном для них месте, он начнет снова ощущать всепоглощающую пустоту, но его страхи не оправдались. Ностальгия, легкий привкус сожалений и… Чун Юнь украдкой взглянул на Син Цю, — и это все. Это место сильно изменилось, так же, как и они. — Ты ведь так и не рассказал, как у тебя идут дела, — осторожно заметил экзорцист, обхватывая колени руками и слегка повернув лицо к другу. Син Цю опустил голову и усмехнулся. — А что тебя интересует? — поднимая взгляд, спросил он. — Все, — честно ответил парень, стараясь смотреть прямо перед собой. — Прошло ведь много времени. Я очень удивился, когда узнал, что ты вернулся в гильдию. Удалось наладить отношения с отцом? Син Цю хмыкнул. — Это не совсем так… — он вытянул ноги и поднял лицо к шелестящей золотистой кроне. — Но знаешь, у меня такое чувство, как будто бы все стало так, как и должно было быть. — Почему? — Ты ведь помнишь, что после нашей с ним ссоры его здоровье сильно подорвалось, и тогда у него не было другого выхода, кроме как официально назначить моего брата всем управлять. Теперь он глава гильдии. И так ведь и должно было быть: он старший сын и первый наследник. Управление заслуженно перешло в его руки. — Син Цю сделал долгую паузу. — Я этому даже рад. — А ты? — А что я? — опуская взгляд, удивленно переспросил Син Цю. — Второй наследник остался тем, кем должен был быть, — правой рукой своего брата. Поверь, без работы я не сижу, — с улыбкой добавил он. — Я искренне рад за тебя. — Рад, что я в своем кабинете света белого не вижу? — усмехнулся Син Цю, наклоняя голову и заглядывая экзорцисту в глаза. — Рад, что твоя жизнь наладилась. Син Цю хихикнул, а Чун Юнь ненадолго задумался. Был еще один вопрос, который никак не выходил у него из головы с самого момента их случайной встречи, но задать его было необычайно сложно. — А как дела у Сю Ин? — наконец набравшись храбрости, спросил экзорцист. Чун Юнь не смотрел на Син Цю, но видел, как тот повернул к нему лицо. — У нее все хорошо, насколько мне известно, — задумчиво произнес он. — Мы виделись с ней на прошлой неделе за обедом. А почему ты спрашиваешь? — Но… — Чун Юнь смущенно нахмурился. Он вдруг почувствовал себя так, будто спросил какую-то немыслимую глупость. За обедом? Они разве не… — Но та девочка, с которой я тебя встретил утром… Разве она не твоя?.. По лицу Син Цю промелькнула легкая растерянность. — Дочь? — закончил за него вопрос Син Цю и закусил губу. Он выглядел так, будто отчаянно хотел подавить смешок. — Нет, Чун Юнь, она всего лишь моя племянница, — снисходительно произнес Син Цю, но все же не выдержал и рассмеялся во весь голос. Смущение и неловкость от неверно сделанного вывода в один миг перестало иметь значение. До этого мгновения Чун Юнь и не задумывался о том, как давно он не слышал искренний смех Син Цю, как невыносимо давно не видел его искреннюю улыбку, даже в то время, когда они еще были вместе… Чун Юнь встрепенулся, осознав, что сейчас со всей своей безрассудностью любуется Син Цю. Мысленно дав самому себе пощечину, парень себя одернул. — У вас такое поразительное сходство, вот я и подумал… — пробормотал Чун Юнь. — И это то, чем мой брат беззастенчиво пользуется, — с легким недовольством, но все еще улыбаясь, проворчал Син Цю. — Этот ребенок вьет из меня веревки, но признаться, я сам не против иногда выбираться из своего кабинета. — Очевидно, она похожа на тебя куда больше, чем ты думаешь, — коротко посмеялся Чун Юнь. — Ты хочешь сказать, что я сам виноват? — с деланной обидой спросил Син Цю. — Больше чем уверен, что это твое влияние, — не успел Чун Юнь это сказать, как получил легкий удар в плечо. Он улыбнулся. Это было так странно — ощущать, как внутри разливается знакомое неуловимое тепло, но Чун Юнь отчаянно не хотел искать название этому чувству. — Значит… ты так и не женился, как того хотел твой отец? — несмело предположил Чун Юнь, вновь становясь серьезным. — Нет. Не женился. Несколько минут они сидели в тишине, слушая, как мягко шелестит листьями старое дерево. Син Цю крутил между пальцами опавший листок, а Чун Юнь украдкой наблюдал за ним. Каждый думал о чем-то своем. — Это место сильно изменилось, правда? — первым нарушил молчание Син Цю, но голос у него звучал как-то отрешенно. — Угу, — кивнул экзорцист. — Знаешь, Чун Юнь, я приходил сюда несколько раз, — владелец янтарных глаз задумчиво повертел желтый лист, а затем разжал пальцы, и он, кружась, упал на землю. — Не знаю, зачем, по привычке, наверное, ноги будто сами меня сюда приводили. И каждый раз, сворачивая с дороги на тропинку, я надеялся, что… — заметив чужой взгляд, Син Цю одернул себя на полуслове, так и не договорив. Чун Юнь смотрел на него, но почти не видел. Он думал о том, что Син Цю, который вернулся в Ли Юэ и остался жить в родном городе, казался ему гораздо более одиноким, чем он сам. Может быть, это место и навевало приятные воспоминания, но в то же время оно было для Чун Юня памятником тому, что он так и не сумел сдержать когда-то данного самому себе обещания. — Син Цю… — позвал парень, и тот поднял взгляд. — Уже холодает… Ты не замерз? Может, нам стоит вернуться? — предложил Чун Юнь и, поднявшись на ноги, протянул ему руку. — С каких пор легкая прохлада тебя начала так беспокоить? — приподнимая бровь, удивился Син Цю, но принял его руку. Короткое касание рук заставило Чун Юня затаить дыхание. Пальцы Син Цю были по-прежнему холодными. — Ни с каких. Я о тебе беспокоюсь: ты легко одет. Син Цю подозрительно взглянул на него, и Чун Юнь слегка смутился. — Что-то не так? — Нет. Ты прав, — произнес Син Цю, отворачиваясь. — Пойдем отсюда.

***

Сегодня гавань была на удивление тихой. Теплый свет фонарей освещал улицы, а в воздухе витал запах соли и прелых листьев. Время близилось к полуночи, но ни Син Цю, ни Чун Юнь не делал попыток попрощаться. Большую часть времени они просто бродили по знакомым улицам и местам, предаваясь воспоминаниям и напоминая друг другу забавные моменты из прошлого. — А ты помнишь, как нам вдвоем пришлось провести ночь на Драконьем Хребте? — с воодушевленной улыбкой вспомнил вдруг Син Цю. Они стояли у алых перил верхней террасы, с которой открывался вид на залив. — Конечно, — сдержанно улыбнулся Чун Юнь, — ты не свалился на следующий день с температурой только благодаря мне. — Это правда, — хихикнул Син Цю, а потом с легкой грустью улыбнулся своим воспоминаниям. — И, наверное, на самом деле именно тогда я… — он на мгновение замолчал, — впрочем, это уже неважно. Но Чун Юнь, который все это время изучал лицо друга, понял, что тот хотел сказать. А еще понял, каким глупым и слепым он был когда-то и как долго не замечал очевидных вещей. Син Цю опустил руки на перила. — Я ждал, что ты спросишь, зачем я предложил тебе встретиться, — его голос вдруг стал серьезным. — Но ты так и не спросил. — Есть какая-то причина? — спокойно спросил экзорцист, но внутри у него начало нарастать нехорошее предчувствие. Син Цю долго молчал. — Должно быть, ты помнишь… я всегда тебе твердил, что ты никогда не мог помочь мне с решением моих проблем, но… Но это было не совсем так. К сожалению, я понял это слишком поздно. — Я не совсем понимаю, что ты хочешь этим сказать… — Да, прости, я… — Син Цю поджал губы, а потом все же решительно выпрямился и поднял взгляд. — Я просто хотел извиниться. Чун Юнь озадаченно нахмурился, но ничего не сказал. — Знаю, прошло уже так много времени, и мне следовало сделать это еще очень давно, но я… — Син Цю закусил губу, — я боялся что ты не станешь меня слушать. Все эти годы я метался в сожалениях, и я думал… нет, я эгоистично надеялся, что это пройдет, но… — Син Цю покачал головой. — Но я так и не смог ничем заполнить эту пустоту в душе. Я совершил ошибку, я причинил тебе боль, и, если ты не сможешь меня простить, я тебя не осужу. Чун Юнь медленно выдохнул. Сердце настойчиво стучало о грудную клетку, отдаваясь в висках. Рядом с Син Цю никогда не было спокойно. И даже спустя столько времени это не изменилось. — Ты прав, — осторожно произнес Чун Юнь, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Это было очень давно, и… — Мне очень тебя не хватало… — перебивая друга, с тихим отчаянием выдохнул Син Цю. Сердце пропустило удар, и весь мир замер на мгновение. — Син Цю… Почему он снова это чувствовал? Так ведь не должно быть. — Знаю, — Син Цю невесело рассмеялся, — должно быть, сейчас я выгляжу жалко. И ты в полном праве снова назвать меня эгоистом. Я начал этот разговор и, наверняка, снова причиняю тебе этим боль, но я должен был сказать тебе… — Син Цю… — снова позвал друга экзорцист, и тот наконец нерешительно поднял на него взгляд. Смотреть в его янтарные глаза было так же невыносимо, как десять и пятнадцать лет назад. Нет, Чун Юнь не должен был это чувствовать, но он чувствовал. Он отчаянно боялся этого с тех пор, как вернулся в Ли Юэ. Именно это было настоящей причиной, почему он так старательно избегал встречи с ним. Он боялся, потому что в глубине души знал: чувства никуда не делись. Сколько времени бы ни прошло, как сильно он бы ни пытался забыть… — Мне тебя тоже. Чун Юнь видел, как Син Цю замер, как в его глазах промелькнула тень замешательства. Затем его губы тронула едва заметная несмелая улыбка. Он подошел ближе, и Чун Юнь почувствовал осторожное прикосновение его прохладных пальцев на своей ладони. Чун Юнь, словно зачарованный, смотрел на него, думая о том, в какой же момент он сдался? Возможно, именно тогда, когда согласился на эту безрассудную встречу. Он отчаянно не хотел признаваться в этом — себе в первую очередь, — что на самом деле невыносимо скучал по Син Цю. Но то, как неистово билось его сердце, это лишь подтверждало. — Прости, — заметив на себе долгий взгляд, Син Цю одернул свою руку, — я, кажется, опять позволяю себе слишком много. Чун Юнь продолжал молча смотреть на своего старого друга. В его голове было слишком много самых разных слов, но он так и не знал, что сказать, да и, возможно, слова здесь были излишни. Бездумно подавшись навстречу, он обнял Син Цю, утыкаясь лицом в его плечо. Чун Юню нравилось обманывать самого себя, думая, что за все время в разлуке он разлюбил Син Цю, что больше не чувствует к нему всего того, что чувствовал когда-то. Но даже если это и было так, сегодня, в эти самые мгновения, он влюблялся в него заново. Он влюблялся и даже больше не противился этому. Он хотел его любить. Словно отчаянно хотел вернуть потерянную часть себя. — Прости меня… — прошептал Син Цю, обнимая в ответ. — Я так перед тобой виноват… Голос Син Цю дрогнул, и в этот момент Чун Юнь почувствовал облегчение, словно в один момент с его души упал непосильный груз, словно он наконец вынырнул из удушающей глубины на поверхность. Казалось, будто даже мир вернул себе былые краски. Чун Юнь прижал к себе Син Цю еще крепче, боясь, что сейчас расплачется. Возможно, было глупо надеяться, что через столько лет чувства могут остаться неизменными. Глупо думать, что одна встреча и один разговор могут изменить все, что они пронесли сквозь года в разлуке. Глупо, очень глупо думать, что в одно мгновение можно простить друг другу все то, о чем они молчали столько лет. Но… — Син Цю… Его синие волосы с привычным и сводящим с ума ароматом слегка щекотали обнаженную шею. — Ммм? Но сейчас Чун Юню казалось, что всех этих лет, вдали друг от друга, словно никогда и не было. Все внутри тянулось к тому, кого он однажды не смог удержать, но теперь он ни за что не допустит той же ошибки. — Давай попробуем еще раз?