Секретное задание: Любовь

      Драко тяжело вздыхал уже пятый раз, бросая короткие взгляды на помятую газету. Весь вчерашний день, вечер и сегодняшнее утро он изучал новую сенсационную статью Риты Скитер, которая, как всегда, не скупилась на информацию и колдографии.       «Такие шикарные ножки вряд ли долго останутся нетронутыми».       Салазар, ноги ведь и правда были охренительно шикарными. Он потянулся к чашке остывшего чёрного чая, не сводя глаз с колдо на главной странице. Вчера он был ошеломлён, а сейчас — глубоко заинтересован. Гермиона Грейнджер не появлялась в Британии три года и за это время она успела превратиться в поистине притягательную женщину. Драко солгал бы, если бы сказал, что раньше она таковой не была. Но американский стиль и повадки определённо были ей к лицу. Штаты научили её быть раскованной. Об этом кричали её широкая белозубая улыбка и открытый взгляд. В Англии едва ли волшебники и волшебницы умели так искусно позировать перед камерой.       Как правило, на снимках Скитер все получались либо в провокационных позах, либо с перекошенным выражением лица. Рите это всегда было на руку. Очень немногим удавалось оставаться настоящими в объективе колдоаппарата её помощника. И Гермиона была в их числе.       Малфой вновь приподнял газету, всматриваясь в её лицо. Старые обиды уже давно были забыты, а вражду они переступили, не оглядываясь. Именно по этой причине, рассматривая снимки Грейнджер, Драко не чувствовал никаких других чувств помимо абсолютного очарования.       Возможно, вчерашняя мысль о том, чтобы написать ей письмо и отправить на работу не была такой уж идиотской? Он просто может пригласить её на чай или кофе в обеденный перерыв. Спросить как прошли её три года жизни в Америке. Простая встреча двух старых знакомых. Да кому он лжёт? Гермиона сейчас интересовала его отнюдь не как знакомая. Ему хотелось познакомиться с ней заново. Как можно ближе. Как минимум по той причине, что она первая женщина за последние несколько лет, кому удалось поднять в нём ворох приятных эмоций.       Недолго думая, он достал небольшой лист пергамента из первого ящика своего рабочего стола и черканул несколько ненавязчивых строк с предложением встретиться на обеде. Аккуратно запечатав записку, он положил её около наручных часов, намереваясь отправить завтра утром из офиса Ассоциации Авроров.

***

      Подбирая наряд утром понедельника, перед первым рабочим днём в издательстве в качестве нового редактора, Гермиона не учла, что в обеденный перерыв ей предстоит встретиться с человеком из прошлого. И не с одним, а сразу с несколькими. Узкое официальное платье молочного цвета тесно обнимало её точёную фигуру, подол открывал стройные длинные ноги, начинаясь чуть выше колена. Короткие рукава, которые лишь немного прикрывали плечи, неглубокое декольте — вид строгий, но не слишком; сексуальный, но не чересчур. Бежевые лодочки на высоком каблуке давно стали привычной и удобной обувью, а сумка с короткими ручками всегда идеально дополняла образ.       Гермиона тщательно готовилась к этому дню, раз за разом подкрашивая губы и припудривая зону Т. Прибыв в издательство, она познакомилась со своей новой помощницей Мишель, которая буквально в первый час попросила Гермиону подписать заявление об отпуске на неделю. Грейнджер поджала губы, но размашисто подписала бумаги, вспоминая, что уже на следующих выходных будет Пасха.       — Мисс Грейнджер, — прощебетала Мишель, поправляя папки у себя в руках. Она была миниатюрной и худенькой, с короткими рыжими волосами и голубыми глазами. Гермиона знала достаточно рыжих людей, чтобы ожидать бесконечное количество веснушек на лице Мишель. Но то было бело, как мел. Пестрили лишь кукольные губы красного цвета, слишком контрастируя с цветом выразительных глаз. Она топталась около стола Гермионы, не в силах справиться со всеми папками, которые Грейнджер водрузила ей, как только зашла в свой новый кабинет. Сделав слишком короткий взмах руки, указывая куда-то на край стола, она распыхтелась, сдувая с глаз прядь волос. — Здесь свежие выпуски журналов и газет и корреспонденция. Я уже разделила письма на рабочие и личные в разные папки.       — Спасибо, Мишель, — неуверенно пробормотала Гермиона, наблюдая за нескладными движениями своей помощницы. Когда одна из папок чуть не свалилась на пол, Грейнджер поднялась из-за стола, не в силах больше наблюдать за этой картиной.       — Давай я помогу, — начала Гермиона, протягивая руку помощи.       — Нет-нет, — запротестовала Мишель, отворачиваясь к двери и подхватывая папку, — я разберусь. Если буду нужна, зовите, — и пыхтя покинула кабинет редактора.       Грейнджер подняла брови, а после улыбнулась, качнув головой. Обойдя стол, она захватила корреспонденцию, боясь увидеть среди личных писем записки от почитателей грязных статеек Скитер. Перебрав приличную стопку, Гермиона практически все отправила в мусорку, пока не зацепилась взглядом за знакомый почерк.       — Да ладно, — улыбнулась она, распечатывая письмо.

«Здравствуй, Грейнджер.

Уверен, помимо меня найдётся ещё сотня желающих пригласить тебя на ужин,

свидание или что-то ещё, но, надеюсь,

ты не откажешь старому другу во встрече на обеденном перерыве?

Д.М.»

      Гермиона улыбнулась шире после слов «старому другу». Дружбой там и не пахло, но эта строчка её позабавила.       Она могла ожидать чего угодно от проделки Скитер в статье, но не того, что получит письмо от Малфоя. Время, проведённое до начала обеденного перерыва тянулось мучительно медленно.

***

      Когда минутная стрелка наконец доползла до двенадцати, а часовая остановилась на единице, Гермиона уже поспешно складывала свежие рукописи в аккуратную стопку. Внутри бушевали предвкушение, азарт, интерес. Ей было до одури любопытно, как может пройти встреча с Драко. О чём они будут говорить? Будут ли смеяться? А флиртовать? Она задавала в голове кучу вопросов, забывая о самом главном: а почему он вообще её пригласил пообедать?       Этот вопрос был самым неприятным из всех. Озвучив его про себя, её вдруг затопило волнение изнутри. Возможно, он вовсе не был заинтересован в ней как в женщине. Возможно, ему понадобилась её помощь как редактора. Или что-то в этом роде. Вещи в сумочку она складывала без былого энтузиазма. Он даже деталей в письме не указал.       Грейнджер глянула на часы, отмечая, что прошло уже пять минут её обеда. Была не была. Закинув пудреницу в боковой кармашек, она оповестила Мишель о том, что уходит, твёрдым шагом направляясь к выходу из издательства. Она собиралась сканировать окружающих внимательным взглядом, чтобы вдруг не пропустить Малфоя в толпе, но этого не понадобилось.       Он стоял около стойки администратора, оперевшись о столешницу боком. Его руки были спрятаны в карманы светло-серых брюк. Одна нога стояла прямо, а вторую он согнул в колене, упираясь носком туфли в пол. Рубашка была расстёгнута на две верхние пуговицы, а рукава закатаны до локтей. Пиджак такого же светло-серого цвета он держал в сгибе локтя, прижимая тот к боку. Волосы были в небольшом бардаке, но это придавало ему лишь шарм, а на носу держались солнцезащитные очки-капли.       Кажется, Гермиона даже замедлила шаг, когда увидела его. Чёрт, засранец выглядел на все сто.       Когда звук её шагов приблизился к нему, он опустил голову, выглядывая из-за затемнённых линз, и сексуально ухмыльнулся, заставляя Грейнджер сглотнуть. Его глаза беззастенчиво прошлись по её фигуре от кончиков лаковых лодочек до макушки. Он смотрел, кажется, с таким же неприкрытым интересом, и это определённо придало ей уверенности.       Когда до него оставалось два шага, он ловким движением снял очки и улыбнулся шире.       — Грейнджер, — начал он, сокращая последнее расстояние. Наклонился и оставил невесомый поцелуй на скуле. Так обычно здороваются старые друзья, да? — Рад тебя видеть. И рад, что ты приняла моё приглашение.       — Малфой, — ответила Гермиона, опуская глаза. Засранец не только выглядел хорошо, он и пах отпадно. Сладковато, терпко. Идеально. Джинни определённо будет визжать.       Когда Гермиона отправила ей патронус сразу после прочтения письма Малфоя, Уизли немедля ответила, криками умоляя Гермиону запоминать каждую мелочь, чтобы потом поделиться с ней. Джин была уверена, что это всё те колдо из статьи. И эта встреча точно должна была сулить нечто большее, чем обычный обед двух знакомых.       — И я рада тебя видеть. Признаюсь, было неожиданно получить от тебя приглашение.       —Да? — Драко надел пиджак, а после придержал для Гермионы дверь, выпуская её наружу. — Я думал, ты привыкла ко вниманию со стороны мужчин.       — Других, возможно. Твоему — нет.       Они улыбнулись друг другу. Это был флирт только что?       — Я до сих пор задаюсь вопросом, почему мы сейчас идём обедать в Кордон Блю, — призналась Гермиона, когда поняла, куда они направляются. В той стороне парка Расселл было только это кафе.       — Ты вернулась в Лондон спустя три года. Может, мне просто интересно, как изменилась твоя жизнь? Или не изменилась, — протянул он, кидая взгляд на её левую руку.       — Думал, я сбежала, чтобы найти себе мужа за океаном?       — А ты сбегала? — заметил он.       Чёрт. Оговорка по Фрейду абсолютно точно сработала против неё.       —Ты, кажется, очень изменился, — Гермиона попыталась сменить тему. У неё не было никакого желания возвращаться к причинам её поспешного отъезда в Штаты.       — Развёлся и сменил парфюм, — пошутил Малфой, принимая желание Грейнджер сменить тему. Ему не хотелось лезть туда, куда она его не приглашала. Пока.       Гермиона искренне рассмеялась, мотая головой.       — Не знаю, как ты пах раньше, но сейчас — неплохо. Очень неплохо, — она еле сдерживала широкую улыбку.       — Я бы сказал чертовски неплохо, Грейнджер.       Разговор был ни о чём. Но ни его, ни её это отнюдь не смущало. Учитывая их общение, которое едва ли существовало за всю их историю знакомства, сейчас разговор был более чем насыщенным. Гермиона улыбнулась про себя. Драко на вид казался действительно другим. Он стал намного легче, не в буквальном смысле, конечно. Вокруг него не сгущались тучи, не утяжелялись молекулы воздуха. Рядом с ним теперь было очень легко, немного волнительно, но это скорее было приятно. Рядом с ним Гермионе хотелось улыбаться, хотя Малфой не делал абсолютно ничего, чтобы вызывать у неё приступы глупой улыбки.       Они подошли к столику на летней террасе, которая начала работать совсем недавно. Отличная майская погода этому очень способствовала. Вокруг витал запах свежего кофе, цветущих деревьев и влажного асфальта: полив клумбы задевал часть тротуара в парке. Небольшие круглые столики с синими скатертями не оставляли Драко и Гермионе другого выбора, кроме как сесть очень близко. Ещё миллиметр и её коленки могли запросто дотронуться до его широко разведённых ног. Малфой стал ещё выше, чем был в школе, шире в плечах и груди. Гермиона незаметно сглотнула. Трёхлетнее отсутствие мужчины давало о себе знать. Она пыталась разглядеть мышцы его груди под тонкой тканью белоснежной рубашки.       — Итак, — проговорил Малфой, отвлекая Гермиону от откровенных разглядываний. Он положил на колено меню, открывая его на странице с горячими напитками.       — Итак, — поддержала его Гермиона, пытаясь скрыть взявшуюся из ниоткуда неловкость. Это чувство было вызвано взаимной симпатией, не иначе. Глупо было отрицать, что он ей не симпатичен. Внешне он уже заработал тысячу очков, а если в общении он останется таким же потрясающим, Гермиона даже сопротивляться не будет перед его чарами.       — Мы не виделись очень долго. Расскажи, что интересного произошло в твоей жизни, и как так вышло, что ты смогла усмирить свои непослушные волосы? — он улыбнулся.       — Им просто пришёлся по душе американский климат, — ухмыльнулась Гермиона, наблюдая за его появляющейся улыбкой. Сложив руки на столике, она вздохнула. — На самом деле у меня всё примерно так же и осталось, за исключением новой должности.       — Поздравляю. Ты — единственный человек, которому под силу тянуть такое огромное издательство, — серьёзно сказал Драко.       — Почему ты так думаешь?       — Это ведь очевидно. Твоя любовь к книгам, любопытство, неординарный взгляд на вещи. Ты — новатор, а это очень важно для такой должности. Должен признаться, я уже давно не наблюдал хорошей литературы на средних полках, например, Флориш и Блотс. Одно старьё, давно утратившее актуальность.       Гермиона нахмурилась. Мозг уже активно генерировал идеи и обрабатывал задачи.       —Эй, Грейнджер? Я тебя потерял? — это прозвучало так непривычно нежно, что Гермиона немного вздрогнула, перед тем как застенчиво улыбнуться.       — Нет, я здесь. Ты дал мне немного пищи для размышлений, — ответила она, мысленно делая заметку заглянуть в книжный в Косом переулке и самой удостовериться в словах Драко. — Спасибо за комплименты, я надеюсь, что справлюсь. Если мы говорим честно, — она запнулась.       — Разумеется. Я полностью открыт перед тобой, — улыбнулся он, поднимая ладони.       — Хоть я и давно мечтала об этой должности, всё намного сложнее, чем мне представлялось. Ну, знаешь, прошло целых три года, пока меня здесь не было. Кажется, я отвыкла от английской жизни. В Америке всё очень…       — Быстро?       — Насыщенно, я бы сказала. И из-за этой насыщенности время пролетает быстрее, да. Но я успевала за этим ритмом, приспособилась к нему. Здесь же всё не так. Мне будто приходится снова возвращаться в прошлое, которое…       — Которое ты уже забыла?       — Нет, от которого я с трудом отучила себя.       Драко замолчал, переваривая услышанное. Их разговор, похоже, всё-таки вернулся в то русло, которого так старательно Гермиона избегала в самом начале их встречи. Малфою хотелось узнать причину, по которой Гермиона решилась «сбежать» на другой материк, очень хотелось. Но она вряд ли была к этому готова. К счастью для них обоих, к столику подошёл официант, чтобы оформить заказ.       Они заказали по чашке чёрного чая и круассану.       — Ты говорил, что развёлся, — аккуратно начала Гермиона. Ей был интересен этот аспект его жизни, но она осторожно прощупывала почву, чтобы, не дай Мерлин, не задеть до сих пор существовавшие раны, если таковые всё ещё у него были.       Драко сделал небольшой глоток чая, запивая им кусочек откушенного круассана. Сложив руки в замок на колене, он кивнул.       — Да, четыре года назад, — он говорил легко. Ему нечего было скрывать. Пока. — Даже не спрашивай почему. Даже в книжных романах причины разводов и то красочнее, — отмахнулся он, чтобы не открывать эту сторону своей жизни. Если он скажет правду здесь, придётся говорить правду о своей работе, а этого категорически нельзя было допустить. — Но мы в хороших отношениях, — продолжил он, — достаточно хороших, чтобы после развода воспитывать ребёнка вдвоём.       Гермиона приоткрыла рот. Не от того, что не знала о ребёнке, нет. Она слышала о малыше Скорпиусе, видела его колдо в какой-то статье пятилетней давности. Поразительно красивый мальчик. Она была ошеломлена словами Драко об отношениях с бывшей женой. После этой фразы он превознёсся в её глазах моментально. Малфой очень изменился. Он говорил спокойно, уверенно, не боясь её реакции на такие вещи. Он был уверен в своём решении, в своих действиях. Это безумно подкупало. Драко выглядел и, кажется, был настоящим мужчиной. Тем, на кого хотелось положиться. Кому хотелось довериться.       — Астории очень повезло. И Скорпиусу. Уверена, ты отличный отец.       — Я очень на это надеюсь. Ведь я стараюсь, — он улыбнулся. — Астория тоже. Она прекрасная мать, но, — он запнулся, мысленно ударяя себя по лбу. — Но у нас просто не сложилось, так бывает, — он закрылся моментально, но незаметно для Гермионы.       Грейнджер промолчала, откусывая ароматный круассан. Проглотив кусочек, она вновь уставилась на его рубашку. Точнее на грудь, которая провокационно показывалась из-за расстёгнутых пуговиц.       — Ты так пристально меня рассматриваешь. Смотри, Грейнджер, я ведь могу решить, что ты раздеваешь меня глазами, — ухмыльнулся он, поднося ко рту небольшую белую чашку. «И не ошибёшься», — пронеслось у неё в голове.       — Нет, оставлю это на потом, — пошутила она, наслаждаясь его удивлённым выражением лица. Он определённо не ожидал от неё такого. — Мне просто интересно, почему ты решил пригласить меня на обед?       Малфой поставил чашку на блюдце, а после локтями опёрся о бёдра.       — Чтобы после этой встречи пригласить тебя на ужин?       Дыхание моментально перехватило. Чёрт. Гермиона зарделась, но быстро взяла себя в руки. Малфой искусно флиртовал, но и Грейнджер старалась не отставать. Перекинув ногу практически перед его носом, она немного склонилась, чтобы слишком вызывающе протянуть:       — А ты пригласишь?       — Непременно, — прошептал Малфой, не сводя с неё глаз.       Она широко улыбнулась, откидываясь на спинку стула.       — Поверить не могу, — пробормотала она, наслаждаясь ответной улыбкой Драко.       В это действительно было трудно поверить. И ему, и ей. Они сидели за чересчур маленьким столиком, практически касаясь друг друга ногами, флиртовали, обсуждая жизнь. Улыбались друг другу. Это была какая-то нереальная картинка, которая внутри рождала бабочек. Не иначе.       — Тогда тебе понадобится это, — усмехнулась Гермиона, доставая из сумочки обычную шариковую ручку. Что-то быстро черкнув на белой салфетке, она передала её Драко, наблюдая за его новой улыбкой.       — Это…?       — Мой адрес. Не люблю, когда личные письма присылают на работу, — она приподняла бровь, допивая уже остывший чай. Взглянув на наручные часы, она отметила, что до конца обеда оставалось ещё сорок минут.       — Я был очень рад тебя увидеть, Грейнджер, и узнать, что от нудной зубрилки не осталось и следа.       — Если бы ты хотя бы попытался обратить на меня внимание в школе, знал бы, что я вовсе не была нудной, — парировала она.       — Возможно. Но я рад, что сделал это сейчас, — улыбнулся он. — Воспользуюсь этим в ближайшее время, — он поднял к лицу салфетку с её адресом.       — Надеюсь, — прошептала Гермиона, пока Драко подзывал официанта.       Он расплатился за их обед, помог Гермионе подняться со стула и пошёл вперёд, останавливаясь у выхода из террасы.       — Я напишу. До встречи, Грейнджер, — он склонился, оставляя такой же нежный поцелуй на скуле, как при встрече.       — До встречи, — ответила Гермиона и развернулась в сторону Косого переулка, напоследок кинув взгляд на Драко из-под полуопущенных ресниц.              Эта встреча была безумной. Прекрасной. Лёгкой. Романтичной. Мерлин, Джинни с ума сойдёт, когда узнает все подробности. Гермиона улыбнулась, тряхнув головой. Попыталась сосредоточиться, ведь хотела выполнить задачу, которую мысленно поставила перед собой во время разговора с Драко. Ей нужно было проверить литературу, которая стояла на полках Флориш и Блотс.

***

      Кажется, Драко немного преуменьшил, когда сказал, что в книжном преобладает устаревшая и вовсе не актуальная литература. Нет, не немного. Он просто-напросто скрыл тот факт, что полки битком забиты низкосортными любовными романами, у которых вместо сюжета одна сплошная любовная линия. И та проработана не настолько хорошо, чтобы обращать внимание на подобные истории.       Гермиона, сведя к переносице брови, изучала уже тридцатый экземпляр в надежде найти хоть что-то полезное, интересное или как минимум не начинающееся со строчек: «Ей очень не хватало мужчины рядом…». С каждой новой книгой, которые она складывала в сгибе локтя, брови хмурились сильнее, а в голове рождалась целая тирада, которую она собиралась высказать… неясно кому, но желание было чертовски сильным. Отдел научной и школьной литературы практически не изменился с тех времён, когда Гермиона была частым посетителем этого магазина, но остальные полки требовали тщательного пересмотра.       — Ни за что бы в жизни не поверил, что Гермиона Грейнджер интересуется подобной литературой, которую даже литературой сложно назвать, — прозвучал приятный мужской голос где-то сбоку.       Грейнджер вздрогнула, стараясь удержать тяжёлую стопку в руке и поворачиваясь на звук. Сперва взгляд зацепился за широкую грудь, обтянутую чёрной футболкой. После за массивную шею, которая была плотно забита татуировками. Большая бабочка раскинулась прямо по центру кадыка, крыльями уходя за линию роста волос на затылке. Затем взгляд остановился на обворожительной ухмылке и наконец на глубоких синих глазах. Пока Гермиона тщательно обрабатывала увиденное, глаза успели запечатлеть густые тёмные кудри, ровный нос и чертовски приятный аромат.       Теодор Нотт расслабленно стоял напротив неё с обворожительной улыбкой, искрящимися глазами и протянутыми руками.       — Я могу тебе помочь?       Гермиона тихо сглотнула, пытаясь сделать шаг назад и освободиться от этого слишком манящего мужского аромата. Нотт пах уверенностью, мятными конфетами и сандалом.       — С чем? — лучше вопроса не нашлось. Грейнджер чертыхнулась про себя. — То есть…       Тео перехватил стопку из её рук.       — Я собирался помочь тебе с этой тяжестью, но, видимо, сначала стоит помочь с выбором нормальной литературы. Сомневаюсь, что ты и вправду можешь быть заинтересована в подобном, — он скривился, окидывая взглядом верхний экземпляр. Скинув стопку на ближайший столик, он направился к соседнему отделу. — Думаю, здесь вероятность найти что-нибудь стоящее намного выше.       Гермиона стояла как вкопанная, наблюдая за ним.       — Знаешь мои вкусы, Нотт? — отозвалась она, привлекая внимание Тео. Он был занят поисками «нормальной» книги, пока Грейнджер подпирала плечом ближайшую полку.       Ситуация — сюр. По правде говоря, она была полностью согласна с его мнением, но эта его непонятно откуда взявшаяся уверенность в знании её вкусов жутко взбесила.       — Я знаю женщин, Грейнджер. И ты явно не относишься к числу тех, кто предпочитает слезливые говённые романы качественной литературе.       Хотя в этом снова была стопроцентная правда, Гермиону передёргивало от этой вызывающей самоуверенности. От неё также не скрылось его довольное лицо, которое появилось сразу же, стоило его рту произнести слово «женщин».       — И многих женщин ты знаешь, раз сумел построить такую удивительную статистику?              Тео остановил свои поиски, ухмыльнулся и полностью распрямился, делая несколько шагов к Гермионе.       — Достаточно, чтобы делать подобные выводы, — он ехидно улыбнулся, а в его глазах плясали чёртики. Нахал.       Гермиона фыркнула, отворачиваясь к сваленной на столик стопке.       — Твои знания неверны, Нотт. Советую их пересмотреть, — его поведение так сильно контрастировало на фоне поведения Малфоя, что Гермиона невольно скривилась. После внимательного и галантного Драко, Теодор казался неотёсанным грубияном с огромным самомнением и чересчур приличным послужным списком женщин, вероятно, на одну ночь.       — Да ладно, Грейнджер, куда ты убегаешь? — спохватился Тео, ругая себя за чрезмерную напористость.       — Подальше от твоих обширных знаний, — съязвила она, направляясь прямиком к стойке продавца.       Гермиона закатила глаза, стараясь шагать быстрее, чтобы как можно скорее оказаться подальше от общества Тео. Она не видела его со школы, где он казался тихим и непримечательным студентом. Она часто замечала его в компании Драко, но пока Малфой дразнил её, Нотт стоял в стороне, стыдливо опуская глаза. Он всегда казался добрым, отзывчивым и милым, но то, что Гермиона видела сейчас, было далеко от школьных впечатлений.       Помимо того, что Нотт теперь стал намного выше, подавляя, видимо, женщин не только своими словами, но и физическими данными, он определённо сменил стиль. Теперь его галстук не был туго завязан на шее, а рубашка не была застёгнута на все пуговицы. Эти предметы одежды теперь полностью отсутствовали. Вместо них была обычная футболка, чёрные джинсы и чёрно-белые кроссовки фирмы "Vans". Руки, кисти, шея и, Гермиона была уверена, спина, живот и ноги, тоже были все в татуировках. По крайней мере складывалось такое ощущение. От тихого паренька не осталось и следа. Вместо него в Нотта вселился отвязный бабник с бесконечным чувством собственной важности. Гермиона хмыкнула про себя. Вероятно, Тео был сейчас сам по себе. Она очень сомневалась, что после школы ему удалось сохранить дружбу с Малфоем, уж больно сильно они поменялись ролями.       Уже подходя к кассе, Гермиона услышала звон колокольчика, а после до ужаса знакомый женский голосок, который приторно сладко пищал на весь магазин:       — Ронни, всего минутку! Я просто обязана проверить, не появилось ли новых романов. Ты же знаешь, как я их люблю!       У Гермионы внутри всё похолодело. Этого просто не могло быть. Она дважды, нет, трижды спросила у Джинни, где сейчас находился Рон. И та уверила, что её брат появится в Лондоне не раньше конца августа. Грейнджер очень хотела, чтобы это было именно так. Как минимум потому, что тогда она сможет подготовиться ко встрече, к которой, наверное, и вовсе нельзя было приготовиться. Но Грейнджер очень надеялась вопреки всему. Через несколько шагов, которые уже так близко звучали за поворотом, куда направлялась Лаванда Браун — нынешняя невеста её бывшего Рональда Уизли — Гермиона столкнётся лицом к лицу с тем, от чего бежала в Штаты три года назад. И она откровенно не была готова к тому, чтобы предстать перед счастливой обручённой парочкой с кипой бесполезного чтива в руках и отсутствующим женихом или хотя бы парнем под боком. Шаги звучали громче и громче, пока у Гермионы всё падало и разбивалось внутри.       Чёрт, она не должна позволить этому случиться вот так. Не для этого она строила заново свою жизнь, чтобы теперь так нелепо упасть лицом в прошлое дерьмо. Нужно было срочно что-то делать. Первой мыслью было сбросить книги прямо на месте и нырнуть в следующий поворот в надежде спрятаться за одной из полок. Эта мысль была отметена катастрофически быстро. Вторая появилась моментально, стоило сзади послышаться бархатному голосу Тео.       — Грейнджер, я не имел в виду ничего дурного…       Гермиона рывком скинула книги на ближайшую полку и подбежала к Нотту, оказываясь непозволительно близко к его лицу. Её шпильки были очень кстати.       — Тео, поцелуй меня, — промычала она, судорожно хватая его за предплечья.       Нотт опешил, выкатив глаза на полную.       — Прости, что…       — Поцелуй меня, пожалуйста, умоляю, — тряслась Гермиона, нервно поглядывая в сторону прохода, где уже появилась Лаванда. Благо она смотрела себе за спину, слепо направляясь прямо на них. — Пожалуйста, — снова взмолилась Грейнджер, не сводя глаз с глубоких синих радужек.       Тео всё понял в мгновение. Оценил ситуацию одним коротким взглядом, положил свои тёплые и большие ладони на талию Грейнджер, немного разворачивая их так, чтобы вошедшим открывалась самая интересная картина и, наклонившись, тихо выдохнул ей в самые губы:       — Никогда ещё женские мольбы не действовали на меня так безотказно.