Секретное задание: Любовь

      — Гениальное решение, Гермиона! — пропела Джинни, полностью откидываясь на спинку широкого мягкого кресла.       — Гениальным решением было бы удостовериться в актуальности информации, которую ты даёшь людям, Джинни Уизли! — негодовала Гермиона.       Уже практически час она пыталась донести подруге всю глупость ситуации, в которой оказалась из-за того, что Джинни не узнала вовремя о возвращении Рональда в Лондон. Хотя вряд ли это сильно её волновало. Гораздо более важным из всего рассказа для Джинни оказался пикантный момент, связанный с Теодором Ноттом. Пока Гермиона рассказывала об обеде с Драко Малфоем, Джин охала и ахала, реагируя до чёртиков бурно и эмоционально. Когда Грейнджер добавила, что Малфой получил её личный адрес, Уизли запищала. Но когда рассказ Гермионы дошёл до момента в книжном магазине, Джинни буквально закричала, захлёбываясь собственными эмоциями.       — О нет, Гермиона, гораздо, гора-а-аздо гениальнее было заставить поцеловать тебя Нотта сразу после встречи с Малфоем, и это при том, что буквально в двух метрах от тебя был мой братец, то есть твой ненавистный бывший, а с щёк ещё не сошёл толком румянец от недавних поцелуев одного симпатичного блондина!       Гермиона вздохнула.       — Я бы сказала красивого.       — Красивого? — ухмыльнулась Джинни.       — Очень.       — Ну а Тео? — не унималась Уизли.       Гермиона застонала.       — Тоже. Чёрт, они оба хороши, но Тео… — начала Гермиона, вновь погружаясь мыслями в недавний инцидент.

***

      — Никогда ещё женские мольбы не действовали на меня так безотказно, — услышала Гермиона, ныряя в этот дурманящий аромат.       Большие и горячие ладони Тео так по-хозяйски устроились на её талии, прижимая хрупкое тело ближе. Гермиона попыталась взять себя в руки, чтобы не терять контроль над ситуацией, но это оказалось чертовски сложно, когда она почувствовала мягкие влажные губы. Тео целовал нежно, но настойчиво. Он будто выжидал несколько мгновений, боясь, что она передумает и оттолкнёт его, но это вряд ли бы произошло.       Её руки плавно поднялись по широким мужским предплечьям, невесомо касаясь пальцами его бархатной кожи, очертили плечи и остановились на шее. Одной рукой она обняла его крепче, а второй зарылась в волосы на затылке, давая Нотту зелёный свет. Его язык робко погладил её нижнюю губу, а после не медля проник в рот, углубляя и повышая градус поцелуя.       Гермиона могла бы запросто задохнуться от этих ощущений. В нос ударил выразительный мятный запах. Он мешался со сладковатым ароматом сандала, свежестью порошка и таким приятным, эфемерным запахом его тела. По затылку побежали мурашки.       Нотт сделал ещё один шажок ближе, бесцеремонно устраивая свою левую ногу между её трясущихся коленок. Грейнджер попыталась сделать глубокий вдох, но вместо глотка воздуха получила новую порцию глубокого поцелуя.       — Кхм, кхм, — чей-то неловкий грубоватый кашель нагло разрушил момент между ними, который по сути и не должен был становиться чем-то интимным и личным, но Гермиона была бы лгуньей, если бы сказала, что ей не понравилось, что это было чисто механически или что она бы не хотела повторить это вновь.       Неловко отстранившись от Тео и заглядывая в его глаза, которые на свету теперь казались не такими тёмными, а скорее напоминали айсберг под толщей воды, она крепко сжала его предплечье и повернулась к кашляющему источнику.       — Ро-о-он! Какая неожиданная встреча! — получилось крайне наигранно. Прямо чересчур. Тео тихо прыснул, закатывая глаза, но устраиваясь поудобнее рядом и не отпуская талии Гермионы.       Она натянуто улыбалась, оценивая взглядом парочку напротив. Рон изменился с прошлой их встречи. Он определённо набрал немного в весе: это было очень заметно по выпирающему животу и широкой груди. На лице у него виднелась двухдневная щетина, а волосы сильно отросли, так что теперь он завязывал их в хвост на затылке. Лаванда же какой была, такой и осталась. Гермиона мысленно улыбнулась, хваля себя за изменения, к которым пришла за время пребывания в Америке.       Рон стоял и глупо моргал, также пристально рассматривая её и Тео. Его глаза скользили сначала по молочному официальному платью Гермионы, останавливаясь на несколько мгновений дольше в зоне декольте, после по её лицу и волосам, затем он осмотрел Нотта и прищурился, когда его взгляд дошёл до крепкой хватки Тео в области узкой талии Гермионы.       — Да уж, действительно неожиданная, Гермиона. Я не знал, что ты вернулась, — он говорил это с видимым недовольством. Рон явно подозревал, что Джинни и Гарри были в курсе, но по понятной причине ему об этом не сообщили. Это недовольство очень красочно разместилось на его лице, когда он пренебрежительно выгнул бровь и скривил губы.       — Уизли, — вклинился Тео, протягивая Рону ладонь. — Удивлён, что ты не знал. Мне показалось, весь Лондон должен быть в курсе возвращения моей... — он запнулся, переводя ухмыляющийся взгляд на Гермиону и притягивая её ещё немного ближе, — девушки. Скитер знатно постаралась раструбить это на всю магическую Британию.       — Скитер? О твоём возвращении писали в Пророке? — недоумевал Рон, переводя взгляд с Гермионы на Лаванду, которая отвернулась и немного покраснела, но после быстро взяла себя в руки, чтобы присоединиться к этому чрезвычайно неловкому разговору.       — Мало ли что писала Скитер, — она попыталась отойти от этой темы.       Уизли вновь просканировал пару напротив пристальным взглядом.       — Так вы двое, значит, вместе? — его голос сочился тотальной неприязнью, что не могло не порадовать ни Гермиону, ни рядом стоящего Нотта.       — Не одному же тебе, Уизли, обзаводиться семьёй, — ухмыльнулся Тео, целуя Гермиону в висок.       От этих слов и определённо от этого жеста по её позвоночнику побежали мурашки. Она фыркнула про себя. Семья с Ноттом? Да ни за что. Он ей казался крайне легкомысленным. Слишком беспечным. Точно не семьянином и человеком, способным строить постоянные и крепкие серьёзные отношения. Слава Мерлину, её выражение лица практически не изменилось после этих мыслей, потому что Рон до сих пор на неё смотрел.       — Как мило, — выдавил он. — Ну, не будем вас отвлекать, — его крепкая рука ухватила Лаванду за плечи, сильно прижимая к его крепкой груди. Браун пискнула, но быстро подчинилась этому порыву, устраиваясь поудобнее. Наверняка её одолевали чувства превосходства и исключительности.       — Как и мы вас, — пропел Тео. — Лаванда, тут на столике много литературы, которая может тебя заинтересовать, — он кивнул в сторону полок, куда Гермиона свалила книжный хлам. Он протянул Рону руку. Когда они сцепились в крепком пожатии, Тео наклонился, чтобы прошептать: — Должен признаться, друг, Гермиона великолепна. Я рад, что у вас ничего не вышло, и я теперь могу беззаветно любить эту ведьму.       Нотт ухмыльнулся, совершенно не ожидая ответа. Крепче схватив Гермиону за руку, он поспешил к выходу из магазина, под пристальный и ненавидящий взгляд Рона.       — Пока, — успела выкрикнуть Грейнджер, прежде чем они оказались на улице.

***

      — Вот так взял и сказал? — пищала Джинни, не веря в услышанное.       — Вот так взял и сказал. Джинни, видела бы ты лицо Рона! Да он будто соплохвоста съел! — Гермиона не смеялась. Скорее её эмоцию можно было назвать неким стыдом с ноткой сожаления и привкусом… нет, вкусом настоящей победы. Она не хотела быть лгуньей в собственных глазах, а потому с лёгкостью приняла тот факт, что ей понравилось это маленькое представление. Слишком долго она страдала из-за Уизли, чтобы теперь не радоваться возможности показать ему, что она живёт дальше.       — Нотт — красавчик! Целуется отпадно, пахнет шикарно, а эти его татуировки, — мечтательно вздохнула Джинни. — Я их не видела, но по твоим рассказам это настоящее произведение искусства! Гермиона, я действительно до сих пор не понимаю, почему у тебя такое кислое выражение лица!       Грейнджер сощурила глаза.       — Может потому, что я иду с ним ужинать, Джинни Уизли-Поттер?       — И что в этом плохого?       — В том, что на завтра у меня назначен ужин с Малфоем!       Джинни всё так же недоумевающе моргала.       — И что-о-о? — она немного наклонила голову вперёд, прижимаясь подбородком к груди.       Гермиона широко распахнула глаза.       — Мерлин, Джинни! Я похожа на… на…. На ту, кто каждый день ходит на свидания с разными парнями?       Уизли расхохоталась.       — Гермиона, ты определённо похожа на очень красивую и свободную девушку, не обременённую мужем и детьми, — она показала пальцем на себя. — Поэтому, Годрик, я не вижу абсолютно ничего плохого в том, что ты идёшь на свидание с двумя разными мужчинами! Поправочка, — она кашлянула в кулак, имитируя загадочный голос, — двумя горячими мужчинами!       — Джинни, вообще-то Тео не назвал это свиданием…

***

      Тёплый воздух приятно полоснул по разгорячённым щекам, стоило Гермионе сделать первый шаг на улицу вслед за Тео. Его рука до сих пор крепко сжимала её ладонь. Они прошли несколько метров в сторону Гринготтса, когда Нотт остановился и повернулся лицом к ней.       — Что ж, неплохое представление, — он ухмыльнулся, делая шаг назад, чтобы предоставить Гермионе больше личного пространства. — Неожиданное, но точно неплохое.       Грейнджер в неверии свела брови к переносице. Она ожидала сальных шуточек или каких-нибудь пошлых комментариев в свой адрес.       — Спасибо, ты очень меня выручил, — пробормотала она, но уходить не собиралась.       Тео поднял на неё взгляд, а после провёл рукой по кудрям. В этот момент внутри Гермионы точно что-то вспыхнуло. За этим движением она смогла рассмотреть его бицепс, красивую кисть и широкую ладонь, которая так умело пропускала пряди сквозь пальцы. Он немного опустил веки, поворачивая голову в сторону и являя Грейнджер прямую линию подбородка, плавные, но выделяющиеся скулы и ровный нос. Он, кажется, хмыкнул, немного прикусывая нижнюю губу, и тепло в ней вновь распространилось в мгновение ока.       — Полагаю, я должен сказать «не за что, обращайся»? — он засунул руку в карман, не ожидая от Гермионы ответа. — Но я этого не скажу. Думаю, я заслужил совместный перекус, чтобы ты как минимум объяснила свой поступок. И его причины тоже.       Он посерьёзнел, вновь вызвав у Гермионы приступ неверия. Тео Нотт слишком быстро менялся с абсолютной беспечности на предельную серьёзность. Она подумала несколько секунд, решая, что за такое несвойственное поведение ей действительно нужно объясниться. Грейнджер никогда не была человеком, который использовал других в корыстных целях, оставляя после этого людей один на один с собственными мыслями. Она любила прозрачность и взаимопонимание и ей стало приятно, что Тео такого же мнения.       Его просьба говорила о нём, как о человеке, который не стал бы так поступать, а это не могло не вызвать лёгкой улыбки. Мысли о его беспечности, легкомыслии и чрезмерной самоуверенности отошли на второй план, позволяя Гермионе рассмотреть что-то ещё, что скрывалось за такой красивой внешностью.       — Да, — она запнулась, заправляя локон за ухо. — Да, ты прав. Но сейчас я не могу, у меня заканчивается обеденный перерыв, но…       — Тогда вечером, — Нотт был твёрд в своих намерениях. — Тут недалеко есть пиццерия. Любишь пиццу?       Гермиона слегка опешила. Она вновь ожидала совсем не того. Это вызвало новую улыбку.       — Да, люблю.       — Отлично, — он улыбнулся краешком губ. Искренне и по-настоящему. — Тогда я могу зайти за тобой после работы?       — Нет! — слишком резко ответила Грейнджер. Ей хватило Малфоя, который ждал её на ресепшене сегодня. Лишние сплетни вокруг её личной жизни были ни к чему. — Я имею в виду, встретимся уже там.       — До встречи, — его губы вновь украсила лукавая улыбка, которую Гермиона заметила в самом начале. Тот Тео снова вернулся.

***

      — Так что, чисто формально — это просто перекус, — Гермиона достала из шкафа высокие белые штаны и бежевый топ.       — Это ужин, Гермиона, — Джинни полностью залезла на кресло, переваливаясь через спинку, чтобы ехидно прошептать у лица Грейнджер: — Так что, «чисто формально» — это практически свидание.       — Ты неисправима, — покачала головой Гермиона.       — Ага, ты права. Магические браки не расторгаются. Да и Поттер вряд ли меня отпустит.       — Джинни! Я не это имела ввиду. У вас с Гарри отличные отношения, — она вздохнула, присаживаясь на край кровати.       Вернувшись в издательство после насыщенного обеденного перерыва, Гермиона слишком быстро справилась с новыми рукописями. Даже успела набросать план пересмотра литературы, предоставляемой на рынок магической Британии. По этой причине она закончила намного раньше и у неё появились лишние два часа перед встречей. Отправив Джинни патронус, она аппарировала домой, чтобы успеть обсудить с ней всё происходящее.       — Да-да, я знаю. Но сейчас я определённо тебе завидую. Даже если это перекус, иди и возьми максимум, Гермиона. Два красавчика сами пришли к тебе в руки, а ты ещё нос воротишь.       — Я не ворочу нос, Джин. Ну, не от Малфоя точно, — она загадочно улыбнулась. — Тео тоже хорош, но я не могу так, понимаешь?       Уизли подорвалась с кресла, оказываясь так близко к Гермионе, что её дыхание буквально скользило по щекам Грейнджер. Её взгляд, кажется, ожесточился.       — Значит, слушай сюда, Гермиона Грейнджер. Ты пойдёшь на этот чёртов перекус, а потом на свидание, а потом ещё раз и ещё, и будешь ходить до тех пор, пока не трахнешь одного из них, а лучше сразу двоих, и не выберешь того, с кем тебе будет лучше. Ты сейчас к чертям отбросишь все эти свои древние предрассудки, — она схватила Гермиону за плечи и немного встряхнула, — и вспомнишь что ты, мать твою, молодая и охренительно сексуальная женщина! Иди и пользуйся же этим! Уверяю, Волдеморт не воскреснет, если ты начнёшь наслаждаться жизнью и мужским вниманием!       Гермиона несколько раз моргнула, а после широко улыбнулась. Эта речь действовала. Понемногу, но точно ударяла в суть. Это просто встреча. Просто перекус. Просто ужин. Просто свидание. Просто поцелуй и просто секс. Нет, она остановится на поцелуе. На самом деле не было ничего криминального в том, чтобы наслаждаться вниманием двух мужчин. Ко всему прочему, она была уверена, что на этой встрече общение с Тео прекратится. Уж больно неподходящим он казался. Гермиона была слишком очарована спокойным и аристократичным джентльменом Малфоем, чтобы этим же вечером очаровываться чересчур самоуверенным и нахальным Ноттом. Проблеск серьёзности едва ли менял первое впечатление.       — Что ж, бежевый или красный? — вновь улыбнулась она, поднимая два топа, между которыми предстоял очень сложный выбор.

***

      Гермиона аппарировала прямо в Косой переулок. До пиццерии было идти недалеко, хоть она и находилась в магловской части города. Преодолев барьер в Дырявом Котле, Грейнджер оказалась на оживлённой улице. Лето понемногу подкрадывалось, соблазняя поздним заходом солнца и постоянным теплом. Фонари ярко освещали проезжую и пешеходную части, всюду гуляли люди, из парка неподалёку слышалась тихая музыка, а вдоль дороги расположились закусочные и кафе с летними террасами, где помимо живой изгороди взгляд радовали навесы со свисающими лампочками.       Гермиона глубоко вдохнула вкусный майский воздух, наслаждаясь благоуханием цветущих деревьев. Через несколько метров она подошла к перекрёстку, где на углу располагалась та самая пиццерия, о которой говорил Нотт. Просканировав внимательным взглядом местность, она увидела его. Тео стоял у террасы, опираясь бедром о невысокий забор. Он был в обычных белых шортах, белой льняной рубашке, расстёгнутой на целых три верхних пуговицы, и белых кроссовках. Полная противоположность тому, как он выглядел днём. Из-под узких шорт выглядывали края татуировок, которые украшали его бёдра и место над коленями, а расстёгнутая рубашка показывала чуть больше чёрных узоров, чем Гермиона могла увидеть в книжном магазине.       Он стоял расслабленно, смотря куда-то в сторону парка. Возможно, он ожидал, что Гермиона воспользуется такси, так что она практически незаметно подошла к нему сбоку.       — Привет, — улыбнулась она, когда Тео плавно повернулся к ней, и его губы растянулись в очень обворожительной улыбке. Чёрт. Ещё один засранец, который выглядит чересчур привлекательно.       Гермиона не хотела полностью поддаваться этим мыслям, но это было очень сложно. Невыносимо сложно. Катастрофически невозможно. Гермиона никогда не была женщиной, падкой на внешность, но что-то в Тео притягивало её и помимо его тёмно-голубых глаз, дурманящего запаха и бархатного голоса. Чёрт, она снова об этом думает.       — Привет ещё раз, — Тео не сдвинулся с места, хотя Грейнджер была уверена, что он захочет поцеловать её в щёку или в руку, или сразу накинется со страстными поцелуями, ведь этот барьер определённо уже был преодолён. Но он лишь достал руку из кармана, отодвигаясь от забора. — Я рад тебя снова видеть. Ты прекрасно выглядишь, — он вновь робко улыбнулся и вытянул руку. — Идём? Надеюсь, там найдётся свободный столик для нас, — Тео подмигнул, предлагая Гермионе пройти вперёд.       Она удивлённо вскинула брови.       — Не бронировал столик? Кажется, здесь много людей.       — Нет, предпочитаю импровизировать.       Гермиона обернулась через плечо, отмечая, что он широко улыбается, а глаза искрятся лукавостью.       — На самом деле сейчас бронь не действует. Это место только открылось. Поэтому идём и попытаем удачу. Уверен, у нас получится, — его ладонь немного сильнее прижалась к её спине, ни на миллиметр не опускаясь ниже. Это вновь вызвало приятное тепло, что так тщательно двигало устоявшееся первое впечатление.       Свободный столик для них нашёлся без проблем. Когда они протискивались сквозь толпу гостей, Тео вышел вперёд и, казалось, не менял курс вовсе, следуя к дальнему столику на низком балконе, окружённом полукруглой балюстрадой. Балкончик выходил на другую сторону улицы. Отсюда был отличный вид на парк.       — Видишь, удача на нашей стороне, — он легко взял её руку в свою, чтобы подвести к столику. Тео одним ловким движением выдвинул стул для Гермионы, а после обошёл столик и уселся сам. — Я бы предложил тебе меню, но, боюсь, сегодня здесь подают только «Маргариту» и белое вино.       — Ты, кажется, знаешь об этом месте слишком много, — она подозрительно прищурилась, но всё ещё улыбалась.       Тео нагнулся через столик, оказываясь близко к её лицу, и заговорщически прошептал:       — Ты права. Я просто хорошо знаком с владельцем, но это секрет и никто не должен знать, — он подмигнул, возвращаясь на своё место.       — Но теперь об этом знаю я.       — Ты ведь не станешь болтать, верно? — он улыбнулся краешком губ, смотря на Гермиону из-под полуопущенных век. В свете жёлтых лампочек его глаза вновь приобрели глубокий тёмно-синий оттенок.       — Хочешь сказать, теперь я могу тебя шантажировать?       — А ты можешь? — Тео опёрся локтями о стол, вновь приближаясь к Гермионе.       — В зависимости от того, что стоит на кону, — кажется, Грейнджер умело поддерживала эту игру слов.       — Вы очень коварны, мисс Грейнджер, — прошептал Тео, гипнотизируя её своим пристальным взглядом.       — Бываю иногда, — поддержала Гермиона.       Несколько мгновений, пока они не сводили друг с друга глаз, мир вокруг прекратил своё существование. Это длилось ровно до того момента, пока на стол не приземлилась горячая пицца и два бокала с охлаждённым белым вином.

***

      — Если я всё правильно понял, ты не планировала сбегать? — Тео изучал её внимательным взглядом, отпивая из бокала глоток вина.       Гермиона немного выгнула бровь.       — Я не… — да, она хотела сказать, что не сбегала. Но сузившиеся глаза Нотта ясно дали понять, что он не купится на эту ложь. — Да, я этого точно не планировала.       — Я рад, что ты не собиралась прощать ему эту выходку. Должен признаться, теперь я считаю его ещё большим мудаком, чем считал в начале твоего рассказа.       Гермиона прикрыла глаза и покачала головой.       — Он не был таким всегда. Наверное, это случилось уже когда он стал звездой квиддича, — ножка бокала быстро нагрелась, когда Гермиона сильнее сжала её пальцами.       — Ну, разумеется. Слава, деньги, поклонницы, — Тео фыркнул. — Не понимаю, почему ты его сейчас оправдываешь.       — Нет, я его не оправдываю, поверь. Я очень долго была зла на него. Долго страдала, если быть честной. Но сегодняшняя встреча и этот поцелуй, — она слегка покраснела. — Думаю, я вряд ли что-то доказывала именно ему, — Гермиона опустила взгляд на стол. Это откровение вырвалось слишком неожиданно.       — Тебе не нужно никому и ничего доказывать, Гермиона. Ты очень умна, привлекательна, находчива. Ты занимаешь такую должность только благодаря собственному опыту и труду. Я более чем уверен, что ты пахала ни чуть не хуже экспресс совиной почты в Америке, чтобы достичь такого результата.       Гермиона подняла на него взгляд, сразу отмечая, что в его глазах горела какая-то искра, а на скулах проступал лёгкий румянец. То ли от вина, то ли от эмоций, Гермиона не знала точно.       — И уж точно ты не должна что-то доказывать себе. Только лишь то, возможно, — он ехидно усмехнулся, — что ты можешь привлечь гораздо, намно-о-ого более красивого парня, чем Уизли, — он широко и искренне засмеялся, на что Гермиона совсем не могла не ответить. Улыбка произвольно расползлась по её лицу. — Мужчина, который изменяет собственному выбору, не достоин твоих переживаний и тем более страданий, Грейнджер. Запомни это.       Тео говорил это предельно серьёзно, стерев с лица ту широкую улыбку. Гермиона закусила губу.       — Это говоришь мне ты? Мне казалось, ты едва ли относишь себя к однолюбам.       Тео громко фыркнул.       — Я, может, и не состоял в долгих серьёзных отношениях, но я точно не изменщик, Грейнджер. Не обвиняй меня в том, чего я не делал. Каждая женщина знала наверняка, какие отношения нас связывают.       — Извини, — поспешила ответить Гермиона. Ей стало неловко от собственных умозаключений. Тео разительно менялся в её глазах.       Он слабо улыбнулся, изучая глазами бокал. Тео Нотт определённо был тем человеком, который производит неправильное первое впечатление.

***

      Вечер прошёл слишком замечательно. Гермиона часто напоминала себе, что это лишь перекус, но это было самым настоящим свиданием. С длинными разговорами, смехом и флиртом. Они затронули так много тем, и каждый раз Тео подхватывал её мысли на лету, продолжая фразы, которые Гермиона только начинала говорить.       За всё то время, что они провели на этом уютном балкончике небольшой пиццерии, она ни разу не почувствовала неловкость. Складывалось впечатление, что Нотт был её старым знакомым. Знакомым, который спустя столько лет мог получить шанс стать кем-то большим.       — Прошу прощения, очень не хотел бы вас прерывать, — мило улыбнулся подошедший официант, — но мы уже закрываемся. Могу принести вам счёт?       Тео охнул, всё ещё широко улыбаясь, и кивнул молодому мужчине. Он откинулся на спинку стула, немного наклонив голову вбок. Одна рука спокойно лежала на столе, а вторая на бедре. Он постучал пальцами по столешнице, не сводя глаз с Гермионы. Они молчали, переваривая тот факт, что провели за разговорами целый вечер.       — Надеюсь, ты понимаешь, что мне мало лишь одной истории из твоей жизни, — он сказал это так тихо, но Гермиона услышала всё. Она кивнула.       — Хочешь узнать что-то ещё?       — Хочу узнать всю твою жизнь.       — Это не очень-то интересно, — прошептала она, полностью поглощённая этим странным моментом. По позвоночнику прошлась стая мурашек.       — Я люблю неинтересные истории.       На его лице не было и тени улыбки. Каждое слово звучало серьёзно, взвешенно и обдуманно.       В начале этого вечера Гермиона была полностью уверена, что дальше этой встречи их общение не пойдёт. Она ошибалась. Этот Теодор Нотт, которого она узнала за маленьким столиком на балкончике, был абсолютно другим мужчиной, чем тот, которого она встретила у книжных полок. Этот Тео не был похож на наглого мерзавца. Он был внимательным, чутким, весёлым. Он не пытался её очаровать.       Это происходило само собой. За весь вечер не было ни одного момента, когда он мог бы позволить себе переступить какую-то невидимую черту, чтобы задеть чувства Гермионы или высмеять её мнение. Тео делился с ней; кажется, доверял свои мысли. Он искренне смеялся, возмущался и удивлялся. Каждая эмоция была настолько откровенной, что у Гермионы ни разу не возникла мысль о неправильности этой встречи. Наоборот. Всё было до одури правильно.       Даже, когда Тео провёл её до дома; когда собирался уйти, лишь поцеловав ей руку. Даже, когда Гермиона сама подалась навстречу, оставив невесомый поцелуй на его щеке. Всё это было так правильно, что Грейнджер ещё долго улыбалась, как дурочка, поднимаясь к себе в квартиру.       Она улыбалась, пока снимала туфли и расстёгивала пуговицу на джинсах, что порядком надавили в живот. Они явно не были рассчитаны на три порции «Маргариты». Она улыбалась, пока снимала макияж и принимала душ. Но эта улыбка дрогнула, когда она заметила распечатанное письмо на столе, которое получила на работе сразу после обеденного перерыва.       В этом письме Драко спрашивал, будет ли ей удобно поужинать завтра в 19:00 в ресторане «Sketch».