Секретное задание: Любовь

      Джинни молча сидела на диване, полностью откинувшись на спинку. Её руки были скрещены на груди, а взгляд выражал крайнюю степень недоверия, сомнения и скептицизма. Она довольно долго изучала барную стойку, на которой преспокойно стояли две стеклянные вазы. Джинни даже фыркнула несколько раз, когда поняла, что вазы были абсолютно идентичными, а букеты, которые в них стояли, хоть и отличались набором цветов, излучали абсолютно одинаковое подхалимство. Типичный подкат, от которого сводило челюсть.       Гермиона же стойко выдерживала это затянувшееся молчание, тихо попивая тёплый чай со сгущённым молоком. Она прекрасно понимала всю абсурдность ситуации, но отказывалась принимать хоть какие-то меры. Как минимум, причиной тому стали постоянные причитания со стороны лучшей подруги. Как максимум, она попросту не понимала, что ей стоило делать и каким образом выбираться из этой задницы.       — И тебя это не смущает? — подала голос Уизли-Поттер, показывая указательным пальцем на вазы, которые стояли так близко. Неправильно близко. Будто вместо них на столешнице расположились Нотт и Малфой, презрительно осматривая квартиру Грейнджер и её саму.       — Нет? — спросила Гермиона, отпивая глоток чая.       Джинни опустила уголки губ вниз, демонстрируя одобрение.       — Успех, — заключила она, а после встала и подошла к стойке. — Но, увы, абсолютно неправильный, Гермиона. Это, — она отодвинула вазу с пионами подальше от букета лилий, — просто невообразимый пиздец.       Грейнджер скривилась от этого выражения, отставляя чашку подальше.       — Ты бы хоть ради приличия один оставила… — она задумалась, сведя брови к переносице, — не знаю, в спальне, например?       Гермиона громко вздохнула.       — Джин, ты не помогаешь. Сначала выпираешь меня на свидание с обоими, а теперь тебя не устраивает, что оба букета стоят рядом. Это всего лишь цветы!       — Твои любимые цветы. Позволь, я напомню тебе, что даже Гарри иногда забывает этот факт. Спустя столько лет он до сих пор думает, что ты любишь розы, — Джинни сделала максимально пренебрежительную гримасу. — А тут… первый букет и прямо в яблочко.       — Этот факт должен был заставить меня расставить букеты по разным углам квартиры, Джин? — недоумевала Гермиона.       — Нет, не этот, — Уизли начинала злиться. — Мерлин, ты иногда бываешь такой непроходимой… Всё, кажется, набирает больших оборотов, Гермиона. Советую тебе скорее разобраться.       Грейнджер закатила глаза.       — Мы же поставили ограничение в три свидания, помнишь? Ну вот, одно уже прошло.       — И какие выводы ты сделала? — Джинни, кажется, расслабилась, вновь усаживаясь на диван.       Гермиона задумалась на мгновение, а после пересела к подруге, поджимая под себя ноги.       — Начну с Драко. Знаешь, он такой…правильный, что ли. У него всё всегда под контролем, будто он спланировал каждый шаг. Причём и свой, и мой тоже. С одной стороны мне это очень нравится, но с другой — кажется, будто он всё решил за меня.       Джинни поджала губы.       — Не могу сказать, что это плохо. Малфой просто умеет брать на себя ответственность. Разве это не хорошо?       — Да, это отлично. Но когда всё так, складывается впечатление, что рано или поздно станет безумно скучно. За этой правильностью и обстоятельностью обычно скрывается неумение быть «здесь и сейчас». Будто он боится замарать руки, если не спланирует всё заранее.       — Ты такая же, Гермиона.       — А я и не говорю, что мне нравится это моё качество, — засмеялась Грейнджер, замечая довольную улыбку подруги.

***

      Гермиона привыкла быть готовой к свиданиям и встречам, которые приготовил для неё Малфой. Этот случай стал настоящим исключением. Она была абсолютно не собрана, когда в дверь настойчиво постучали, а на пороге оказался не кто иной, как Драко. Он выглядел нетипично, одетый в тёмные джинсы и белое поло. Вместо оксфордов, наверняка из драконьей кожи, он был обут в обычные кроссовки. Единственным привычным аксессуаром остались солнцезащитные очки.       Он выглядел просто, но очень притягательно. Такой образ придавал ему развязности, чего Грейнджер так не хватало. Драко дал ей двадцать минут на сборы, а после спустился в холл, чмокнув перед этим её в щёку. Учитывая внешний вид Малфоя, Гермиона решила, что оденется под стать ему. Выбор пал на светло-голубой джинсовый сарафан с тонкими бретельками на завязках и белые кеды.       Когда Грейнджер спустилась вниз, то вовсе не ожидала увидеть Драко вальяжно рассевшегося на диване, широко расставив ноги. Она привыкла видеть его серьёзным, собранным, с явными аристократическими замашками в поведении. Обычный, привычный Драко Малфой едва ли мог позволить себе такую расслабленную позу. Хотя для обычных людей это было нормой, для Драко, вероятно, это было чем-то из области фантастики. Гермиона мысленно хихикнула, подойдя ближе. Её веселил тот факт, что буквально недавно она обсуждала это с Джинни, а теперь получала нечто диаметрально противоположное тому Драко, которого знала ранее.       Он был более разговорчив. Много шутил и смеялся, не забывая изредка подшучивать над самой Гермионой, что скорее не обижало, а вызывало неконтролируемые приступы глупой улыбки.       — Куда мы направляемся? — кажется, Гермиона уже задавала этот вопрос, но Драко тактично его проигнорировал, ехидно ухмыляясь. Теперь же Грейнджер решительно требовала ответ.       — Так не терпится узнать? — протянул Малфой. Они шли пешком по Чарлтон-уэй, изредка отвлекаясь на красоты Гринвичского парка. Всё это время Драко держал её за руку, будто они уже давно состоявшаяся парочка.       — Конечно, не терпится. Мне нравится быть готовой ко всему, что со мной происходит, — посмеялась Гермиона, вновь вспоминая минувший разговор с подругой. Очень странным казалось требовать от партнёра какой-то легкомысленности, но при этом самой оставаться душной ханжой. — Хотя знаешь, возможно, мне стоит пересмотреть эту свою черту характера, — она вновь улыбнулась, замечая изменившийся взгляд Драко.       — Ты права. Это полезно — менять в себе устоявшиеся привычки. Я вот тоже решил что-то изменить, поэтому сегодня мы идём в арт-галерею, — он подмигнул Гермионе, останавливаясь у входа в какое-то здание.       — Арт-галерею? Увлекаешься искусством? — недоверчиво сощурилась Грейнджер.       Малфой задумался на секунду.       — Не всем, но это определённо придётся мне по душе. Уверен, и тебе тоже, — он вновь подмигнул, крепче сжимая её ладонь в своей.

***

      — Мы ведь не боимся замарать руки, не так ли? — протянул Драко, останавливаясь около ширмы.       Когда они зашли внутрь, и Гермиона смогла рассмотреть всё вокруг, она сначала даже не поверила, что Драко привёл её именно сюда. Арт-галерея оказалась не просто местом, где собирались различные картины, она оказалась местом, где эти картины создавались. Кистей или палитр нигде не оказалось. Лишь белый холст, расстеленный на полу, несколько банок с краской и ширма.       — Мы будем делать это руками? — аккуратно спросила Гермиона, делая шаг к холсту.       Малфой качнул головой, засовывая руки в карманы брюк. Если бы не его слишком уверенное выражение лица, Гермиона с лёгкостью бы решила, что он… боится? Или просто очень волнуется.       — Руками, ногами… в общем-то всем телом, если хочешь. Это называется боди-арт. В создании картины можно задействовать все части тела, — последняя фраза была произнесена на грани шёпота. Мерлин, Малфой действительно переживал. Если присмотреться, Грейнджер могла бы увидеть лёгкий румянец на его скулах.       — И ты… готов создать совместный шедевр? — широко улыбнулась Грейнджер, теперь делая шаг ближе к Драко.       — Почему бы и нет?       — Это подразумевает бардак, грязь и бесконечное веселье, Малфой. Неужели ты готов пожертвовать своей серьёзностью во благо современного искусства? — Гермиона откровенно забавлялась.       — Я жертвую этим исключительно ради тебя, Грейнджер. Имей это в виду, когда я испачкаю и тебя, и себя в краске, — засмеялся он.       Гермиона замолчала на мгновение, закусывая губу.       — У меня нет сменной одежды или купальника.       — Думаю, тебе это ни к чему. У тебя…у тебя и так достаточно открытых участков тела, — он сглотнул, осматривая сарафан.       — Чего не скажешь о тебе. Думаю, футболку нужно снять, — она сказала это так легко и просто, хотя внутри зарождался буйный трепет.       — Так и сделаю, — прохрипел Драко, хватаясь за подол белоснежного поло.

Cravin’- Stileto&Kendyle Paige

      Скрестив руки, он потянул подол вверх, по сантиметру оголяя тело. Гермиона застыла, наблюдая за этой картиной. Никогда ей не приходилось мечтать о подобном, но Малфой казался чёртовым Аполлоном со своим рельефным телом, перекатывающимися мышцами и бархатной кожей. Задрав футболку к лицу, он позволил Грейнджер бесстыдно рассматривать себя, тихо сглатывая вязкую слюну. Когда поло было сброшено, Гермиона еле держала себя на ногах.       — Так лучше? — спросил он, явно издеваясь над выдержкой Грейнджер.       — Определённо.       Драко хмыкнул, делая несколько шагов ближе. Он оказался совсем рядом, вынуждая Гермиону спазматически сглотнуть. Сердце заходилось в бешеном ритме, а глаза непроизвольно опускались ниже. К губам, шее, торсу. Взгляд скользил везде.       — С какой краски начнём? — тихо спросил он, проходясь подушечками пальцев по плечам Грейнджер.       — Всё зависит от того, какую картину мы хотим получить в итоге.       — Меня не волнует итог. Сейчас, — он коснулся её локона, наматывая тот на палец, — я намерен наслаждаться процессом.       — Тогда начнём с зелёной, — протянула Гермиона.       Хотя они оба задыхались от возбуждения, которое лавиной накрыло совсем неожиданно, первые мазки получались чересчур аккуратными и сдержанными. Драко не переходил границы, предпочитая дать Гермионе свободное пространство, чтобы привыкнуть к атмосфере. Он, вероятно, боялся спугнуть её своей напористостью, но едва ли она могла испугаться. Грейнджер ждала этого так же сильно, а потому первый шаг сделала самостоятельно.       — Это ведь совместная картина, правильно? — прошептала она, наклоняясь к банке с розовой краской. Окунув туда руки по запястье, она выпрямилась, подходя к Драко ближе. — Значит, и рисовать её нужно вместе.       Она замолчала, проводя руками по его плечам, опускаясь к локтям и переходя на рёбра.       — Совсем вместе, — закончила Гермиона.       — Ты права, — ответил Малфой, наклоняясь к синей краске. Измазав ладони, он провёл ими по плечам Грейнджер, поднимаясь к шее и ключицам. Она задержала дыхание, когда большой палец Драко остановился в яремной ямке. Они оба были вымазаны в краске. Стояли посреди холста, тяжело дыша и касаясь друг друга руками.       Первой сдалась Грейнджер, накидываясь на него со страстным поцелуем. Малфой подхватил её под бёдра, поднимая и усаживая на своей талии. Пятна краски липли к голой коже, отпечатываясь на теле напротив. Ладони Гермионы оглаживали плечи и лопатки Драко, чертя волнистую дорогу ярко-розовой краски, пока ладони Малфоя рисовали кляксы на её бёдрах. Джинсовый сарафан сильно задрался, но едва ли это кого-то волновало. Нет. Кого-то всё же сильно волновало, и это волнение прекрасно ощущалось ниже пояса.       Гермиона практически задохнулась, когда Драко проник языком глубже в её рот, параллельно опускаясь вместе с ней на колени. Спустя пару глубоких поцелуев они оба лежали на холсте, вымазывая бумагу собственными телами. На белоснежном полотне появлялись синие, зелёные и розовые пятна. Разводы, не говорящие ни о чём, кроме страсти и желания.       Драко опёрся ладонью о пол, нависая сверху и оставляя всё более глубокие поцелуи на жаждущих губах Грейнджер.       Картина получилась превосходной. Мало понятной для остальных, но абсолютно очевидной для Драко и Гермионы.

***

      — Хорошо, допустим, с Малфоем разобрались. Что по поводу Тео? Кажется, ты была очень счастлива после вашей последней встречи, — не унималась Джинни. Ей определённо хотелось помочь Гермионе сделать этот сложный выбор. Или хотя бы подвести её к этому. Обсуждение недостатков двух горячих мужчин, которые всячески ухаживали и проявляли свою заинтересованность, было одним из самых эффективных способов. Пока.       — Тео, что ж, — начала Гермиона, потирая большим и указательным пальцами подбородок, — иногда у меня складывается такое ощущение, будто он надеется только на себя. Ну, знаешь, это сильно тесно граничит с самоуверенностью, о которой я говорила тебе раньше.       Джинни задумалась.       — Здесь я тоже не могу назвать это абсолютно плохим качеством, Гермиона. Тебе не кажется, что мужчина должен быть всегда уверен в своих действиях?       — Своих — пожалуйста. Но, когда дело касается нас обоих, я хочу получать столько же. Не очень приятно, когда мужчина не воспринимает тебя как такую же опору и поддержку.       Джинни подняла в удивлении брови.       — О какой опоре и поддержке идёт речь, подруга? — засмеялась Уизли.       — О самой обычной. Если ты забыла, он заставил меня сесть на метлу и довериться его умениям вести.       — Прямо таки заставил? Угрожал? — Джинни ухмыльнулась, понимая, что впредь Гермиона сильно задумается о подборе правильных выражений.       Грейнджер громко вздохнула.       — Я ни в коем случае не жалею, что доверилась ему. Я даже в какой-то степени рада, что это был именно он. Я доверяю ему будто подсознательно, но в ответ такого же доверия не чувствую. Это, знаешь ли, наталкивает на неприятные мысли.       Джинни подсела ближе, кладя ладонь на колено Гермионы.       — Для подобного нужно время, Гермиона. Доверие гораздо глубже, чем мы думаем. Ты можешь довериться и сесть на метлу, но побояться раскрыть свои мысли и переживания, или наоборот. Мне кажется, Нотт к такому просто не привык. Ты же знаешь, какое детство у него было. Начни с малого и не жди, что всё случится по щелчку пальцев.       — Я и не жду. Просто надеюсь, что Тео не думает, будто мир вращается вокруг него одного, — улыбнулась она, кладя руку поверх ладони Джинни.

***

      Солнце уже давно зашло за горизонт, когда Гермиона отвлеклась от изучения документации. Глаза нещадно болели, но усталость совсем не портила внутренние ощущения, которые появились совсем недавно. Это случилось, когда на окно присела незнакомая сова с письмом в клюве. Письмом от Тео, который просил, чтобы Грейнджер не планировала ничего вечером следующего дня. Он должен был забрать её в четыре часа вечера.       Гермиона потёрла глаза, немного улыбаясь от предвкушения. Эти двое мужчин здорово её разбаловали за последние несколько дней. Но если ещё совсем недавно Гермиона всячески противилась подобному, сейчас же, кажется, она словила волну, по-настоящему наслаждаясь всем происходящим. Её не смущало наличие разных букетов от разных мужчин, разного запаха от одежды по окончании свиданий или разных ощущений на губах. Это не смущало не потому, что Гермиона медленно, но верно превращалась в эгоистичную «разбивательницу» мужских сердец. Нет. Это не смущало, потому что она действительно желала обрести что-то настоящее и крепкое. Что-то, что не разрушится от лёгкого дуновения бытовых проблем. Ей хотелось обрести себя. Такую, какой она есть и всегда была. Любящую и нежную.       Вновь легко улыбнувшись, Гермиона захлопнула папку и направилась в спальню, намереваясь хорошенько выспаться. Назойливые мысли всё реже надоедали. Взамен пришли спокойные размышления. Она обдумывала всё, что с ней происходило, мысленно делая какие-то пометки, которые могли бы помочь в будущем сделать выбор. Она хотела быть полностью готовой к этому выбору. Грейнджер надоело откладывать это в долгий ящик, прикрываясь работой или недостатком времени. Времени было действительно мало, но не для любви, а для её отсутствия.

***

      Тео не указал в письме, куда они направляются, лишь попросил надеть что-то лёгкое. Гермиона долго не думала, остановив свой выбор на белом шёлковом платьице с открытой спиной, белой шляпе с широкими полями и босоножках на тонкой невысокой шпильке. Покрутившись около зеркала, она уже думала выходить, но остановилась, решив нанести немного парфюма на открытую шею и запястья.       Так она пахла в их первую встречу. Но если в тот раз Гермиона ошиблась, принимая обёртку Теодора Нотта за чистую монету, то сейчас она искренне желала воспроизвести всё по новой. Не ошибаясь в человеке на этот раз. Робко улыбнувшись собственному отражению, она выскользнула из квартиры.       Тео ждал на террасе, плечом подпирая массивную колону у крыльца. Полностью осмотрев его высокую фигуру, Гермиона едва не споткнулась. Нотт выглядел потрясающе. Песочные брюки, белая льняная рубашка, лоферы и солнцезащитные очки. На фоне такой светлой одежды его тёмные волосы и чёрные узоры видневшихся из-за воротника татуировок так выгодно выделялись, что запросто приковывали к себе всеобщее внимание.       Гермиона не была исключением. Она с наслаждением рассматривала его, медленно подходя ближе. Тео держал в руках небольшой крафтовый пакет. Завидев Гермиону, Нотт снял очки и широко улыбнулся.       — Какая ты красивая, — проговорил он, делая широкий шаг навстречу Грейнджер. — Привет, — прошептал Тео, наклоняясь ближе к её губам.       Гермиона не смогла сдержать улыбки, когда в нос ударил запах Тео — мятных конфет и сандала — и свежей выпечки. Она ответила на мягкий поцелуй, заводя руки ему за шею. Нотт уже было хотел отстраниться, но Грейнджер надавила на его затылок, чтобы чуть растянуть этот момент. Даже для самой себя она не могла объяснить этот жест. Просто хотелось целовать его дольше. Хотя бы на мгновение. Тео улыбнулся сквозь поцелуй, и когда Гермиона всё-таки отстранилась, он опустил лицо к её шее, коротко проводя носом по коже.       — Как вкусно ты пахнешь, — прошептал он, пуская вдоль позвоночника Грейнджер табун громадных, но приятных мурашек. — Я помню этот запах. Ты так пахла, когда я впервые тебя поцеловал.       У Гермионы буквально перехватило дыхание от этого признания. Возможно, Тео и не вкладывал в него слишком потаённый смысл, но ей явно польстило это. Он помнил, как она пахла.       — И ты вкусно пахнешь, — промурлыкала она, вдыхая тёплый и сдобный аромат. — Это французские булочки или творожные круассаны? — хихикнула Гермиона, заглядывая в глубокие светло-синие глаза.       — Булочки, — мягко улыбнулся Тео. — И ты получишь их немного позже, — он легонько щёлкнул Гермиону по носу, вновь надевая очки. Нотт взглянул на наручные часы. — Нам пора, — произнёс он, предлагая Гермионе локоть для аппарации. — Готова?       — Да, — кивнула Грейнджер, обнимая его руку.       Аппарация перенесла их в международный терминал, куда совсем недавно переместилась Гермиона, возвращаясь из Америки. Повернувшись к Тео, она заметила загадочную улыбку на его лице и хитрый прищуренный взгляд. Она не стала задавать вопросов, предпочитая полностью положиться на мужчину. Нотт отвёл её в кабинку, где они уселись в широкие комфортные кресла, после он предложил ей воды и спросил, как она переносит перемещения. Грейнджер уверила его, что абсолютно спокойно относится к международной аппарации, но отметила про себя его заботу. Когда в их кабинке появилась работница терминала, Гермиона вдохнула поглубже, готовясь к прыжку.       Первое, что Грейнджер увидела приземлившись, было яркое закатное солнце. Настырные лучи упорно пробивались сквозь широкие и высокие окна терминала, заставляя на несколько мгновений зажмурить глаза. Было слышно не очень много голосов. Гермионе понадобилось пара секунд, чтобы прийти в себя, как вдруг сбоку послышался звонкий голос.       — Добро пожаловать во Францию, — прощебетала приятная на вид брюнетка с чёрными волосами, собранными в низкий пучок.       Грейнджер охнула, переводя взгляд на Тео, который сейчас улыбался ещё более ехидно, чем в терминале Лондона.       — Тео! Франция?       — Угу. Мы в Ницце, Гермиона, — улыбнулся Нотт, подавая ей руку.       Это было что-то невероятное. Грейнджер закусила губу, не веря в происходящее. Она вложила свою ладонь в руку Тео, наслаждаясь его мягким прикосновением. Внутри поднимался нежный трепет. Хотелось смотреть немного дольше, трогать и целовать. Хотелось утонуть в его объятиях, но вместо этого она коротко улыбнулась, сжимая его длинные пальцы.       — Не верю, — прошептала она так, чтобы Тео не услышал.       Побывать в Ницце было её давней мечтой, но по какой-то причине она всё не находила на это времени. Странно, правда? Учитывая все возможности современного магического мира, Гермиона могла запросто оказаться в городе мечты в считанные секунды, но откладывала это в до абсурда долгий ящик. Но, по правде говоря, сейчас она была этому даже рада. Причиной тому стал Тео. Оказалось гораздо приятнее исполнять мечту не самой.       Они вышли из терминала, оказываясь на Английской набережной. Гермиона глубоко вдохнула вкусный французский воздух, немного прикрывая глаза и подставляя лицо закатным лучам.       — Я мечтала побывать здесь много лет, — вновь прошептала она, но в этот раз Тео всё услышал. Когда она открыла глаза, наткнулась на удивлённое лицо Нотта. Он улыбался краешком губ.       — Правда? Я не знал, — он казался действительно поражённым.       — Угу, — промычала Гермиона.       — Получается, я исполнил твою мечту? — он развернулся к ней всем корпусом, беря её ладонь в другую руку.       — Получается, так, — выдохнула Грейнджер, наблюдая, как меняется его выражение лица. Она могла запросто увидеть в нём миллион эмоций. Тео был рад, практически счастлив, будто он только что выиграл в лотерею. Он скользнул рукой в свои волосы, пальцами перебирая объёмные кудри.       — Невероятно. Я грёбаный счастливчик, Гермиона, — засмеялся он.       Грейнджер поддержала его смех, забавляясь ребяческой реакцией Тео.       — Идём. Нас ждёт что-то потрясающее, — он потянул её за руку в сторону пристани.

What about us — PINK

      Они прошли вдоль набережной, спускаясь к пристани, вдоль которой расположилось бесчисленное количество самых разных лодок, яхт и парусников. Тео уверенно вёл её вдоль лазурной воды, пока они не остановились около небольшой парусной яхты. Белоснежное судно слепило глаза, а такой же белоснежный парус приятно желтел от ярких солнечных лучей.       — Прошу, — поклонился Тео, предлагая ей руку, чтобы помочь взобраться на борт. Гермиона тихо ахнула, до сих пор сомневаясь в реальности происходящего.       Они поднялись на деревянную палубу, удобно размещаясь на мягких диванчиках на носу. Посередине стоял невысокий столик с бутылкой белого вина, фруктами и булочками, которые мгновением ранее Тео выложил на блюдо из своего крафтового пакета. Яхта тронулась, неся их в глубины Лазурного моря. Всё то время, пока лодка набирала скорость, а нос рассекал кристальную воду, Гермиона широко улыбалась, наслаждаясь прекрасными видами вокруг. С одной стороны всё так же простиралась Английская набережная, пока с другой — была бескрайняя лазурная вода. Тео держал её за руку, подливал вино и не забывал подавать с блюда булочки, которые так обожала Гермиона. Всё казалось настоящей сказкой.       Постепенно солнечный свет приобрёл глубокие красные оттенки, мешаясь с огненными цветами и жёлтыми переливами. Мотор заглох, а Тео вдруг замолчал, прерывая свой рассказ о какой-то ерунде. Он посерьёзнел, переводя взгляд с воды на лицо Гермионы. Их яхта остановилась в каком-то по истине живописном месте. С правой стороны можно было рассмотреть Старый город с невысокими бело-оранжевыми зданиями и бесконечной зеленью. Внизу города простирался широкий пляж, а слева показалась красочная часть города, которую Гермиона могла бы с лёгкостью узнать из тысячи других. Мыс Антиб с его розово-кремовыми постройками старых вилл и крепостей выделялся среди сплошного соснового леса, приковывая к себе даже самые требовательные взгляды.       — Недавно, — он прокашлялся, — недавно ты говорила мне, что хотела бы проводить закат в Заливе Ангелов.       Гермиона охнула, прикрывая рот рукой. Её глаза расширились, едва не прослезившись.       — И я подумал, что было бы здорово исполнить твою… мечту? — полувопросительно сказал Тео, мягко улыбаясь. — А получилось исполнить даже две.       — Тео, — прошептала Гермиона, бросаясь к нему в объятия. Она зарылась лицом в изгиб его шеи, глубоко вдыхая его вкусный аромат. Наслаждаясь его компанией. Наслаждаясь им.       Спустя несколько мгновений она отстранилась, но лишь для того, чтобы крепко поцеловать Тео в губы, как бы благодаря за его внимательность. За него самого.       — Спасибо, Тео, это…это невероятно, — шептала она, оставляя короткие поцелуи на его губах.       Они поднялись с диванчиков, подходя к самому форпику. Тео стоял сзади, нежно и трепетно обнимая Гермиону за талию, пока она со слезами на глазах наслаждалась самым потрясающим закатом в своей жизни. Уже вторым. Вторым потрясающим закатом с одним потрясающим мужчиной.

       ***

      — Ну же, Гермиона! Просто попробуй, — смеялся Тео, умоляя Грейнджер стать к штурвалу.       — Ни за что! Я никогда этого не делала. Я не умею! — противилась она, но широко улыбалась.       — Здесь нет ничего сложного, и я буду рядом, если понадобится помощь. Ну же, давай, — Тео потянул её за руку, пока Грейнджер не устроилась за рулевым колесом.       — Вот так, просто держи. У тебя всё получится, — прошептал он ей на ухо, кладя большие ладони на талию.       — Тео, Мерлин, положи руки обратно. Я могу не справиться, — протестовала Гермиона, крепче сжимая штурвал.       — Я тебе доверяю, Гермиона, — улыбнулся Нотт, щекоча своим дыханием её ухо. А после отклонился, чтобы громко закричать. Вероятно, от счастья.       Гермиона заливисто засмеялась, самостоятельно направляя яхту по водной глади. Они неслись вдоль Ниццы, хохоча, крича и обнимаясь, пока их сердца отбивали одинаковый ритм.