Тень или...?

Аарон сидел за столом в своей комнате и читал конспекты. Скоро сложный тест по английскому, и он обязан написать его хорошо. В последнее время он уделял учёбе всё свое свободное время – это помогало очистить голову от других мыслей, неустанно лезущих в его голову. От мыслей о Кевине. На тренировках Дэй не обращал на Миньярда внимание, а в любое другое время просто избегал. Парень был так погружён в чтение, что не заметил, как дверь в его комнату со скрипом открылась, а потом, словно бы специально, ею хлопнули, намереваясь, тем самым, привлечь его внимание. Аарон, почувствовав чужое присутствие, повернул голову вправо, удивлённо вздрагивая: на край стола уселся Эндрю, пристально всматривавшийся в лицо брата. Сузив глаза, Эндрю строго произнёс: — Что у тебя с Нилом? Их ночные посиделки с Джостеном стали своеобразной традицией. Нил возвращался со своих ночных тренировок и каждую ночь заглядывал на кухню, где уже сидел Аарон. В какие-то дни они просто молча сидели друг напротив друга. В какие-то, между ними завязывались небольшие диалоги: это могли быть споры об экси, разговоры на испанском языке, который оба знали, или о любой другой чепухе. Оказывается, у них очень много тем для разговоров. Посидев немного на кухне, парни расходились по комнатам. — А что у меня с Нилом? — интересуется Аарон, не отрываясь от своих записей. — Что за ночные посиделки? Что ты хочешь от него? Так вот, в чём было дело: Эндрю волнуется о своём парне. На лице Аарона на секунду проскакивает гримаса боли. Снова волнуются не о нём. Снова он пустое место. Не выдержав, парень кладёт перед своим близнецом ручку с бумагой. — Напиши мне полный список тех, с кем мне нельзя общаться! — прошипел Аарон, — Чтобы я к ним не приближался! Эндрю выглядит удивлённым. Если не считать смерть Тильды и дней, когда Аарон слезал с наркотиков – его близнец никогда не кричал на него. Даже если и ругался, то всегда делал это спокойно. — Не смей делать ему больно, — низким тоном отвечает Эндрю. Аарону словно зарядили пощёчину. Снова защищают не его. Снова его считают злом во плоти. Да что, блять, он делает не так? По его щеке скатилась одинокая слеза, что не укрылось от внимания Эндрю. — Что ж, — произнёс Аарон, сдерживая дрожь в голосе, — Я ничего ему не сделал, но, раз так, больше не буду с ним говорить, если тебе это не нравится, — Миньярд наставляет указательный палец на брата, — Я считаю, что не заслужил такого отношения от тебя. А теперь, уж извини, но я должен заниматься. Аарон хватает свои вещи и выбегает из комнаты, оставляя Эндрю в одиночестве со своими мыслями.