Мы друзья или это просто выгода

Маленькая и немного пыльная комната, располагающая двумя односпальными кроватями, втиснутыми бок о бок, между которыми едва хватает места, чтобы пройти поодиночке. Постельное белье, разложенное агентом МакКоллом аккуратными серыми стопками, дешёвое и колючее, но чистое, слегка пахнущее кладовкой. Потрёпанная сумка Тео свисает с одной кровати. На другой одежда Лиама, которая каким-то образом уже вывалилась, образовав беспорядочный клубок. Рэйкен до сих пор не совсем уверен, как ему удалось стать частью этого небольшого побега, который устроил отец Скотта, но, тем не менее, он благодарен, ведь не уверен, что пережил бы еще одну ночь в грузовике, учитывая, сколько людей Монро бродит по улицам. Старший мальчик стоял рядом с Лиамом, когда МакКолл-старший оглядел всех, пересчитав, и кивнул, – Вам нужно где-то остановиться, пока вы решаете, куда идти, – сказал он, а затем предложил убежище в нескольких милях от Бикон-Хиллз. Тео расстегивает молнию своей спортивной сумки, перебирая скудный ассортимент одежды в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить пижамой. На нем все еще та же одежда, в которой его пытали, и она кажется хрустящей и прогорклой от пота. Однако в квартире, в которой они обосновались, только одна ванная, и он не планирует испытывать судьбу, принимая душ раньше, чем кто-либо из остальных пяти человек, находившихся в доме, у каждого из которых уже есть достаточно веских причин ненавидеть его. Тео достаёт боксеры с футболкой и, аккуратной стопкой, кладёт их рядом с собой, слушая скрип закрывающегося крана. Лиам входит через несколько минут, влажные волосы торчат во все стороны, и Тео при виде него дышит сквозь знакомое небольшое покалывание в груди. В последний раз, когда они были лицом к лицу, до сегодняшнего дня, он собирался отправиться на Дикую охоту, чтобы спасти свою девушку, которая, похоже, теперь вне игры. Тео благоразумно удалился вскоре после того, как Всадники ушли, решив, что ему лучше скрыться, прежде чем кто-нибудь успеет вспомнить множество причин, по которым его отправили под землю в первый раз. В то время казалось, что Лиам с большим трудом терпел Рэйкена, но он почти уверен, что теперь Данбар презирает его еще больше; Тео просто не совсем понимает, почему. Не то чтобы он чего-то сильно ожидал. Но, он думал, они расстались на хорошей ноте, и именно поэтому это было немного похоже на удар под дых, когда первой реакцией Лиама при виде его была явная ярость. – Душ бесплатный, – говорит голубоглазый, все еще с каменным лицом. Он бросает мокрое полотенце на край кровати, а не вешает на крючки за дверью – часть Тео это напрягает, ведь это сделает влажное пятно на покрывале – и плюхается на край кровати, доставая телефон. Он даже не смотрит на Тео, несмотря на горячий колючий запах, исходящий от него. Однако через несколько мгновений Тео понимает, что смотрит слишком пристально, туго сжимая тонкую ткань полотенца в пальцах. – Спасибо, – говорит он после слишком долгой паузы и отводит глаза. Его одежда все так же лежит маленькой кучкой, ожидая его, поэтому он сгребает ее в охапку и встает, быстро пересекая комнату. Надежно заперевшись в ванной, он осматривает медленно заживающие раны на животе, плече и груди, где охотники Монро изрешетили его пулями через окна его грузовика. Большинство из них Тео грубо выковырил в туалете на станции, но одна застряла у него в плече, и он знал, что будет слишком грязно, чтобы ее удалить с теми ограниченными временем и ресурсами, которые у него были под рукой. Плоть вокруг ранения в основном зажила; ему придется вскрыть её, чтобы вытащить пулю. Он стискивает зубы, выпускает когти на правой руке и принимается за работу. К тому времени, как пуля вылетает, он бледен и весь в поту от усилий, которые он приложил, чтобы не издать ни звука. Тео бросает эту мерзкую штуковину в мусорное ведро рядом с унитазом, затем тщательно вытирает кровь, которая растеклась по раковине и – он корчит гримасу отвращения из-за алого пятна – зеркалу. Чудесным образом в душе все еще есть горячая вода, и она обрушивается на его ноющее, исцеляющееся тело как благословение. Боже, черт возьми, это хорошо. Он не может сдержать крошечного вздоха наслаждения, который он испускает, прежде чем сжать челюсти. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз принимал нормальный душ; он тайком ходил в местный спортзал и бассейн, иногда в среднюю школу после наступления темноты, но обычно ему везло, если он получал больше, чем вялую едва теплую струйку. Он позволяет себе минуту просто стоять, пока усталость отягощает его конечности, но затем заставляет себя открыть глаза и вытащить мокрый пакет из-под полотенца и дешевый флакон мыла, который он украл несколько месяцев назад, вместе с зубной щеткой и несколькими другими предметами первой необходимости в час пик в продуктовом магазине в центре города. Теперь сумка заполнена примерно на четверть, и он делает мысленную пометку заглянуть в шкафчики в ванной, прежде чем они уйдут. Не похоже, что ФБР заметит пропажу нескольких туалетных принадлежностей. Так приятно быть чистым, по-настоящему чистым, с перспективой выспаться в настоящей постели, что Тео забывает стереть слабую улыбку со своего лица к тому времени, как возвращается в комнату. Лиам отрывает взгляд от своего телефона, когда Тео входит, его глаза сразу же сужаются. – Что смешного? – подозрительно спрашивает он Тео колеблется, но затем решает, что в данном случае правда, вероятно, является лучшим вариантом. – Ничего, просто приятно быть чистым, – говорит он Лиаму и сосредотачивается на уборке своих вещей. Он прячет мокрый пакет обратно в сумку, затем делает три шага назад к двери, чтобы повесить полотенце на один из крючков. Он колеблется, затем поворачивается обратно к Лиаму, указывая на его полотенце, все еще влажное, лажащее на краю кровати. – Ты хочешь, чтобы я его повесил? Лиам слегка моргает, выглядя сбитым с толку. – О, да, спасибо. – он бросает полотенце в сторону Тео, который ловит его и аккуратно вешает на крючок рядом со своим. Сделав это, мгновение мнется, понимая, что на самом деле ему сейчас нечем заняться, кроме как спать. Однако, когда он поворачивается обратно к кровати, Лиам кладет свой телефон экраном вниз на прикроватный столик и молча наблюдает за ним. Тео подавляет желание прикусить губу и, собравшись с духом, ждет, что будет дальше. – Я слышал, как ты рассказывал Скотту о том, как охотники на тебя набросились, – в конце концов говорит Лиам, изучая взглядом лицо Тео. Он кивает, заставляя себя расслабиться и снова начать двигаться, садясь на кровать напротив Данбара. – Кстати, что ты там делал посреди ночи? Рэйкен проводит ладонью по лицу, а затем по влажным волосам, откидывая их назад. У него на языке вертятся по меньшей мере три правдоподобных лжи, но какой в этом толк, на самом деле? Он устал лгать. А также его желание не лгать Лиаму, в частности, все запутано, и в любом случае это ничего не изменит. – Я пытался заснуть, – говорит он прямо, – Ты ведь знаешь? Так как я живу в своей машине,– добавляет он, просто чтобы быть мудаком, потому что он знает, что Лиам будет взбешен из-за этого. Тео пристально смотрит на уродливую кремовую стену за плечом Данбара. – Ты… живёшь в машине? – спрашивает Лиам после многозначительной паузы. Он звучит довольно скромно и совсем не злится, что достаточно удивительно, чтобы невольно привлечь взгляд Тео обратно к его лицу. – Это — отстой, чувак. Тео издает нечто похожее на смех. – Да, Лиам, – говорит он немного язвительно. – Все в порядке, – добавляет он мгновение спустя, что является ложью, но, как говорит ему выражение лица парня напротив, не особо правдоподобной. Он потирает свое медленно заживающее плечо через рубашку. С каждой минутой сон становится все лучше и лучше. – Они подстрелили тебя, – тихо говорит Данбар. – Она все еще кровоточит, – он кивает в сторону плеча Тео; и действительно, когда зеленоглазый трогает место ранения, его пальцы касаются важного пятна – крови. Он раздраженно шипит; это была одна из его последних чистых рубашек, и он думал, что кровотечение остановилось в душе. Лиам наклоняется вперед через узкую щель между кроватями, хмурясь, но он выглядит скорее обеспокоенным, чем сердитым. Тео немного ерзает, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом. Колени Данбара ударяются о его собственные, вытряхивая из этого состояния. – Все в порядке, – снова говорит он. На этот раз это правда – он чувствует, как плечо медленно заживает: разорванная плоть и мышцы срастаются сами по себе. – Можно мне посмотреть? – спрашивает Лиам. Тео сглатывает, колеблясь. Черт возьми, этот день действительно делает все для того, чтобы достать его, не так ли? Но говорит – Да, неважно, – Однако, когда он тянется, чтобы оттянуть вниз плечо своей футболки, она не растягивается достаточно, чтобы обнажить больше, чем его ключицу и покраснение вокруг раны. – Просто сними рубашку, – говорит Лиам, его голос звучит хрипше, чем обычно, и Тео прикусывает губу, подчиняясь.Черт, черт, думает он и пытается напомнить себе все причины, по которым его глупая, безнадежная влюбленность глупа и безнадежна. Но затем Лиам кладет руку ему на плечо, аккуратно избегая раны, и слегка двигает его, чтобы он смог осмотреть повреждения при лучшем освещении, и мозг Тео загорается, как у идиотского подростка. Руки Лиама теплые, лицо сосредоточенное, брови нахмуреные, голубые глаза изучают плечо Тео. Рэйкен молча наблюдает за ним, каждый дюйм его кожи жаждет большего прикосновения Лиама, и ему хочется ударить себя головой о спинку кровати. Боже, ему нужно взять себя в руки. – Ты только что достал её? – Спрашивает Лиам, и мягкая интимная хрипотца его голоса заставляет дрожь пробежать по спине Тео. – В ванной, – отвечает он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Лиам хмыкает. Его левая рука все еще лежит на плече Тео, он поднимает другую руку; у Рэйкена перехватывает дыхание, когда парень проводит пальцем по неповрежденной коже вокруг заживающей раны. – Лиам... – сдавленно произносит он и обеими руками вцепляется в покрывало по бокам. – Скажи мне остановиться, – говорит Лиам и смотрит Тео в глаза. Его зрачки широкие и темные. – Скажи мне остановиться, и я остановлюсь. – Не останавливайся, черт возьми, – говорит Тео, а затем сжимает футболку Лиама и дергает его вперед.

***

Когда они заканчивают, одна рука Лиама все еще небрежно перекинута через талию Тео. Святое дерьмо, сообщает ему его разум. Это было нечто особенное. Это случилось. Он краем глаза смотрит на Тео, а затем вынужден силой отвести взгляд. Волосы Рэйкена в полном беспорядке, его щеки слегка порозовели, а ресницы касаются щек, когда его грудь поднимается и опускается. Его вид заставляет Лиама чувствовать себя немного сумасшедшим, как будто он хочет снова вонзить зубы в нижнюю губу Тео и укусить. Ну, по крайней мере, это лучше, чем бить друг другу морды. Может быть, ему стоило попробовать это с Бреттом, уныло думает он, отгоняя внезапную боль, которая преследует его по пятам от этой мысли, и вытягивает руки назад. Движение толкает Тео, и он издает тихий звук протеста, не открывая глаз. Лиам сглатывает, думая о том, как легко Тео стал неподвижным и податливым под его телом, о небольшом дрожащем звуке, который он издал, когда Лиам приоткрыл рот, касаясь его ключицы. Он со вздохом скатывается с матраса Тео, чувствуя себя расслабленным, довольным и приятно уставшим, и пересекает узкую щель, чтобы плюхнуться обратно на свою кровать. – Это было намного веселее, чем я ожидал, деля с тобой комнату, – говорит он Тео, складывая руки за головой. Тео фыркает. – Ах, да? – Ага, – говорит Лиам, сгибая шею, чтобы размять её, а затем щелкает челюстью, когда к нему подкрадывается зевота. Он почти уверен, что сегодня ночью будет спать лучше, чем за последние недели. – Думаю, в конце концов, есть что-то в сексе на почве ненависти. Тео отвечает не сразу; вероятно, он уже на пути к тому, чтобы заснуть. Когда он это делает, в его голосе и запахе есть что-то немного странное, что Лиам не может понять. – Секс на почве ненависти. Да, – Он двигается с легким шаркающим звуком, предположительно, потянувшись за дешевой коробкой салфеток, чтобы убрать беспорядок на своей футболке. Лиаму в этом отношении повезло больше, его одежда осталась незапятнанной. – Если ты кому-нибудь расскажешь об этом... – начинает Лиам, потому что ему, вероятно, всегда нужно прикрывать свою задницу. Он поворачивается, чтобы посмотреть на Тео, но тот уже перекатился на бок, и Лиам не может видеть его лица, только сгорбленные плечи. Однако, когда он говорит, его голос снова звучит вполне нормально. – Да, да, я знаю. У меня нет желания умереть. Лиам выдыхает через нос, глядя в потолок. Что-то не дает ему покоя, какое-то смутное ощущение неправильности, которое он никак не может понять. – Взаимно гарантированное уничтожение, я полагаю, – комментирует он. – Иди спать, Лиам, – тихо говорит Тео, и теперь он действительно звучит усталым, измученным до костей. Он прикрывает глаза рукой, но, похоже, забыл выключить свет, поэтому Данбар встает и делает это за него, погружая комнату в темноту. – Спокойной ночи, Тео, – говорит он, ощупью пробираясь в темноте к своей кровати, но ответа не получает.