Philautia

Фрейя услышала свист рассекающего воздух огненного клинка и без проблем поднырнула под него, она уже давно привыкла не только уклоняться от врагов, но и выплетать свои движения вокруг оружия Кратоса. Иногда она задавалась вопросом, догадывается ли спартанец о том, насколько эффективнее были бы ее действия в бою, если бы ей не приходилось тратить силы и распылять внимание, отслеживая его вращающиеся клинки и летающий топор. Они сражались бок о бок уже много лет без инцидентов, Фрейя справлялась, поэтому никогда и не поднимала этот вопрос. Что ж, спустя несколько мгновений она сильно об этом пожалела. Уклоняясь от случайного рикошета чьей-то стрелы, Фрейя потеряла равновесие, предупреждение Мимира запоздало, и она не успела среагировать. Горящий клинок задел бок, звук двух ее треснувших нижних ребер, казалось, раза три отразился эхом от окружающих камней. Клинок одновременно разрезал и прижег плоть. «Интересно, есть ли название для такого у лекарей?» - эта мысль успела промелькнуть, но в следующий момент ноги стали ватными от боли, и она рухнула на землю. Кратос уложил последнего противника, небольшого, но свирепого дракона, тем же самым взмахом клинков, что задел Фрейю. Паника в голосе Мимира заставила его резко обернуться на знакомый звук ломающихся костей. Фрейя была на земле, опираясь на колени и локти и опустив голову, она часто и неглубоко дышала. Бывало, что в бою ее сбивали с ног, но она всегда мгновенно вскакивала и вновь бросалась в сражение, сейчас же секунды утекали, а она… Кратоса замутило. «Она не может встать». - Фрейя! Она слышала его приближающиеся шаги и закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться и успокоить дыхание, борясь с нарастающей паникой – она не могла вдохнуть. Кратос упал рядом с ней на колени, облачко взметнувшейся пыли заставило ее закашляться, и она вскрикнула – ребра полыхнули болью. - Как я могу?.. Что мне сделать?.. Она подняла руку, останавливая его, и простонала между паническими попытками вздохнуть: - Я… не… могу… дышать. Кратос потянулся к ней и взял ее лицо в ладони, как он много раз делал, успокаивая приступы ярости маленького Атрея, и заставил Фрейю посмотреть на него. - Фрейя, слушай мой голос и дыши вместе со мной. Не отводя взгляда, она попробовала имитировать его преувеличенно глубокие вдохи и выдохи, получилось с третьего раза. Благословенный воздух наполнил ее легкие, и Фрейя порадовалась, что получившее удар правое все же в порядке. Ослепляющая боль в ребрах солидно подпортила облегчение. - Я думаю, если я выпрямлюсь… то будет… не так больно. Кратос осторожно поддержал ее, и помог выпрямиться и сесть на пятки, все еще оставаясь на коленях. Перемена позы немного облегчила боль, и Фрейя снова закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Слова заклинаний, что могли быть полезны в данной ситуации, никак не складывались в единое целое, разбегаясь в разные стороны. Кровь, казалась, отхлынула от головы куда-то в район коленок, уютно зарывшихся в мягкий песок. Кажется, это и есть болевой шок. - Тебе нужно к Эйр. Я тебя понесу. - Нееет. – Простонала Фрейя. – Не смей. Приказная твердость в ее голосе немного уменьшила бесконтрольно раскручивающийся по спирали страх Кратоса за нее. - Мне нужна всего лишь минута. Я дотяну до лагеря. Она закрыла глаза и стала думать об их постели, чтобы успокоить и перенаправить мысли. Ее пальцы тонут в толстом меховом одеяле, пружинящем под ее ладонью и немного щекочущем, под головой мягкая подушка из гусиного пуха в нежной льняной наволочке, ее тело утопает в матрасе из шерсти и тонких перьев под шелковой простыней, пахнет свежей хвоей, влажной землей и цветами, за ее спиной – его тело, излучающее тепло, его ладонь лежит на ее ребрах, прямо под грудью… Она глубоко вздохнула и открыла глаза, сразу же встретив его взгляд, выдающий немного неуместное любопытство, между прочим. - О чем ты сейчас думала, чтобы успокоиться? - Постель. Он усмехнулся: - Ну, конечно. - Я готова. - Пожалуйста, Фрейя, не могла бы ты хотя бы притвориться, что тебе нужна моя помощь, чтобы вернуться в лагерь? Ну, чтобы хоть чуть-чуть облегчить мою вину? – Он встал и протянул ей руку. - Ладно, - уступила она и схватилась левой рукой за предложенную руку, медленно встала, позволяя телу приспособиться к смене положения. Фрейя несколько раз медленно вдохнула и выдохнула, успокаиваясь, и решилась, наконец, взглянуть на поврежденный доспех. - Ты задолжал мне починку, - едко пошутила она, и его страх за нее еще немного уменьшился. - Ты снова в строю, моя госпожа? Это был ничего так удар, кого послабее бы убил на месте. – Рискнул подать голос Мимир. - Я выживу, Мимир, не надейся. Передвигаясь мучительно медленно, они все же добрались до лагеря, который был благословенно недалеко. В этот раз они расположились внутри просторной пещеры с журчащим ручейком и широким входом, от которого открывался прекрасный вид на лесок, начинавшийся прямо через полянку. Когда они добрались до пещеры, Мимир попросил оставить его у входа, обозревать пейзаж. Он понимал, что сегодня веселый вечерок у костра им не светит. Немного разочаровывает, ведь он давненько не выбирался с этой парочкой на миссии. Пока Кратос устраивал голову со всеми удобствами, Фрейя добралась до бревна у погасшего костра, осторожно присела на него бочком и призвала огонь, язычки пламени послушно взметнулись и принялись облизывать заранее уложенный хворост. Она смотрела на идущего к ней Кратоса сквозь огонь, по его лицу однозначно читались волнение и вина, сплетенные в тугой клубок. Когда он опустился перед ней на колени, его тело излучало почти такой же жар, как и костер. - Можно мне помочь тебе снять доспех? – тихо спросил он. - Да. Его большие руки умело избавили Фрейю от различных частей защитного снаряжения, но, когда дело дошло до нагрудника, она непроизвольно зашипела от боли, потому что за ним потянулась прилипшая к запекшейся крови нижняя туника. Кратос коротко взглянул на нее, явно виня себя за то, что причинил ей лишнюю боль. - Прости. - Ничего страшного, это всего лишь небольшой ожог. – Внезапно она вспомнила о тату, что находилась рядом с ожогом и заволновалась, что та могла повредиться. - Фрейя… Мои навыки лекаря не идут ни в какое сравнение с твоими, но я достаточно наблюдал за твоими действиями, чтобы суметь приготовить мазь для твоего ожога… Если ты мне позволишь. - Конечно. – Она тепло улыбнулась ему. Этой ночью – и только этой – она готова была позволить Кратосу потрястись над ней. Он смешал мазь в небольшой миске и теперь выжидательно помешивал ее ложкой. - Ох, давай. – Фрейя потянула тунику вверх за подол, но сил стянуть ее через голову не хватило, Кратосу пришлось помочь. Она осталась в бриджах и коротенькой нижней рубашке, открывавшей живот, к тому же, пришлось закатать эту самую рубашку повыше, чтобы полностью открыть ожог. Она внутренне улыбнулась, отметив, как его взгляд сначала остановился на ране, затем скользнул по завиткам тату на ее животе, потом снова вернулся к ране. Кратос смыл запекшуюся кровь с помощью теплой воды и мягкой тряпицы и нанес мазь на ожог, стараясь не нажимать на поврежденные ребра. Когда миска с мазью опустела, Фрейя облегченно вздохнула, чувствуя приятный холодок, проникающий в рану и обволакивающий обожженную кожу. Кратос протянул ей мокрое полотенце, чтобы смыть оставшуюся после битвы грязь, и сам занялся тем же самым. - Ты сможешь залечить сломанные ребра с помощью своей магии? - Это ужасно больно, вправлять и соединять кости с помощью магии… Последний раз, когда я попробовала это сделать, я потеряла сознание где-то на полпути. – Фрейя вытянула обе руки вперед и несколько раз сжала и распрямила пальцы: на левой руке они были немного тоньше и кулак сжимался не до конца. – Незавершенные заклинания опасны. К тому же, сросшиеся естественным образом кости прочнее… моя левая рука никогда больше не будет такой же сильной, как правая. - Ты сломала ее в битве? - Хм-м-м… В односторонней битве, так сказать. – Ее голос был тихим и неестественно спокойным. - Расскажешь? - Он любил швыряться мебелью. Это было так инфантильно, что я не могла не смеяться над ним. Той ночью это взбесило его еще больше. Он оторвал ножку от моей кровати и швырнул в меня. Я закрылась рукой, кость треснула, но я все равно получила удар в висок. Сиф обработала рану на голове, а я попыталась залечить руку, несмотря на ее возражения… Я потеряла сознание в Асгарде и пришла в себя в Мидгарде. Остальное ты уже знаешь. – Она улыбнулась ему, пытаясь развеять мрачное настроение, вызванное этим неожиданным поворотом разговора. - Твоя «слабая» рука все равно великолепна. Помнится, ты ей воткнула в меня меч однажды… или дважды. - Вполне заслуженно, - поддразнила Фрейя, и он усмехнулся. - Нам придется отдохнуть недельку, как минимум, чтобы ты восстановилась. Я отнесу Мимира к Сигрун. - И ты выдержишь неделю без сражений? Держу пари, ты умом тронешься от такого. - М-м-м, ты могла бы научить меня наслаждаться ленью. - Я могла бы заплести тебе бороду. - Нет, - усмехнулся он, и Фрейя решила, что все же сможет взять его измором. - Почему эта тату такого… уникального цвета? – Кратос внимательно разглядывал ее живот, хотя мог видеть только нижнюю часть тату, остальное было скрыто краем рубашки и покрывало кожу до самых грудей. Линии тату складывались из затейливых рун и свитков, составляя ниспадающие линии, как у магической ивы, что когда-то показала ему Фрейя. Другие ее тату имели четкие контуры и непрерывные линии, эта же, казалось, распадалась на части, не складываясь в единое целое. – Что здесь изображено? Он поднял взгляд к ее лицу и заволновался, видя, что она раскраснелась, и опасаясь лихорадки из-за раны. - У тебя жар? Не хочешь прилечь? Ты вся красная… - Это не из-за лихорадки. - О… - Он сообразил, что пялится туда, куда, возможно, не следовало. – Прости, мне не стоило смотреть… - Да, ничего. Твоя рука все равно бывает здесь каждую ночь. – Теперь пришла его очередь краснеть, хотя на нем это было не так заметно. – И, кстати, о ночах… - Она взяла его левую руку и осторожно приложила туда, где она лежит, когда они спят. – Да, здесь кое-что изображено. Его глаза расширились в замешательстве, он не знал, как реагировать, его пальцы идеально закрыли линии тату. - Я тебя пометил? – В его голосе прозвучал искренний ужас. Фрейя нежно рассмеялась, видя его испуг: - Только потому, что я тебе позволила. - Что означает эта тату? Почему я… вызвал ее? - Это… Помнишь, ты рассказывал, что в твоих родных землях есть множество слов, обозначающих разные виды любви? Все эти символы и руны… Они представляют концепции любви в ее разных формах. Ему потребовалось несколько минут, чтобы догадаться, на что она мило и прозрачно намекает. - То есть, если бы я не сказал тебе, что ты мне дорога, ты бы все равно знала, потому что… - Он снова опустил взгляд на свою руку, покрывающую тату. - Да. Поэтому, и еще по многим причинам, хорошо, что ты настолько честный. Внезапно он сел, почти рухнул на землю рядом с ней, голова стала легкой, и все вокруг слегка пошатнулось. Настала очередь Фрейи обеспокоенно смотреть. - С тобой все хорошо? - Да… Просто… Голова закружилась? Я не… Я не знаю, как это описать. Иногда рядом с тобой я… В один момент я твердо стою на ногах, а в следующее мгновение мне словно подножку поставили. - Это хорошо или плохо? – Ее развеселил этот образ. - Хорошо. – Он улыбнулся, глядя на нее снизу вверх.

***

Фрейя попыталась устроиться поудобнее и начала поворачиваться на бок, но вовремя сообразила, что так ей будет слишком больно, и перекатилась на спину. - Мне придется спать на спине, - пожаловалась она. - Значит, сегодня мне придется слушать твой храп. – Он видел, что ее раздражает невозможность принять удобную позу, и вина за то, что именно он причина ее дискомфорта, снова начала его грызть. - А я вообще храплю? Ему пришлось задуматься над ответом. - Я не уверен, на самом деле. Ты настолько глубоко зарываешься в одеяла, что я бы не услышал, даже если бы ты храпела громче меня. - Ну, это твоя вина, это ты накупил все эти роскошества. - Ты их настолько ценишь, как я мог не накупить? Ее глаза закрылись, а дыхание замедлилось, кажется, чай, что он заварил раньше, подействовал. - Тебе еще больно? – прошептал Кратос. - Нет, - прошептала она в ответ, нащупала его руку и положила ее не на обычное место, иначе бы пришлось потревожить сломанные ребра, а ниже, на живот, и накрыла своей. Фрейя чувствовала, что он все еще напряжен, как натянутая струна, и проговорила, не открывая глаз: - Тебе не разрешается чувствовать себя виноватым, я запрещаю. - М-м-м, чьей властью? - Моей, я королева этого лагеря. Он глухо рассмеялся, и Фрейя одновременно и услышала смех, и почувствовала его вибрацией в своих многострадальных ребрах. - Что ж, слушаю и повинуюсь, Фрейя, Королева Лагеря в Пещере.

***

- Ты знаешь, сколько тебе лет? Они расположились под деревом, ажурная крона которого пропускала достаточно солнца, но все же давала тень. Фрейя сидела, опираясь на ствол и подложив под спину подушку, Кратос лежал на траве, головой на ее коленях. - Почему ты спрашиваешь? - Любопытство, просто поболтать. - Я думаю, чуть больше тысячи. Я не помню точно. - Тогда мы ближе по возрасту, чем я думала. - Правда? - Да, мне где-то девятьсот восемьдесят… или девяносто. - Я думал, что ты сильно младше меня. - Почему? - Ты выглядишь моложе. - Хм-м-м, может, из-за моей магии? И так как твоя магия привязана к твоим родным землям, которые далеко отсюда, она сильно ослабла. - М-м-м, - проворчал он. – То есть, ты согласна, что я выгляжу старым? Фрейя посмеялась над его поддразниванием, потревожив его голову на своих коленях. - Не старым… умудренным годами, - исправилась она. - Спасибо. - Знаешь, Мимир тоже не из Девяти Миров, но он продолжает выглядеть… цветущим? Нет, это неверное определение для реанимированной отрубленной головы. Я не знаю, каким словом это назвать, но смысл такой, что он… живой только благодаря магии ванов. - И ты думаешь, что магия ванов может помочь мне не выглядеть настолько… потрепанным? - Ты не… - начала Фрейя, но остановилась, сообразив, что он ее опять дразнит. - И как это можно сделать? - Руны будут самым эффективным вариантом… особенно вытатуированные кем-то… - Кем-то, кто силен в магии ванов? - Да. - И где нужно сделать тату? - Где ты сам захочешь. Кратос сразу же подумал о ее татуированных пальцах, тем более что они были у него прямо перед глазами, переплетенные с его собственными у него на груди. - На руках? - Если хочешь. - Хочу. - Ладно… Честно говоря, об одной конкретной тату я давно уже должна была с тобой поговорить. О той, что не даст тебе навредить мне своим оружием. - Ты давно этого боялась? - Не боялась… но была настороже. - М-м-м… - Не впадай в тоску, я не буду делать тату, если ты будешь дуться. - Я не дуюсь. - Как скажешь. – Фрейя в притворном раздражении закатила глаза. – Но имей в виду… Если мы когда-нибудь вдруг снова окажемся по разные стороны баррикад, ты не сможешь защититься от меня – по крайней мере, не с помощью оружия. - Мы не окажемся. - Да, полагаю, что нет. Кратос услышал, что она роется в сумке, лежащей рядом с ней у дерева, а потом увидел, что она оттуда достала: три маленьких пакетика, небольшие ступку и пестик и сверток из толстой кожи, выглядящий как миниатюрные ножны. - Думаю, тебе удобнее будет лежать, пока я работаю. Это будет немного больно и довольно долго. Переляг так, чтобы левая рука оказалась там, где сейчас твоя голова. – Кратос привстал и устроился так, как она велела. – Хочешь что-нибудь под голову? - Нет, трава мягкая. – Он окинул взглядом крону дерева над ними, заметив толстую белку, скачущую с ветки на ветку без видимой цели. Фрейя тоже посмотрела вверх и с намеком на шутку проинформировала: - Она уронила мне на голову желудь сегодня утром. - Непростительная дерзость. Разве она не знает, кто ты какая? - Я это заслужила. Я назвала ее толстой. - Она и есть толстая. Фрейя весело рассмеялась, и он почувствовал на кончике пальца первый укол чего-то, выглядящего как большой шип какого-то дерева. Кратос закрыл глаза, а Фрейя принялась что-то тихо напевать – и после этого для него выключили свет. Он проснулся, когда Фрейя вытирала его пальцы влажной тряпочкой. - Хорошо вздремнул, Рычащий Медведь? - М-м-м… - Ты даже спугнул нашу толстую подругу. - Я не виноват… Это ты напевала что-то усыпляющее. - Да? Я даже не заметила. Наверное, какая-то полузабытая колыбельная ванов… Я не знаю всех слов, да и никто, наверное, не знает. – Она втерла немного охлаждающего бальзама в его быстро заживающие пальцы. - Может, Мимир знает? Фрейя непроизвольно напряглась при этом предположении. - Может быть. Мне надо перестать дергаться при мысли, что он знает секреты ванов. Я пытаюсь… пытаюсь оставить это в прошлом. Я давно уже не ненавижу его, но все сложно… Он как постоянное напоминание о нем, о моем злосчастном браке. Я знаю, он тоже пострадавшая сторона, его пытали, но все же, я не знаю, смогу ли. Но я стараюсь. - Я знаю. - Наши… наши отношения разрушили вашу дружбу? - Нет. Я не буду говорить за него и про его причины не путешествовать со мной постоянно, но основная суть в том, что он хочет «саморазвития», как он это называет. Он считает, что принесет больше пользы, если не будет болтаться у меня на заднице. - Его слова? - Нет, мои. – Кратос улыбнулся, и Фрейя расслабилась, убедившись, что все в порядке. Она нежно погладила его руку у себя на коленях: - Я закончила, на сегодня хватит. Я могу покрыть тату все твои пальцы, если хочешь, но позже, это утомительно. Она подняла его руку так, чтобы он мог ее рассмотреть на фоне листвы и в солнечном свете. - Они… они красные? Фрейя почувствовала, как жар прилил к щекам, внезапно она забеспокоилась: - Ох, прости, я не подумала, что надо было спросить тебя о цвете, я должна была спросить, - Зачастила она. Тату невозможно так просто удалить, и если цвет его не устраивает… - Я просто подумала, что это подходит к твоей татуировке… это твой отличительный цвет… Слава богам, Кратос перебил ее. - Они именно то, что надо. Я просто удивился – не ожидал. - Фрейя облегченно выдохнула. – Что они все означают? Она взяла его руку в свои и начала перебирать пальцы один за другим: - Эта та, о которой я говорила раньше – удар твоим оружием будет для меня легче перышка. Эта поможет тебе сохранять концентрацию в бою. Эта позволит быстрее восстанавливать энергию – но не слишком быстро, чтобы мы могли придремать вдвоем. Фрейя осторожно зевнула: утренняя охота и долгая татуировка утомили ее сильнее, чем ей хотелось признаваться Кратосу. - Давай, иди сюда, поменяемся местами, чтобы ты могла прилечь. Он сел к дереву, но, когда Фрейя попыталась положить голову ему на колени, оказалось высоковато, его бедро было слишком мускулистым, чтобы быть удобной подушкой. В итоге Кратос нашел подушку, на которую раньше опиралась Фрейя, и положил рядом с собой. Она устроилась поудобнее, расстелив волосы у него на коленях, закрыла глаза и удовлетворенно вздохнула, почувствовав, что он взял одну из ее косичек и начал переплетать.

***

Их толстая знакомая, белка, принялась громко стрекотать у них над головами, Фрейя взглянула на нее и понимающе улыбнулась. - Атрей здесь. Давай позволим ему думать, что он застал нас врасплох. Через несколько минут парнишка появился из-за деревьев и не удержался от смеха при виде двух свирепых воинов, блаженно бездельничающих под деревом на солнышке. Даже волчицы лишь лениво подняли морды и улеглись обратно. - И это могучие убийцы дракона? - А как ты думаешь, мы так легко убиваем драконов? Потому что мы любим придремать между схватками. – Улыбнулась Фрейя, глядя на него снизу вверх. Атрей впервые встретился с ними без посторонних после того самого… инцидента, и он опять почувствовал прилив стыда, как и каждый раз, когда ему вспоминался тот день. - Атрей. - Отец. – Он только сейчас заметил в огромных руках отца одну из косичек Фрейи, которую тот переплетал, не глядя. – Ты плетешь косы? - Твое удивление неуместно. Спартанцы очень заботятся о своих лошадях, и я освоил множество затейливых способов плетения. Фрейя фыркнула при этом сравнении. - А я не могу пока поднимать руку так высоко, так что твой отец помогает мне поддерживать в порядке прическу… или гриву, как он, кажется, считает. – Она звонко рассмеялась, и Атрей почувствовал, как неловкость тает. - Мимир сказал мне, что ты была ранена, но он также сказал, что вы убили дракона, так что я немного запутался и решил проверить, как вы тут… Вы же не против? - Нет, конечно. Присоединяйся к нам, тебе выдался шанс взять пару уроков у мастеров лени. – Она похлопала по одеялу слева от себя. – Я почти уже здорова, это был маленький дракон. - Ненавижу драконов, - пробурчал Кратос. Атрей пристроил свое оружие у дерева и лег на спину рядом с Фрейей. Она взяла его руку в свою и повернулась, чтобы разглядеть его повнимательнее. - Что ты пытаешься изобразить у себя на голове? - Что, выглядит ужасно? - Нет. - Да. Оба ответа от взрослых прозвучали одновременно, и отец не скрывал своего низкого мнения. - Это… креативно? – Постаралась смягчить ситуацию Фрейя. – Мне нравилось, когда твои волосы были длиннее сверху, это тебе шло. - Да, мне тоже так нравится. Но я хотел попробовать что-то другое, но это не сработало. - Ты отрастил почти достаточно, чтобы твой отец мог заплести и тебя. - М-м-м. Атрей, когда ты в прошлый раз разговаривал с Фрейей, она дала тебе мудрый совет. Расскажи мне, как ты его применяешь. – Тон Кратоса был приказной, но в нем слышались и нотки заботы, поэтому Атрей не слишком напрягся. Он почувствовал, что Фрейя пожала ему руку, и перевел взгляд на ветки дерева, чтобы успокоить нервы. - Я, эм… Я работаю над тем, чтобы слушать людей и слышать, что они говорят. Это кажется… медленным, но теперь я понимаю, как много на самом деле люди готовы рассказать, если понимают, что их действительно слышат. Я раньше думал, что люди не говорят со мной ни о чем важном, потому что я недостаточно взрослый, но теперь понимаю, что из-за того, что я не обращал внимания на то, что мне говорят. - М-м-м. Что еще? - Эм… «считай, ерш твою медь, до десяти». - Точная цитата, - отметила Фрейя. - Ага. Я обнаружил, что не всегда приходится считать так долго, чтобы понять, что идея глупая. Я, эм, часто использую этот прием. У меня куча глупых идей. Когда я рассказал Ангрбоде, как я поступил с Фрейей, она со мной неделю не разговаривала. - Она мне всегда нравилась. – Кивнула Фрейя. – Но… ты все равно должен иногда творить глупости, но… только те, что без страшных последствий. - О, не волнуйся, я творю. – Хихикнул Атрей. - Ты собираешься остаться на ночь? Твой отец готовит ужин. - Ага, но я не принес спальный мешок. - То есть, ты планируешь остаться, но не приносишь спальные принадлежности? – Проявил характерную суровость Кратос. - Все в порядке, у нас полно всего, чтобы сделать еще одну постель, - беззаботно рассмеялась Фрейя. - М-м-м-м… - Фрейя уже достигла достаточного уровня мастерства в расшифровке его ворчаний, так что склонила голову на бок и попросила Кратоса взглядом дать сыну передышку. - Пойдемте обратно в пещеру, пора ужинать – Атрей сейчас ест за десятерых. Атрей встал и протянул руку, помогая встать Фрейе. Оказавшись на ногах, она наклонилась, чтобы собрать вещи, но Кратос успел первым. С полными руками он зашагал к пещере, уклоняясь от Фрейи, которая пыталась отобрать у него хоть что-то. - Я не беспомощна, я могу нести вещи. - Ты обещала отдыхать всю неделю. - Нести одеяло – это не тяжелый труд. - Просто оставь это мне. - Я могу зашвырнуть и тебя, и все эти вещи отсюда в пещеру. - Я не сомневаюсь, но смысл в том, что ты обещала отдыхать, прекрати упрямиться. - Я не упрямлюсь. - Правда? Фрейя что-то неразборчиво проворчала. - Не рычи на меня. - Ты на меня рычишь постоянно! Атрей шел за двумя препирающимися взрослыми и не мог не посмеиваться про себя. Очевидно, что за последние четыре года, проведенных вместе и почти неразлучно, они сблизились, но он до сих пор иногда задавался вопросом, что для них самих значила эта близость.

***

Атрей лежал в своей постели без сна и пытался сообразить, что разбудило его среди ночи. Изогнув шею, он посмотрел через голову назад, в направлении Кратоса и Фрейи, казалось, они спокойно спали. Костер почти погас, и он встал, чтобы подбросить дров, подумав, что, может быть, проснулся от холода. Он присел у огня и внезапно волосы у него на загривке встали дыбом, и он безошибочно узнал это чувство: кто-то на него смотрит. Атрей встал спиной к костру, всматриваясь в темную кромку леса. - Что ты чувствуешь? – Тихо спросила его Фрейя. - Как будто кто-то смотрит на нас. - Я тоже это чувствую, но лес говорит мне, что там никого нет. – Атрей еще пару минут всматривался в лес, пытаясь определить, что не так. Ощущение чужого взгляда пропало, и он глубоко вздохнул. – Я поищу завтра следы. Прости, что разбудил. - Все в порядке. Спокойной ночи, - пробормотала она и скрылась из виду, забравшись под одеяло с головой.

***

- Как ты хочешь, чтобы я тебя подстригла? - Очень коротко по бокам и оставь длину по центру. И косичку тоже. - Ладно. Можно мне переплести ее? - Ага, я не очень умею заплетаться. Можно мне повернуться? - Сиди спокойно. – Фрея придержала его голову рукой и провела острым лезвием, сбривая виски почти под ноль. - Ангрбода стригла тебя когда-нибудь? - Ага, она раньше стригла меня, но сейчас она сердится на меня, так что я не хочу подпускать ее к моей голове с ножом. - Умный мальчик. А ты пробовал заплетать ее волосы? - Она один раз разрешила мне попробовать, но ее волосы такие странные, так что я только все испортил, сильно. - Хм-м-м… У меня есть подруга в Ванахейме, Халли, с такими же волосами – и я уверена, она согласится научить тебя, чтобы ты потом мог удивить Ангрбоду. - О, это было бы отлично, я попрошу ее, спасибо! - Ты не должен шевелиться, пока я тебя брею, - Фрейя убрала нож подальше от вертящейся головы. - Извини, я не могу говорить и не шевелиться при этом. - Что ж, тогда тебе придется сделать кое-что очень сложное: помолчать. Иначе ты можешь лишиться уха. – Поддразнила она парнишку. - Я постараюсь, - рассмеялся он, затем глубоко вдохнул и сконцентрировался на сохранении тишины и неподвижности. Фрейе удалось закончить стрижку без происшествий, и она перешла к его тощей косичке, с трудом распустив спутанные пряди. - Ты ничем ее не украшаешь? – поинтересовалась она. - Что ты имеешь в виду? - Есть обычай, вплетать в косы полоски ткани или пряди волос в память об ушедших или в честь тех, кто тебе дорог. – Фрейя вспомнила, что Атрей не всегда в курсе обычаев Девяти Миров, потому что его отец до сих пор и сам многого не знает, а его мать не успела его всему научить. - Ох… У меня есть прядь маминых волос. – Он расстегнул маленький кармашек на поясе и осторожно достал локон густых золотых волос, перевязанный красной лентой. – Не могла бы ты… - Его голос дрогнул. - Да, конечно, это честь для меня. – Фрейя осторожно взяла локон и отделила небольшую прядку. Прежде чем вернуть его Атрею она спросила: - Можно мне взять несколько прядей? - Да, пожалуйста. - Спасибо. – Она отделила еще немного, обвязала ловко выколдованной ленточкой и спрятала в кошелек на поясе. Фрейя умело вплела золотую прядь в рыжие волосы Атрея и перекинула косичку вперед, чтобы он мог рассмотреть ее внимательнее. - Спасибо, это идеально. Атрей встал и повернулся к ней. - Фрейя… Мне постоянно кажется, что я должен извиняться перед тобой каждый раз, как я тебя вижу… - Нет, ты не должен. Ты уже извинился, и ты извлек урок из своей ошибки, так что ты прощен. Я не лгала, когда говорила, что моя любовь к тебе не изменилась. Она шагнула к парнишке и заключила в крепкие объятия. - Я люблю тебя. - И я тебя люблю.