Я стану героем, ня!

Серьги? Таката опешил, открыв свой подарок с раннего утра. Но, присмотревшись повнимательнее, опознал запонки. Судя по написанному на маленькой карточке в коробочке: Винтажные, миниатюрные и с рубиновым камнем. Наверное, идея Ииды. Поколебавшись, Дай решил всё же надеть запонки на манжет своей школьной, белой рубашки. Ему нравились мужские аксессуары. С ними даже самый обычный, повседневный наряд выглядел лучше. Вкусы в одежде у Такаты были посредственными, но вот аксессуары — совсем другое дело. Обычно это были часы, невзрачные браслеты, массивные кольца и цепочки. Он ещё никогда сознательно не носил что-либо с драгоценным камнем. Но должен был признать, что смотрелось очень красиво. Не женственно, как ранее казалось. Таката почувствовал себя элегантным, как те мужики из обложек журналов про богатых. В этом определенно что-то есть. Дай спокойно вышел из дома, намереваясь отправиться в школу. Погода была прекрасной, в отличие от прошедшего дня. Не было ни единого облачка. Он вышел раньше положенного времени, так как проснулся засветло и никак не мог сосредоточиться на тренировках. Все его мысли были заняты вчерашним разговором с Айзавой. Ему не терпелось выяснить правду и поговорить с Иидой. Этот диалог обязательно надо провести с глазу на глаз. — Это братик кот! Братик кот! — Братик Таката! — Привет! — Мама, это же братик кот! Услышав детские голоса, брюнет вздрогнул и мигом обернулся на источник звуков. Это были те дети, которым они с Изуку отдали излишки торта позавчера. — Доброе утро, — с улыбкой поздоровалась с ним одна из родителей. — Так, вы живёте в этом подъезде? — Да, — кивнул Таката. Неожиданно было встретить их всех так скоро. — Ох, знала ведь, что лицо знакомое! Вы же тоже участвовали на фестивале? — воскликнула вторая женщина рядом, оглядывая его форму. — Оказывается, рядом живёт такой перспективный молодой человек, — с улыбкой, ткнув локтем подругу, сказала она игривым тоном. — Точно… Если не ошибаюсь, вы заняли третье место, да? — спросила первая с лёгкой улыбкой на лице. — Угу, — кивнул робко Дай, опуская глаза. Дети уже вовсю кружили вокруг него, с широкими улыбками на лицах. — Как в-вас зовут, ня? — нерешительно спросил школьник, выставив сумку перед собой. Раз уж они такие приятные люди, можно попробовать познакомиться. Таката хотел бы поговорить немного дольше обычного. — Ня-я! — Нииау! — Ня! Ня-я! Детишки мигом начали пародировать его мяуканье и хихикать, от чего парень покраснел, крепче обнимая свою сумку. — Я — Манами Хирано, — представилась первая женщина. Брюнетка с классический азиатской внешностью. Её темперамент был довольно сдержанным и спокойным. — Манами Айко, — представилась вторая. С синими глазами и волосами. Она показалась очень открытой и энергичной. — Мы живём в соседнем подъезде, будем знакомы! — П-приятно… — пробормотал Таката, чуть опустив глаза. Он заметно вздрогнул, когда одна из девочек с заливистым смехом кинулась обнимать его ноги. Но лица женщин ничуть не поменялись после этого. Брюнет невесомо погладил макушку девочки с короткими, голубыми волосами. Улыбка на лице девочки стала ещё шире. Её пухлые щеки покраснели. — Вы сестры, ня? — тем временем обратился Таката к женщинам. — Сестры? — спросила Айко, бросив взгляд на Хирано. Они внешне кардинально отличались друг от друга, поэтому вопрос казался ей очень странным. — Хира-чан моя родственная душа! — Перестань, — тихо попросила брюнетка, строго взглянув на Айко. — Таката-кун, мы супружеская пара. — Супружеская…? — тихо переспросил ошеломленный Дай. Но затем понял, что отреагировал не так, как полагается. — Ясно. Это… это хорошо… Чёрт, будто сейчас лучше. Таката ругал себя внутри от своей реакции на это откровение. Это ведь не в первый раз, когда он видит гомосексуалистов. Он в самом деле считал себя достаточно толерантным. Один из них сидит рядом с ним на уроках. Надо бы уже привыкнуть и не реагировать на это так бурно. Айко что-то прошептала на уши своей жене и захихикала в кулак, тогда как Хирано снисходительно улыбнулась растерянному школьнику. — Мы живём на третьем этаже в квартире номер двадцать один. Заходи на чай с родителями, если захочешь, — предложила брюнетка мягким голосом. Затем обратилась к детям: — Всё, хватит доставать братика. Он опоздает в школу. Дети принялись обиженно мычать, надув губы. От их слов о том, что они хотят поиграть с братиком, Таката слабо улыбнулся. Они такие маленькие и милые. Ему так странно осознавать, что теперь он может спокойно находится рядом с ними. Таката очень любил детей, поэтому не прочь поиграть с ними, как выдастся возможность. — Увидимся, соседушка! — весело бросила на прощание ему Айко. — Увидимся, — попрощался Дай в ответ, с любопытством оглядывая их нетипичную семью. Этот мир отличался от его мира. Очевидная разница в том, что в этом мире имеются супер-силы, которые называют причудой. Первая такая, была зарегистрирована в середине двадцатого века, когда родился светящийся мальчик. До этого момента, история двух миров была идентична. Однако, с увеличением количества граждан с причудами, правительства с их старыми законами уже не справлялось. В конце двадцатого века и в начале двадцать первого века мир пришёл в упадок. Первые Линчеватели начали появляться в первое десятилетие двадцать первого века. Через некоторое время после этого, в штате Род-Айленд был принят закон о регулировании причуд. Этот закон показал свою эффективность уже в первые пару месяцев, но на принятие этого закона у всего остального мира ушло ещё двадцать с лишним лет. Однако даже после того, как во всём мире приняли профессию героя к середине двадцать первого века, злодей Все За Одного был окончательно побежден Всемогущим лишь к концу. В том сражении, шесть лет назад, герой получил свою рану и начались проблемы с его причудой. И два месяца назад Один За Всех был передан Изуку Мидории. Сейчас шёл 2103-ий год. Мир во многом отстал в развитии на сотню лет. Столько господствовал и Все За Одного. Таката хмуро вспоминал сжатую хронологию событий. Мир отстал в развитии, но во многих других аспектах сильно ушёл вперед. В таких условиях, где причуды, злодеи и герои были нормой, гомосексуальность не порицалась обществом. Они могли жениться, рожать и растить детей. У них был тот же уровень комфорта, как и у традиционных пар. Если проще, теперь каждому было всё равно, кто и с кем спит. Проблем и так достаточно. Попаданец никогда не был гомофобом. Но он всегда с презрением относится к поведению, которое считалось гейским. Не должен мужчина краситься, наряжаться и говорить тонким, писклявым голосом. Он неизбежно злился каждый раз, когда лично наблюдал такое поведение. Его отвращение к таким мужчинам никуда не делось. Хоть Таката и не был гомофобом, но придерживался более традиционных взглядов на семью. Ему до сих пор непривычно видеть такие пары, спокойно гуляющих на улице и не скрывающих свои отношения. Но в остальном его всё устраивало. Если основная масса населения этого мира приняла таких, то у него тем более нет никаких возражений. Сторониться Шото из-за его ориентации Дай не собирается. Ему всё равно какой пол интересует этого парня в сексуальном плане. Они могут дружить несмотря на это. Но проблема как раз в том, что Шото влюбился именно в него. А ведь он, определённо гетеросексуал. — Эй, ты ведь тот…! Третье место, да? Таката рассеянно взглянул на говорившего. Сейчас он находился в автобусе, на пути в академию. На метро было бы слишком много людей, а этот автобус обычно никогда не бывает забитым из-за неудобного маршрута. Автобус относительно небольшой, рассчитан на небольшое количество людей. На данный момент транспорт не заполнен даже наполовину. Тут, в общем, человек восемь. — Это ведь ты! Я узнал по ушам и хвосту… Таката Дай, да? — продолжил тем временем спрашивать мужчина, на вид не старше сорока, с редкой сединой на темных волосах. — Ученик UA? — спросила женщина, которая услышала их. — Точно, теперь и я узнала… — О, это тот, который сражался с номером один! — воскликнул парень, тоже школьник, который сидел в самом конце. — Блин! Ты его почти победил… Я так болел за тебя! — Да, вспомнила! Он ведь ещё впал в состояние Берсерка, да? — спросила у мальчика школьница, которая сидела рядом с ним. — Оно и понятно, с таким то противником… — Да-а! Как можно было бить его?! — с возмущением присоединилась к обсуждению другая девушка. — У меня бы на него рука не поднялась. Он ведь такой милашка! Слышали его речь? Обожаю людей с такой мутацией! — Нет, на самом деле, Таката-кун сильный. Он ведь столько продержался, — опроверг школьник. — В любом случае, это ужасно. Такое личико надо беречь! — хмуро парировала школьница. Дай, слушавший это обсуждение, попеременно то бледнел, то краснел. Кажется, с ним заговорили абсолютно незнакомые люди. Причем целая толпа. Он почувствовал острое желание сбежать отсюда. — Ты молодец, что занял третье место! Это было очень круто, — похвалил первый мужчина, с широкой улыбкой на лице и похлопал молчаливого брюнета по спине. — В следующем году займи первое место! — Д-да… — пробормотал в ответ с кривой улыбкой Таката, после чего отодвинул от себя руку незнакомца. Они как раз приближались к следующей остановке. Стоило дверям автобуса открыться, попаданец практически выбежал из транспорта, не в силах больше слушать, как эти люди обсуждают его при нём же. Это слишком смущает. Таката устало вздохнул, стоило дверям автобуса за его спиной закрыться. Отныне придётся добираться до школы исключительно на такси.

***

У японцев в школах принято переобуваться у входа в сменную обувь, помешаны на чистоте. У каждого ученика был свой шкафчик, где он мог хранить свою и сменную обувь. Были ещё дополнительные шкафчики для вещей в классах. Когда Таката открыл свой шкафчик для обуви, то обнаружил внутри посторонние предметы. Одно письмо и две плитки шоколада. Шкафчики не закрываются на ключ, поэтому любой может их открыть. Но это впервые на его памяти, когда кто-то посторонний полез туда. Таката нахмурился: это нарушение его личного пространства. Парень прочёл письмо. Почерк лучше, чем у него самого, но разобрать сложно. Несколько коротких предложений. Такату звали на крышу после окончания занятий, но по какой причине не указано. Кажется, он такое видел в кино: так обычно в Японских школах ученики зовут друг-друга на стрелку. Лишние неприятности от администрации школы ему не нужны, но Дай не против размять кулаки, если получится получить разрешение. Однако, для чего ему шоколад? Таката внимательно оглядел шкафчик, больше писем не было. Он решил не думать об этом слишком много и закинул сладости в свою сумку. — Доброе утро, ня, — громко поприветствовал одноклассников Таката, когда добрался до класса. С каждым разом делать это было всё легче. До начала уроков оставалось более двадцати минут, но Тенья снова ещё не было. Он и вчера пришёл поздно. Таката списал тогда всё на плохую погоду, но сегодня с этим всё в порядке. Этот парень всегда приходил рано и делал замечание всем, кто не успевал придти за пятнадцать минут до начала урока. Класс заполнен наполовину его одноклассниками. Они поздоровалась с ним в ответ, каждый по своему и вернулись к своим делам. Брюнет направился к своей парте. — Доброе утро, Таката, — поздоровался Мидория. — Привет, — практически сразу, после него, поздоровался и Тодороки. — Доброе, — кивнул брюнет, коротко взглянув на Шото, после чего сел за свою парту и обратился уже к Изуку: — Я снова их видел, ня. — Кого? — растерянно спросил протагонист, обернувшись к нему. — Ту семью, — уточнил брюнет, не сдерживая гордой улыбки. Ему хотелось похвастаться. — Я с ними познакомился и они даже пригласили меня на чай, ня. — Ты про ту семью, которых мы тогда угостили тортом на следующий день после твоего дня рождения? — спросил Изуку, наконец понимая о ком он говорил. Затем улыбнулся, увидев реакцию брюнета. Тот сдержанно улыбался, но его ушки дрожали, а хвост возбуждённо двигался из стороны в сторону. — Это прекрасно. Я очень рад, что ты познакомился со своими соседями. Ты пойдешь к ним? — Да, — сдержанно кивнул Таката, хоть и испытывал радость от того, что он это оценил по достоинству. — Спасибо, что тогда убедил меня пойти, Изуку, ня! — Н-нет, это не-… — слегка смутившись от его слов, начал отрицать Мидория: — Я ничего не сделал. — Если бы не ты, у меня и мысли бы не возникло сделать это, ня, — настойчиво опроверг Дай. — Ты помог мне понять, что… В общем, это всё ты, ня. Спасибо! — Ну, если ты так говоришь, — робко принял благодарность Изуку и улыбнулся счастливому брюнету. — Кстати, меня всё же пригласили в агенство. Это довольно знаменитый в прошлом герой, Гран Торино. — Поздравляю, — с улыбкой сказал Таката, запоминая это геройское имя. Ведь это наставник самого Символа Мира. — А где находится его агенство, ня? — Оно находится в префектуре Яманаси. — Понятно, — сухо ответил брюнет, сдерживаясь от того, чтобы не нахмурится. Тогда, как Мидория встретит Убийцу Героев? — Я буду в Хосю. В агентстве Мануала, с Тенья, ня. — Правда? Но, почему именно туда? — не удержался от вопроса зеленоглазый. — Правда, — небрежно ответил Дай, намеренно проигнорировав вторую часть вопроса. — Вчера разговаривал с учителем, ня. Хочу снять отдельное жилье… На скоростном поезде от Мусутафу до Хосю от трёх до пяти часов езды. Слишком долго, чтобы ездить туда ежедневно. Некоторые агентства предоставляют жилье студентам, но Дай не хотел жить с незнакомыми людьми. — Вы с Иидой собираетесь жить вдвоём? — уточнил парень. Таката задумчиво прищурился. Даже не подумал о таком варианте. Они с Иидой ещё не разговаривали. Жить с чистоплотным старостой наверняка будет очень сложно. Но это хорошая идея. Если они будут жить вместе, то это позволит Даю приглядывать за ним. — Скорее всего, — протянул Таката, через пару секунд раздумий. — Ясно… — ответил Мидория, слегка нахмурившись. Они всего лишь друзья, но это всё равно неосторожно с его стороны. Таката слишком беспечный. — Кстати, спасибо за подарок-… — поблагодарил Дай с улыбкой, уже намереваясь показать свои новые запонки, как остановился на полуслове, почувствовав вибрацию в кармане брюк. Ему пришло сообщение от Шото: [Дай, сегодня тоже обедаем вместе.] 8:54 Предложение не выглядело именно предложением. Они сидят совсем рядом, поэтому было странно, что он решил отправить сообщение. Таката взглянул туда, где и сидел парень. И хорошенько проморгался, не поверив своим глазам. Барьер отчуждения вернулся. Что то опять случилось? — Тебе понравилось? — спросил тем временем Изуку, решив промолчать. — Угу, — рассеянно кивнул брюнет, отвлекаясь от явно недовольного чем-то Тодороки. — Тогда, хорошо… — с улыбкой, беспечно ответил ему Мидория. Остаток времени до урока Таката продолжил поглядывать на парня, беспокоясь о нём. Он не решился заговорить с ним, ведь они не одни. Но затем в класс вошёл Тенья, а за ним и Айзава. Более Дай не думал об этом, вслушиваясь в слова учителя о проведении очередного классного часа вместо урока математики. Они должны пройти тест, который не относился к занятиям. Выполняя этот тест с шестьюдесятью вопросами, у него совсем не было времени подумать о чем-то ещё.

***

— Так, о чём ты хочешь поговорить? — спросил Иида. Таката настойчиво позвал его в перерыве между занятиями. Пятнадцати минут было мало для такого разговора, поэтому пришлось по-быстрому найти укромное место заранее. Ничего лучше лестничного пролёта он не сумел найти. Зато здесь, был меньший шанс того, что их потревожат. В столь короткий перерыв ученики предпочитали оставаться в классе или гуляли в коридорах. — Вчера я узнал, что ты идёшь в агенство Мануала в городе Хосю, — перешёл к главному Дай. — И хотел спросить, почему именно туда, ня? Тенья с удивлением взглянул на него, после чего напряжённо нахмурился. По его лицу было видно, что тема разговора не слишком ему нравилась. — Герой Мануал, близкий друг Тенсея и мы хорошо знакомы. Я просто решил пройти практику у того, кого хорошо знаю, — сдержанно ответил очкарик. — Они могут многому научить. — Например? — с интересом спросил Таката, склонив голову набок. — У них многопрофильное агенство и они привыкли заниматься геройской деятельностью в городских условиях. — Но ведь это небольшое агенство и занимается только патрулем, ня, — хмуро заметил брюнет. — Почему ты хочешь именно туда, ня? — Геройская деятельность не состоит только из спасения, эвакуации и сражений. Мы должны учиться держать себя подобающе в общественных местах. Занимаясь обычным патрулем, я смогу этому научиться, — принялся объяснять Иида. — Ясно, — кивнул брюнет, с облегчением вздыхая. Этот парень совсем не умеет врать. Когда Иида врёт, его голос странно искажается, становясь выше. Таката мог понять сразу, если бы ему солгали. В этом есть смысл. Недельная практика не стажировка. Несмотря на весь ажиотаж вокруг практики, это всего одна неделя, в течение которых мало чему можно научиться. А потому важно ответственно выбирать агентство. Студенты должны получить максимум за такой короткий срок. Если цель Ииды получить практический опыт и понаблюдать за повседневной деятельностью героев, то выбор агентства можно оправдать. Тем более, что они с тем героем знакомы. Между ними выстроились доверительные отношения. — Я тоже выбрал это агенство, — поделился Таката, заметно успокоившись после этого ответа. Конечно, это было ожидаемо. Иида не способен на такое безрассудство. — Мы будем вместе на практике, ня! — Ты тоже? Но почему? — с неприкрытым удивлением спросил Тенья. — По правде говоря, я немного переживал за тебя, — признался Дай, неловко пригладив пальцами волосы. — Ты был грустным. Когда я узнал, что ты идёшь в агенство в Хосю, то подумал… — пробормотал парень, после чего облизнул пересохшие губы и прямо взглянул на друга. — Это немного глупо, знаю, ня. Но я подумал… что ты хочешь отомстить тому злодею… — закончил брюнет, часто прерываясь на середине предложений из-за того, насколько был смущён своим предположением. Ранее беспристрастное выражение лица Тенья изменилась после этих слов. Он округлил глаза от удивления, плотно поджал губы и заметно побледнел. Это не укрылось от чувствительного на данный момент к его перепадам настроения попаданца. — Тенья… — начал Таката с сомнением. — Ты ведь не-…? — Не говори, — скомандовал в ответ синеволосый, мгновеннием позже закрывая рот собеседника своей рукой, отчего последний попятился назад, пока не столкнулся спиной со стеной. Таката нахмурился. Рука парня была огромной и закрывала не только рот, но и его нос. Он не мог дышать. Ему захотелось убрать от себя руку парня, поэтому он схватил того за запястье. Но замер, когда наконец осознал, насколько поведение Ииды было странным. — Таката, прошу… — шёпотом попросил Иида, взглянув на него с мольбой в глазах: — Ни слова больше… Таката, разозлившись, попытался ответить. Но все его слова не были озвучены. Вместо внятных слов, он издавал только невнятное мычание из-за руки на своём лице. Но Иида мог понять и без слов, о чем именно пытался ему так настойчиво сообщить парень. — Я не могу по-другому, — ответил в своё оправдание Тенья. — Не могу, понимаешь? Дай вздрогнул, после этих слов. И через пару секунд начал вновь издавать мычание, стараясь убрать со своего лица руку друга. Но тот, в противовес, усилил хватку. Кислорода в лёгких оставалось всё меньше. — Прости меня, — попросил Иида, со сложным ворохом эмоций в своих синих глазах. — Если ты не захочешь… Я всё пойму. Но, если сможешь… Прошу, просто… Притворись, что ничего не случилось. Он хочет сказать, что если Таката решит обнародовать это, то он не станет препятствовать ему. И даже не станет его винить. Но при этом просит проигнорировать это знание и позволить ему осуществить задуманное. Дай в ответ неосознанно охнул, поскольку почувствовал себя невероятно потерянным от этой просьбы друга. Но из-за руки на своих губах, издал звук похожий на глухой, болезненный стон. — Вы чего вытворяете средь бела дня?! Громогласный голос Бакуго заставил их обоих вздрогнуть. Иида резко опустил руку и отшатнулся от друга на пару шагов. Таката начал жадно хватать ртом воздух, чего не мог делать некоторое время до этого. Он переместил хмурый взгляд с ошеломленного Кацуки, который прервал их разговор, на не менее ошеломленного Тенья. Дай видел в обычно всегда упрямых и уверенных, синих глазах друга нечто иное. На блестящих от подступающих слёз глазах, зрачки сузились и дрожали. Парень плотно поджал дрожащие губы и смотрел на Дая почти отчаянно, с немой просьбой: Не говори! Молчи! Притворись, что ничего не видел! Прошу! Таката опустил неверящий взор на землю, начиная сжимать и разжимать свои кулаки. Так значит это действительно так. Иида хочет отомстить. Он собирается нарушить все правила и убить злодея собственными руками. Как такое могло произойти с этим парнем? Почему этот ребенок решился на такое безумство? Всё из-за этого злодея? Что Таката должен сейчас делать? Он не знал, что и думать по этому поводу. Неприятные мысли заполонили голову. Нечто смогло сломить Тенья настолько, что он готов пойти на такое. У этого нечто даже есть имя. Вместе со страхом за друга и смятением от этого открытия, попаданец чувствовал внутри бурлящий гнев на того, кто довёл его до такого. — Я кого спрашиваю?! Чё вы устроили здесь? — продолжил тем временем Бакуго. — Ничего, — на выдохе ответил Дай, не глядя на блондина, который застыл у дверной рамы. То, что Иида намеревается делать неправильно. Надо поговорить с ним наедине и заставить его одуматься. Как бы там не было, сейчас нельзя привлекать внимание к ним. Поэтому, Таката не может и дальше позволять Бакуго орать на весь коридор. Брюнет запустил пальцы в свои волосы, усиленно придумывая какое-нибудь правдоподобное оправдание. — Мы дрались, ня, — солгал Таката, взглянув на хмурого блондина нечитаемым взглядом. — И ты думаешь, я в это поверю?! — агрессивным тоном спросил громче прежнего Кацуки. — Можешь не орать тут на весь коридор, ня? — попросил брюнет. — Что? Боишься что о вашей интрижке все узнают? — язвительно спросил в ответ Бакуго, ничуть не убавив громкость голоса. От двумордого прячется? Или изначально был с очкариком? — Чего? — переспросил на миг ошалело Таката. Как он умудрился придти к такому выводу? Может, его оправдание и не было правдоподобным, но это абсурдное предположение было ещё менее вероятным. — Бакуго-кун, мы действительно дрались, — решил дать объяснение Иида. Но его выдавал наигранный голос. — Тенья, заткнись, — приказным тоном попросил Дай, заметно помрачнев. — А ты, Кацуки… Не лезь не в своё дело, ня. Теперь, это и вправду похоже на то, будто их застали на каком-то тайном свидании. Таката почувствовал иррациональный стыд от представшей в голове картины. Это невероятно выбешивало. — Мне пофигу, что вы пидоры. Но не занимайтесь всякой мерзостью при мне, — презрительным тоном попросил Бакуго, демонстративно скривившись. Если он не будет этого видеть, то и не будет злиться. — Ты кого пидором назвал, пидор? — в агрессивной манере, сквозь стиснутые зубы, спросил в ответ Дай. Он начал терять терпение. — Ты ничего не попутал?! — с потемневшим лицом, уже тише, спросил Бакуго, угрожающе надвигаясь в его сторону. — Твою рожу с дерьмом, всего-то… — раздражённо пробурчал Таката, украдкой радуясь тому, что громкость голоса этого парня значительно поубавилось. Но Бакуго всё отчётливо услышал. В его глазах вспыхнул гнев, когда он, забывая на мгновение ранее увиденное, схватил Такату за воротник, прижимая спиной к стене. Кем себя возобнил этот двуличный кошак?! — С каких пор у тебя появился голос? — рычащим тоном спросил блондин, у самого лица брюнета. — Кацуки, — столь же низким тоном, но более мягким голосом, прорычал Таката, зрачки которого вытянулись в тонкую линию: — Уходи по хорошему. Или я разукрашу эту стену твоей рожей, — пригрозил попаданец, крепко сжимая руку на запястье парня. Красные глаза блондина сверкнули, отражая блики света. Губы приподнялись, выражая ухмылку, которая медленно превратилась в оскал. Вены на лбу вздулись, показывая насколько это выражение улыбки на его лице обманчиво. Казалось, Бакуго по настоящему взбешён. — Вот ты и показал своё настоящее лицо, — с показным спокойствием в голосе и с неприкрытым самодовольством сказал Кацуки. — Отлично. Надоел уже этот твой образ добряка. Дай облизнул пересохшие губы и оскалился, чувствуя необъяснимую жажду. Его вытянутые зрачки дрожали. Горло саднило от желания утолить эту потребность. Хотелось взять и стереть эту ухмылку с лица этого юноши перед собой. Отдаться этой кровожадности, чтобы отключить думалку. На короткий миг. Всего на пару минут. Даже пару секунд хватило бы с лихвой… Но Таката заставил себя проглотить этот импульс. Снова. Нет. Нельзя срываться на окружающих. Бакуго не заслужил избиений. Но сейчас тоже очень зол из-за его слов, поэтому действует на эмоциях. Таката прикрыл глаза, и сделал глубокий вздох, после чего медленно выдохнул, отсчитывая внутри себя секунды. Это действие он повторил ровно три раза. Затем, ранее прикрытые глаза открылись и в них уже не осталось никаких эмоций. — Кацуки, — своим обычным голосом, с лёгкой хрипотцой, начал Таката: — Прости, я вспылил, ня. — Да ты стебешься! — воскликнул неверяще блондин, вновь с агрессивными нотками в голосе. Его ранее показное спокойствие испарилось в тот же миг. Он рассеянно оглядел вмиг изменившееся лицо брюнета. — Дерись со мной! — требовательно попросил Бакуго. — Вечером, — пообещал брюнет, мягко разлепляя руки на своём воротнике и удивляясь тому, насколько легко поддается чужая рука. — Мир? — До звонка осталась одна минута, — подал голос, ранее сохранявший молчание Тенья. Кацуки шумно и часто задышал, глухо прорычав нечто нечленораздельное. Сначала милуется с двумордым, затем игнорит его клички, а теперь ещё и начал какие-то мутки с очкариком?! Бакуго чувствовал себя обманутым. Почему же это так бесит? Ему очень не понравилось это ощущение. Но он не мог к чертям похерить свою идеальную посещаемость. С другой стороны, хорошо, что Дай остановил это. Если бы драка всё же состоялась, у него потом появились бы неприятности. — Бе-еси-ишь, — протянул сквозь зубы Бакуго, не разрывая зрительный контакт, готовый своим лбом пробить лоб оппоненту. Но высказав недовольство, отстранился, после чего окинув их уничтожающим взглядом, широкими шагами направился обратно в класс. Вечером он вернёт ему всё сторицей. Таката проводил его взглядом, вытирая с лица капельки слюны этого эмоционального парня. Затем хмуро взглянул на Тенья холодным взглядом, давая понять, что их разговор ещё не окончен. Тот в ответ вновь поджал губы и нервно сжался всем телом. Они тоже направились в класс, сохраняя молчание.

***

— Пойдем? — спросил Тодороки, поднявшись с парты. Таката рассеянно взглянул на парня, отрываясь от своих мыслей. Затем вспомнил, что ведь наступило время обеденного перерыва, а они договорились пообедать вместе. — Шото, — начал он, взглянув в сторону старосты их класса. — Погоди минутку, ня. С этими словами, попаданец направился в сторону Ииды, который заметив его приближение, вжался в свой стул, мигом опустив взгляд на землю. — Тенья, мы поговорим после уроков, ня? — спросил Таката, приблизившись к нему вплотную. — Сегодня не получится, — тихо ответил парень. — Давай завтра. — Почему не сегодня? — спросил Таката. — Я обещал сегодня вернуться домой раньше… — А сейчас, во время обеденного перерыва, ня? — спросил брюнет. — Мне нужно в учительскую, — ответил очкарик, всё так же избегая его глаз. — Зачем? — хмуро спросил Дай. — Учитель попросил помочь кое с чем до начала практики… — неопределенно ответил Тенья, голос которого вновь стал выше и тоньше обычного. — Ты ведь врешь мне, ня, — констатировал Таката. — Извини, я… Не могу, — тихо ответил Иида, на долю мгновения встречаясь с ним глазами. — Что бы ты мне не сказал, я не изменю своего решения. Поэтому, я не вижу смысла в этом разговоре. — Ты правда-… — с сомнением начал брюнет, наклонившись к нему, чтобы поймать его взгляд: — настроен серьезно, ня? — Да, — ответил Иида, твердо взглянув в лицо другу, но затем мигом опустил глаза на парту, чувствуя себя неуютно под этими прожигающими его красными глазами. — Ты сам должен решить, что будешь с этим делать. Прости. Иными словами, я не буду с тобой разговаривать. Делай с этим всё, что хочешь. Мне жаль, конечно, но я тебе с этим помогать не собираюсь. Тенья старался говорить так, чтобы никто из случайных слушателей ничего не понял, кроме Такаты. До этого дня Дай не замечал за ним такого. Этот бестактный, до боли честный парень умеет юлить, недоговаривать и сочинять такое на ходу. Интересно только то, мог ли он раньше такое проворачивать? Или этот талант проснулся в нём в тот же момент, когда появилось и желание отомстить? — Поговори со мной, ня, — попросил Дай, взглянув на друга с немой просьбой в глазах. Как он может так запросто оставлять это на него одного? Это ведь не то, что он может решать один. — Прости, — в очередной раз извинился Иида, после чего встал со своего места и быстро покинул класс. Такате оставалось только беспомощно наблюдать за его удаляющейся спиной. Значит он твердо решил оставить выбор на него одного. Но ведь, по сути, у Такаты и выбора нет. Самым верным решением будет пойти к Айзаве и рассказать всё. Но, даже если Тенья дал понять, что не станет как либо ему препятствовать или держать на него за это обиду, вряд-ли их отношения будут такими же, какими были до этого дня. Дай устало вздохнул, вновь поворачиваясь к ожидавшему его Тодороки, который успел нагнать его и сейчас стоял в пару метрах. — Пойдём, — сухо бросил ему брюнет, и не дожидаясь ответа, направился в сторону выхода, намеренно ускоряясь. — Что-то случилось? — догоняя его, спросил Шото, обеспокоенно поглядывая на парня, который обычно предпочитал ходить прогулочным шагом. Дай проигнорировал вопрос парня, притворяясь, что не услышал. Лишь продолжил идти, хмуро глядя вперёд расфокусированным взглядом. Это не то, с чем он может поделиться. Тодороки благоразумно не стал задавать более вопросы, продолжая с беспокойством поглядывать на брюнета. Они добрались до столовой, взяли еду с подносом и сели за стол. Всё это время оба молчали, каждый думая о своём. — Дай, ты не сможешь их потом съесть, — нарушил молчание Шото, замечая как брюнет начал резать своё мясо на очень мелкие кусочки, которые уже едва можно подцепить вилкой. Таката рассеянно моргнул несколько раз, наконец отрываясь от своих мыслей. Он взглянул на свою тарелку, в которой было множество мелко нарезанных кусочков ранее целого куска мяса. Неопределенно что-то промычав в ответ, Дай отложил нож и принялся за еду. — Я вижу, что тебя что-то беспокоит, — озвучил свои мысли Шото. — Ты всегда можешь поговорить со мной. — Это не так, — невыразительно ответил Таката, наконец поднимая глаза на собеседника. — А у тебя есть, что мне сказать, ня? — спросил парень, вспоминая об утреннем настроении Шото. Он ведь был чем-то подавлен. — Это не важно, — ответил ему Шото, опустив глаза на свою тарелку. — Не хочу говорить это, когда у тебя у самого проблемы. — У меня просто плохое настроение, ня, — сказал полуправду Таката, стараясь сделать лицо более непринуждённым. Но не заметил, что его уши на данный момент были наполовину сложены, а кончик хвоста нервно дёргался из стороны в сторону. — Ты можешь говорить. Я хочу послушать. Тодороки нерешительно взглянул на него исподлобья, раздумывая над тем, стоит ли ему заговорить. Он задумчиво постучал пальцами по столу. Затем засунул правую руку в карман и вытащил оттуда ранее припрятанный предмет. Это была пластиковая карточка с узнаваемой маркой. — Я хотел дать его в другой обстановке, — через некоторое время молчания, сказал Тодороки. — Но… вот. С прошедшим днём рождения, Дай. — Ах! — охнул от удивления Таката, оглядев карту. — С-спасибо… — рассеянно пробормотал он благодарность. — У меня не хватило времени на выбор, поэтому это просто сертификат в спортивный магазин, — принялся объяснять Шото, вручив подарок в руку брюнета. — Мы можем сходить за настоящим подарком вместе, в воскресенье. Если захочешь… — Угу, — кивнул Таката, сжимая в руке переданный предмет. Он ощутил, как внутри распространяется тепло, отгоняя ранее паршивое чувство после разговора с Тенья. Со дня рождения прошло несколько дней, но он всё ещё продолжает получать подарки и поздравления. — Наконец-то ты улыбнулся, — прокомментировал Шото мягким голосом, погладив сжатую руку парня на столе своим большим пальцем. Таката в ответ робко кивнул, поднимая глаза на лицо говорившего. Его встретил долгий, пронизывающий теплом взгляд и улыбка. Брюнет смутился, чувствуя жар на лице. Таката с самых первых дней считал его красивым. Но сейчас, он, казалось, выглядел ещё более привлекательным. Словно излучал слабый свет, отчего мир вокруг него выглядел более тусклым. Но сам он выделялся, даже если просто молчал и ничего не делал. Отогнав с головы смущающие мысли, Дай положил свой подарок в карман. В воскресенье значит… — Дай, я очень хотел тебе кое-что сказать с самого утра, но… — начал Тодороки тихим голосом, слегка замешкавшись: — Не думаю, что имею на это какое-то право, и тебе это не понравится… — Сказать? — переспросил парень, с любопытством. — Это то, из-за чего у тебя было плохое настроение, ня? — Это было так заметно? — неловко потупив взгляд, спросил он. — Я называю это «барьер отчуждения Шото», ня, — с весёлыми нотками в голосе, сказал вместо ответа Таката. Затем мягким тоном предложил: — Ты можешь сказать мне все, что хочешь. — Барьер… — рассеянно пробормотал смущённый этим названием Тодороки. Он глубоко вздохнул и осторожно начал: — Я хотел сказать, что ты слишком небрежно общаешься с Иидой и Мидорией. Жить с другим парнем, это немного… Я имею ввиду, что… Их намерения не совсем дружеские, — говоря это, парень часто прерывался, не зная куда деть глаза, которые перемещались попеременно с лица собеседника на его тарелку. — Что ты имеешь ввиду, ня? — спросил Таката, слегка нахмурившись. — Это… Я знаю, что не вправе решать за тебя, и… Скорее всего, я перехожу черту, но… — продолжил слегка нервно Шото, который стушевался под похолодевшим взглядом Такаты: — Я заметил, что ты совсем не обращаешь на такое внимание. Поэтому, хочу сказать прямо: они могут смотреть на тебя не так, как ты на них. — В каком смысле, «не так»? — переспросил брюнет, который догадывался о том, что он имеет ввиду. — С симпатией, как я, например… Таката хмуро буравил глазами говорившего, наблюдая редкое для его лица выражение искреннего смущения. Ранее поднятое от подарка настроение ухудшилось. Так значит, Шото считает, что Дай нравится Ииде и Мидории? Это очень глупое предположение. Они только друзья и ничего более. — Я не понимаю, — начал он, устало запустив пальцы в волосы: — Почему ты так решил, ня? — Ну, Иида всё время смотрит на тебя на уроках, — принялся с серьезным выражением лица приводить примеры Шото: — Мидория же, дал это понять во время нашего сражения, когда попытался отдалить нас с тобой. На самом деле, я думаю, что он намеренно не сказал о том, что всё узнал случайно, ну… И я в тот день ошибочно подумал, что ты ему всё рассказал. Меня это разозлило. Но затем, я узнал правду. — Ха? — удивленно выдохнул Таката, заметно помрачнев. Тодороки считает, что какие-то взгляды можно считать за признак того, что Иида гей? Или тот случай с Мидорией, когда он случайно сболтнул ему лишнее на фестивале, признак явного гейства? Если первое, просто идиотизм, а не аргумент, то второе обычное недопонимание. Мидория ведь всё сам в тот день ему рассказал, ничего не утаивая. Он и вправду просто разнервничался, сболтнув лишнего. — То, что ты такой, не значит, что и другие тоже, Шото, ня, — холодно ответил ему Дай. Ему не понравилось это предположение. Это уже не просто нарушение его границ, а настоящая паранойя. — Какой такой? — слегка нахмурившись, спросил он в ответ. — Ты хочешь сказать «гей»? Это так сейчас называется, Дай. — Я знаю, — сдержанно ответил ему Таката. — Но они не такие, как ты, ня. Мы друзья. — До недавнего времени ты и меня считал другом, — напомнил ему хмуро Тодороки. Ему пришлось признаться ему трижды, пока до этого парня наконец не дошло. — Хватит, — попросил устало Дай, которого уже утомил этот разговор. Ну, не заметил он намерения Шото. Это ничего не значит. Теперь ему надо в каждом человеке вокруг него искать признаки влюбленности в себя? — Это просто ревность, верно? Если это так, то я могу понять, ня. Но у тебя нет причин и прав для ревности, — напомнил ему брюнет, желая завершить на этом этот неприятный разговор. — Я знаю о чём говорю, — уверенно заявил помрачневший Шото. — Ты не видишь как действуешь на других: обращаешься ко всем по имени, даёшь себя касаться, да и сам довольно часто нарушаешь чужое личное пространство… — начал приводить примеры он, скрестив ладони перед собой. Шото об этом читал: люди со звериной причудой из-за влияния инстинктов довольно искренние и несдержанные. А Таката к тому же совсем не замечает интереса к своей персоне со стороны других. — Я не говорю, что это твоя вина… Это не так. Но пора бы тебе повзрослеть, и начать вести себя сдержаннее. Если я этого не скажу, то ты вряд-ли сам это поймёшь. Таката с офигевшим лицом слушал его, не поверив своим ушам. Примеры казались настолько глупыми, что создавалось ощущение, будто над ним сейчас прикалываются. Он захотел оглядеться, чтобы найти злополучную, скрытую камеру. Но зная характер этого парня, понимал, что он не способен на такие шутки. Значит, Шото действительно искренне верит в то, о чём говорит. В дополнение, под конец, Такату, кажется, обозвали не только слепым, но и тупым. Возможно, Дай довольно фриволен с окружающими. Он не любит соблюдать этикет со сверстниками, поэтому обращается ко всем по имени. Может в консервативной Японии его действия могут показаться нарушением личного пространства. Таката тактильный человек, и в прошлой жизни был любителем медвежьих объятий. В этой же, это переросло в настоящий тактильный голод и ему очень нравились прикосновения людей, с которыми он близок. Но этого всё равно мало для того, чтобы нормальные парни, вдруг, ни с того ни с сего, меняли свою ориентацию из-за него. Это ведь, вроде, в природе человека заложено, нет? А его друзья определенно гетеросексуальны. С характером Ииды, он бы наверняка сразу признался ему в своей ориентации. Мидория протагонист. Такому положено по статусу быть прямым, как грёбанная палка. — Я не хочу ссориться, — предупреждающим тоном, холодно уведомил Таката. — Но ты нарываешься, ня. — Неужели, они тоже должны придти к тебе и признаться, чтобы до тебя, наконец, дошло? — точно таким же стальным тоном, спросил у него Тодороки. — Угу, — небрежно кивнул с полуулыбкой на лице Дай, глаза которого опасно заблестели. Он едва сдерживал себя от колких замечаний в ответ. — Вот тогда и будем разбираться, ня. — Значит, ты уже всё решил? — мрачно спросил Шото. — Да, — сухо бросил ему брюнет. Он не собирается менять своё поведение из-за слов парня, который навоображал себе всякого. Тодороки ничего на это не ответил, хмуро продолжая трапезу. Дай тоже упрямо сохранял молчание, заставляя себя доесть свой стейк. Но через пару минут, когда гнев отступил, он неизбежно почувствовал себя виновато. Шото, кажется, просто переживает из-за того, что Дай всё ещё не ответил на признание, продолжая держать его в подвешенном состоянии. Вполне естественно ревновать то, что тебе не принадлежит. Всё из-за неуверенности в себе и в другом человеке. Но сейчас, Таката не может дать ему никакую уверенность. И в этом виноват только он один, не Шото. В дополнение, Тодороки слишком идеализирует его. Возможно, всё из-за того, что это его первая влюбленность. В его глазах, Таката кажется таким человеком, в котором любой может быть заинтересован. Но это ведь совсем не так. За две жизни, Шото единственный, кто смог его полюбить. Если бы не его пол, Дай определенно ухватился бы за такого человека с руками и ногами. — Я не такой популярный, как тебе кажется, ня, — решил объяснить через некоторое время молчания Дай, чтобы успокоить его: — На самом деле, мне никто и никогда не признавался до этого, ня. Ты исключение, Шото. — Я искренне верю в то, что ты в это веришь, — не глядя ответил ему Тодороки, продолжая ковыряться в своей еде. Далее, Таката решил просто молчать. Они бы ещё больше поссорились, если бы он продолжил разговор. В любом случае, это не будет продолжаться вечно. Шото ведь не ушёл, а остался с ним обедать, хоть и зол. А значит, это временно. Дай сейчас не в том настроении, чтобы вновь идти ему навстречу.

***

На одном из перерывов, они с Ураракой и Мидорией вышли к автомату в коридоре. Дни становились всё жарче: им хотелось купить себе попить. Таката молча следовал за друзьями, слушая их скучные обсуждения последнего урока литературы. Он взял себе баночку колы и мигом открыл её, чтобы сделать парочку глотков. Газированный напиток приятно щекотал горло. — Дай-чан, ты почему такой хмурый? — спросила у него девушка, ткнув пальцем его щёку. Таката невнятно промычал ответ, пожав плечами. Это так заметно? — Ты весь день такой, — подключился Мидория. — Что-то случилось? — Просто, поссорился кое с кем, — неопределенно ответил Дай, встречаясь взглядом с зелёными глазами: — Ничего особенного, ня. — С Тодороки-куном? — тихо спросил Мидория, нерешительно взглянув на него. Затем пояснил: — Он тоже в плохом настроении. — Он сказал, что я виду себя слишком… фривольно, — удручённо поделился брюнет, хмуро взглянув на свою банку, будто смотрел вместо неё на лицо этого парня. — Что я обращаюсь ко всем по имени и нарушаю личное пространство, ня. — Ну, это правда, — беспечно подтвердила Урарака, получив в ответ шокированный взгляд красных глаз. — Но это ведь хорошо. Это и делает тебя таким классным. Мне, лично, всегда нравилась эта твоя черта. — Верно. Искренность это твоя лучшая черта, — согласился Мидория. — А я могу, ну, смущать вас этим, ня? — нерешительно спросил Дай, вспоминая слова Шото. — Создавать недопонимания… — Не-а, — беззаботно ответила девушка. — Ну… — одновременно с ней, нерешительно замявшись, выдал Изуку. Таката опешил, округлив глаза от удивления. Если девушка ответила уверенно, то его друг очевидно замялся с ответом. Он хотел сказать, что согласен со словами Шото? Дай помрачнел ещё больше, начиная чувствовать неуверенность в себе. Урарака и Мидория странно переглянулись между собой. — Я… Это не-…! — воскликнул запоздало протагонист. — Я имею в виду… — Забей, я понял, — мрачно перебил его оправдания Дай. Мидория и вправду бывало понимал его действия превратно. Он только что дал это понять. — Таката, это не то, что ты подумал. Я имел в-ввиду, что иногда ты ведёшь себя очень… открыто… и иногда это можно понять неправильно. Но это не значит… ну… — попытался объяснится Изуку. — Ты не обязан менять своё поведение! — Вот-вот! Пусть они думают, что хотят. На самом деле, это делает тебя по настоящему классным и очень милым, а ещё-… Слова девушки прервал побледневший Мидория, который громко шикнул на неё и принялся неистово мотать головой. Урарака в ответ, прикрыла рот рукой и взглянула на него с вопросом в глазах. — Спасибо, что просветили, ня, — без какой-либо интонации в голосе сказал Таката. Он залпом выпил газировку, после чего деформировал металлическую банку, придав ей форму тарелки. Затем закинул тарелку в мусорку, стараясь не показывать на лице эмоции. Та громко ударилась о железные стенки бака, создавая неприятный шум. Его поведение смущает окружающих, создаёт недопонимание и делает его ещё более милым. Хуже и быть не может. — Таката, это не… Она не это имела в виду… Но слова Мидории пролетели мимо ушей Дая, который уже ушёл в себя и начал рефлексировать. Он не хочет признавать то, что где-то ошибся. Пусть его друзья частично подтвердили слова Шото. Всё из-за этого лица. Если бы Таката выглядел иначе, эти его повадки воспринимались бы другими иначе. Люди смотрят на него и видят только то, что хотят видеть. Но что поделать? Он теперь так выглядит. Это не то, что находится в его власти. Дай устало вздохнул. Ему пришлось мириться со многим с момента перерождения. Приходилось даже многое поменять в себе, чтобы просто банально влиться в это общество. Если эти его привычки беспокоят окружающих, он вполне может попытаться измениться. Но, он уже давно перестал узнавать себя прежнего. От него старого остались лишь мутные воспоминания, несколько относительно полезных знаний и ворох горьких сожалений. — Я не милый, — заявил Таката, через некоторое время раздумий. Ему необходимо защититься. — Я парень, и мне неприятно слышать о себе такое, Очако, ня. — П-прости! Я так больше не буду говорить, правда, — начала извиняться девушка, слегка побледнев, после осознания. — Ничего, забыли, — небрежно пожал плечами Таката. — Пошли в класс, ня. Без разницы. Не важно, как он выглядит или ведёт себя. Это не может стать причиной того, о чём ему говорил Шото. Таката видел истинно гейское поведение мужчин, поэтому хорошо осознавал, что он не ведёт себя и на одну треть похожим образом. Надо перестать накручивать себя, принимая чужие слова близко к сердцу.

***

— Поднимайся, — низким голосом скомандовал Бакуго, стоило уроками закончиться. — Сегодня победа точно будет за мной! — Ладно, — невыразительным тоном кивнул Таката, собирая учебники в сумку. Он немного удивлен. Обычно, обещания Бакуго обязательно подраться после окончания занятий выполняется один раз из трёх. За этот месяц они спарринговались около четырех или пяти раз, Таката не особо считал. Но это лишь обозначает, что он действительно зол на него за сегодняшнее. — Ах, погоди, — словно бы очнувшись, попросил Дай. Он совсем забыл об этом, пока не открыл рюкзак. Там лежало утреннее письмо. — Мне надо кое-куда, ня. Может ты пока запросишь разрешение у учителя? — Куда собрался? — хмуро спросил Кацуки. — Меня позвали на крышу, — спокойно поделился брюнет, продемонстрировав письмо. — Оставили в шкафчике, утром, ня. Бакуго хмуро оглядел бумагу в его руке, после чего презрительно фыркнул. — И ради этого я должен тебя ждать?! Просто проигнорь, — попросил блондин с недовольством. Это же просто любовное письмо. Он не обязан на него отвечать. — Как можно? Это будет не по-мужски, ня, — хмуро сказал Таката. Если он не ответит на вызов, тогда его посчитают трусом. — Я постараюсь быстро. — Зачем тебе тратить на таких время?! Я думал у тебя уже есть, ну… — спросив это, блондин ненадолго замолк и продолжил: — Короче, я не хочу ждать из-за такой тупой причины. — Можем отложить, — предложил Таката. — Мне просто интересно, а вдруг это из старших кто-то, ня? Было бы круто… — Чё? — с недоумением спросил Бакуго. — Почему это? — Ну, у них же больше опыта, ня, — ответил Дай честно. — Я многому смогу научиться. — А ты, что, уже…?! — начал было Кацуки с удивлением, но вновь замолк не закончив. Впрочем, не удивительно. Кошак и сейчас вертит двумя. Но всё равно, неприятно осознавать, что он, оказывается, такая шлюха. Бакуго, скривив губы, продолжил: — Впрочем, плевать. Не говори о таких мерзостях при мне! — Чего? — с удивлением спросил Таката, выгнув бровь. С каких это пор хорошие драки стали для этого парня мерзостью? — А чем это отличается, ня? Ты ведь тоже зовёшь меня для этого. — Охренел?! — злобно воскликнул Бакуго, схватив его за воротник рубашки. Он с силой потянул его за рубашку, под любопытные взгляды оставшихся немногочисленных одноклассников, которые ещё не успели уйти. В его глазах полыхала ярость. — Кацуки, — с недовольством начал Дай. — Да что с тобой сегодня, ня?! — Бесишь! — прорычал ему в ответ блондин. — Я с блядинами таким не занимаюсь, ясно тебе?! — У тебя критические дни, ня? — ошалело спросил у него с неприкрытой агрессией Таката. — Что за словечки пошли?! — Ну, прости уж, — нарочито скучающе ответил блондин, оскалившись. — Таких, как ты, красиво не называют. — А как назвать таких, как ты, ня? — почти что сквозь плотно стиснутые зубы прорычал ему брюнет, с вытянутыми зрачками. — Мелкий хулиган с шилом в жопе, который задирает всех, только для того, чтобы самоутвердиться, ня. — Метр с кепкой ты, а я значит мелкий?! — с ухмылкой спросил Бакуго, словно нарочно пропустил остальное мимо ушей. — Иди нахуй, Кацуки, — послал его взбешённый Таката, насильно убирая его руки со своего воротника. Может их причуды разные по мощности, не в его пользу, но он физически сильнее. Блондин стиснул зубы, чтобы сдержать стон, когда его запястье с силой сжали. — Не хочу отбирать твоё любимое место, — саркастично бросил ему Кацуки. — Ты нарываешься, — злобно прорычал ему Дай, предупреждающе низким тоном. Сначала обозвал пидором, затем блядиной, а теперь ещё и это. Бакуго всегда вёл себя невежливо, часто раздражал его. Но сегодня он ведёт себя особенно неадекватно. Терпение Такаты не безгранично. — Приготовься отвечать за эти слова. — Перестаньте! — воскликнула Тсуи, которая до этого молча наблюдала за ними со стороны. — Хватит ссориться! Брюнет вздрогнул, отпуская руку Бакуго. Её голос помог Такате придти в себя. Совсем немного и он бы вновь сорвался. Сами эти ругательства не вызывали у него никаких эмоций, но после сегодняшнего, давили на больное место. Просто сейчас, ему прямым текстом сказали, в грубой манере, что он похож на педика. Это очень злило его, даже хуже старых кошачьих кличек. Нет, даже старые клички слышать было бы приятнее, чем эти слова. Таката постарался успокоиться с помощью дыхательных упражнений. Бакуго это Бакуго. Нет никакого смысла злиться на него. Корень его злости в другом. — Прости, Тсу-чан. Ты испугалась, ня? — через пару секунд, спокойно спросил Дай, заметив как дрожат плечи девушки. — Мы больше так не будем. — Не ругайтесь больше, пожалуйста, ква, — попросила Асуи, дрогнувшим голосом. — Не будем, обещаю, ня, — успокоил её брюнет, с ободряющей улыбкой. Бакуго громко цокнул и, обернувшись, ушел к выходу из класса. Снова ведёт себя, как добряк. Всего один щелчок, уже в своей маске. Подавив раздражение, Кацуки бросил на него мимолётный взгляд, обернувшись в пол оборота. Почему же его это так бесит? Неприятно то, что он оказался таким мерзким парнем. Его выходка на фестивале не идёт ни в какое сравнение с этим. Таката бросил ему в спину хмурый взгляд, решая в следующий раз преподать ему урок. Он не намерен более терпеть это. Надо заткнуть этого мелкого хулигана. Чтобы его грязный язык отсох навсегда. Успокоив Тсую, которая разнервничалась после увиденного, Таката тоже покинул класс. Он пошёл к месту встречи, желая сорвать свою злость на того, кто позвал его и неосознанно стал причиной недавнего инцидента с этим раздражающим парнем. Когда он наконец добрался до нужного места, Таката на секунду залюбовался видом на закатное небо. Густые облака окрасились в оранжево-розовый. Обычно он не склонен долго любоваться живописными видами, но этот закат был особенно красив. Вечер выдался ветреным. Прохлада приятно ласкала кожу, охлаждая голову. Это помогло ему привести мысли в порядок и немного остыть. Он заметил высокую, мужскую фигуру, одиноко стоявшую близко к краю крыши. Пришлось подойти ближе, чтобы рассмотреть черты лучше. Под тем углом обзора, у входа, Таката видел лишь темную тень из-за того, как на него падал солнечный свет. — Тетсу-Тетсу? — с удивлением спросил Дай, разглядев знакомые черты серебровласого парня из «Б» класса. Они вроде бы успели поладить на фестивале. Зачем этот парень вызвал его на бой? — Ты пришёл! — громко воскликнул Тесту-Тетсу с широкой улыбкой на лице, после чего мигом направился в его сторону большими шагами. Стоило им оказаться в пару метрах друг от друга, громила протянул ему ранее припрятанный предмет за спиной. Это оказался букет цветов, красные розы в неизвестном количестве. — Зачем это? — хмуро спросил брюнет, глядя на букет. — Таката, я хотел сказать тебе это со дня фестиваля, — начал торжественно сереброволосый. — Ты мне нравишься! Давай встречаться! Всё это он прокричал своим громким голосом, заставляя брюнета плотно прижать ушки к голове. Но когда он обдумал сказанное, то был несказанно шокирован этим откровением. Ему только что признался в любви парень… Опять! — За что? — спросил обречённо Таката, чувствуя как у него начинается головная боль. — Э? — переспросил Тетсу-Тетсу. — За что надо мной так издеваются?! — воскликнул попаданец, скорбно оглядев этого парня с букетом цветов в руке. Это должно быть романтично? Он парень. Зачем ему цветы? Неужели, он выглядит как тот, кому можно дарить цветы?! Вселенная сегодня словно бы хочет дать ему что-то понять. Утром он встречает нетрадиционную пару у дома. В автобусе его назвали милым. До обеда то недопонимание с Бакуго. В обед разговор с Шото. После обеда его вновь назвали милым. К концу урока ссора с Бакуго. Теперь, очередное признание от парня… Это уже не «Моя геройская академия», а «Моя гейская академия». Сплошное издевательство над психикой Такаты. Этот день официально один из худших в его жизни. — Я не совсем понял… — забито ответил серебровласый. — Мы с тобой разговаривали всего минут пять в общем… Когда успел? — мрачно спросил у него Дай, стараясь сдерживать рвущийся наружу ругательства. — Когда впервые увидел, то подумал, что ты очень милый! — ответил ему, стукнув кулаком в свою грудь парень. — Затем, когда ты врезал тому ублюдку, я понял, что влюбился! — Тетсу-Тетсу, — начал спокойно Таката, хоть и для поддержания такого тона ему приходилось прилагать большие усилия: — Мне жаль. Но я не могу принять твои чувства, ня. — Но, как же-… Ты с кем-то встречаешься?! — Нет. — Тогда-… Тогда почему? Я тебе не нравлюсь?! — Я не гей, — сухо отрезал Таката, стараясь не расстраивать подростка ещё больше. — Почему ты так уверен в этом? — нахмурившись, спросил сереброволосый. — Ты пробовал это раньше? — Нет, но я уверен, — устало ответил Дай. — Я думаю, что ты должен попробовать, прежде чем говорить это, — заявил ему Тетсу-Тетсу. — Ничего я не должен, ня, — хмуро опроверг Таката. Он язвительно подумал, что это ведь не блюдо какое-то, которое надо попробовать, прежде чем решить, что оно тебе не нравится. Ну не встаёт у него на парней! Не встаёт и точка! — Но, как ты тогда поймёшь? — с грустью спросил громила. — Послушай, — начал брюнет, проявляя стальную выдержку в этом разговоре: — Мне правда жаль, но я не могу встречаться с парнем, ня. — Дело только в этом?! — нахмурившись, спросил сереброволосый. — Разве это имеет значение, если любишь?! — Имеет. Конечно это имеет значение. Тебе может нравиться и скаковая лошадь, но если ты не зоофил, не быть тебе с этой лошадью. Пример довольно противный, но подходит. Секс очень важная составляющая отношений. Ты можешь сколько угодно любить человека, но без секса это останется обычной дружбой. Таката искренне в это верил. — Но, мы так подходим друг-другу… Может, ты пока сам не понял, кто тебе нравится? Я, вот, тоже думал, что мне только девочки нравятся. А потом мне понравился ты, — начал убеждать его Тетсу-Тетсу. — Будь мужиком и прими уже этот ответ, пожалуйста, ня, — попросил Дай, смущенный настойчивостью парня. Они очень отличаются, осознавал параллельно Таката. Оба признания от Шото и от Тетсу-Тетсу пугали, доставляя дискомфорт и очень смущали. Но если слова Тетсу-Тетсу только нервировали ещё больше, от слов Шото было другое ощущение. Таката был искренне тронут и польщён, а так же ощущал приятное тепло в груди. Именно поэтому было сложно отказать ему до сих пор. В его чувства верилось. В них хотелось верить. Ими хотелось насладиться. Но Тетсу-Тетсу не вызывал и толику похожих чувств в ответ. Это странно. Таката и сам не осознавал причину, по которой между ними такое различие. Но списал это на то, что они с Тетсу-Тетсу, по-сути незнакомцы. — Попробуй дать мне шанс. Может ты поймёшь, что парни тебе больше подходят? — продолжил спрашивать сереброволосый. — Нет, извини, — вновь отказался Дай, нахмурившись от выбора слов парня. — Я уверен, на все сто процентов, что я не гей, ня. — Почему нет? Тебе уже кто-то нравится? — спросил Тетсу-Тетсу, сделав к нему навстречу несколько шагов. — Не в этом дело… — пробормотал в ответ брюнет, начиная пятиться назад от парня с внушительным телосложением. — Тогда, просто дай мне шанс! Что тебе стоит? — спросил с мольбой в голосе парень. — Как минимум, моего времени, ня, — ответил Таката, едва удержавшись от продолжения. Есть ведь и максимум. От одной только мысли о потере анальной девственности, по коже пробежал табун мурашек. Этот парень слишком настойчивый. — Таката, ну пожалуйста! — взмолился Тетсу-Тетсу, успевая схватить отступающего от него брюнета за его руку. — Разве ты не видишь этого? Мы ведь так подходим друг-другу! — Пусти, — предупреждающе попросил его Таката. Хватка на его руке была сильной, даже болезненной. — Подумай об этом, хорошо? Я ведь не прошу тебя отвечать сейчас. Я готов подождать! — продолжил громко просить Тетсу-Тетсу, проигнорировав просьбу. — Ты чё, бэшкавитый? Не понимаешь слова «нет»?! — вклинился Бакуго, который стоял у входа, начиная приближаться в их сторону. — Кацуки? — с удивлением воскликнул Таката, который не замечал его всё то, неизвестное количество времени, когда он их подслушивал. Саркастическое замечание Кацуки вызвал в Такате желание провалиться под землю от стыда. Этот парень стал свидетелем уже не одной, а двух неловких ситуаций с его участием, причем всё в один день. После ещё свежей в памяти ссоры, эта ситуация казалась ему абсурдной. Надо же было ему увидеть именно эту сцену! — Тетсу-Тетсу, отпусти! — со злостью воскликнул покрасневший Таката, который уже более не мог сдерживать свой гнев. Почему? Вот, почему ему признаются только парни? Это какое-то проклятие? Его сглазили? Где такое лечить? Таката просто хочет вернуться домой и забыть обо всём, что сегодня произошло. Это уже слишком… — Не лезь не в своё дело, мудак! — ответил блондину злобно серебровласый. — Убери от него свои руки, ублюдок, — продолжил угрозу Кацуки, который уже бежал к ним, стремительно сокращая расстояние. Таката, который итак был зол от всего происходящего, окончательно потерял терпение. Он схватил за запястье этого парня рукой, которую он зажал в тисках и вывернул его руку. Не ожидавший этого Тетсу-Тетсу поддался напору, легко согнувшись от боли вывернутой конечности, после чего рефлекторно отпустил ранее схваченную руку. Таката отпрыгнул от него на пару метров, потирая болезненно ноющее запястье. Послышался взрыв. Дай прикрыл уши и глаза, чтобы защитить их. На всей поверхности крыши распространился черный дым, который мешал увидеть исход атаки Бакуго. Таката заволновался. Что если у этого парня появятся неприятности? Как потом им придется объяснять всё администрации? Зачем он вообще в это влез?! Когда дым рассеялся, можно было увидеть, куда целился Бакуго. Он не целился в ученика, хотя казалось бы именно это он и собирался делать. Он целился в тот самый букет красных роз, который сереброволосый продолжал держать в руке. От букета остались одни догорающие угольки. Сильный ветер распространил повсюду черный пепел сожженных цветов. Черный пепел танцевал на этом ветру, воплощая самые разные, виртуозные узоры в воздухе. Это прекрасное зрелище захватывало дух. Таката завороженно смотрел на догорающий букет, от которого исходил черный дым, испытывая какое-то неописуемое чувство удовлетворения внутри себя. Ранее красные розы в большинстве своем почернели, под цвет угольков. Былой облик цветов уже невозможно узнать, большая часть была уничтожена. Казалось, только сейчас, Таката смог вздохнуть свободно. Настолько легко это стало делать. Уголки его губ поднялись, выражая слабую улыбку. — Чёрт! Я целился ему в рожу, — зло выругался разочарованный блондин, возвышаясь над этим букетом, отчего брюнет наконец взглянул на того, кто создал это прекрасное, и в то же самое время, ужасное зрелище. Бакуго хмуро смотрел на него со злорадной ухмылкой на лице. Его красные глаза блестели чем-то опасным, полные желания разрушать и сеять вокруг себя хаос. Подбородок слегка приподнят, но челюсти плотно сжаты. Он несомненно считал себя сильнее своего соперника, но оставался настороже. Торчащие во все стороны, бежевого оттенка волосы, слабо развевались на ветру. Он властно ударил правым кулаком по своей левой ладони, используя причуду, чтобы казаться ещё более устрашающим. Затем взбудоражено оскалился. — Хочешь сам его избить? Я сам хочу, но позволю тебе решать. Ты должен быть мне, пиздец, как благодарен, кошак! Дай крепко зажмурился, чтобы отогнать это наваждение. Он сейчас действительно невольно подумал о том, что Бакуго очень красивый? Даже пепел, который всё ещё кружил по крыше уносимый ветром, кажется ему невероятно красивым. В последнее время с его чувством прекрасного имеются технические неполадки. — Не суетись, — попросил его Таката, когда его окончательно отпустило это странное чувство. — Нас могут потом наказать, ня. — А с этим что? — хмуро спросил Кацуки, указав недовольным взглядом на лежащего на полу, с комичным выражением удивления на лице, Тетсу-Тетсу. — А этот, идёт нахуй, — с явным презрением ответил Таката, не глядя на парня, который не умеет принимать отказы. — Погоди! Таката? — воскликнул запоздало сереброволосый. — Мы не договорили-… — Ещё раз подойдёшь ко мне и будь уверен-… — начал Таката, наконец встречаясь с ним глазами: — Твоё укрепление тебя не спасёт. Тетсу-Тетсу побледнел, увидев в ранее спокойных глазах неприкрытую кровожадность. В красных глазах брюнета было нечто зловещее, словно бы это для него не было обычной угрозой. Но пока он пытался придти в себя от сковавшего его тело страха, оба парня из «А» класса уже ушли.

***

— Учитель Айзава в школе. Мы можем устроить спарринг, — не глядя уведомил его Бакуго. — Я устал, — невыразительно ответил Таката, который молча шёл, опустив голову. Они спустились с крыши и уже шли в направлении к воротам. Весь путь прошли в полном молчании. Дай чувствовал себя выжатым досуха. Не сказать, что случилось что-то ужасное. Ничего из ряда вон не случилось. Кроме того, что все слова Шото подтверждались на протяжении всего дня. Его внешность, поведение и слова создавали недопонимание. Таката действительно привлекает одних только парней. Он похож на гея и ничего с этим поделать не может. Ему придется прислушаться и сменить поведение, чтобы избегать таких случаев в будущем. Снова переступать через себя, только чтобы в нём перестали видеть того, кем он не является. Таката устал. Морально устал от всего в этом мире. Это очередной удар. Он способен его выдержать, приняв лицом. Но сколько ещё придется бороться? Иида оставил ему выбрать, что делать дальше. Есть ещё столько вопросов со злодеями, которые нужно решить. Признание Шото, на которое нужно ответить. И сегодняшнее открытие, что он по сути ходячая мишень всех педиков и тех, кто потенциально может им стать. Надоело. — Зачем ты пришёл, ня? — спросил Дай, когда они покинули пределы академии. — Не знаю, — сухо ответил ему Бакуго. Он хотел разочароваться. Ему необходимо было увидеть это, чтобы окончательно выкинуть этого кошака из головы. — Но ведь хорошо, что пришёл. Этот бэшкавитый ещё мягко отделался! — Он просто дурачок, ня, — покачал головой Таката. Хоть действия Тетсу-Тетсу и были неправильными, по сути он не сделал ничего плохого. Этот случай поможет ему понять, что надо уметь принимать отказы. Даже хорошо, что объяснять пришлось ему, а не какой-нибудь хрупкой девушке, которой сложно пришлось бы под давлением такого громилы. — Чего ты оправдываешь его?! Этот бэшкавитый вёл себя словно маньяк! Приставал к тебе, словно ты девка с улицы, — скрежета зубами, начал высказывать недовольства блондин. — Ну, это да, — согласился Дай, хмуро вспоминая силу хватки на своей руке. Запястье покраснело, наверняка появиться синяк. Придется прятать это до заживления. — Возможно… я должен был отказать ему сразу, а не… не надо было стараться делать это мягко, знаешь, ня? Моё лицо тоже могло его спровоцировать… Как я понял сегодня, я вроде магнита для таких, как он, ня. — Чё ты несёшь? — хмуро спросил Кацуки, остановившись после этих слов. — Ты реально решил, что ты виноват?! — с сомнением спросил он. — Есть такое, — пробормотал Дай, с самоуничижительной улыбкой. — Ну, знаешь, с моим лицом… неудивительно, что он так сомневался в моих словах, да? Я повторял ему, что не гей. Но он не поверил, ня. Я ведь похож на таких… — Ты тупой? Или притворяешься? — агрессивно спросил у него Бакуго. Но прочитав во взгляде брюнета искренне недоумение, продолжил тише: — Хотя, то что ты не понял по письму, зачем тебя звали… Точно, настоящий идиот! — Возможно, — безэмоционально согласился Дай. Шото тоже на что-то такое намекал сегодня. Сейчас, Таката чувствовал себя тупым, слепым и тем ещё неудачником. — Блядь, неужели мне надо об этом говорить? — с какой-то обреченностью в голосе спросил Кацуки, взглянув на собеседника, как на врага народа. — У каждого есть своя голова на плечах. Каждый должен сам отвечать за себя, понятно?! Ты хоть кричи везде, что ты пидор, это не даёт никому права к тебе так относиться, ясно?! Каждое слово этот парень тщательно озвучивал, стараясь донести их до Такаты. Он не кричал, но и не говорил тихо. Привычно рычащим голосом, но спокойным тоном. — Ты ведь не тупой, в бою уж точно. Какого хрена я тебе это говорить должен?! Ты должен сам это знать, кошак! — с этими словами, голос парня стал громче. — Ты ведь сильный. Так почему не пользуешься? Делай что хочешь и пусть слабаки глотают это! Иначе, какой в этой силе смысл?! Таката опустил голову вниз, стараясь обдумать эти слова, убирая с них ненужные ругательства и прочее. Оставляя только истинный смысл. — Такой позор, проигрывать такому слабаку! Веди себя, как положено! Не хочу слышать больше такую чушь, понял меня?! — Угу, — слабо кивнул брюнет, не поднимая глаз, которые подозрительно щипали. Он зажмурился, чтобы сдержаться. — Завтра, чтобы сам пошёл и врезал тому уроду! Если не пойдешь, я лично его кастрирую! — Кацуки, — позвал его Таката, чтобы прервать этот агрессивный поток мыслей вслух. — Как тебе, Бомб? — Чё? — растерянно переспросил Бакуго. — Дружеское прозвище, — объяснил Дай, поднимая на него взгляд покрасневших глаз, в которых плясали веселые искорки. — Это же бомба, да? Мне не нравится, — тут же высказал свое мнение Кацуки. — По оригинальнее ничего не придумал?! — С английского значит «бомба», — спокойно согласился Дай. — Но я назвал тебя так в честь одной большой, черной и злой птицы, ня. Эта птица взрывается, когда ею кидают в свиней. Я думаю тебе очень подходит. — Только попробуй меня так назвать, прибью! — пригрозил Кацуки, наотрез отказываясь. — Такой птицы даже в природе нет! — Но мне так нравится, Бомб, ня. Это моя любимая злая птица… — удручённо ответил Таката, неосознанно надув губы от обиды. Этой игры, к сожалению, нет в этом мире. Хотя, даже если бы игра существовала, этот парень не сумел бы оценить всю прелесть шутки. — Решено. Отныне, ты будешь, Бомбом, ня! — Сказал же, прибью! — злобно пригрозил Бакуго, угрожающе нависая над его лицом с близкого расстояния. Он смотрел на него сверху вниз, так как был гораздо выше. И сейчас, очевидно, пытался этим надавить. Красные глаза брюнета блестели от подступающих слёз, но он улыбался ему. Бакуго подавил в себе желание смахнуть влагу с этих глаз. — Бомб, спасибо, — невозмутимо продолжил Таката, с широкой улыбкой встречаясь с ним глазами. — За то, что пришёл, ня. — Чёрт с тобой… — пробормотал про себя недовольно Кацуки, отворачиваясь от брюнета. Это мало похоже на притворство. Он и вправду верил в то, о чём говорил. Тогда, какая из его лиц настоящее? Бакуго задумчиво продолжил шагать вперёд, обгоняя его. Впрочем, это совсем неважно. Таката с теплотой смотрел на его спину, когда он продолжил медленно шагать вперёд. У этого парня, оказывается, есть и такая изумительная сторона. Всё, что он сказал ему сегодня, попало прямо в точку. Пусть и в агрессивной манере, смешанное с бессмысленными оскорблениями, но слова самые нужные. «Ты не виноват в том, что произошло. Это Тетсу-Тетсу был в корне не прав.» «Совсем не важно, как ты говоришь, выглядишь или ведёшь себя. Это не даёт окружающим права делать тебе больно.» «Ты сильный и можешь за себя постоять. Надо лишь понять, что ты можешь быть самим собой, если захочешь. В отличие от большинства, ты можешь делать это без страха. Тебя примут. Это общество уважает силу.» «Перестань брать на себя ответственность за те вещи, которые даже не в твоей власти. Живи так, как хочешь.» Всё напряжение накопленное за весь день мигом спало. Если так подумать, случись каждое сегодняшнее событие в разные дни, Таката не обратил бы на них особого внимания. Но всё это случилось в один день, словно бы соблюдалась какая-то закономерность. Медленно но верно, самооценка Такаты падала на протяжении всего дня. Не осталось никакой уверенности в себе, а представление о самом себе, под влиянием внешних факторов, было знатно искажено. Он словно треснул изнутри, разлетаясь на миллионы осколков. Это давно притаившиеся мрачные мысли в его голове, которые он насильно подавлял, наконец победили его. Бакуго действительно крутой. Он наверное один такой, среди всех людей, чья самооценка непоколебима. Именно потому, что это ему сказал такой парень, как он, слова обретали силу. Этим словам можно верить. Более того, в них нужно верить. Кацуки прав. Таката никому и ничего не должен. Он может делать то, что сам пожелает. А остальные пусть идут нахуй. Всего парочка мотивирующих слов, прошедших через переводчик-Бакуго, помогли вспомнить эту простую истину, которую так легко можно забыть в подобные дни. Вместе с этим открытием, пришла и ясность ума. Таката теперь точно знает, что ему нужно делать дальше. Все эти проблемы, которые всего десять минут назад казались такими непреодолимыми, более не казались такими. Верно. По сравнению с тем, сколько он пережил, всё это пустяк. Дай легко с этим справится.