Импульс

***

— Еще раз! — громкий свисток оглушил всех присутствующих, заставляя скривиться. Грейнджер приложила ладонь к потному лбу, пытаясь унять жар, который так и норовил лишить ее жизни. Но что ни сделаешь ради любимого хобби? Даже в пекло выйдешь на стадион, потому что на-до. Очередной свисток, и она резко убрала руку, поудобней перехватывая клюшку. Команда начала разбегаться кто куда. Опять. Неужели так сложно понять, что нужно следовать за капитаном? — Стоп! — опять громкий свисток, и недовольный Костье вышел на поле, упирая руки в бока. — Что за кучка имбецилов? Вам совсем уже мозги оплавило? — Тренер… — прокряхтел какой-то паренек, стоящий не так далеко от нее. — Жара невыносимая. Я лично ничего уже не соображаю. — Оно и видно, — хмыкнул Костье. — Вы одно упражнение не можете выполнить на протяжении двадцати минут, о чем тут еще говорить? Он развернулся, быстрым шагом покидая стадион. — А что нам делать? — снова выкрикнул парень. — Отдыхайте. Мне амебы на тренировке не нужны. Казалось, все в этот момент выдохнули с облегчением. Ведь это означало только одно — тренировки не будет, можно провести время так, как хочешь. И Гермиона была не против сразу же, даже не переодеваясь, рвануть в сторону дома, чтобы выспаться. Ведь эта ночь была самой невыносимой из всех последних. «И кто же в этом виноват?..» — проскочила мысль в голове. Но даже этот настрой смогло испортить одно предложение Костье, с которым они пересеклись уже в коридоре: — Гермиона, зайди ко мне. Грейнджер лишь фыркнула, заходя в раздевалку. Все же переодеться стоило, как и принять освежающий душ. Иначе тренер просто задохнется. Она сняла форму, сложив все в кабинку. А затем, взяв полотенце и все принадлежности, направилась в сторону душевых, напевая под нос мелодию какой-то песни, что так и не удавалось вспомнить. Теплая вода тут же хлынула из крана, заставив ее скривиться. Лезть под такую воду не хотелось, поэтому она быстро повернула ручку, настраивая на прохладную, более бодрящую. Выдавив гель на мочалку, Гермиона начала намыливать уставшее тело, которое сразу же отреагировало, покрываясь мурашками. Когда пена была смыта, а кожа вновь благоухала цветочным ароматом, Грейнджер покинула душевые, обматываясь по пути полотенцем. Намокшие пряди, выпавшие из пучка, начали неприятно прилипать к шее и лицу. Но она видела только плюсы, ведь именно это должно было помочь ей спастись от жары по дороге домой. — Так-та-ак, — протянул мужской голос, как только Гермиона переступила порог, оказавшись в раздевалке. — А вот и Грейнджер собственной персоной. Она резко остановилась, впиваясь пальцами в полотенце на груди, одновременно придерживая его и тем самым защищаясь. Перед ней, развалившись на лавке, как какой-то царь, лежал молодой светловолосый парень, вертя в руке нож. «Что за позер?» — фыркнула про себя Гермиона. — Кто ты такой и что здесь забыл? — голос не выдал волнения, что накапливалось в теле с каждой секундой. Парень хмыкнул, резко садясь на лавке. Он широко расставил ноги, уперся локтями в колени, склоняясь чуть вперед и внимательным взглядом впиваясь в ее лицо. И в совокупности с дикой улыбкой это смотрелось очень безумно. Нож, что до сих пор находился в его руке, — и Грейнджер только сейчас заметила перстни и браслеты с шипами поверх черной водолазки, поблескивающие в тусклом свете раздевалки, — продолжил крутиться теперь уже на пальце благодаря удобной рукояти с отверстием. — Я? — спросил он, изображая удивление. — Я тот, кто пришел сюда за тобой. Лезвие ножа указало прямо в ее сторону, но Гермиона так и не пошевелилась, оставаясь стоять на месте. — Больше конкретики, — бесстрашие — ее второе имя. Определенно. Парень хмыкнул. — Ты меня утомила. Он поднялся с лавки, вновь начиная свои манипуляции с оружием, которые уже порядком надоели и вполне могли вызвать нервный тик. — Собирай свои шмотки. Грейнджер чуть не задохнулась в этот момент, смотря в спину уходящему незнакомцу. — Чего? — Еще и глухая? И нахера ты тогда нужна Ваймаку? — парень явно рассуждал вслух, подходя к двери, не требуя ответ, который в этот момент так и крутился на языке. Он вышел из раздевалки, не обернувшись, оставив шокированную Гермиону предоставленной самой себе. «Нужно было послать», — самая правильная мысль за этот день. — Стоп. Ваймак? — прошептала она его последние слова. — Чертов сукин сын. Серьезно? Дэвид послал за ней своего пса? Это теперь так делается? Агрессия начала наполнять тело слишком быстро, и Грейнджер сама не поняла, в какой момент зарычала, как та самая собака. — Черта с два я пойду за этим клоуном, — прорычала она. — Мой ответ: нет! Слышишь ты меня, тренер гребаный? Нет, нет и еще раз нет! Но крик так и остался в пределах комнаты, ведь никто не зашел в раздевалку со словами: «Хорошо, я тебя понял». А ведь так хотелось. Гермиона нахмурилась, переодеваясь в свою повседневную одежду. Идти с этим ненормальным уж точно никуда не хотелось. Более того — это было опасно. Схватив собранный рюкзак, она выбежала из раздевалки, направляясь в сторону кабинета тренера. Постучав и услышав в ответ одобрение, Грейнджер зашла в комнату, в которой за эти пару дней была уже много раз. — Костье, — начала она, пытаясь отвлечь мужчину от документов. Но тот так и продолжал втыкать в какие-то бумаги, не поднимая взгляд. — Тренер, — настойчиво повторила Гермиона, но снова потерпела крах. Он будто специально игнорировал ее, настойчиво скрываясь от пристальной слежки. — Да что происходит?! — резко выкрикнула Грейнджер, в момент подходя к столу и ударяя по нему ладонями. — Вы хотите мне что-то сказать? Костье вздрогнул от громкого шума, наконец встречаясь с ней глазами. Он выдохнул, пытаясь нацепить на лицо уверенную маску, но получалось очень плохо — на нем отчетливо читалось отчаяние. — Гермиона… — тихо начал тренер, — Ты больше не можешь играть за нашу команду. Удар под дых. Она перестала дышать, когда Костье потянулся в ящик, доставая оттуда документы с яркими подписями, так и кричащими: «Это коне-ец!». Он передал их ей, но Грейнджер даже и не думала читать, лишь вцепилась в них трясущимися руками. — Как это понимать? — хрипло поинтересовалась она. — За что? — В этом нет твоей вины… — тренер выдохнул. — Просто так будет лучше для твоего будущего. Тебя захотели взять в другой состав. — Ваймак? — Да. Документы на твой перевод уже подписаны. Он кивнул на бумаги в ее руках, и сердце остановилось. Мир вмиг потерял все краски, оставляя перед глазами только лицо Костье, что пытался взглядом показать, как сильно он сожалеет. — Спасибо, что решил все за меня, — без эмоций прошептала Грейнджер, разворачиваясь на пятках. — Даже после того, как узнал всю историю. — Гермиона, прости! Но это для твоего же блага! Он пытался. Но слушать его сейчас было равно самоубийству. Она вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. Здесь не помогут даже сигареты. Неугомонная мысль сбежать, да побыстрей, проследовала ее, словно назойливая муха. Гермиона покинула здание, с оглушающим звуком закрыв железную дверь, будто пыталась этим самым показать все, что чувствует в этой ситуации. Но вот дальше уйти не успела. На горизонте снова появилась светлая макушка с убийственной улыбкой на лице. — Ты слишком медленная. Она фыркнула, разглядывая своего «оппонента». — А ты похож на нарика. Обмен любезностями окончен? Еле заметно улыбнувшись удивлению, проскочившему на его лице, Гермиона развернулась, направляясь в сторону дома. Он же не думал, что она пойдет с ним? От этой мысли она тихо хихикнула, но тут же почувствовала чужую руку у себя на плече. Все произошло в одно мгновение: ее, словно Грейнджер была какой-то куклой, развернули на месте, а затем произошло болезненное столкновение спины с кирпичным зданием, заставляя уронить рюкзак. Гермиона зажмурилась от удара, не сразу ощутив, как хватка на ее плече усилилась. — Какого?.. — только и успела прошептать она, как ее встряхнули. — Слушай сюда, своенравная, — зашипел парень ей на ухо, — еще раз попытаешься перечить мне, будешь пенять на себя. Кое-как Грейнджер удалось открыть глаза, чтобы взглянуть на озлобленное лицо напротив. «Этот блондинчик реально зол», — проскочила мысль в ее голове, стоило только увидеть в каком он был состоянии: трясущийся и покрасневший. — Не привыкать, недо-кэп, — наконец ответила она, вглядываясь в его глаза с расширенными зрачками. «Ей богу, даже радужки не видно». — Ты снова меня утомила, — легко отозвался он, отступая на шаг. Гермиона глубоко вздохнула, будто до этого и вовсе не дышала. Вот только рано было расслабляться: в следующее мгновение после того, как ей удалось хоть немного прийти в себя, ее снова припечатали к стене, вот только на этот раз было уже не до шуток. Острое лезвие, поблескивая в лучах солнца, уперлось ей прямо в шею, готовое в любой момент выпустить из ее тела всю кровь. — Лучше бы тебе послушать все то, что я говорю. Ты думала это шутка? — парень усмехнулся, наклоняясь ближе, из-за чего холод на шее усилился. — Ты сейчас же сядешь в машину. И мы вместе отправимся в далекое приключение — прямиком в соседний город, чтобы наконец-то сесть в этот ебанный самолет и улететь к тренеру. Поняла? Гермиона хотела кивнуть, сказать «да», в конце концов, но вышло только прикрыть глаза и ощутить гнев, распространяющийся в груди. — Пошел на… А дальше лишь сильный удар по голове и темнота, последовавшая за ним.