Его лесная тайна.

Нет жизни без наличия в ней тайн. Но каждый трактует это по-своему. Многие их хранят как зеницу ока. Некоторые с удовольствием делятся ими, совершенно не задумываясь о последствиях.

А кто-то сам является тайной.

*** Тихий шелест - музыка, создаваемая лесом, что можно слушать вечность. Он успокаивает, изгоняет напрочь лишние мысли из головы. Своеобразная медитация. Феликс сидит на самодельной хвойной подстилке. И прислушивается ко всему, что его окружает. Минхо задерживается. Солнце уже село, а он всё не возвращается. Ежедневные обходы леса в последнее время стали скучны и однотипны, если можно так выразиться. Никто не совался к ним, не приближался к лагерю. Это несомненно радовало, но и напрягало одновременно... Но так приказал Хранитель. Не хотелось бы внезапно наткнуться на людей и вместе с тем приобрести ещё больше проблем. *** Остроухие свято чтят свою историю, передавая её каждому члену клана, из поколения в поколение, дабы прошлое и его ошибки не были забыты. Много лет прошло с тех пор, как людской род начал массовое истребление эльфов. Всех. Люди возжелали стереть с лица земли тех, кто хоть чем-то был не похож на них, будь то форма ушей или рост (в случае гномов). Посчитав, что на планете должна остаться лишь одна раса - людская, они развязали жестокую войну, можно сказать, даже бойню, что привела к бегству эльфов и их объединению в кочующие кланы. Некоторые из них создали крупные содружества, а какие-то пожелали жить вдали от остальных, в кругу "своих"... Ли Феликс - наследник действующего Хранителя клана из леса Ясенг. Бан Чана. И через некоторое время младшему предстоит занять это место. Так было со времён первых кочевых эльфов. Так есть и сейчас. И вряд ли это изменится когда-либо. По их обычаям Хранителю было запрещено иметь кровных наследников. Феликса Бан Чан по счастливой случайности нашёл в лесу. То, что предшествовало этому известно только духам леса. Он лично занялся обучением ребёнка, готовил его к предстоящей ответственности. Многие из клана не понимали, почему он так возится с этим подкидышем. Чан и сам не знал. *** Наконец вблизи послышался хруст веток. Шаги лёгкие, но уверенные. Он знает лес. Минхо дотронулся до плеча Феликса, вырывая его из транса. — Всё тихо. Блондин приоткрыл глаза, обращая их на друга. — Ничего не меняется. Возвращаемся. — Да. *** Вот уже виднеются огни фонарей их лагеря за множественными стволами деревьев, как наследник внезапно останавливается. Минхо шёл позади и чуть было не врезался в его спину. — Всё в порядке? Он будто не услышал вопроса. — Ты ведь хочешь завтра пойти на охоту? — Хотел... Смотрит с прищуром. Минхо чувствует, что младший что-то задумал. Они с самого детства дружат, давно привыкли друг к другу и интуитивно понимают, если один из них начинает мутить воду ни с того ни с сего. Почти родные братья. А Феликс знал, на что надавить, а ещё знал, как друг хочет выслужиться перед Сынмином - старшим охотником. — Завтра я один пойду в лес, ты иди с охотниками. — Ты что удумал? Неужели... Не смей лезть к людям! — Я и не собирался. Он задумывается на секунду. — Тебе честно сказать? Хочу побыть один. И не спрашивай, почему. Я не отвечу. Феликс сам не понимал своего желания. Иногда, нет, даже часто, чувствовал, что такой режим его жизни ему просто осточертел. Лагерь - обход леса с другом - медитации - лагерь. И по новой. Изредка такие дни разбавлялись охотой. Но и она быстро надоела. — Ты серьёзно? Если Бан Чан узнает о твоей самодеятельности... Феликс его перебил. — Я сам ему расскажу. И у Минхо не остаётся слов. Спорить с ним - пустая трата времени. Всё равно не переубедить. *** Разумеется, Ли ничего не сказал Чану. Как только группа охотников скрылась в лесу, и их шаги перестали быть слышны, блондин незамедлительно направился в свою излюбленную чащу, к небольшой опушке, сплошь покрытой еловыми ветвями. Он лично обустроил своё место. Только Минхо знал его точное местонахождение. Бан Чан же был осведомлён лишь о его существовании. Рассветные лучи солнца пробиваются сквозь плотную крону, освещая бледное лицо эльфа. Глаза прикрыты. Ресницы его чуть подрагивают. Он не может сосредоточиться, как бы ни старался. Юношу не покидало плохое предчувствие. Однако блондин старательно его игнорировал. Длительное время он выравнивал дыхание, прислушивался к окружающим его звукам. Но стоило состоянию стазиса его настигнуть, как чувство необъяснимого беспокойства возвращало его в реальность. Только Феликс хотел изменить положение, считая, что это исправит ситуацию, позади послышался хруст веток. Шаги лёгкие, но уверенные. Он знает лес. — Минхо, это ты?