Хавильдар

Средь белой пустоши, где даже лес был редким гостем, к низкому северному небу тянулись шпили ледяной цитадели. О тех, кто и зачем возвел ее однажды давно забыли и даже не пытались вспомнить, на столько давно это было. Но она стояла. Непоколебимая перед веками и холодом, строгая и высокая. А у подножия, совсем по-сиротски приютилась деревушка. Маленькая, словно углем нарисованная. Для Ледаса этот пейзаж означал многое: семья, родной дом, центр мира… Но для его близкого друга Киры, он был лишь тюрьмой и убийцей надежды. Он знал свой край как не знал его никто из здесь живущих. Знал сколько минут необходимо чтобы спуститься со склона к деревне, но даже не имел представления о том, что такое «время». Знал, что после любого похода он обязательно вернется сюда, их встретят и обогреют. Так было всегда. Так было сегодня. Их снова встретила беловласая прислужница цитадели. — Вы долго — оповестила женщина, внимательно осмотрев парней снизу вверх. Замечание заставило обоих остановиться. — Да, мы… — неуверенно начал Ледас, стараясь затмить недовольную реакцию друга своим извинением — …немного загулялись. Вряд ли причина волновала прислужницу. Ей было важнее, чтобы каждый, кто выходит за пределы деревни, помнил о правилах. — Вы обязаны помнить, что ворота… Низкий вой горна перебил ее нравоучения. Компания обернулась. С этим звуком приходили они, суровые белоснежные ходоки. Вереница мужчин и женщин на нартах, вышла из-за холма и двигалась прямиком к деревушке. Они везли и тащили дичь, рыбу и металлы — улов за несколько дней их отсутствия. Скоро их строй достиг ворот, и теперь приковывал внимание Ледаса к своему поживу. — С ума сойти, сколько! — прошептал Кира, чуть баднув друга локтем. Ходоки восхищали его с самого детства, стали его мечтой и примером для подражания. Зайцы на его поясе — его желание научиться охоте и однажды стать частью этого отряда. Ледас его эмоций и впечатлений не разделял, даже печалился им. Считал, что неугомонный товарищ лишь пытается хоть немного вырваться за пределы «пейзажа». Да и, в отличии от Киры, Ледасу было преднаписано служение в цитадели, что мешало ему до конца понять мечты друга… Так он и смотрел на тянущуюся вереницу людей и саней, пока рядом стоящая прислужница не начала молиться. Лишь шепот жрицы заставил юношу обратить внимание на замыкающие ход нарты. Привязанный к саням, синий и холодный ехал мертвяк. Их находили у границы заблудших и безымянных. Затем привозили сюда, дабы отпеть богине Шалтис. — Ступайте — отвлекает обоих прислужница, а затем обращается к Ледасу — Завтра утром его нужно будет отмыть… Юноша кивнул. Свою работу, как начинающего жрица он знал. Подготовка трупа к ритуалу — чистейшая из его обязанностей. — А я? Есть работа? Спешит влезть Кира, но тут же морщится и вздыхает услышав, что ему снова предстоит чистить рыбу…