Тепло можно обрести в самых неожиданных местах

      Какой бы прекрасной не была ночь, как бы не хотелось продлить её до бесконечности, она рано или поздно заканчивается. В этом одновременно и ужас, и прелесть нашей жизни. Всё, даже самое лучшее, проходит и уступает, в свою очередь, чему-то новому, чтобы после и это новое стало старым. Круг бесконечен и наполнен как светлыми, так и тёмными полосами. К сожалению или к счастью, большая часть нашей жизни представляет собой серую область обыденной жизни. Она не даёт острых ощущений, но зато помогает переждать бурю, чтобы идти в мир с новыми силами.       Адриан погрузился в размеренный и строгий распорядок дня. Учёба, фехтование, китайский, работа моделью сменяли друг друга один за другим. Люди не могут сверкать счастьем постоянно, и это в нашей природе. Юный Агрест всё также старался порадовать отца, также держал марку семьи и также жил, как жил и до той случайной улыбки Маринетт, согревшей его одной холодной ночью. Но всё же, ничто не проходит бесследно.       Сам того не замечая, Адриан впустил в свою жизнь новую переменную. В какой-то момент в его мыслях появились Маринетт. Незаметно, легко и просто она вошла в его мир и стала неотъемлемой частью. Неожиданно для себя, он стал замечать то, чего раньше не видел. Это не было вспышкой, искорой. Он всё также вовремя приходил на занятия, но теперь поглядывая на пустое место позади себя и пытаясь угадать, когда придёт его бесконечно милая, но сонная одноклассница. На фехтовании его движения были всё также точны, однако теперь на его лицо могла выйти улыбка, когда он вспоминал, как Мариннет пришла однажды на пробы в секцию. А после герой без маски снова спокойно продолжал бой. На китайском, уча очередное стихотворение, он думал, понравилось бы ли его звучание Принцессе, а потом всё так же идеально отрабатывал дикцию.       Его жизнь не переломилась, не изменилась. Просто на его небосводе зажглась ещё одна звезда, которая светила ему мягко и легко.       Адриан не предпринимал никаких активных действий по отношению к Мариннет, но несмотря на это, их общение по чуть-чуть, но стало меняться. Нет, конечно, они не стали лучшими друзьями в один миг. Она всё также могла шарахаться от него, путаться в словах и падать на ровном месте. Он всё также держал дистанцию идеальной вежливости и дружелюбности, которая въелась в него с детства. Но всё же, но всё же... Что-то поменялось.       К примеру, в какой-то момент стало совершенно обыденным, что на обед Адриан идёт только и только в компании трёх своих друзей. Нино, Алья, Маринетт и сам Агрест учились, шутили, разговаривали и узнавали друг друга. Неожиданно вскрылось, что вечно активная Алья может очень уставать. Что забота о младших братьях и сестрах - это тот труд, который особо никто не замечает, но который выматывает до самого дна. Она любила свою семью и с самого детства не могла показывать усталость, ведь она пример для младших. У Нино, также как и всех людей на свете, были свои трудности. Почему юный диджей никогда не снимает свои наушники? Почему у него вечно гремит музыка на всю громкость? Музыка - это нередко такой же побег от тяжёлой действительности. Хотя, для Нино это не было прямой истиной, ведь он действительно обожал слушать песни, но иногда и для него возможность пропитаться звуками до самых краёв - способ отдохнуть и не думать ни о чем, когда бывает тяжело.       Четвёрка открывалась... Но не Адриан с Маринетт. Агрест просто физически не мог преодолеть ту маску доброжелательности и показной открытости. Он улыбался, смеялся, но не показывал ничего. Не показывал, как тяжело ему бывает по вечерам, как одиночество давит на него. Он давно уже привык даже не скрывать, а отодвигать личные проблемы глубоко в себя, когда он находится даже в компании друзей. Держать лицо, быть образованным, быть счастливым - не право, а обязанность его семьи. Но когда он оставался один на один с собой - всё эта боль просыпалась и давила на него. Он не врал на прямую, нет, но иногда самая страшная ложь это та, в которую поверил ты сам.       Маринетт же... Тоже не могла поделиться ничем. Она была Ледибаг, и на ней лежала ответственность за весь город. Она постоянно контролировала себя, чтобы не выдать, не раскрыть тот секрет, что больше её самой. Постепенно, незаметно для неё самой, она даже с лучшей подругой стала подбирать каждое слово. Она решила, что ей нельзя показывать ни усталости, ни тяжести ответственности. Ведь тогда её будут спрашивать почему, как и зачем, а ей это не позволительно. А ведь ещё и Адриан рядом... Не может же она ляпнуть, что влюблена в него? Вот будет провал. Так что она выверяла каждое своё слово и пыталась убедить саму себя, что всё прекрасно.       Четвёрка проводила время вместе, но каждый по отдельности. Нуару и его Принцессе был нужен друг, причём гораздо больше, чем удачная влюбленность. Хоть они сами этого пока не понимали.       Адриан чувствовал, что Маринетт не может спокойно говорить в его присутствии. Как и знал, что он и сам не может раскрыться. А этого он хотел... Просто поговорить. Рассказать. Быть честным. А ещё, наш отличник хотел узнать свою подругу. Чтобы она и сама могла говорить свободно и легко. И вот однажды, сидя в одиночестве у себя в комнате и прокручивая раз за разом одни и те же мысли, он решился. Он хотел поговорить с Маринетт без масок, но чтобы сорвать их, ему самому нужно надеть маску. Нет, не маску героя. Маску простого человека, который хочет быть честным. Он решил, что, гуляя по крышам ночного Парижа, будет оставлять на полюбившемся балконе с каждым подарочком письмо. В котором он будет честным. А после, кто знает, может в одном из них окажется номер незарегестрированной сим-карты...