Ангелы нашего времени

Арсений просыпается первым. Он не помнит ничего со вчерашнего дня, ну, точнее, он помнит, как выбегал из дома в страхе, а после ему сделали сюрприз, он помнил глаза Антона, которые смотрели на его лицо, что было всё в торте, он помнил всё до десятого стакана, а после… Попов сосредотачивается и пытается вспомнить, ведь это состояние всё больше волнует. Почему он снова лежит у Антона в объятиях, хоть и так приятно, почему в такой интимной позе, так близко…а может…что-то было вчера после вечеринки..? Арсений, честно, пытается все вспомнить, очень сильно, и воспоминания флешбеками постепенно приходят к нему. «Боже, какой позор..» — вспомнив всё, думает Попов и хочет провалится под землю. Что он нёс вообще? Что за чепуха!? Он хнычет и прячется в подмышке Антона от всего мира, из-за чего старший и просыпается. — М? Ты чего, Арс?.. — Антон поднимает руку и смотрит на макушку Арсения, пытаясь под конец разлепить слипшиеся глаза. — Ничего, спите.. — бубнит он чуть ниже подмышки, от чего щекочет кожу старшего. — Хехей…Арсюш) — Антон поднимает его голову к себе и улыбается ему. — Что случилось?) — Я просто…вспомнил вчерашнюю ночь.. — Арсений делает жалостливый взгляд, а после отводит в сторону. — Простите.. — Всё в порядке, ангел) посмотри на меня, — просит Антон, поглаживая того по щеке, но не хочет сам поднять его взгляд к себе, а чтобы это сделал сам Арсений. Голубоглазый всё же делает этого, немного удивляясь от эдакого прозвища. — Всё хорошо, я понимаю, что ты был пьян и не отвечал за свои действия, у тебя день рождения, так что можно) — Ещё раз извините… — Давай готовиться к работе, м? — Хорошо..но у меня нет одежды с собой для работы.. — Я отдам что-то из своей, не волнуйся — Хорошо… Антон встал и подошел к шкафу, доставая одну белую рубашку, протянув Арсению, галстук и черные брюки, которые ему самому были малы в росте. — Спасибо..) — Да не за что) Антон снял с себя футболку и штаны, тоже начиная переодеваться. Себе он взял бело-голубую рубашку и белые брюки и стал одеваться. Арсений вспомнил свой «комплимент» в сторону Антона, когда тот переодевался перед ним ночью и ало покраснел, но тоже стал переодеваться, вставая с кровати и подходя к окну, повернувшись к Антону спиной. Он заправил рубашку под брюки и попытался завязать галстук, что не получалось без зеркала. — Повернись, — сказал Антон, около двух минут со смешком на лице наблюдая за Арсением. Он поставил руку на его плечо и повернул к себе. — Боже, спасибо.. — выдохнул Арсений, отпуская галстук и опуская руки. Антон стал завязывать галстук, а Арсений всё так же, как часами ранее в ванной смотрел ему в глаза, а после пробегался взглядом по лицу шатена, останавливаясь на его губах. — Арсений, я начинаю думать, что я тебе уже нравлюсь, — говорит старший, завязывая галстук и не отрывая взгляда от своих рук. — А если это так? — тихо прошептал он, как будто боясь чего-то. Антон поднял взгляд на глаза брюнета, смотря чуть вопросительно. — Шутишь.. Так же шепотом говорит Антон, боясь отпугнуть момент. — Не шучу, — Арсений приподнимается на носочки и осторожно накрывает губы Антона своими, держась за его плечи. Шастун сначала не отвечает, просто находясь в шоке, но после кладет руки на его талию, прижимая к себе и начинает отвечать на поцелуй, пока Арсений сжимает рубашку на предплечье Антона. Брюнет чувствует что-то тяжелые сзади и слышит как будто звук ветра и каких-то перьев, он сразу отстраняется, кладя руки на грудь Антона, начиная бояться от тяжести сзади, пока не видит крылья посмотрев назад. — Это всё-таки ты.. — шепчет Антон, когда сам видит крылья. — В смысле? Я…почему..откуда?! — Арсений крутится вокруг своей оси, пытаясь рассмотреть крылья, а после подбегает к зеркалу, выходя из комнаты и подходя к зеркалу в прихожей. — Стой, то есть ты не знал? — Антон идет следом за ним, помогая тому выйти с дверей, когда тот упирается крыльями о стены вокруг дверей. — Нет! Откуда блять я знать должен был!? Арсений смотрит на раскрытые крылья через зеркало, закрывая двери. — Ты же ангел, хотя я не понимаю, почему у тебя алые крылья, да ещё и с клыками. В прошлый раз у тебя были чисто-белые. — У меня никогда их не было! — восклицает Попов, находясь всё ещё в потрясении. — Арс, ты меня спас, когда я чуть ли не под колеса попал. Ты меня не помнишь что ли? — Нет! Я впервые встретил вас на вечеринке! Вы о чем вообще? Страх и непонимание плотно связали Арсения в свои цепи, что тот даже боялся шевелить крыльями, хотя чувствовал их хорошо. Он чувствовал каждую кость, что был там, каждое перо, каждую нервную клетку! Но боялся шевелить ими. Вдруг будет больно. Вдруг они так и останутся там. Вдруг он больше не… — Так, — из размышлений его достаёт голос Антона, хозяин чего поворачивает его к себе. — Посмотри мне в глаза, — просит, хотя нет, требует Антон, сам смотря в опущенные веки Арсения. Тот поднимает взгляд на него, сводя брови домиком. — Ты совсем не помнишь откуда твои крылья? — Нет, говорю же.. — выдыхает Арсений, говоря устало. — Я не имею ни малейшего представления откуда они у меня! Антон чувствует, что с каждой секундой всё больше Арсений подходит к тому, чтобы заплакать. — Ну всё-всё, малыш, иди ко мне, — шатен прижимает того к себе, обнимая так, чтобы не касаться крыльев, поджимая губы. Голубоглазый же прижимается к Антону и всё же позволяет себе расплакаться, так как тот был в полнейшем недоумении, в страхе и отчаянии. — Чшшш…я с тобой, милый, не волнуйся, мы всё решим. Плачь сколько надо, я буду рядом, — шепчет Антон ему на ухо, поглаживая по спине, и видит как крылья младшего расслабляются, чуть опускаясь и сгибаясь. — Почему именно я? Почему они у меня!? — через плачь спрашивает он, надеясь получать ответы. Антон взял его на руки под бёдра, неся в спальню, и сел на заправленную кровать, прижимаясь юное тело к себе, усаживая того на своих коленках. Арсений обнимает его одной рукой за плечо, а второй за шею так, что его руки находятся друг у друга, утыкаясь носом в его плечо. — Арс, мы встретились в первый раз ещё где-то два года назад. Тогда ты меня спас от аварии, и у тебя тогда тоже были крылья — Два года назад мы с Вами не встречались! — Вот и мне Оксана не верила, когда я ей рассказывал про то, что меня спас ангел. Если мне не веришь, спроси у нее, она подтвердит. — Ладно. Допустим. Тогда почему я это не помню? Думаю, я бы не забыл…крылья за спиной. Которые ещё и такие тяжёлые… — Попробуй их убрать назад…ну, я не знаю как, если честно, попробуй как сжать кулак, только с крыльями — Я боюсь ими шевелить… — Почему? — А вдруг будет больно..? — Не будет — Почему вы… — Давай уже на ты, м? Это уже странно, — прерывает его Антон. — Лаадно. Почему ты так считаешь? — Потому что ты тогда летал, а ещё я прям лег на твои крылья. Не думаю, что если тебе бы было больно, ты бы так делал. Попробуй… Арсений сделал глубокий вдох и сначала просто пошевелил крыльями, которые чуть-чуть ныли. — Ай… — тихо заскулил он, сжимаясь. — Что такое? Больно? — Да…но это так…если бы я не шевелил ногами долгое время они бы так же болели… — Попробуй размять их Арсений снова двигает ими, жмурясь от легкой боли. Вскоре это движение уже не было трудной задачей и Арсений даже немного улыбался от этого и раскрыл крылья в полную ширину и уронил вазу Антона, что тот купил недавно, но легко схватил на последнем секунде, подставляя крыло под ней, лишь не давая тому упасть на твердый пол, а приземлится на мягкое крыло. — Я не знаю, что случилось с твоей памятью, но ты ловил эту вазу не раз уже) ну ладно, не эту, ту я всё же разбил, но всё же) Арсений же в шоке от этого берет вазу с крыла уже рукой и ставит обратно, уменьшая крылья в размере. — Я не помню… — Мы сделаем так, чтобы вспомнил — И как же?.. — с надеждой в голосе спросил Арсений, посмотрев в глаза старшего…или уже младшего? — Я не знаю, но выясним. А теперь попробуй их убрать как было, нам ещё на работу надо, — говорит Антон, целуя его в щечку, как бы говоря, что тот рядом и не бросит. Арсений пробует убрать крылья и это получается, они скользят под кожу и это даже не больно, только на спине уже остается шрам от разреза в виде маленьких крыльев. — Шрам остался…? — спрашивает Антон, пробегаясь пальцами по шрамам, чувствуя это, почти невесомо. — Не больно? — Нет…ни капли…как будто так и должно было быть…но если они у меня и раньше бывали, то почему этот след раньше не был? — Я не знаю…но выясню, обещаю тебе) — Спасибо..) — говорит парень и снова прижимается к Антону. — Мы вообще-то на чём-то остановились..) — смущенно говорит он, улыбаясь. — На чем же?) — строит из себя дурачка Шастун, поглаживая парня по спине. — Кстати, тебе надо будет поменять руба… — не успевает он ответить, как пухлые губы брюнета накрывают его собственные, и Шастун сразу начинает отвечать. Он немного увлекается и углубляет поцелуй, проходясь мокрым язычком сначала по нижней губе Арсения, из-за чего из уст того вырывается тихонький стон, подтверждая этим, что это его эрогенная зона, а после и начинает поглаживать его ряд зубов, язык, десна и нёбо. Сразу же, как Арсений чувствует намёк на возбуждение, крылья снова вырастают за спиной, стоя ровно, а один упирается кончиком о стену, причиняя немного боли, и Антон не выдерживает, отстраняясь и начиная смеяться. — Это…ахахха, блять, это у тебя типа стояк так проявляется? — смеется Антон, утыкаясь лбом в плечо младшего. — Не смешно! И нет. У меня раньше при возбуждении этого не было( Арсений скрещивает руки на груди и надувает губы. — Ещё лучше. Ты так реагируешь только на меня)) Шастун чмокает его в губки и крепко обнимает, прижимая к себе, от чего Арс обмяк и обнял его в ответ. — Дурак ты… — Так, ладно, тебе рубашку новую найти теперь. Эта порвалась. Снимай вверх. — говорит Антон, улаживая Арсения рядом и начиная искать новую, пока парень поворачивается на живот и обнимает подушку, как будто намереваясь снова заснуть. Шастун находит на полу перо Арсения и усмехается. Поворачивается к хозяину пера, который уже стоял на коленях спиной к Антону и снимал рубашку, оставляя галстук на голом теле. Шатен хитро усмехается и подходит к нему, как бы начиная щекотать, проводя кончиком пера по его спине, намереваясь идти вниз к животу, но перо чуть-чуть светится в руке Антона и через пару секунд шрам на спине Арсения исчезает. — Ух ты…