беззвучная молитва в тени одинокого дерева

Жители деревни Цинце не на шутку встревожены — несколько дней назад работающие на полях мужчины заметили в небе что-то странное. Огромное и видимое даже с большого расстояния невооруженным глазом. — Чудище! Там монстр, бежим! — один из рабочих поднял тревогу. Остальные подняли головы к небу: солнце загородила тёмная фигура, чья тень скрыла под собой полдеревни. Последнее время в округе появилось как-то слишком много монстров Ордена Бездны. И теперь на горе, недалеко от деревни, поселился дракон. В тот же вечер старейшина созвал общее собрание, чтобы решить, что с этим делать. — Отправить кого-нибудь из деревни на поиски героя, что одолеет чудовище? — Это дракон приманивает монстров! — А, может, надо задобрить его? Золота у нас нет, но в легендах драконам приносят в жертву красавиц… — раздался неуверенный голос из толпы, но тут же был прерван. — Ты с ума сошёл?! Кто-ж отдаст своего ребёнка на съедение чудищу! — Да я лучше сам пойду, но не позволю моей дочери расплачиваться своей жизнью за всех вас, трусов! И другие подобные высказывания сыпались от негодующей толпы, пока их не прервал низкий женский голос: — Да что вы разорались! Пускай мой отпрыск идёт, от него всё равно толку никакого, зря только ест нашу еду, — все обернулись к источнику таких странных слов. Это говорила Жо Синь, тётка Алатуса, того самого отпрыска. Его родители рано умерли, так что взять мальчика на воспитание пришлось ближайшей и единственной родственнице, вот только она была этому не сильно рада и чужой ребёнок ей был нужен как рыбе зонт. Мальчик вырос очень тихим и скрытным, никто с ним не общался, по большей части потому что он действительно пугал. Никто даже не пытался загнать его работать в полях — связываться с ним никто не хотел. Возможно, если бы хоть кто-нибудь дал ему немного тепла, всё сложилось бы иначе. Последние слова заставили толпу сомневаться. В любом случае, надо было что-то делать с драконом. Слово взяла старейшина Юнь: — Пускай Алатус идёт к дракону завтра на рассвете. Он может постоять за свою честь и сразиться как мужчина, а может принять свою судьбу и стать нашим подношением. Народ зашептался, покивал друг другу и разошёлся по домам. Алатус сидел на крыше дома старейшины Юнь, где проходило собрание, и всё слышал. Почему-то, больно не было. Хотя, радостью тоже не пахло, но он определённо не был огорчён тем, что его буквально изгнали из деревни. На рассвете, когда юноша собирался уходить в горы, к нему подошла девушка. Она была ровесницей Алатуса, но никогда не говорила с ним — боялась, как и все. Но сегодня она, видимо, решилась. В её руках была корзина, в которой, судя по смущённому бормотанию девушки, была провизия в путь. Выдавив из себя хриплым голосом слова благодарности, Алатус развернулся спиной к деревне, покинуть которую мечтал ещё в детстве. С малых лет он часто мечтал. Сначала о том, что у него появляются друзья, а взрослые не отгоняют своих детей от него, а с возрастом он стал мечтать, как однажды он уйдёт из деревни и все будут его искать, ведь он кому-то нужен. Но это были детские мечты. Уходить ему было некуда, а жизнь в одиночестве под открытым небом была слишком опасной, но оставаться в Цинце тоже не было вариантом. Поэтому Алатус просто молил богов и ждал подходящего момента, чтобы уйти. И дождался же. Вскоре силуэт юноши скрылся за бесчисленными валунами и скалами, а об его недавнем присутствии даже ничего не напоминало.

***

Неприступные горы многих отталкивали, казались слишком далёкими от городов и слишком… одинокими. Даже те, кто родился и вырос в близи гор зачастую не покидают деревни, либо наоборот — стремятся уйти как можно дальше. Но юноше нравилось наблюдать за их непоколебимостью. Они величественно стоят, не смотря ни на что. Они несут в себе опасность и смерть, но в то же время были пристанищем для людей, животных, даже для монстров нашлось место. Спокойно преодолевая горные склоны, медленно, но верно пробираясь к своей цели, незаметно для себя, Алатус вышел к тропинке, опоясывающей гору. Идти по ней в любом случае было проще, чем лезть по скалам, поэтому юноша решил идти по ней. Даже если она заведёт его не туда, времени у него, в любом случае, неограниченное количество, хоть до смерти тут блуждай. К тому же, его всё равно никто не ждёт. Встав на ровную землю, Алатус оглядел окрестности, которые были так хорошо видны отсюда. К югу располагалась родная деревня, на востоке виднелись очертания Мондштата — по крайней мере, так говорила старшина — соседней страны ветров, свободы и бесконечных холмов, в противовес которым на западе возвышались тысячелетние горы и скалы. Долго идти в гору без передышки было тяжело, поэтому Алатус решил сделать привал и заодно переночевать недалеко от тропы, а наутро продолжил путь. Тропинки вились змеями под ногами и не было известно, доведёт ли хотя бы одна из них юношу до конечной цели. Но это не было сейчас важно. Алатус был по-настоящему свободен, возможно, впервые в жизни. Юноша просто как будто дышал полной грудью, впервые за очень долгое время. Как будто он переродился и начал новую жизнь с чистого листа. Ничто не могло его остановить или заставить повернуть назад, поэтому когда за очередным склоном показался небольшой лагерь хилличурлов, Алатус и не подумал бояться. Не впервой. Он осторожно отложил корзинку за куст, чтобы не испортить еду в ней и отбежал в противоположную сторону, прячась за валуном и наблюдая за врагом: два хилличурла с дубинками и один с арбалетом. Проще простого. Наконечник копья сверкнул в руке юноши, а в следующее мгновение Алатус уже стоял прямо напротив костра. Удивительно, что такие примитивные создания умели добывать и использовать огонь. Эффект неожиданности сработал на ура, так что без каких-либо проблем хилличурл с арбалетом был убит и остались всего двое. Ещё один монстр был так же быстро повержен и Алатус начал расслабляться, но мышцы тут же напряглись, когда за спиной послышался гул рога. Ещё хиличурлы? Моментально развернувшись, юноша приготовился встречать новую партию врагов лицом лицу, но силы были не равны. Монстров было слишком много, а Алатус устал после пути и не рассчитывал сражаться так скоро. Но сдаваться было нельзя, поэтому, собрав волю в кулак и стиснув копьё пальцами, он стрелой помчался на врага, уклоняясь от пары стрел и замаха щитом одного из митачурлов, ловко проткнул грудь одному из хиличурлов с красной шерстью на всём теле. Но Алатус опоздал, монстр успел призвать пиро слайма и взорвать его. Юноша отлетел на пару метров, но рефлекторно поднялся. Вокруг него горела трава и стало слишком жарко, в глазах плыло, а нечеловеческие крики только распыляли головную боль и тошноту. Ноги подкосились и пришлось воткнуть своё единственное оружие в землю, чтобы опереться на него. Из-за потери ориентации, юноша пропустил удар дубинкой прямо по голове. Мучительная боль вспышкой прокатилась по всему телу, глаза зажмурились, а пальцы сильнее впились в копьё. Силы покидали Алатуса и он уже был готов умереть здесь, забитый до смерти дубинками. И никто не найдёт его труп. Забавно, как Алатус собирался победить дракона, если даже с шайкой хилличурлов не справился. Глаза закрылись и наступило оглушающее умиротворение. Было просто всё равно. Пускай хотя бы последние мгновения он проведёт не в напряжении. Но умереть сейчас ему было не суждено. Под веками заплясали бирюзовые всполохи, а боль резко отступила. По коже пробежал лёгкий ветерок, а вторая ладонь, которая не держалась за копьё, немного потяжелела. Раскрыть глаза не составило труда, как будто это не он сейчас был на грани сознания, жизни и смерти. С удивлением осматривая себя, Алатус понял, что его раны зажили, а монстров что-то отбросило на несколько десятков метров, так что некоторые из них не пережили этого. Остался один милличурл и недобитый хиличурл, но расправляться с ними было так просто, что стало даже обидно. Юноша никогда не чувствовал в себе столько силы и лёгкости в теле. Битва была больше похожа на попытку отобрать у ребёнка конфету. Анемо Глаз Бога был восхитителен. Но чувство эйфории не продлилось долго после битв. Алатус почувствовал, как силы снова начали покидать его, а голова потяжелела, держать веки открытыми было всё труднее. Поэтому, еле дойдя до куста, где оставил припасы, он свалился у него, в надежде, что монстры его больше не найдут.

***

Алатус не мог сказать, сколько был без сознания, но было ли это важно? Так что он просто продолжил путь. К счастью, солнце светило в спину и не слепило глаза, а лишь отбрасывало причудливую тень юноши на тропинку. На горе и так было безлюдно, но зверьки, нашедшие здесь своё пристанище всё равно создавали ощущение кипящей жизни своей суетой на деревьях, в кустах, траве и даже на неприступном обрыве. Было бы странно увидеть человека в этой местности, но именно это произошло с Алатусом. Сначала он даже не понял, что выше по тропе сидит человек, и лишь подойдя ближе, он увидел мужчину, так и не сдвинувшегося со своего места. Его голову и лицо скрывал капюшон, а тело — длинный плащ из светлой ткани. Нельзя было даже определить его возраст, но это явно был мужчина, и довольно хорошо сложенный. До пещеры оставалось совсем ничего — час или два и он у цели, но странный человек не давал покоя юноше. Угрозы от него не исходило. По правде, он, кажется, вовсе даже и не заметил появление Алатуса. Незнакомец держал в руках букет глазурных лилий, склонив голову к цветам, видимо, о чём-то размышляя или вспоминая. Но на всякий случай юноша решается привлечь к себе внимание. «Если он тоже идёт за драконом, может, он знает что-нибудь о нём?» — мотивировал себя Алатус. Он поклонился мужчине в знак приветствия и уважения. Хоть он и был нелюдим, но банальные правила поведения со старшими знал хорошо, спасибо тётке, которая была помешана на том, чтобы перед ней прыгали на задних лапках. Алатус не ожидал ответа, поэтому открыл глаза немного шире, выдавая своё удивление, когда мужчина заговорил. По телу почему-то пробежали мурашки. — Что тебя сюда привело, молодой путник? На сколько мне известно, до ближайшего поселения довольно далеко, — тихий глубокий голос звучал слишком естественно для этого места. Алатус не знал, как это описать, но именно такие мысли посетили его. Казалось, даже ветер притих, не смея перебивать мужчину. «Я просто схожу с ума» — Недавно здесь появился дракон, он пугает жителей этой деревни, — юноша слегка склонил голову в примерном направлении населения. — Поэтому я пришёл его убить. — Но зачем его убивать? Разве он навредил тебе или той деревне? — лица говорившего всё ещё не было видно, он Алатус был уверен, теперь он смотрел прямо на юношу. Этот вопрос был неожиданным, потому что Алатус и сам не знал, для чего он это делал, если (в этом то он был уверен) больше не вернётся в деревню. Просто, а что ещё ему было делать. — Я считаю, из-за его появления в окрестности увеличилось количество других монстров. — Вот как. Но ты уверен, что сможешь победить? — незнакомец был полностью серьёзен, он встал с земли и отряхнул плащ. Теперь мужчина возвышался над Алатусом, а его лицо было хорошо видно в лучах солнца. То как будто специально не светило так ярко в глаза мужчине, а лишь мягко освещало его. — Это не важно, — так же серьёзно ответил юноша. Он не считал, что точно сможет убить чудовище, но и сдаваться не будет. — Моё имя Моракс. Я хотел бы, чтобы ты поднялся на гору вместе со мной.

***

Путь занял даже меньше времени, чем рассчитывал Алатус. Он лишь покорно шёл за Мораксом и у новоявленного владельца Глаза Бога создавалось ощущение, что тот не первый раз поднимается на эту гору и это немного напрягало. Время пролетело незаметно, уже виднелся вход в пещеру, который изнутри странно подсвечивался. «Светящийся дракон?» — мелькнула глупая мысль. Сомнения, видимо, отразились на лице Алатуса, потому что Моракс бросил мягкий взгляд на юношу и уверенно прошёл вперёд. Алатус только сейчас понял, что он собирается сделать. Убить дракона. Огромного, опасного и, наверняка, ещё и огнедышащего. Просто прекрасно. Но пути назад нет и даже если бы и был, юноша не пошел бы по нему. У него была цель и он либо её достигнет, либо умрёт. Сжав пальцы в кулаки он сделал шаг вперёд, а затем ещё один, стараясь держать лицо и ничем не выдавать недавнего беспокойства. Снаружи пещера не казалась такой большой, даже заглянув внутрь Алатус не сразу смог оценить все её масштабы, но, стараясь не отставать от мужчины, он шёл из одного каменного зала в другой. Теперь юноша смог увидеть, откуда исходил свет — кристаллы корляписа, которые были везде, освещали желтоватым цветом каждый уголок пещеры. — Господин Моракс, куда мы идём? Разве тут не должен быть дракон? — Что-то точно было не так. Во-первых, нигде не было монстра, за чьей головой пришёл юноша, вот только следы его пребывания здесь были очевидны: на полу и одном и сводах пещеры (если этот каменный дворец можно было так назвать) белели полосы, оставленные явно чем-то острым, а судя по глубине, и очень мощным, а под ногами иногда скрипела чешуя, больше похожая на камень. — Так ты всё же хочешь встретиться с драконом, даже находясь на его территории? — Моракс наконец остановился и оглянулся назад, чтобы посмотреть в глаза Алатусу. В свою очередь юноша упрямо смотрел в ответ, не позволяя усомниться в своём решении. — Мне нравится твоя целеустремлённость, но, боюсь, ты не сможешь добиться своей цели, — лица Моракса всё ещё не было видно, поэтому Алатус не смог понять, какая эмоция была вложена в эти слова. — Вы сомневаетесь во мне? Не стоит, мне нечего терять, — перебил его Алатус. Что-то точно было здесь не так. — Я не сомневаюсь. Даже наоборот, я верю, что ты сможешь добиться многого, — произнёс мужчина, легко улыбаясь. Тут произошло то, чего Алатус ожидал меньше всего — Моракс начал снимать с себя одежды. Сначала капюшон, наконец-то открывая своё лицо. Алатус редко обращал внимание на людей, тем более в маленькой деревеньке в глуши, где все были ему знакомы и казались какими-то одинаковыми, серыми, и даже иногда заходящие путешественники не сильно привлекали юношу. Но, не смотря на это, он мог с полной уверенностью сказать, что Моракс был божественно красив. Особенно глаза, светящиеся золотом корляписа, никак не давали отвести взгляд от лица с бесконечно изящными и плавными чертами. Затем он снял плащ и Алатус просто не смог дать объяснение увиденному. Руки и шея мужчины были практически чёрными с такими же светящимися, как и его глаза, золотыми линиями, похожими на вены. — Что… — глаза юноши округлились и это выглядело даже мило, ведь он редко показывал свои чувства. — Я и есть дракон, который здесь живёт. Я могу обращаться в дракона полностью, но чаще всего я нахожусь в полуформе, которую ты видишь сейчас, — объяснял мужчина, делая небольшие шаги в сторону юноши. — Алатус, — впервые мужчина произнёс его имя. — Иногда зверь внутри меня… берёт контроль над моим телом. Обычно мы с ним находимся в мире, но, мне кажется, ты ему понравился, — небольшая пауза. — Ты проделал большой и непростой путь сюда, в награду ты можешь остаться здесь. Боги дали тебе силу, а я могу помочь её развить. У тебя всегда будет место, куда ты можешь вернуться. Всё прозвучавшее было странным. Как будто смысл каждого слова был понятен, но суть предложений упорно уходила от Алатуса. Особенно последняя фраза, она звучала бы как насмешка, если бы не серьёзный голос мужчины. Тем временем Моракс тихо удалился, давая юноше немного времени и пространства на размышления.

***

«Что я наделал… напугал ребёнка» — печально вздохнул Моракс. Как только он увидел юношу… что-то в нём перевернулось. И этим чем-то был дракон. Сильное и свободолюбивое существо, которое было заперто в теле человека, пусть и Архонта. Дракон тянулся ко всему необычному для рутины Властелина Камня, поэтому слишком бурно отреагировал на мальчишку. «Ты же знаешь, он сильный» — в оправдание себе промурлыкал дракон. Мальчик не побоялся отправиться за головой дракона, не испугался полуформы Моракса. Может, дракон и был прав. Ещё раз вздохнув, мужчина встал и прошёлся по залу вдоль выточенного из камня банкетного стола. Тишину пещеры нарушили мягкие шаги. Моракс стоял спиной к входу в зал, но догадаться, кем является вошедший, было не трудно. Алатус до последнего сомневался, а не глупая ли шутка всё это. Кто-то считается с его мнением? Грёбанный дракон предлагает обучить его фехтованию? Или это просто прелюдия перед тем, как Алатус станет закуской на ужин дракону? — Господин Моракс, — позвал юноша всё ещё не совсем уверенный в том, что делает и что собирается сказать. — Если вы хотите, то я останусь… — последнюю фразу он с хрипом выдохнул из себя и посмотрел под ноги, пряча лицо. Тем временем Моракс обернулся и в упор посмотрел на юношу. Он хотел узнать и понять мальчишку. — Алатус, — терпеливо сказал мужчина, подойдя ближе и ловя чужой взгляд. — А чего хочешь ты? — Моракс немного склонился над Алатусом и положил руку на его щёку, чтобы привлечь больше внимания к своим словам. — Мне важно, что нужно тебе. Мысли бешено носились в головах обоих. Юноша сжимал и разжимал пальцы, пряча руки за своей спиной, чтобы Моракс не увидел, не понял, что задел что-то в душе Алатуса. Надо быть сильным. Алатус не понимал, что от него хотят. Почему от него это хотят. Что он знал точно, так это то, что от него ждут ответ. Надо было срочно придумать что-нибудь нейтральное. Но сделать юноша и так не был особо красноречивым, а сейчас он вообще едва соображал. — Я… хочу стать сильнее, — Алатус снова отвёл взгляд, отчаянно надеясь, что лицо никак не выдаёт сомнений своего обладателя. Дракон с разочарованием подумал, что это не совсем то, что он хотел бы услышать от симпатичного юноши, но ничего, он ещё получит своё. — Хорошо, — мягко ответил Властелин Камня, дружелюбно улыбаясь, чтобы не смущать юношу ещё сильнее. — Как и обещал, я помогу тебе в этом, — а затем решил сменить тему на более нейтральную, — Тренировки это важно, но и хорошее оружие является твоим первым и самым главным союзником. Твоё копьё слишком простое, поэтому мы можем его немного улучшить, — мужчина старался подбирать слова так, чтобы в них нельзя было прочесть напор или намёк на приказ. И это действительно сработало. Немного помявшись, Алатус машинально завёл руку за спину и поставил копьё недалеко от себя. Оружие было не новым, древесное основание немного потрепалось, а наконеник притупился, но было видно, что за копьём ухаживали. — Пожалуйста, убери ненадолго руку, мне надо кое-что сделать. Боюсь, в ином случае я могу тебя ранить, — снова нежный тон. Мужчина просто надеялся, что не звучит как человек, у которого могут быть плохие намерения относительно мальчика, поэтому для верности немного улыбался и старался также мягко смотреть в глаза Алатуса, участливо, а не с напором. Если бы он знал, как это выглядит со стороны, для него было бы менее удивительно, почему юноша упорно отводит взгляд. Моракс протянул руку к оружию и легко коснулся пальцами основания оружия, которое в тот же миг приобрело светло-зелёный оттенок и стало более гладким, а некоторые детали сверкали серебром. — Нефритовый коршун, — тихо, но торжественно произнёс Властелин Камня.

***

Прошло несколько дней с тех пор, как Алатус и Моракс поднялись на гору вместе в первый раз. Потихоньку, юноша осваивал силу Глаза Бога, а также новые приёмы фехтования, которые показал мужчина. — Алатус, — негромко позвал Моракс, чтобы не сильно пугать юношу своим появлением, если это вообще было возможно. Алатус и сам ходил как кошка, едва слышно даже в отражающих эхом любой звук каменных стенах масштабных залов. Юноша вздрогнул, всё ещё не привыкший к доброму обращению к себе. Это было странно, поэтому он пытался отвергнуть это как мог, но в глубине души это было приятно. Но признается ли он в этом когда-нибудь хотя бы себе? Вот только имя, которым к нему обращались, ещё вызывало неприятные, хоть и зарытые глубоко в памяти, воспоминания. Они были из прошлой жизни, но боль от них давала о себе знать до сих пор. И, не смотря на всю храбрость, звук собственного имени до сих пор вызывал дрожь по всему телу. Особенно произносимое таким ласковым тоном, за которым обычно следовало что-то менее приятное. Но господин Моракс не должен был это заметить, это не его проблема, а только Алатуса и он с ней разберётся, если посчитает нужным. Если будет знать, как сделать это. Но это не важно. Но Моракс не первый год жил на земле, а дракон тем более был особенно чувствителен до болезненных мест в душах людей, вот только обычно использовал он это в менее благородных целях. — Ты не обязан быть честен со мной, но мне кажется, тебе не очень нравится, когда к тебе так обращаются, — немного помолчав, как бы давая время и себе, и юноше, он продолжил. — Возможно, будет лучше, если у тебя появится не только новая жизнь, но и новое имя? Как думаешь? — Как вам будет угодно, — снова подчёркнуто-вежливый тон. Мальчик был расстроен и скрывал это за маской сухой вежливости, заставляя разрываться сердце Моракса. Мужчина вздохнул, но сказал: — Тогда, как на счёт имени Сяо? По легенде, так звали бога из другого мира, которому пришлось пережить много боли и страданий. Оно подходит тебе, — мужчина упрямо смотрел на юношу перед собой и видел, как что-то болезненное промелькнуло в его опущенных вниз глазах. Алатус… Сяо чувствовал, как в груди и горле жгло и царапало, но почему? Он не понимал, что с ним происходит, но вдруг ему захотелось обнять Моракса, немного побыть рядом и почувствовать его тепло. Наверное, всё ещё находясь в шоковом состоянии, он не заметил, как подошёл к мужчине и обвил руками его торс, прижимаясь к груди. Не заметил лёгкой дрожи, что прошлась по Властелину Камня, а громкое биение сердца под его щекой усыпляло. Наверное, стоило отреагировать хоть как-то, когда он смутно почувствовал ладонь, которая аккуратно гладила его по голове, но желания осознанно разрывать контакт и начинать вести себя рационально не было. А Моракс зачарованно глядел на юношу в его руках. Его щёки розовели, а ресницы слиплись из-за слёз. Это выглядело бы очаровательно, если бы не причина, почему мальчик содрогался в его руках в безмолвном плаче. Даже самому сильному человеку иногда нужна опора.