Together

Когда бежишь, можно ни с кем не разговаривать и никого не слушать.

Единственная обязанность – смотреть по сторонам на движущийся пейзаж.

Харуки Мураками "О чем я говорю, когда я говорю о беге"

      Наиболее хорошие отношения у Мизуки развились с Сатоши. Каждое утро они выходили на пробежку, как ни странно, но данное предложение исходило от самой Мизуки. Она прочитала, что комплексное развитие интеллекта и тела приводит в гармонию духовного состояние. Хотя внутри неё, кажется, всё было через-чур в гармонии, слишком спокойно, полнейший штиль, даже мельчайший ветерок не веет. Бег чем-то напоминал полет, ощущения от обоих были похожи. Когда, ты используешь ноги и попутный ветер, чтобы убежать подальше от дома, от матери, ото всех, от реальности, только ты, ветер и улыбающийся человек рядом. Мизуки зазнобило, нет, она не летает, больше нет, теперь она бегает, а у человека рядом не прочитать эмоций, ведь глаза скрыты за толстыми очками. Она ускорилась, ровно на столько, чтобы Сатоши оказался позади неё, но расстояние между ними не было слишком большим. Проще думать, что она тут одна, не сравнивать ни с чем, ни с кем. Мизуки Симидзу никогда не летала, она не познала свободы неба и легкости ветра, ей не о чем жалеть, не о ком скучать, не за кого держаться.          Так и на следующее утро после вступительных экзаменов, девочка вышла на пробежку. Ощущение жжения в лёгких было очень приятным. При желании можно было почувствовать, как сокращаются мышцы. Волосы, собранные в конский хвост, развивались. Немного тяжелые крылья за спиной добавляли физической нагрузки. Мизуки нравилось бегать, она осознавала это и наверное, это было единственное во всем мире, о чем она могла выразить свое неравнодушное мнение. Бег помогал.       Сегодня Сатоши вместе с ней на пробежку не вышел. Макото заставила его выполнять работу по саду, а человеку в возрасте этой физической нагрузки хватит за глаза. Оставшись на едине с ветром, Мизуки решила убежать, куда ноги унесут. Хотелось бежать туда, где её ещё не было, где её никто не знал, где не будут спрашивать её имя, где всем в целом всё равно что ты пережил. Может однажды она найдет это место? И тогда эти люди, может дадут ей новую цель? Может они растрясут эту вечную пустоту и заставят почувствовать фейерверк из эмоций и чего-то ещё? Покажут ей, что мир чуть больше, чем она может себе представить. Однажды она обязательно найдет такое место и тогда, сбежит туда без сожалений.       Дома сменяли друг-друга, улицы незаметно меняли названия, а дома нумерацию. Где-то на улицах играли дети, где-то, лишь пожилая чита молча сидела на лавочках и подставляла лица к солнцу. Машин было на удивление не так уж и много, видимо, вставать на работу в пятницу утром мало кто хотел. В целом стояло обычное весеннее утро. Уличные коты радовались теплому солнышку, растения потихонечку начинали расцветать. В воздухе витает запах земли, покрышек, мокрого асфальта и сточных вод. Близиться ханами.

***

      Мизуки сама не поняла как, но добежала до какого-то торгового центра. Толпа людей, которая не желает смотреть по сторонам и отвлекаться от собственных дел, подростки, занимающиеся сомнительными вещами, множество рекламных билбордов, на столько отвратительно ярких, что режут глаза. Везде стоял ужасный шум, от разговоров, криков, рекламных лозунгов и громкоговорителя. Стоп. Что? Громкоговоритель? Мизуки пыталась переключить слух на него, но она никогда не тренировала свои "особые" навки, предпочитая и вовсе о них забыть. Она уже хотела было закричать всем замолчать и даже приподняла голову, чтобы набрать как можно больше воздуха, именно в тот момент она увидела его.       В небе парил человек-огонь. Он держал громкоговоритель и, кажется, хотел спуститься ещё ниже, чтобы его точно все услышали. Однако он не мог опуститься слишком низко, ведь ему нужно было, чтобы его ещё и видели. От сюда было не разглядеть его черты или какие-то более мелкие детали. Но Мизуки была уверена - это Старатель. Она смутно помнила красные волосы. Огненную маску на глазах, усы и бороду, тоже из огня и как предусмотрительно, он убирает эти доспехи, когда спасет ребёнка. Она помнит это потому что посмотрела множество видеорепортажей работы Про-героя №2. Ещё громче раздался его голос над толпой. - Внимание! Просим всех уйти с площади, в здании находятся преступник, это может быть опасно освободите место для Про-героев! Безопасно выйти от сюда, вам помогут герои стоящие по периметру площади, пожалуйста, не сопротивляйтесь, иначе им придется применить силу. Сотни телефонов через секунду как Старатель начал уходить полетели вверх. Кажется каждому важнее было снять происходящее, чем вникнуть в то, о чём их просят. Правое крыло неприятно зазудело. Это заставило её оторваться от Старателя в небе. Зуд перешел в колющую боль. Девочке хотелось расправить крыло, но толпа так и не сдвинулась с места, тогда она решила, пойти на пролом. Распихивая всех, Симидзу начала покрываться потом, от духоты и боли, которые её преследовали в этом месте. Чем ближе она подбиралась к краю площади, тем меньше людей становилось, видимо Про-герои направленные на эвакуацию всё же без дела не стояли. Кроваво красный Глаз Мизуки уловил что-то, что-то до боли знакомое. Кроваво красный Ещё одно. Оно появлялось на несколько секунд и тут же исчезало. Мизуки напрочь забыла про боль. Она присмотрелась к толпе из которой почти вышла. И заметила... Между людьми летали несколько красных перьев, точно таких же как за её спиной. Она обернулась на свои крылья, но те были в норме. Только одному человеку они могут принадлежать, кроме неё самой. Мизуки посмотрела на небо. Но теперь там не было даже старателя. Девочку начало лихорадить еще больше. Она крутилась вокруг себя, выискивая что-то в чистом небе, на крышах близ лежащих домов, в окнах. Она так резко крутилась, что в какой-то момент чуть не потеряла равновесие. Но её схватили чьи-то небольшие руки сзади. Мизуки практически отпрыгнула от столь наглого вмешательства в её личное пространство. Обернувшись, она увидела невысокого мальчика. Выглядел он... несуразно: зеленые торчащие во все стороны волосы, такие же зеленые глаза, курносый, с веснушками по всему лицу. Его взгляд был направлен на Мизуки, его мимика была ей абсолютно не понятна, он сначала смотрел на неё с удивлением, потом с каким-то осуждающим непониманием, а потом с извинением... И всё это за каких-то несколько секунд. - Э-э-э, прости, что так резко схватил, может, ты не слышала, но тут объявили тревогу, а мне показалось, что ты словно в бреду что-то ищешь, я понимаю, не каждый день можно увидеть Про-героев высшего эшелона, но сейчас тут опасно... - Меня не волнуют герои, - последнее слово она почти выплюнула, - Меня интересует лишь один... - нет, нет, нет, она не должна... с чего бы ей интересоваться им, - Хотя знаешь, меня даже и он не интересует. Она развернулась и собиралась уйти в направлении дома, но тот мальчик её окликнул. - Тебя интересует Ястреб? Ведь так? Паника, паника паника паникапаникаПаНиКа ТЫ МИЗУКИ СИМИДЗУ - С чего ты взял? - девушка даже не обернулась на юношу, лишь голос её стал ещё холоднее. - Ваши причуды похожи, вот я и подумал, что ты хочешь быть... как он. Ярость. Девушка остановилась, развернулась и за мгновение оказалась около парня. - Ни-ког-да. Я никогда не буду как он. Мне противно слышать то, что слетело с твоего языка. Но наши причуды не похожи. Мы не похожи. Будь добр, не лезь не в своё дело. Она выпалила всё это чуть ли не на одном дыхании. Кажется, если бы она могла, она бы кричала эти фразы, чтобы все услышали, чтобы он услышал. Но несмотря на злость, что поселилась в ней, её голос был также безэмоционален. Она еще не разобралась с совершенно не знакомым ей чувством. Это первое, что так встрепенулось её после выхода из больницы, это первое, что подорвало её штиль. Кажется, теперь это был ураган.

***

- Пока нет Мизуки, мы должны с тобой кое-что обсудить - Макото села на диван рядом с Сатоши. Мужчина в следующее мгновение выключил телевизор, обращая свой полный серьезности взор на жену. - Ко мне прилетал Ястреб, - мужчина нахмурился, - Он не просил встречи с ней, не переживай. Но услышав о её состоянии он стал очень подавленным и попросил еще несколько раз сводить её к специалисту... - Он больше не её семья. Им обоим надо свыкнуться с этой мыслью, иначе нас всех ждут большие проблемы. - Я думаю, они оба это понимают. Но что насчет того, чтобы сводить её ещё на пару сеансов психотерапии? Ты же сам видишь, так больше продолжаться не может. Она даже меня иногда пугает. Ты знаешь, что на прошлой неделе она подставила нож продавщице магазина техники, потому что та не могла рассказывать Мизуки о структуре компании и о всех каналах сбыта. Все были до ужаса напуганы, а охранник магазина не понимал, имеет ли право идти против четырнадцатилетнего ребенка. А когда, Мизуки поняла, что девушка попросту сама ничего не знает, поскольку только устроилась, она вышла из магазина так, словно ничего не произошло. На мои расспросы она сказала: "Мне нужны практические знания, чтобы поступить в ЮЭЙ". - Я говорил тебе, нельзя было пускать её в ЮЭЙ. Работала бы у меня при университете. Сдался ей этот ЮЭЙ. Ладно, к специалисту я уговорю сходить. Но давай на всякий случай узнаем, можем ли мы забрать заявку из ЮЭЙ без участия Мизуки. Может, сможем представить всё так, словно её не зачислили... Хотя ЮЭЙ ценными умами не раскидывается, а Мизуки... Думаю, нет, почти уверен, она удивила их. Ладно, посмотрим, что можно сделать, воспользуюсь связями. На том супруги и порешили. Макото ушла звонить в больницу, а Сатоши листал телефонную книжку с контактами людей, с которыми он виделся только на научных заседаниях профессоров.

***

Мальчик с зелёной макушкой смотрел, как быстрым шагом со сгорбленной спиной, так словно на ней весь груз этого мира, теряются в толпе кроваво-красные крылья. «Какая странная девочка», — подумал тогда Изуки Мидория. — «Разве не все хотят быть похожими на героев в нашем возрасте?»